Дорогая грусть

— ты же пообещала мне бросить курить, — печально парирует блондин. ему действительно грустно, что его любимый человек нарушил свою клятву. — а ты обещал не трахать моих подружек и бросить юзать наркотики, — вылетает из уст девушки прежде, чем она смогла осмыслить, что сказала это вслух. в ответ лишь тишина. парень молчит. ему нечего сказать. он любит синеглазую. он никогда бы не смог подумать, что влюбиться как школьник. Платина любил её улыбку. она была для него словно что-то невероятное и несуществующее. она была его личным психологом, личным антидепрессантом. даже алкоголь и никотин не действовали на него так, как действовала её улыбка. с первого дня она напомнила ему о давно позабытых чувствах, которые он не испытывал уже очень давно. блондин поклялся себе однажды, что не станет больше влюбляться, похоронит все чувства в себе, а потом появилась Каролина — ворвалась как ураган, со своими проблемами и страхами, со своей чёртовой невинностью и идиотками-подругами, с этими соблазнительными танцами по ночам, со своими смешными вопросами про татуировки и шрамами, со своей жаждой забыть всё плохое — такой же, как у него самого — и Берт понял, что его закопанные, запечатанные, забытые чувства постепенно начинают возвращаться. она умела смешить его и сводила с ума в самом восхитительном, самом неприличном смысле, и главное — умела найти нужные слова и поддержать его. но наркотики отыграли свою роль как в жизни Роберта, так и в жизни Каролины. одна его ошибка стоила девушке кучу бессонных ночей, реки пролитых слёз и психической нестабильности. на самом деле, парниша не хотел причинять ей боль. он слишком её любит, поэтому намеренно никогда бы не сделал этого. он до сих пор проклинаеть это чёртов июнь. Плаудис возненавидел эту блондинку из клуба, с которой он переспал в тот солнечный июнь. кареглазый был нужен девушке тогда, как никто другой. но вместо компании любимой девушки, он выбрал шумный клуб и длинноногую барышню. — знаешь, я устала, — прервала тишину Каролина,— мне мерзко от тебя, мне мерзко от твоих выходок, мне мерзко от этой комнаты, мне мерзко даже от воздуха вокруг меня — я очень сожалею об этом. я, чёрт возьми, уже извинялся перед тобой за тот случай, — уже начал орать Роберт. он и сам давно понимал, что сотворил ужасные вещи. ему нет за это прощения, но парниша не может отпустить любовь всей своей жизни всего лишь из-за какой-то глупой ошибки. — мне не стало легче от твоих извинений. меня выкручивает, поглощает с головой эта кромешная тьма. я всё помню до мельчайших деталей. это убивает меня с каждым днём Берт делает несколько шагов навстречу девушке, но та вытягивает руки напротив себя. давая тому понять, что не стоит подходить слишком близко. близость лишь убивает её. царапает, рвёт, выбивает все внутренности. ей слишком больно. она разбита. — я больше не люблю тебя, — еле слышный шёпот раздаётся за несколько сантиметров от парня. Роб слушал чуть слышный шепот и невольно смотрел в глаза девушки, в них читал всё то, что хотел рассказать еле слышный прерывающийся шепот. ему было жутко, казалось, что вот вдруг в один миг растает земля, мрак повиснет над пропастью, и он, Роберт, упадёт туда в холодную чёрную бездну, и никто, никто не услышит его крики. внутри него кипела такая злость и отчаяние, что помутнел рассудок, и он уже не отвечал за свои действия, поступки. всё утекло сквозь пальцы, как солёная вода. всё что они имели, вдруг перестало иметь какую-то ценность для двоих. страх, отчаяние, жалость и умиление. все эти чувства слились в одно, не имевшие имени. оно то ослабевало, то захлестывало болью снова. это их конец. конец всего хорошего в их истории.