(Marry) Christmas

— Чон Чонгук! Сколько ты еще будешь спать на моих уроках?! –противный голос учителя разбудил спящего Чонгука, заставив открыть глаза. –Еще раз это повторится–пойдешь к директору! –Хорошо, –сонным голосом ответил Чон, даже не глядя на разъяренное лицо учителя. Он переводят взгляд в окно, лениво потягивается и зевает. –Айщ, как же бесит! Даже не обратишь на меня внимания? Ладно, хорошо. Продолжаем урок.–сказал преподаватель и ушел обратно к своему столу. –И как у тебя это получается? –задумчиво проговорил сосед по парте и по совместительству лучший друг — Пак Чимин. –Что получается? — Чонгук непонимающе уставился на Пака. –Ну, не бояться учителя Кима. Он поистине страшный человек — усмехается друг, после грустно вздыхая. –А, ты об этом. Понимаешь, в чем дело: он все равно мне ничего не сделает–просто наругает или вызовет к директору, который тоже просто накричит и отпустит. –Мне бы так…–протянул Чим, положив голову на руку. –Да, ладно тебе! –смеясь, ответил Гук, –кстати, пойдешь сегодня на тхэквондо? –Да, конечно. Тренер меня убьет, если я не приду — чуть громче отвечает Чимин. И похоже, что отвечает слишком эмоционально. –Пак Чимин! — опять послышался голос учителя — Ты самый умный? Кто тебе разрешал разговаривать? Я понимаю, Чонгук, но ты-то куда лезешь? Иди к доске, реши уравнение. –Х-хорошо. –пролепетал Чим и поднялся с места. –Удачи, чувак! –прошептал Гук, похлопав Чимина по плечу. Чонгук с волнением отсчитывал секунды до звонка. Все таки Чимин ему дорог, и не хотелось бы терять его вот так. Четыре… Три… –Пак Чимин! Иди быстрее, времени мало! –нетерпеливо выкрикивает Ким. Два… Один… По коридору оглушительно прозвенел спасительный звонок на перемену. –Чтож, тебе повезло, но имей ввиду, что я тебя спрошу на следующем уроке первым. Садись. Дома сделаете номер 214, 215 и 220. Это все. До свидания. –Блин, я уж думал–смерть моя пришла! –Чимин с облегчением вздохнул и начал собирать портфель. –Да… Ладно, идём! –сказал Чонгук и встал со стула. Друзья вышли из школы и направились в местный спортивный клуб, куда они ходили ещё с детства: сначала на футбол, а потом и на тхэквондо. –Гу-ук. –протянул Чимин. –Да? Что? –Мне нужно кое-что тебе сказать. –И что же это? –У меня появился парень! –О, классно! –искренне улыбнулся Чонгук. –А кто это? –А, это Мин Юнги из 3 класса. –О, а он вроде бы красавчик. Познакомишь? –Да, конечно. А ты себе никого не нашел? –Нет, мне никто не нравится… Кстати, знаешь Ким Тэхена? –Да, а что. –Мне кажется, я ему нравлюсь. –С чего ты это взял? Его ничего не интересует, кроме учебы. Даже на школьные дискотеки не ходит. –Ошибаешься. Я же не слепой–вижу, как он на меня смотрит. Но мне он не нравится–редкостный идиот. На голове–гнездо, такое ощущение, что он не расчесывается даже. А ещё эти очки дурацкие–оправа такая толстая, что закрывает пол лица! Может быть, он и умный, но такой урод, что даже смотреть противно. — То есть, ты бы не общался со мной будь я, как Тэхен? — Чимин скрещивает руки на груди, взглядом практически прожигая Чона, который в ответ смотрит с усмешкой. — Ни за что в жизни — честно выдыхает парень, тут же замирая посреди коридора и оглядываясь — Блин, ты ничего не видел? –Нет, а что? — поняв, что обижаться на Чонгука бессмысленно: тому похоже не особо важно разговаривает Пак с ним или нет, выдыхает парень. –Или мне показалось… — старшеклассник проводит рукой по волосам и снова возобновляет ходьбу. –Что показалось? — с любопытством спрашивает Чимие, догоняя друга. –Что за нами кто-то следит — неуверенно выдыхает Чон, чуть крепче сжимая лямку рюкзака. Не впервые чувствует на себе чужой взгляд и от этого ещё больше жутко. –Да кому мы нужны. Будут люди время тратить на таких как мы — Пак пожимает плечами, хотя внутри думает, что у Чона крыша поехала из-за собственной значимости. — По-моему, мы достаточно симпатичны, чтобы тратить на нас время — усмехается Чонгук, толкая дверь в раздевалку. Переодевшись в кимоно, которое до жути не нравилось Чонгуку, друзья вошли в зал. Коллектив в основном состоял из подростков их возраста или ребят ненамного старше, так что им было комфортно здесь. Сейчас все сидели на лавочках и либо разговаривали, либо просто сидели с телефонах. –Привет всем! –крикнул Чонгук, едва выйдя из раздевалки, махая ребятам. –Привет! –послышалось с разных концов зала. Друзья, в свою очередь, уселись на скамейку и стали ждать прихода тренера, которого они любили всем сердцем. Наконец, дверь открылась. В зал вошёл тренер, оглядывая учеников. А позади него, неуверенно глядя себе под ноги шел Ким Тэхен. Чертов Ким Тэхен. Кажется, он не преследует Чонгука разве что во снах. –Вот, я же говорил, что нравлюсь ему. –зашептал Гук Чимину, скрещивая руки на груди –Он даже здесь меня выследил и тоже записался. –Да ты херню несёшь. Думаешь, он бы стал это делать? Больно ты ему нужен — закатывает глаза Чимин, ещё больше укрепляясь во мнении, что пора бы Чону уже делать что-то с самооценкой. –Ой, думай, как хочешь. Глянь, как он выделывается. –сказал Чонгук, глядя на безуспешные попытки Тэхена сделать обычный удар ногой. –Даже этого не умеет, а ещё собирается заниматься со мной. –Но, Чонгук, все с этого начинали… –Ну так пусть идёт в подготовительную группу, а не к нам. Смотри, смотри, что он делает, вот придурок. –сказал Чонгук и, смеясь, продолжил заниматься.

***

Дома, приняв душ и переодевшись, он пошел ужинать. Его мама–милейшая женщина, ужасно любящая готовку. Отец вечно пропадал на работе, уделяя мало времени семье. На месте матери, любая другая женщина устроила бы истерику из-за этого, но родители никогда не ругались и жили дружно –Сын, у меня к тебя важная новость. –Чонгук не успел даже сесть за стол, как мама накинулась на него с разговорами. –Что, твоя любимая группа выпустила новый клип? — с усмешкой спрашивает Чонгук. Его мама, несмотря на возраст, была огромной фанаткой айдолов. Чего только стоит огромная полка в гостиной, больше похожая на алтарь. Она и Чону пыталась привить эту любовь, вот только безуспешно. –Нет, но это было бы как раз кстати. Больше не будешь угадывать? –Нет, говори уже –Знаешь Ким Тэхена? –Допустим, а что? –Я пригласила его к нам в гости на рождество! Ты рад? –Ага, безумно. –Ты так говоришь, будто нет… –А чему тут радоваться? –Я думала, вы дружите. –Чтобы я с ним и дружил? Да ни в жизнь. –Чонгук, нельзя так говорить. Все равно это ничего не изменит. Рождество уже завтра. Иди ешь! –Ла-адно. Но, пожалуйста, можешь со мной советоваться, по поводу гостей. Я, между прочим, тоже здесь живу. –Еще чего! Ты же все равно, когда приходят родственники, сидишь в своей комнате и выходишь только в туалет и попить. А когда я тебя зову, чтобы ты сыграл тете Джи Хи на этой твоей укулеле, то постоянно просишь денег. А откуда у меня столько денег?! –Да ладно тебе! Любой труд должен оплачиваться. Ладно, лучше есть буду. –сказал Чон и яростно заскреб ложкой по пустой тарелке из-под риса, который он и сам незаметно, как съел. –О, боже, перестань. Ненавижу эти звуки. Тебе наложить ещё риса? –Да, спасибо. «Блин, везде этот Тэхен. Достал уже! Постоянно за мной хвостиком ходит, а теперь ещё и в дом мой пробрался и маму мою на свою сторону перетащил. Дойдет до того, что нас поженят. О, боже, даже представить это себе не могу. А ещё мама нас сравнивать будет как всегда. Поскорее бы уже это закончилось!»–думал Чонгук, медленно дожевывая котлету.

***

Утро… Рождественское утро. Для кого прекрасное, для кого не очень: Чонгук скорее относился ко 2 типу. Мама украсила дом, поставила ёлку, развесила шарики и даже снежинки на окна налепила. Но даже это не прибавляло у Гука настроения. Тэхен… Грёбаный Тэхен испортит ему все рождество получше любого гринча. –Мам, что на завтрак? –кричит он, идя по коридору. –Мам, ты не спишь? –Конечно, нет. Гости на носу. Да, кстати, оденься нормально–не вежливо будет встречать гостей в пижаме. –А кто там будет кроме Тэхена? –Его бабушка, тетя Даже Хи, папа. –Тогда зачем наряжаться? Все свои –Хорошо, делай, что хочешь. Да, я там кашу сварила, иди, поешь. Только индейку не трогай–это на рождество. –Хорошо…–Чон терпеть не мог кашу. Да, звучит по-детски, но это правда невозможно есть. Конечно, чтобы не обидеть мать, он съедает все, но все равно заедает кимчи. Весь день проходит в подготовке, в радостном волнении со стороны родителей и словно ожидании смерти для Чонгука. Тот настолько тонет в своих мыслях, что даже не сразу понимает, что наступил вечер. –Сынок, осталось полчаса! Иди переодевайся! –прокричала мама из другой комнаты. –Хорошо! «Хотите по праздничному, по рождественски? Будет вам праздник, будет вам рождество.» думал Чонгук, уже проворачивая у себя в голове свой образ на рождественским столом. –Боже, Чонгук, ты с ума сошел? –вскричала мама, увидев, во что одет ее сын: черные джинсы, черная футболка, черная серьга в ухе, черные носки –Праздник же! Иди переоденься! –Не буду, мне так нравится! –Снимай, говорю! Иди, одень белую рубашку! –Нет, я буду сидеть так! –Да ты… *Звонок в дверь* –Ладно, можешь остаться так. Будет, чем Джи Хи удивить. Сын стал готом. Иди, открывай! –Хорошо… Подойдя к двери, он повернул ключ и толкнул дверь. –Заходите! –бросил Гук и, развернувшись, уже собирался уходить, как: –Привет! –послышался низкий голос за спиной. От него по спине Чонгука пробежались мурашки–настолько красивый и бархатный. –Привет, –Чонгуку совсем не хотелось оборачиваться, ведь он подозревал, что обладателем голоса является отнюдь не тетя Джи Хи… Повернув голову, он застыл на месте: перед ним стоял…нет, не заморыш Ким Тэхен в дурацких очках, а высокий, красивый, стройный молодой парень с идеально подстриженной челкой. Волосы были пепельного цвета, что придавало ему некую холодность. Никаких дурацких очков, отчего Чон словно тонет в темных глазах напротив. Нервно сглатывает. –П-простите, а вы кто? –заикаясь, спросил Гук, оглядывая незнакомца с ног до головы заворожённый взглядом. –Я Тэхен. Не помнишь меня? –А, Тэхен… –Может, дашь пройти? –А-ага… «Что произошло? Почему? Как? Когда? Ещё же вчера был…был… Но как? Почему он такой красивый? Черт! Ну правда! Это невозможно!» –Тэхе-ен! Боже, какой же ты красивый! Ты подстригся? –послышался из кухни голос мамы. –Да, а ещё надел линзы вместо очков. –По±моему, ты и с ними был милым. Но без них ты стал таким красавчиком! Даже лучше моего Чонгука! –Ма-ам! Ты же все же моя мать! Как ты можешь говорить такое? –возмутился Гук, тут же переводя взгляд на родительницу. –Ну, а что? Это же правда! –Да, нет. Вы ошибаетесь. Я уродец по сравнению с Чонгуком.– Тэхен смущённо улыбается, отводит взгляд. Поведение, слова, точь в точь как раньше. Только вот, раньше Чон не замечал, как очаровательно краснеют его щеки. –Чушь какая! Не говори так. Все люди красивы по-своему. Ладно, давайте заканчивать это. Ненавижу разговоры про внешность, сама не красавица. Кстати, Тэ, а где бабушка? –А, она заболела. –Ох, как жаль. Ладно, подождите пару минут, Джи Хи скоро прийдет. Я ей сейчас позвоню. Вы ведь сможете посидеть тихо, а то папа спит. –Да, конечно, мам. –Тогда, я пойду. –Ты… Почему ты на меня так смотришь? –спросил Тэхен, которому уже стало жутко от постоянного взгляда Чонгука. –А? Что? А, прости. Будешь чай? –Нет, я подожду всех. –А, хорошо. Тогда только для себя сделаю. Чонгук включает чайник, оборачивается, опираясь о стол и продолжает взглядом гипнотизировать Тэхена. С каждой секундой подмечает про себя деталь, которую не замечал раньше. Какая потрясающая у него яркая улыбка, какой невероятный голос и как слишком часто Ким облизывает свои губы. Когда повторяется в пятый раз, Чон невольно копирует это действие, чувствуя как быстро стучит сердце. И почему-то чая больше не хочется. Хочется к губам мягкие покусанные губы Тэхена. — Мам, раз все собрались, может начнем? — громко говорит Чонгук и собственный голос кажется каким-то неестественным. Хриплый. — Да, конечно. Спустя пару минут, все сидят за столом. Чонгук, с утра съевший всего тарелку каши, и рад бы взять всего и побольше. Вот только кусок в горло не лезет из-за взглядов, которые Тэхен то и дело бросает. Поэтому, парень лишь вяло ковыряет в салате вилкой и делает вид, что содержимое гораздо интереснее парня напротив. Ложь на самом деле. Чонгук рассыпается в тот момент, когда Тэхен во время десерта слишком неаккуратно ест торт. Да так, что крем каким-то образом оказывается на губах. И чертов Ким, вместо того, чтобы взять гребаную салфетку облизывает их. Словно нарочно медленно, после прикусывая нижнюю. И Чон готов сейчас же головой убиться об стену, потому что Отвратительно. Грязно. Противно. Сказал бы раньше. Мило. Возбуждающе. Пошло. Думает сейчас и это ему совсем не нравится. — Думаю вы, детки, можете пойти в комнату Чонгук невольно улыбается. Знает он прекрасно, зачем их отправляют. Родителям, похоже, порядком надоело пить один только чай. Он поднимается с места, проходит по направлению в комнату пару шагов, но тут же замирает в ожидании Тэхена. — Ты же идёшь? — А? Я? — растерянно переспрашивает, хлопая глазами в непонимании и только после утвердительного кивка, продолжает — Да! Конечно!

***

Чонгук с силой захлопывает дверь, тут же разворачивая и прижимая Тэхена к ней же. Он смотрит на растерянного парня буквально секунду, а после, наконец, накрывает чужие губы. Без намека на нежность. Влажно. Грубо. Затапливая в собственной власти. Отстраняется, прикусив губу напоследок и тут же припадает к шее, рукой же забираясь под широкую кофту. — Ч-Что ты делаешь? — хриплым низким голосом спрашивает Тэхен, глядя каким-то затуманенным взглядом и…снова облизывает губы. Чонгук снова целует. Буквально секунду. — На что это похоже? — с усмешкой спрашивает он, опаляя дыханием уже ухо Кима, после сразу же чуть прикусывая мочку. В комнате невыносимо душно. Тэхену кажется, что задыхается. Словно плавится как воск от огня. И этот самый огонь сейчас — Чон Чонгук. Парень, в которого был безответно влюблен со средней школы. Вроде бы, исполняются мечты. Когда целует любимый парень, нужно расслабиться, отдаться чувствам. Особенно, когда покусывает шею и плечи, когда целует так, что Тэхен может лишь поскуливать и царапать дверь, к которой прижат. Ким неосознанно подается ещё ближе, желая прижаться сильнее. И Чонгук понимает. Он подаётся бедрами вперёд, прижимаясь к бедрам Тэхена. У последнего яркие вспышки перед глазами, когда он чувствует чужое возбуждение. Тешит самолюбие то, что он стал причиной этому. Вот только, ему ли думать об этом, когда сам возбужден не меньше. Тэхен тает, Тэхен дышит тяжело, Тэхен чувствует, что влюблен. До слабости в ногах, до учащенного сердцебиения и бессонных ночей. Вот только…

» Я же не слепой–вижу, как он на меня смотрит. Но мне он не нравится–редкостный идиот. На голове–гнездо, такое ощущение, что он не расчесывается даже. А ещё эти очки дурацкие–оправа такая толстая, что закрывает пол лица! Может быть, он и умный, но такой урод, что даже смотреть противно » « Пусть идёт в подготовительную группу, а не к нам. Смотри, смотри, что он делает, вот придурок » « Глянь, как он выделывается » Ким никогда себя не ненавидел, го кажется, Чон Чонгук научил его это делать.

Тэхен отталкивает парня неожиданно даже для себя. Толкает так сильно, что тот даже падает и непонимающе поднимает глаза. — Прости, но — с ядовитой усмешкой начинает Тэхен, внутри глотая слезы, чувствуя, как кислотой в груди разливается обида –…не выделывайся так, придурок — уверенно проговаривает, зная, что парень свои слова узнает — Я не люблю тебя. Больше не люблю. С меня хватит. Тэхен выходит из комнаты, быстро попрощавшись, и из дома. Он стоит, глядя куда-то в небо и ловит руками снежинки. Пока по щекам бегут слезы. В голове звенят последние слова. «Я не люблю тебя. Больше не люблю» Ложь, вообще-то. Абсолютно чистейшая ложь.