I hate or love?

      «Блядская Ханна, как же она меня бесит!» – Кэссиди слезла с машины Большого Джо и сразу направилась в сторону лагеря. По тропе, меж огромными брёвнами деревьев, которым век уж точно был, она шла и думала только об одном: поиграть на гитаре и улечься спать, что бы остудить свой пыл. Хоть с Ханной она была знакома уже давненько, эти выкидоны с её стороны бесили её. При чём очень сильно. И даже, если не просто выкидоны, а упрёки с её стороны, что, «Кэсс такая ленивая и ничего не хочет делать» и «ты меня бесишь».       Подойдя ближе к своей палатке, на которую падал свет вечернего солнца, девушка достала свою гитару, обклеенную наклейками и, сев стала играть спокойную мелодию. Струна за струной, и пыл Кэссиди стал потихоньку остывать. Природа и сам лес придавали её песне некую романтику, от чего сама девушка кайфовала.       – Что делаешь? – спросил только что подошедший Шон и облокотился на старое дерево, которое много чего повидало за всю свою долгую жизнь. Кэсс же подняла взгляд и приняла дружелюбное лицо.       – Да так, остужаю свой пыл.       – Это всё из-за Ханны? – Диас, как будто читал её мысли. Да даже не просто читал, он словно был в голове фиолетоволосой.       – Ха, а ты, как я понимаю, любишь встревать в чужие отношения, – она отложила гитару от себя и сложила руки в замок, положив их на колени.       – Да не, я просто заметил, какая ты...       – «Какая я»?       – Да, после...       – «После» чего?       – После ссоры с Ханной, – наконец произнёс всю мысль парень и посмотрел в глаза Кэсс. – Я понимаю, что у вас между собой свой какой-то пиздец, но знаешь – я бы посоветовал тебе с ней поладить.       – Что? Я и Ханна? – девушка сделала смешок. – Такое ощущение, словно это какая-то шутка.       – Нет, вовсе нет. Просто... Вы мои друзья, и я не хочу, чтобы вы ссорились, вот и всё.       – Не уверена, что она меня как-то интересует, – Кэссиди отвела взгляд и посмотрела на девушку, которая сидела с Ингрид и Андерсоном, о чём-то беседуя и чистя при этом картошку.

***

      Ночной лес укутывал хипперскую тусовку, а фонари светили над головами людей. Костёр трещал от только что оказавшихся шишек в нём, кинутых Шоном. Все уже давно ушли, только парень, Финн, Кэсс и Ханна остались возле костра, наделывать «красоту» первому. И вот, когда дело было сделано, разговор компании зашёл совершенно не туда. Абсолютно не туда.       – Так... Вы же... – Шон словно потерял дар речи, постоянно запинаясь меж слов.       – Ну, мы время от времени трахаемся, но мы не пара, – Финн улыбнулся своей фирменной улыбочкой и посмотрел на Ханну.       Но не только он смотрел на Ханну, но и Кэссиди, которой было немного противно от этих слов, сказанных Финном. Почему-то внутри неё что-то сильно сжалось, а застрявший ком заставил просто промолчать на слова парня. Максимум, что она хотела сейчас сделать, так это просто уйти на озеро, которое находилось недалеко от их хипперского лагеря, чтобы побыть там наедине со своими мыслями и... Ревностью.       «Ревностью?» – Кэсс даже остановилась на секунду от такого слова в своей голове, а позже продолжила свой путь. – «Нет, я никогда не буду кого-то ревновать. Особенно, особенно Ханну!»       Через пару минут она оказалась возле озера. На него светила белая луна и белоснежные звёзды, словно кроме них и девушки никого в этом мире не было. Сев на самодельную скамейку, которую ребята сделали за время пребывания в этом лесу, она облокотилась на спинку, и стала смотреть на воду и отражение в нём. Кэссиди не хотела возвращаться в Техас к своей ёбнутой семейке, и все знакомые это прекрасно понимали. Но только, наверное, не Ханна. Нет, она была не такая. Она любила поспорить с девушкой, любила повякать на ту, но всё же... Всё же между ними было что-то большее, чем просто неприязнь между собой.       За спиной фиолетоволосая услышала хруст веток. Она резко обернулась и увидела за собой Ханну, в руках которой находилась её же куртка.       – Чего ушла? – спросила та и, подойдя ближе, села на лавку рядом с Кэсс.       – Да так, одной захотелось побыть, – та махнула рукой и посмотрела на тёмноволосую. В ночной темноте и в свете луны, она выглядела даже ничего так, как считала Кэссиди.       – Я тут тебе принесла куртку, – Ханна накинула свою куртку на плечи напротив и слабо улыбнулась.       – Зачем? – Кэссиди даже удивилась от такой заботы со стороны Ханны.       – У костра не так холодно, а ты ушла вообще к озеру, так что вот...       Они обе замолчали, смотря то на озеро, то друг на друга, но первой это молчание решила разбить Ханна.       – Извини, что взъелась на тебя с утра, просто... Просто я не умею правильно выражать свои эмоции, – девушка улыбнулась и посмотрела в глаза Кэсс.       – А какие ты эмоции хотела тогда выразить, если не злобу? – та тоже посмотрела в глаза напротив, после чего почувствовала на своих устах чужие губы. Кэссиди не сразу поняла, что происходит, но после нескольких секунд ступора ответила на поцелуй, который становился более глубоким. Ненависть к девушке сменились на новые ощущения: приятное покалывание в районе солнечного сплетения и возбуждение.       – Думаю, ты поняла, какие именно, – Ханна первая отцепилась от губ фиолетоволосой, ухмыляясь. – Это прозвучит безумно дико, но...       – Но что? – спросила Кэссиди, подвигаясь ближе, облокачиваясь на неё.       – Ты не хочешь встречаться?       – Оу, не, я подумаю. Когда отрезвею, то дам ответ. И тебе советую.       – Как скажешь, – Ханна пожала плечами, закидывая одну руку на плечо Кэсс.       Так обе просидели всю ночь до утра, смотря на звёзды и такую манящую луну.