Я ни за что не сдамся

Ей слышался лишь тихий шёпот волн Атлантического океана. Вокруг было слишком тихо и любой посторонний шум, казалось, с лёгкостью мог бы оглушить. Она считала свое ровное дыхание. В холодный воздух проникали струи пара и окутывали собой бледный светящийся лунный диск. Чёрное полотно с россыпью миллиардов далёких звёзд никогда не было таким далёким и недосягаемым, как в эту ясную, наполненную тишиной, ночь. Мокрые рыжие, некогда кудрявые волосы стали тёмными, скованными множеством ледяных кристаллов прядями, раскинувшимися в разные стороны. Красивое, промокшее платье скомкалось и собралось в несколько заледенелых частей. Молодая девушка лежала посреди Атлантики на части сломавшейся двери и пела. Ледяная вода качала огромное множество обречённых на смерть людей, держала на своей ровной поверхности полторы тысячи лишившихся всякой надежды и промерзших до костей несчастных существ, оказавшихся на пароходе в эту апрельскую ночь. Вокруг царила смерть и чертовски холод. Пассажиры первого, второго, третьего класса, все они сейчас, одетые в одинаковые белые жилеты на тонких завязках, заледеневшие и замерзшие на смерть лежали на поверхности океана, забравшего их жизни и надежды на свое одинокое дно. Женщины с грудными младенцами на руках застыли неподвижными статуями, и мало кому поверилось бы, что несколько часов назад их горячие сердца качали ярко-красную кровь по всему телу. Стеклянные неживые глаза, казалось, смотрели прямо в душу, но одновременно с этим выражали лишь глубокую обреченность и страх. Никто из них, ни один из этих людей не мог знать, что вместо шумных улиц Нью-Йорка, наполненных жизнью в любое время дня и ночи, их конечной станцией будет холодный Атлантический океан. С высоты нескольких тысяч километров на молодую рыжеволосую девушку смотрели миллионы небесных тел. Они отражались от качающейся из стороны в сторону водной глади, освещая все вокруг. Где-то в далеке ей слышался звонкий мужской голос. «Шлюпка. Они вернулись, они пришли за нами. Мы не умрём здесь, Джек, мы не умрём здесь.» - Джек, - тихо выдыхает в пустоту девушка, - Джек, - снова повторяет она. Холод прочными железными цепями сковал все тело, любое движение давалось с трудом, приносило боль, которая в свою очередь окатывала бледное ледяное тело. Она поворачивается лицом к, казалось, чёрной воде и берет за руку мужчину, на большую половину находившегося в воде. - Шлюпка, Джек, - чуть улыбаясь, девушка трясет его за руку. Её голос дрожит, она говорит шёпотом, потому что на большее уже не способна из-за дикого холода, - Шлюпка, - не теряя надежду зовет она. Через насквозь промерзшее тело мороз медленно начал подбираться к самому сердцу девушки, страх прошёлся короткими нервным импульсами с головы до ног и еще никогда ей не было так горячо и холодно одновременно. До этой секунды. Она не переставала звать юношу, с надеждой трясла холодную безжизненную, невыносимо бедную руку, чувствуя, как к горлу поступает предательский комок, а на глаза наворачиваются горькие слезы безнадежности, тут же превращающиеся в маленькие соленые кристаллики на красивом лице. В тот самый момент осознания, до её сердца, лишь недавно познавшего прекрасную сущность настоящей светлой любви, окончательно добрался холод. В выражении лица отчетливо читалось лишь одно чувство - боль, боль потери. Юной рыжеволосой девушке казалось, что в эту секунду все страдания мира, которые только испытывали, испытывают и будут испытывать люди сошлись клином на ее измученной душе. Девушка со слезами на глазах отпускала навсегда ушедшую от неё любовь. - Я не за что не сдамся, Джек, - осипшим голосом говорила она, погружая в холодную воду заледеневшее тело. Через минуту мужчина, искренне желавший найти в этой бескрайней мёртвой тишине хоть одну живую душу, услышал свист, а ещё через секунду, в ярком свете фонаря увидел бедного измученного, но все еще живого человека. *** На пристани было многолюдно. Выжившие после потопления легендарного лайнера мужчины, женщины, дети отчаянно пытались найти в этой суматохе своих родных. Они останавливали служивых, спрашивали их о списках, в которых числились спасшиеся с "Титаника" люди и не могли поверить своим ушам, когда им с соболезнованиями сообщали, что те, о ком они спрашивают, скорее всего ушли на дно вместе со злосчастной посудиной. С неба капли тяжёлые дождевые капли и рыжеволосая девушка стояла среди толпы снующих туда-сюда людей, вглядываясь в темно-серый небосклон. - Могу я узнать ваше имя? - спросил подошедший к ней человек в фуражке. Она медленно обратила на него свой взор, смотрела куда-то мимо, словно видела за ним далёкого призрака прошлого, навсегда лишившего её покоя. Девушка ещё несколько секунд стояла напротив мужчины, словно принимая для себя самое важное в жизни решение, после чего ровно сказала всего одно, будто само собой разумеющееся, слово, об очевидности которого догадаться было легче, чем сложить два и два: - Доусон, - оно прозвучало легко и осознанно, так, словно она обрела, наконец, то, что казалось, потеряла навеки, - Роза Доусон, - добавила она и снова посмотрела вглубь хмурого неба над своей головой.