Две буквы

— Я люблю тебя, Макс, — громче, чем следовало возразил Алексей. Собравшийся войти Леонов в шоке отшатнулся от двери. Сейчас произойдёт то, чего Вахтанг хочет меньше всего. В голову пришла давно зудящая мысль: в фамилии Леонидов и Леонов много общего, но Макс выберет не его, Вахтанга, верную тень, а Леонидова, у него на две буквы больше, да и решимости, как оказалось, тоже. У Макса на лице появилось секундное удивление, которое сменилось вопросом: — А знаешь что, Лёшенька? — Максимов присел на стол Гнездилова, сложа руки на груди, ожидая реакции. Пауза затягивалась. — Что? — еле слышно осмелился спросить Леонидов. За дверью раздался обречённый вздох. Вахтанг всегда был не решительным и сомневающимся в вопросах отношений, даже, когда сошёлся с Максом. Леонов не знал, как повести себя в этой ситуации. Следовало уйти, но беспокойное сердце, которое, казалось увеличилось в размере и неприятно кололо, не позволяло сдвинуться с места. А голова гудела от множества противоречивых мыслей. Даже таблетки остались в кабинете. Вахтанг снова вздохнул и прислонился головой к стене, ожидая, когда же их диалог подойдёт к концу. — Убери две буквы из своей фамилии и узнаешь, а лучше к Лене иди, — настойчиво попросил Макс. — Две буквы в фамилии что-то меняют? — Леонидов устал от глупых шуток собеседника. — Человеческое отношение, а не ревнивое свинство. Пёс, ко мне, — Макс уже был возле двери и пропустил пса вперёд, — пока, Лёш. Пёс звонко залаял в коридоре, Макс даже не прикрыл дверь, чтобы скорее посмотреть, что там за непорядок. Алексею было тяжело, ведь ему только что отказали. В груди неприятно щемило и он чувствовал себя униженным и не целым. Хотелось плакать, что было для него ново. — "Мужчины не плачут", — подумал Алексей и прилёг на столе, в надежде, что отпустит, он слышал диалог за дверью, отчего ему стало ещё паршивей. Нарушитель тишины нашёлся довольно скоро, стоило Максимову обернуться направо. В кресле, совсем рядом сидел Леонов, странно пыхтя, а увидев Макса он слегка покраснел и отвёл взгляд. — Раз всё слышал, бери вещи и пошли домой, — Макс подошёл ближе и потрепал его по голове, словно пса. Пёс, кстати, не проявил признаков ревности, а это весьма хороший знак. — Куда? — непонимающе поднял на него глаза Вахтанг. — Ко мне, пока что, а там разберёмся, мишка, — Макс ждал, бренча ключами от машины и тепло смотрел на своего робкого партнёра. Пёс одобрительно залаял. Леонов собак любил, а эта собака так вообще особенная: солидарная с ним во всём. Это был последний аргумент и Вахтанг медленно поднялся, а потом уже двое пошли к красному авто. — Ты откуда узнал про две буквы? — спросил Вахтанг добавляя: — Это моя самая странная мысль и вполне провальная версия. Максимов удивлённо взглянул на миг отрываясь от дороги, сказал: — Значит я подслушал. Леонов возразил: — Я никогда не произносил её вслух. Макс на выходе взял его под руку, фонари светили тускло, деревья качались от лёгкого ветерка, шурша листвой, нашёптывая загадочный мотив, заставляя ёжиться в лёгкой кожанной курточке и прижиматься ближе. Максимов склонился к самому уху и опроверг последнюю фразу: — Ты разговариваешь во сне, Вахтанг. Дальше ехали тихо, потом Макс притормозил, Пёс радостно залаял в кузове, что означало конец пути. Макс спросил: — А если я тебя вдруг обижу? Вахтанг рассмеялся и сказал, что не обидчивый, а если и случится, то Максимов получит от пса. Сзади звонко гавкнуло и ударило лапой по заднему стеклу. — Вы ж моё ополчение, — тихо сказал Макс и они втроём направились домой, но Пёс точно знал, что скоро их в квартире будет именно столько. Совсем скоро Пёс станет получать вкусняшки втайне от Макса, ходить чаще на прогулки. Максимов перестанет заходить к Лене, но по лицу Леонидов ему всё-таки даст, и Макс так вежливо объяснит ему, чтобы тот шёл к своей жене, иначе его парень рассердится, хотя, никто никогда не видел злого Леонова. Псу осталось только уговорить Макса купить вторую подушку и повлиять на решимость Вахтанга.