Глава 9.
30 июля 2013 г., 17:12
POV Кваетуса
Мой мир превратился в сплошную чёрную полосу. Я стал изгоем на собственном же факультете. Привычка накладывать защитные заклинания на свою кровать и вещи закрепилась у меня настолько прочно, что я без этого не мог заснуть. Даже ночью просыпался и проверял. Но больше всего меня поразило изменение настроения дома и моего отца. Отец весь осунулся, стал пугливым и как-то странно, затравленно озирался по сторонам. Мать тоже сильно побледнела, похудела. Но в её глазах теперь я видел непролитые за моего брата слёзы. Плакать по нему запретил сам отец. Ибо он сказал, что у него больше нет сына по имени Константин. Отрекся от него. Почему? Почему Константин так жестоко поступил с нами? Почему предал мать, отца, нас с сестрой? Мы все росли в одинаковых условиях, ничем не обделенные. Ему даже больше доставалось… Отец не может куда-либо деться, смотреть нам и Главам Кланов в глаза. Он постоянно видит, чувствует презрение. Что же было нужно моему брату на самом деле? Но ответа нигде не найти. Мрачные дни тянулись один за другим. Я спиной чуял, что что-то у тёмных и Тьмы затевается. Что-то очень чёрное и противное. Лео старался заглядывать к нам чаще. На выходных или родительских днях мы с отцом практически не виделись. Он вообще не бывал дома. Скорпиус ходил очень мрачный. Чаша весов, на которой он балансировал, слишком часто накренялась в разные стороны. Он хотел защитить мать. Только это и всё. А дед убеждал его присоединиться к тёмным и Тьме. Сам дед уже официально стал тёмным, и служил Тьме. Мне даже жалко его. Нас слишком рано заставили повзрослеть. Моя сестренка чуть ли не на коленях умоляла нашего директора взять её в ученицы мадам Помфри. Хотя от отца мы получили чёткое указание: ни в коем случае не вмешиваться и не выбирать профессии, связанные с опасностью для себя. Я же выбрал зелья. После того, как Лили и я выбрали свои пути, пришёл мой отец. И провёл с нами короткую по продолжительности времени беседу. Меня в ней ждал сюрприз в виде бремени, и он был большим: я стану наследником Клана Духа. После смерти отца, конечно. Я не мог в это поверить, ведь Лили всё-таки старше. Мое мнение не учитывалось… Но всё решено за нас…***
Нападение пяти демонов состоялось на Рождество. К счастью, отец предполагал, что нападение будет, и прислал своих людей. Нас всех, не смотря на то, что я тоже хотел участвовать с сестрой в сражении, отвели в подземелье и заперли. Сестра очень боялась: она дрожала с головы до ног, прижалась ко мне. Я же сжимал палочку в кармане и ожидал проникновения в нашу комнату, где мы стояли. Снаружи поставили «кордон» — охрану из учителей. Среди воинов-волшебников, присланных отцом, я увидел и Лео. Я очень переживал за него. Ведь Тёмная и Демоны — это не сказка. Они воистину могущественны. Нет, я, конечно, ничуть не сомневаюсь в силе Лео, но всё же чувство тревоги не давало покоя. Каждый раз начинал нагружать себя ужасающими мыслями, не имеющими никакой основы. Рассматривал худшие варианты любых ситуаций. Но почему-то я ничуть не задумывался о хорошем… Насколько я узнал, бой был тяжелый: ранено тяжело пять человек, убито двое. Те, кто чудом уцелел, торопились доложить моему отцу о выполненном плане. Нас освободили из подземелий. Я сразу же выбежал с сестрой в Больничное крыло. Там уже стоял отец и разговаривал с Лео. Тот что-то ему отвечал. Едва я хотел спросить, как всё прошло, двери резко распахнулись. Отец сразу же прижал мою сестру к себе. А меня схватил свободной рукой за плечо, не давая шевельнуться. Я в шоковом состоянии наблюдал, как мимо меня на носилках выносят двое недвижных фигур, завёрнутых в чёрную ткань. Из-под одной, неплотно завернутой, высунулась рука, по которой капельками струилась кровь. Я никогда этого не забуду. Никогда. Рука отца вцепилась в мое плечо так, что мне было очень больно. Но я не посмел ему это сказать. Может потому, что я попросту не чувствовал боли в тот момент. Лишь ужас войны. Это означало, что я признаюсь в собственной слабости и бессилии. Я не имею права бояться или же показывать свои страхи. Ведь теперь я будущий Глава Клана духа. И я не могу проявлять эмоции. Но ведь отец когда-то говорил мне, что страх — это не слабость. Она раскрывает нам наши недостатки. Я стану сильнее… Нет, я обязан стать лучше. Впервые и четко осознал для себя, что детство кончилось навеки. Впереди жизнь. Но какая?
