Do not Whine: Why Me? Go: Try Me

      Реборн и Череп молча наблюдали за тем, как студенты просачиваются внутрь трактира. Вдвоем они приняли дополнительные меры предосторожности и выгнали всех остальных посетителей, а когда хозяин начал жаловаться, дали ему мешок галеонов. Это заставило его заткнуться. Это и горящие жёлтые глаза Реборна.       Череп отметил, что среди детей не было ни одного слизеринца, и это было… очевидно, предположил он. Они наблюдали, как Гарри становилось явно не по себе в постоянно растущей толпе людей. Они наблюдали, как Поттер что-то прошептал Гермионе, и та быстро ответила. Пухлый мальчик, Невилл, (вспомнил Череп), поздоровался с Троицей и сел. Скалл попытался приглушить свое фырканье, вызванное явным увлечением Гарри китаянкой. Чоу Чанг, кажется? Реборн тоже выглядел довольно удивленным.       Через некоторое время, когда дверь в Кабанью Голову была заперта, шторы задернуты и на двери висела зеленая табличка «Мы закрыты» (благослови Леона), в комнате воцарилась тишина. Реборн бросил острый взгляд на бармена, который поспешно заткнул уши и остался в поле зрения киллера. (Никогда не выпускайте потенциального врага из виду. Очень важное правило, по мнению Реборна). Все взгляды были прикованы к Гарри.       Гермиона кашлянула и встала, её поза была напряженной и полной неловкости. — Ну, — неуверенно начала она. — Ну, мы… э-э… привет. — глаза повернулись к ней, но время от времени ученики оглядывался на Гарри. Гермиона снова закашлялась. — Хорошо… э… ну, вы знаете, почему вы здесь. Ух… Ну, у Гарри была идея… я имею в виду, — Гарри бросил на неё острый взгляд.  — У меня была идея… что, было бы неплохо, если бы люди хотели изучать Защиту от Тёмных Искусств… и я имею в виду, действительно изучать этот предмет, а не ту ерунду, которую преподаёт Амбридж… — голос Гермионы внезапно стал намного сильнее и увереннее, и Черепу пришлось подавить смех от её очевидного отвращения к женщине. — Потому что никто не может назвать это Защитой от Темных Искусств… («Слушайте, Слушайте! — сказал Энтони Голдштэйн, и Гермиона выглядела довольной) Ну, я подумала, что было бы неплохо, если бы мы, ну, взяли дело в свои руки.       Не самая лучшая речь, но Череп дал ей очки за старание и усилия.       Гермиона сделала паузу, искоса посмотрела на Гарри и продолжила. — И, я имею в виду, что мы должны научиться правильно защищаться, не только в теории, но и на практике, используя заклинания. — Но ты ведь тоже хочешь сдать на экзамене Защиту от Тёмных Искусств, разве нет? — сказал Майкл Корнер, внимательно наблюдавший за ней. — Конечно, хочу, — резко ответила Гермиона, затем перевела дыхание и смягчила свой голос. — Но более того, я хочу, чтобы меня должным образом обучили защите, потому что… потому что… — она глубоко вздохнула и закончила, — Потому что Лорд Волдеморт вернулся.       При этом имени воцарился хаос. Краем глаза Череп увидел, как Реборн сел, и в его обсидиановых глазах появился новый блеск. Бармен по-прежнему настороженно смотрел на киллера. — Хорошо… во всяком случае, таков план, — сказала Гермиона. — Если кто-то хочет присоединиться к нам, нам нужно решить, как мы собираемся это сделать. — Где доказательства, что сам-знаешь-кто вернулся? — спросил светловолосый Хаффлпаффовец довольно агрессивным голосом. Череп нахмурился, сразу же невзлюбив этого парня. — Ну, Дамблдор верит в это… — начала говорить Гермиона, и Череп вздохнул. Не самый лучший способ начать. Почти половина присутствующих здесь людей считали этого человека сумасшедшим. — Ты хочешь сказать, что Дамблдор верит ему, — сказал белокурый мальчик, кивая на Гарри, и Череп обнаружил, что ему очень не нравится этот мальчик. — А ты вообще кто такой? — резко спросил Рон. — Захария Смит. И я думаю, что мы имеем право точно знать, что заставляет его говорить, что сам-знаешь-кто вернулся, — всё шло не так хорошо, как надеялся Череп. — Послушай, — начала Гермиона, — это совсем не то, о чём мы разговариваем… — Всё в порядке, Гермиона, — наконец заговорил Гарри. — Почему я говорю, что сам-знаешь-кто вернулся? — повторил он, глядя Захарии прямо в глаза. — Я видел его. Но Дамблдор рассказал всей школе о том, что случилось в прошлом году, и если ты не поверил ему, то не поверишь и мне, а я не собираюсь тратить время на то, чтобы кого-то убеждать. — Всё, что Дамблдор сказал нам в прошлом году, было о Сам-знаешь-ком, и что вы с Диггори едва вернулись живыми или что-то в этом роде. Он не дал нам подробностей, он не сказал нам точно, как вы, ребята, смогли увидеть сами-знаете-кого близко и лично, если вы вообще его видели. Я думаю, мы все хотели бы это знать. — Если вы пришли, чтобы услышать, как именно выглядит Волдеморт, когда он пытается убить вас и вашего друга, то я не могу вам помочь, — сказал Гарри на удивление спокойно. — Я не хочу говорить о турнире, хорошо? Так что если ты здесь для этого, то можешь убираться отсюда прямо сейчас. Ну так что?       Наступило молчание, и вновь появилась его улыбка. Это было больше похоже на правду. Небо с вторичным молниеносным пламенем. Небо, которое было тусклым, но все ещё могло сиять. Гермиона заговорила снова, и Череп отключился, задумавшись. Он настроился только тогда, когда близнецы Уизли вытащили странного вида металлическое устройство, а затем снова отключился.       Его голова, полная беспорядочных мыслей, прояснилась только тогда, когда все ученики начали садиться за пергамент и потом начали медленно уходить. Когда все ушли, Реборн хлопнул в ладоши, и все трое вздрогнули, испуганно глядя на него. — И это, — объявил Реборн, — показывает, насколько они нуждаются в обучении. Если они не могут обнаружить двух человек, которые явно не студенты, где один из них носит одежду спонтанных цветов, а другой с домашним хамелеоном, то я действительно не могу найти для них никакой надежды. Но я довольно хороший учитель, так что это будет зависеть от меня, чтобы вбить в них знания.       Троица выглядела испуганной, и Череп громко рассмеялся.