Критус

МакКой сидел в столовой, жевал свой завтрак и бездумно разглядывал всех вокруг, когда в помещение зашел Кирк. Они почти не разговаривали и не виделись, после нескольких стычек и разговоров на повышенных тонах. Встретившись с капитаном взглядом, Леонард тяжело вздохнул и слегка нахмурился. Джим, потоптавшись немного на месте, все же двинулся к доктору. Сев рядом, он откинулся на спинку стула, проводив взглядом энсина, который мгновение назад смотрел на них с интересом, все были в курсе про их разлад. − Я пришел попросить прощения, - брови МакКоя приподнялись, - Я наговорил много лишнего, мне жаль. Прости, - Джим скосил глаза на Боунса, ожидая реакции. Леонард, вздохнув, перевел взгляд на капитана, он знал, что Джим не любитель подобных сцен. Извиняться… не в его стиле. По крайней мере, извиняться от всего сердца, искренне. − Ты тоже меня извини. Он… вроде как стал дорог тебе больше обычного, – он слегка скептически скривил лицо, - и я отчасти понимаю твое волнение, но и ты пойми, тогда твое присутствие ему бы ничем не помогло, только бы мне помешало спасать его жизнь. − Забудем об этом? – Кирк примирительно протянул другу руку. − Конечно, Джим, - произнес он и сжал руку, - кстати, гоблин опустился в свою вулканскую спячку, транс, теперь, мы можем только ждать, думаю, скоро он вернется. − Будем надеяться, - немного помолчав, произнес Кирк. Ожидание затянулось. Минуты растянулись в часы, часы в смены, смены в дни. Время как назло шло медленно, для капитана, который удачно выступив по видеосвязи с речью, теперь был вынужден сидеть в ожидании возращения Спока. Который должен был уже быть среди экипажа как минимум три дня назад. Энтерпрайз дальше исследовал космос, шел по плану, без проблем и задержек. Джим не спускался с десантом на планеты, планетоиды, потому что боялся упустить момент. Боунс ходил хмурнее тучи. Нийота внешне отражала отрешенность и холодность, но Кирк знал, она волнуется не меньше него, остальные члены экипажа тоже были в напряжении и это напряжение, тяжесть в воздухе усиливалась каждый раз, когда на мостик кто-то заходил. Ждали Леонарда с хорошими новостями или самого Спока. Спок помнил пески Вулкана, кое-где они были цвета молотой корицы смешанной с красным острым перцем, помнил как пах этот песок, как раскалялся под жаркими, ослепляющими лучами солнца. Помнил, как убегал посмотреть на поднимающийся от земли жар, поразмышлять, спрятавшись в тени. Помнил, как мать искала его, бегая повсюду, и как прижимала к себе чуть не плача, когда ее сын возвращался домой. Спок не понимал ее волнения, думал, что это какая-то человеческая особенность. − Просто я волновалась, - говорила она, улыбаясь, – не уходи больше так надолго. И он больше не уходил далеко и надолго, не предупредив ее, он знал, теперь ей было спокойней, так же как и ему. Спок прерывисто вздыхает, почувствовав боль и холод в сердце. Он открывает глаза и оглядывает темноту, сгущающуюся вокруг него, сменившую пейзаж Вулкана. Смерть матери была неожиданной, шокирующей, срывающей все щиты и маски, рвущей самую крепкую связь. Вулканец вновь вздыхает и морщится, тишина и темнота начинают давить. Нужно думать о чем-то более вдохновляющем, подумал он, сильнее сжав челюсти, но разум, чувства были другого мнения. Спок всегда думал, что разрыв устоявшихся, семейных связей болезненней, чем тех, которые еще не сформировались. Он думал так до тех пор, пока конец одной ниточки связи не был обожжен радиацией, холодом стекла. Коммандер сам того не замечая потянулся за своим капитаном, за Джимом. И в момент угасания света жизни в голубых глазах он обжегся, испытал новую эмоциональную волну, которую должен был удержать. Она была сильнее всех, потому что говорила, негодовала об упущенном шансе, возможности, о потере чего-то ощутимо важного, она душила гневом, безысходностью, бессилием. Она ослепила. Когда доктор МакКой сказал, что Кирк будет жить, что его самочувствие стабилизировалось, Спок вздохнул и понял, как сильно попал, как запутался в сети эмоций, чувств и неуместных желаний. Они не должны вырваться, думал он тогда. А сейчас… Джим принял его, ответил ему тем же, так неожиданно. Вся эта история с Критусом, сменой пола, которая пошатнула его уверенность в том, что дальше дружбы не пойдет, что Джим равнодушен. «Сделал, если бы набрался смелости» Тьма вокруг него сменилась тихим умиротворенным космосом с россыпью звезд. Спок тихонечко дернул за нить, уходившую куда-то к звездам и где-то там, на противоположном конце, почувствовал ответное движение. Его ждут. Нужно собраться, взять себя под контроль и возвращаться, подумал он, глубоко вздыхая и открывая глаза в лазарете. Судя по приглушенному свету, на Энтерпрайз была ночь, в помещении было очень тихо. Спок вздохнул, пообещав себе, что это последний раз, и сел на койке. Им завладело сильное желание пойти к Джиму, но это было в высшей степени не логично и не разумно, стоило дождаться утра... Но он хотел. Коммандер тихо вышел из палаты в комнату приема, где за столом дежурного врача сидела Кристина, медсестра. Она спала, откинувшись на спинку кресла. Спок, неслышно ступая, добрался до двери и вышел из лазарета в коридор. Осмотревшись, он двинулся к турболифту,терзаемый сомнением в правильности своего поступка. Дверь в каюту капитана медленно отъехала, и Спок сделал неуверенный шаг внутрь. Приглушенный свет из коридора упал на пол и дотянулся к кровати, освещая спину Кирка. Через несколько секунд за спиной коммандера с тихим шипением закрылась дверь, погружая комнату в темноту. Джим, почувствовав на себе чей-то взгляд, начинает ворочаться. Свернувшись калачиком, он с неохотой открывает глаза, всматриваясь в темноту и замечая вулканца, стоявшего неподвижно как древняя статуя Вулкана. На секунду Кирк испугался ночного гостя. − Спок? – на выдохе произнес он, облокотившись на локоть, приподнимаясь над кроватью. Мгновение, Спок делает три широких шага и садится на край постели. Джим подполз к Споку и не сильно сжал его руку, прижимая ее к щеке, закрывая глаза. На какое-то время в комнате вновь воцарилась тишина. − Я чуть не потерял тебя, - вдруг произнес капитан и покачал головой, сильнее сжимая руку. Спок запустил пальцы Кирку в волосы и прижался лбом к его виску. − Я здесь, Джим. Теперь все в порядке… − Боунс говорил, что ты должен скоро прийти в себя, показатели были отличными, но ты все не возвращался из этого чертового транса. Шли дни, - тяжелый вздох, - все и всё будто замерло в ожидании, и я совсем не мог сосредоточиться. Я… Я так волновался. Ты сильно всех напугал, хотя обычно это моя работа, - уже с легкой улыбкой произнес капитан. − Мне нужно было привести в порядок не только физиологические и физические показатели, но и усилить ментальные щиты, взять… эмоции под контроль. Джим открыл глаза, отстранил от лица его руку и с серьезным и обеспокоенным видом стал всматриваться в лицо вулканца. − Опять закроешься от меня? Оттолкнешь? Сердце Кирка болезненно сжалось. Волнение и пока еще тихий страх зашевелились где-то внутри. Спок почувствовал это. Чуть нахмурившись, он провел пальцем по тыльной стороне ладони Джима. − Определенно нет. Капитан, широко улыбнувшись, сел и потянулся к коммандеру, целуя и прижимаясь тесней. − Останешься со мной? − Полагаю, утром доктор МакКой будет… возмущен моим отсутствием. Кирк добродушно захихикал, положив свою голову на плечо Спока. − Ты прав. Боунс тоже волновался, правда, он никогда в этом не признается. Повисла тишина, умиротворяющая, нагоняющая сон. Джим наслаждался такой близостью Спока, его теплом, слегка медицинским запахом, его дыханием, касавшимся щеки, мерным движением груди. Постепенно капитан стал засыпать. Вулканец почувствовал, как человек, прижавшийся к нему, расслаблялся все больше, постепенно скатываясь с плеча. Осторожно обвив одной рукой его за талию, Спок медленно опустил Джима на постель и заботливо укрыл одеялом. Кирк что-то невнятно произнес и укутался посильнее. Коммандер пробежался взглядом по лицу Джима. Чуть сведенные брови, пушистые ресницы, не прошедший след от подушки на щеке, закрытые губы. Спок понял, как сильно попал. Уголок рта дернулся в неудержанной ухмылке. − Доброй ночи, Джим, - произнес почти шепотом коммандер, поднимаясь и идя к выходу. −Доброй, Спок, - ответил капитан так тихо, что если бы не вулканский слух, то он не был бы услышан. Стоит ли говорить, что Джим проспал начало смены и утром в прямом смысле слова бежал на мостик? Он бежал, проклиная все на свете, кивая встречающимся членам экипажа и думая о том, что если Звездный Флот уже связывался с ними, а капитана, то есть его на месте не было, то он точно получит по шее. Сегодня спал он на удивление крепко и спокойно, хотя до этого подолгу ворочался, думая о Споке. До этого он просыпался за час или два до начала смены с волнением в душе, а сегодня его душа, видимо, решила выспаться и подвести его. Кирк вновь недовольно скривился, влетая на мостик и врезаясь во что-то стоящее на его пути. Джим касается лба, растирая, фокусируя взгляд на препятствии. − Спок, - выдыхает он, растягивая губы в широкой улыбке. − Капитан, - космос черно-карих глаз заблестел теплея. Испорченное настроение, возможные проблемы и выговор от Звездного флота уходят на задний план, а коммандер, стоящий перед ним, становится центром всего. Окружающее и окружающие будто уходят в тень, оставляя их одних на ярко освещенном мостике. Еще пара мгновений и Спок отводит взгляд, Джим моментально возвращается в реальность, чувствуя на себе взгляды присутствующих. Возможно, он увлекся… − Ухура, командование с нами еще не связывалось? – с надеждой в голосе обратился он к лейтенанту. − Еще нет, капитан, - Нийота внимательным взглядом проводила Спока до его места, Джима это немного кольнуло где-то под сердцем. Он лишь кивнул в ответ и сел в свое кресло, принимая отчет из рук подошедшего энсина. Буквально через полчаса адмирал Барнетт связался с ними, он поблагодарил Кирка за его выступление, спросил о самочувствии коммандера и пожелал им удачи. Когда видеосвязь прервалась, Джим выдохнул и принялся читать оставшиеся отчеты. Незаметно пришло обеденное время и многие, поднявшись со своих мест, направились в столовую. Капитан предложил Споку сходить с ним отобедать, но тот сказал, что доктор МакКой попросил его зайти в лазарет. Джим в ответ слегка разочаровано улыбнулся. За обедом Кирк увлеченно болтает с Сулу и по-доброму смеется над Пашей, который немного не понимает их шуток. Рулевой и навигатор уходят раньше него, один в оранжерею, другой к Боунсу. Что-то Чехов зачастил к врачу, хотя не выглядит больным. Кирк прищурившись, проводил кудрявую голову до выхода. Идя обратно на мостик, Джим догнал Нийоту, которая шла каким-то прогулочным шагом, что-то читая в падде. Поравнявшись с ней и поймав заданный ею темп, капитан хотел было начать разговор на отвлеченные темы, но его желание было пресечено и потому до лифта они шли в молчании. − Не смей поступать с ним, так как ты поступал со своими предыдущими партнерами. Если сделаешь ему больно, я тебя своими собственными руками задушу, - произнесла девушка после того, как двери лифта закрылись. Джим удивленно сначала смотрит в сторону, а потом переводит взгляд на Нийоту, та стоит, будто и не говорила этих слов. Неожиданно она хмурится и поворачивает голову в сторону Кирка, встречаясь глазами. Ждет его ответа? Или хочет что-то добавить? В ее глазах он видит так много. Там злость, боль, печаль, решимость и что-то еще. Джиму трудно понять Ухуру, он никогда не любил человека, который любил бы кого-то другого и не расставался с кем-то, потому что любовь прошла у одной из сторон. Он вообще никогда не задумывался о таком. Он все молчит, а тем временем они уже добрались до мостика, двери лифта открываются и лейтенант выходит первой. − Такого не произойдет, это я тебе гарантирую, - произносит он в полголоса, выходя следом. Нийота услышав эти слова, ведет головой в сторону Кирка и садится на свое место. Спок появляется на мостике позже положенного, за что, конечно же, извиняется. Джим на это, слегка улыбаясь, качает головой, ловит взгляд Нийоты, которая тут же отворачивается. Создавалось впечатление, что Спок все еще встречается с ней, а Джим просто мимо проходил. Разум вдруг стал поднимать из-под сознания сцены, недавние эпизоды, где Спок спокойно разговаривал с Ухурой, та смеялась и, кажется, строила ему глазки. Какого черта?! Спок теперь с ним, Нийота вообще не должна лезть не в свое дело. Злость и ревность скреблись внутри. Она должна наконец понять… Он мой, прошептал Кирк, хмурясь и сжимая падд, который только что перекочевал к нему в руки из рук старшины. Смена закончилась, Кирк собирался отдохнуть, насладиться компанией Спока, отвлечься от дурных мыслей и окончательно доказать себе и коммандеру, что они теперь вместе и никакая чернокожая стройная дама с яркими карими глазами ничего не изменит. Джиму пришлось задержаться на мостике, поэтому он подловил Спока минут 10 спустя в компании, кто бы подумал, Ухуры. Та, завидев капитана, сверлила испытывающим взглядом, а когда Кирк подошел к ним, пожелав доброй ночи, ушла в сторону турболифта. − Вы что-то не поделили с лейтенантом Ухурой? – Спросил Спок, смотря на человека, который продолжал провожать фигуру в красном. − Не поделили? – с ухмылкой произнес Джим. − Я пытаюсь выражаться понятными вам словами. − В комнате отдыха сейчас будет завал, может, пойдем поиграем ко мне? – Джим решил перевести тему, пока что говорить об Ухуре со Споком не входило в его планы. − Раньше вас не смущало присутствие членов экипажа. − Тебя, - буркнул Джим, - сейчас не хочу играть среди посторонних глаз. − Хорошо, - просто согласился Спок. Игра не шла, Джим все возвращался мыслями к Ухуре, это мешало сосредоточиться. Спок не обострял на этом внимание, поглядывал, но молчал. Очередной проигрыш и Кирк понимает, что сильно отвлекается. Он тут со Споком один на один, а не сказал ни слова за прошедшие шесть партий. Капитан, хмурясь, поднимает взгляд, сразу же натыкаясь на пару черных глаз напротив, смотревших изучающее. − Что-то случилось, Джим? – спрашивает Спок, чуть склоняя голову вбок, после столь долгой тишины его голос звучит оглушающее. Кирк понимает, что молчать не стоит, что надо разобраться сейчас чтобы, потом не было недоговоренности, подозрения, недоверия, расшатанных нервов. − Скажу прямо, мне не нравится, что Ухура постоянно рядом с тобой ошивается и поглядывает на меня враждебно. − Ты так же не упускаешь возможности… «поглядывать враждебно» в ответ. Разве она не может общаться со мной? Мы разошлись друзьями… − Она смотрит, будто хочет защитить тебя от меня, будто ты ее собственность. Кажется, что она не позволит подойти к тебе, коснуться, но… она уже не может этого решать. Она словно бросает мне вызов, пытается протестировать… Джим замолкает, опуская взгляд на свою пешку, внутри неприятный ком, ежик, и он шевелится, задевая своими иголками все нутро. Снова молчание и капитан уже начинает жалеть о том, что решился сказать. − Думаю, ты слегка ослеплен эмоциями и не можешь в полной мере судить о ее поведении, но я поговорю с ней. Джим, усмехаясь, качает головой, потом отрывисто встает, огибает стол и, чуть склоняясь, целует Спока. Вулканец подвигается чуть ближе, кладя свою руку на руку капитана, которая покоится на столе. Коммандер чувствует далекие отголоски чужих эмоций, они шуршащим песком прошлись по кончикам пальцев, заставляя что-то внутри трепетать. Кирк отрывается от горячих, чуть позеленевших, губ и пробегает поцелуями по скуле к уху, а оттуда вниз по шее, кусает ключицу и отстраняется, выпрямляясь. Спок смотрит угольными глазами, нет, он сжирает своего капитана этими глазами и дышит чуть тяжелее. − Я сам поговорю с ней, - взгляд Спока молниеносно проясняется и он чуть сводит брови, - я постараюсь не сильно грубить и объясню свою позицию. Ты ведь веришь в мои дипломатические способности? – Джим лучезарно улыбается, подмигивая. Он мог поспорить, что в ответ губы Спока дернулись в улыбке. Капитан отстранился и начал собирать шахматы. Хоть он и сказал, что его беспокоит, легче не стало... Спок внимательно следил за манипуляциями Кирка. Джим, собрав все в коробку, пошел в спальную зону, где положил коробку на полку над кроватью. Неожиданно его плеча коснулась рука, Джим сквозь форменку почувствовал ее тепло. Спок очень медленно, словно кот, приблизился и прижался грудью к широкой спине, руками же обхватил Кирка за талию. − Я читал, что объятья имеют положительное действие на людей. Джим, тихо смеясь, обернулся, внимательно вглядываясь в глаза напротив. − Не только объятья, - почти шепотом произнес он, хватая коммандера за руку и увлекая за собой на кровать. Конечно, если бы Спок не поддался, то Кирку не удалось бы так легко это сделать. Он быстро оседлал бедра вулканца, запуская руки под кофту, ловя пальцами мурашки и касаясь в легком поцелуе губ, словно прося разрешения. Спок разрешил, углубляя поцелуй, цепляясь за желтую форму. Ментальные щиты рухнули, как только их обнаженные тела соприкоснулись. Спок отдался ощущениям, чувствам. Отдался в теплые руки, скользящие вдоль тела лаская и изучая. Выгнулся навстречу ненасытным губам. Он чувствовал себя, Джима так сильно, будто они единое целое. Возбуждение, желание, страсть, наслаждение, все смешалось и кружило вокруг яркими пятнами, ускоряясь в такт движениям капитана. Спок чувствовал и слышал как под его пальцам, сжатыми в кулак, скрипит, почти рвется, простыня. − Спок… - жарко выдыхает Кирк, кусая вулканца за плечо, крепче хватаясь за бедро, - открой глаза. Коммандер молниеносно открывает и поднимает глаза, и Джим видит тьму, почти безумие в этих глазах. Он падает в эту бездну без возможности снизить скорость. Спок резко притягивает Кирка за шею ближе, впиваясь в раскрасневшиеся губы, второй рукой зарываясь в светлые влажные волосы. Постепенно его рука сползает к виску, касаясь точек, пропуская в свое сознание и проникая в чужое. Вздох полной грудью, кажется, что открылось второе дыхание. Вспышки своих и чужих эмоций сталкивались друг с другом, заставляя вздрагивать, желая, чтобы это повторилось вновь. Вулканец чувствовал любовь, нежность, вожделение, ревность, слышал мысли, что-то совсем сбито и не разборчиво, а что-то четко. «Мой» «Мой» «Мой» Эмоции и чувства слились в единый яркий шар внизу живота, быстро скручиваясь, подводя к краю. Время, вдруг, остановилось, Спок сильнее сжал ноги на талии Джима, растворяясь. Бах. Где-то родилась сверхновая, накрывая своей мощью. «Твой, Джим, твой» Кирк открыл глаза, поначалу пытаясь сориентироваться. Тело дико ломило в тех местах, где Спок к нему прикасался, сжимал. Вулканская сила, что уж тут поделать. Взгляд фокусируется на умиротворенном лице Спока, который будто и не собирался просыпаться, его мерное дыхание щекотало грудь капитана. Джим чуть закусил губу, увидев на шее и ключице зеленые засосы, коммандер не будет этому рад, они на самом видном месте. Вулканец будто почувствовал на себе взгляд, чуть свел брови, переворачиваясь на бок ближе к Кирку. В этот момент Джиму казалось, что он может так лежать и любоваться вечно. Что никто и ничто не сможет их разлучить. Он был готов веками исследовать космос, лишь бы рядом со Споком.