the sucker with the gun

Этот роковой день начинался вполне неплохо: Уиллу нравилась учеба, так что первый день после зимних каникул не стал для него чем-то ужасным. Утром даже удалось проснуться вместе с будильником, не прибегнув к услугам мамы в качестве поливательницы из собственной лейки. Дастин наконец-то принес целую стопку комиксов про Зеленого Фонаря, которую задолжал ему еще летом. И даже миссис Крам разрешила на уроке писать конспект по сегоднешней теме вместо обыденного разноса по химическим реакциям устно. Но на литературе, когда преподаватель только-только объявил им произведение, над которым им предстоит работать, к слову, работа Альберта Камю была одной из самых любимых Уиллом по школьной программе, в класс вошла директриса, ведя за собой то, что изменит привычный ритм жизни Байерса и окунет его с головой во все и сразу. — Хочу представить вам Майка, — пропела она своим высоким и совсем слегка свистящим голосом. — Этот парень отныне ваш одноклассник, прошу любить и жаловать. Затем директриса Мэйнард вышла, а ведущий преподаватель поприветствовал новенького и предложил ему сесть прямо за спиной Уилла. Майк поднял свой жгучий взгляд черных глаз на парня, место за которым предлагалось, заставив того покрыться мурашками, а затем, как-то весело хмыкнув, подошел к самой задней парте в ряду у стены и уселся за ней. Весь класс провожал этого испускающего опасность парня прямо до его парты, а когда тот занял ее, все резко развернулись. Все, кроме Уилла, который в ответ на свое бесстрашие получил подмигивание. В этот момент парень словно отрезвел и повернулся к мистеру Кларку, который уже давал им базу для финального эссе по произведению. Это был тот самый момент, когда Байерс осознал: «Ему…» Он не успел додумать, что же там ему, когда мистер Кларк обратился к нему с вопросом о крысах. «Какие еще крысы? Причем тут крысы? Мне крысы?» — подумал Байерс. Уилл лежал у себя в кровати с рюкзаком на голове, куда он упал по причине того, что подросток не удосужился снять его перед падением. В его голове все еще рисовался образ кудрявого брюнета с молочно-белой кожей, глазами, взгляд которых опаляет все, чего он коснется, острым носом и резкими чертами лица, его губы были немного по-детски полными, но они не умиляли вовсе, а будто заранее предупреждали о том, что их касание будет сложно забыть, а веснушки на скулах прибавляли не задорности, как обычно, а скорее роковой сексуальности. От таких девушки падают без сознания, стоит обернуться хоть на градус в их сторону. И вообще Уилл ничего не понимал, пока мелкие точки, оставленые графитом, не рассыпались по лицу новенького на листе бумаги. — Мне конец, а не крысы, — вздохнул Уилл. Джойс вошла как всегда бесшумно, чем напугала Уилла до вскрика. Рисунок в скетчбуке был запихан под подушку с таким усердием, что сердце парня скрипнуло, когда послышался звук мнущейся бумаги. — Как школа? — она сняла рюкзак с плеч сына. — Вижу, вдохновение где-то подловил. Женщина присела на кровать и Уилл тоже сел, опираясь спиной на подушку. — Ну, когда-нибудь покажешь? — с улыбкой попросила его Джойс. Парень кивнул. — Выходи через полчасика на лазанью. Я сегодня в ночь ухожу, так что постарайтесь с Джонатаном не бушевать. Под словом «бушевать» Джойс имела в виду «смотреть фильмы на их новом проигрывателе до утра». — Сегодня мне светит только пятнадцать номеров по физике, — улыбнулся Уилл ей. — Не волнуйся, отбой будет ровно в полночь. — Я уж надеюсь, — она немного растрепала бережно уложенную с утра челку, но Уиллу она сегодня больше не требовалась. На следующий день первым уроком была смежная с алгеброй тригонометрия, поэтому утром занимаясь своей прической, он пытался повторить все формулы двойного угла, потому что те, будто став в позу, отказывались залезть в его голову и не покидать ее. Вчерашняя домашка поглотила его с головой, а после полуночный просмотр третьей части «Кошмара на улице Вязов» вовсе выбил из его головы мысли о новеньком. С утра спину ломило от сна на диване в обнимку с Джонатаном, им просто повезло проснуться по установленному в пять будильнику и не получить от матери, ведь она знает, что если застает их вдвоем на диване после ночной смены, значит их сон не продлился больше трех часов. Разбитый, но удовлетворений тем, что формулы все-таки сдались перед его напором и расселись по полочкам в голове, он брел по небольшому слою выпавшего за ночь снега. Выйдя на тротуар вдоль главной дороги, он встретился с Дастином и тот с воодушевлением стал расспрашивать его, что же он думает по поводу нового фильма, который он дал им на ночь. Уилл, несомненно, был в восторге, отдавая Дастину кассету. — У меня до сих пор мелкие мурашки от аккомпанемента. — Ага, у меня какой-то дискомфорт в груди от любого скрипа, — поддержал его друг. Из дома на углу, который уже пару лет стоял на продаже, вышел тот самый Майк. Хэндерсон тоже заметил его и немного наклонился к Уиллу, чтобы на тон ниже спросить: — Это же тот дом, который стоит слишком много для простых смертных? — Ага, — прошептал в ответ Уилл. — Как думаешь, они поставили почтовый ящик? Уилл не успел поинтересоваться, почему это заботит Дастина, как тот взял его под руку и потащил к дорожке, ведущий ко входу. Там действительно стоял темно-зеленый почтовый ящик, на котором аккуратным белым шрифтом было написано «Уилеры». — Майкл Уилер, значит, — задумчиво проговорил Дастин. — Ну, пошли. Уилл заметил, как Майк на пятдесят футов* впереди оглянулся на них, а после продолжил путь.

* — 15 метров

Ему стало не по себе. День проходил плавно, словно сегодня не было тригонометрии. Словно он не чувствовал зудящего чувства в области затылка, когда чей-то взгляд буравит его. Но повернуться и уличить в этом преступника ему не давало… что-то. Уилл не смог дать название этому чувству: какая-то смесь вины, нежелания знать правду и еще ему казалось, будто стоит хоть взглядом зацепиться за парня, сидящего в самом углу класса, случится что-то плохое. На физике ему пришлось рассказывать как работает атомная станция, и это знатно выпотрошило его мозг. Атомная физика — первая в топе самых скучных разделов физики по версии Уилла. А вот Дастина было не заткнуть с его идеями создать самый эффективный, компактный, безопасный, легкодоступный, простой в устройстве реактор (нужное подчеркнуть). Получив свою «натянутую из-за любви препода, я б подумал еще насчет Цэ за такой ответ», как выразился Дастин, А с минусом, Уилл покинул класс в одиночестве, так как его друг остался поболтать с мистером Томпсоном про современные реактивы и гипотетические безвредные атомные станции. — А ты шаришь в физике, — сзади раздался какой-то терпкий голос (Уилл клянется, что почувствовал этот голос на вкус). В коридоре, казалось, стихли все звуки. Байерс медленно повернулся лицом к собеседнику. Майк стоял над ним, слегка наклонив голову из-за разницы в росте. — Я знаю, спасибо, — ответил он, почему-то не чувствуя трепета от его угрожающего вида, а если и чувствуя, то точно не от вида. — Научишь меня? — спросил он, ухмыляясь, будто говорит не прямым текстом. Уилл огляделся. Вокруг в коридоре действительно не было ни звука, все пялились на них, замерев. Даже Дастин в начале коридора стоял, открыв рот. — Мистер Томпсон ведет дополнительные классы, можешь записаться, — сказал Байерс, чувствуя, как маленький червячок в его желудке ликует, не давая Уиллеру то, чего тот хочет. Новенький на реакцию Байерса очевидно на секунду растерялся — не привык, чтобы ему отказывали. — Ты интересный,.. — брюнет взглянул на табличку шкафчика. — Байерс. По дороге домой Уилл видел, что Дастину очень-очень интересно спросить у него что-то, но ему неловко. Потому где-то по близости дома Уилеров Уилл не выдержал: — Ну?! — О чем вы говорили? — с облегчением выпалил Хэндерсон. — Да ни о чем, — ответил Уилл. — Какой-то он конченый, попросил, чтобы я ему с физикой помог. А когда я сказал, чтобы шел на дополнительные к мистеру Томпсону, сказал, что я интересный. — Очень даже, Байерс, — послышалось позади. Друзья обернулись и увидели черноволосого примерно в десяти футах* позади них. Он махнул им и повернул к своему дому. На этот жест ответил только Дастин, слегка растеряно махнув рукой. Байерс же закатил глаза и продолжил путь.

* — 3 метра

— Немного раздражает эта его самоуверенность, знаешь, — сказал он, когда они повернули уже по направлению к дому Дастина. — По-моему он неплохой, — пожал плечами кудрявый друг Уилла. — Ты правда так считаешь?! Они достигли дома Хэндерсонов, поэтому Уилл остановился и прожигал друга взглядом. Дастину ничего не осталось, кроме как сказать, что Майк все-таки раздражает и попрощаться с Уиллом. В доме пахло имбирным чаем, и этот запах заставил Уилла опустить плечи, которые он прижимал к себе всю дорогу до дома. Еще вчера он возвращался, думая о новеньком, как о самом соблазнительном объекте в мире, сегодня же вся завеса таинственности будто спала и Уилл увидел самоуверенного придурка, который раздражал даже тем, что просто дышал. Дышал, ходил и жил в этом городе. Джонатан стоял на кухне и доставал из духовки ароматные кексы, запах которых смешался с имбирным чаем и создал невероятную атмосферу. — Привет, как школа? — спросил брат, раскладывая выпечку на блюде. Уилл закатил глаза — он бы о школе еще целую жизнь не вспоминал. — Все отлично, — все-таки ответил он. — Это классно, — Джонатан закончил выкладывание изделий и пригласил Уилла присесть рядом с ним. — Ты же помнишь, что через пару дней и мои каникулы подойдут к концу? Уилл помнил. Он кивнул, уже думая, как же он будет тосковать по брату. — Ты только не грусти, — он растрепал челку Уилла. Была в их семье генетическая привычка портить друг другу причёски. — Хочешь устроим сегодня просмотр «Космояиц»? Можем позвать Хэндерсона и снова не спать до утра, мама опять в ночную. Тут Уилл вспомнил, что не заметил машины мамы, когда возвращался. — А где она сейчас? — спросил он. В этот момент, словно услышав его, вошла Джойс. Она была довольно впечатленной, и Уиллу нетерпелось узнать, где же она была. Только когда Джонатан налил и ей чай, а та испортила укладку младшего окончательно, она рассказала, что была у новых жителей Хокинса. — Миссис Уилер очень приятная женщина, готовит просто невероятно, — рассказывала она. — И дочка у нее, кстати, твоего возраста, — заметила она, обращаясь к старшему сыну, — тоже очень приятная. Учится где-то в Чикаго, думаю, вам стоит познакомиться. Джонатан закатил глаза с легкой ухмылкой. Джойс прервалась на похвалу выпечки Джонатана. — А вот мужская половина семейства не так радует глаз, — ее восторг чуть спал. — Мистер Уилер какой-то грубоватый и кажется очень требовательным к сыну, который общался довольно устало, да и выглядит как юный бандит. Конечно, очень симпатичный, чертами лица пошел в маму, но вот его аура какая-то неприятная. — Ага, учится в моем классе, — ответил Уилл. — Правда? Выглядит старше тебя. — Да это просто Уилл не совсем походит на старшеклассника, — пошутил Джонатан, за что получил пинок от брата. — Я была бы рада, если бы вы не пересекались, ладно? — попросила Джойс, а Уилл не мог отказать маме, хотя знал, что они уже пересеклись, и вообще влип он, кажется, достаточно сильно. Прошла неделя, наполненная напряженными переглядками с Уилером, тяжелым дыханием и ликованием маленького червячка в животе Уилла, когда Байерсу удавалось создать образ незаинтересованного и безразлично переключить внимание с карих блестящих глаз Майка на что-то другое, что на самом деле не интересовало Уилла ни на йоту. Хэндерсон предложил провести вечер пятницы с пиццей и настолкой, которую он нашел под елкой на Рождество. Конечно, такие посиделки перетекали в ночевку, так что Уилл захватил весь набор, который состоял из зубной щетки, пасты и спальных футболки и штанов, что можно было назвать пижамой, но с трудом. — О, это Лукас! — в дверь позвонили, когда парни только-только расстелили спальники в комнате Дастина. И кто такой Лукас, Уилл понятия не имел вовсе. В комнату вошел чернокожий, высокий и достаточно жилистый парень с короткой стрижкой. Он дружелюбно протянул Уиллу руку, а тот с радостью поздоровался с ним. Оказывается парни познакомились во время очередного внеурочного общения с преподавателем, Лукас пришел на свой урок пораньше и присоединился к обсуждению реакторов. Уилл сделал пометку о том, чтобы не забыть сказать богу спасибо за еще одного любителя ядерной физики в их компании. В понедельник, да и всю последующую неделю, Лукас обедал с ними за одним столом, ни Уилл, ни, тем более, Дастин против не были — Лукас оказался интересным парнем и его вкусы были практически идентичными с ними. — Вы о чем?! Конечно же Бэтмен размазал бы Супермена по стенке! — возмущался Лукас. — Да у него же просто игрушки, а без них он бы и Джокера не уложил на лопатки! — отвечал Дастин. Уилл с превеликим удовольствием влился бы в перепалку, но Майк, сидящий прямо за спинами друзей Байерса, отвлекал его ужасно. Уилер, казалось, даже не моргал, от этого по телу Уилла бродил холодок. В конце-концов он улыбнулся одним уголком рта и подмигнул ему. После этого встал из-за стола и ушел из столовой. — Уилл, все хорошо? У тебя нет температуры? — спросил Дастин, сразу ощупывая его лоб. — Почему ты весь красный? Когда до Уилла дошло, что его залитое краской лицо видел и Майк, он прошептал «Нет» и побежал в туалет, чтобы смыть с себя жар. Сегодня мистера Кларка подменял учитель на замену, который, судя по всему пару часов как вышел из колледжа. Уилл немного скучал, потому что тот явно не был в восторге от произведения, которое они проходили, вечно перескакивал на другие, приводил в пример других персонажей из других книг. Не то, чтобы это было бесполезно, просто Байерс не привык к такому способу преподавания, он был не самым лучшим из возможных. — Кто же сможет объяснить, какой каким приемом пользуется Камю с помощью крыс в самом начале романа? — наконец-то задал преподаватель вопрос классу. — Может нам ответит мистер в самом углу? — он указал на Майка, и весь класс, будто по команде, обернулись на него. Еще не один преподаватель не спрашивал Уилера на уроке. Тот немного помявшись, словно прикидывал что-то, встал из-за парты. — Я считаю, что это был прием нагнетания ситуации, возможно, некоторые скажут, что это были предупреждения, которые город старательно игнорировал, но трупы крыс скорее были первыми звоночками. Уилл фыркнул и обернулся к Майку. — По твоему, если бы власти сразу на это отреагировали, чума все равно скосила полгорода? — Да, — Майк улыбнулся ему, чем взбесил еще сильнее, и Уилл больше не смог остановиться. — А может и больше. — Если бы доктор Рие сразу определил болезнь, ее можно было избежать хотя бы тем, что все население смогло бы уехать из города, — он хотел бы продолжить перебирать варианты. — Нет, Байерс, если считать чуму не болезнью, а злом, как говорится в анализе, то становится ясно, что от зла не сбежишь, — Майк все еще не терял хладнокровия. — Нужно просто его принять и придумать другой способ как его остановить. Уилл не нашел, что ему ответить, поэтому, поджав хвост, повернулся к преподавателю, который, видимо, впервые видел дискуссию учеников, еще и с таким запалом. Прозвенел звонок и он попросил остаться учеников, которые отвечали на уроке, чтобы уточнить их фамилии. На выходе из кабинета Уилл заметил, что Майк на вид не очень прилежный ученик. Но Уилер проигнорировал его реплику и ушел домой. Карандаш снова выводил аккуратные линии на бумаге. Сначала Уилл нарисовал манекен, а затем стал его одевать, оставив лицо напоследок. Звук со стороны окна заставляет Байерса подскочить и слегка помять лист скетчбука. В окно, как ни в чем не бывало, вполз Уилер, впуская в комнату Байерса немного снега и морозный воздух. — Еле нашел твой дом, надо ж было поселиться прямо в лесу, — он обтряс свои плечи от снега, из-за чего на деревянном полу комнаты Уилла оказалась лужа. Сам хозяин сидел с открытым ртом и наблюдал за тем как вода растекается под ботинками названного гостя. Потом он перевел взгляд на лицо Майка — тот улыбался, как будто это не он в понедельник проигнорировал Уилла и после этого даже взглядом его не удостоил. — Что ты делаешь? — спросил Байерс. — И тебе привет, так что, займемся физикой? — Уиллер наклонился к нему, а Байерс отпрянул. — Я же говорил: иди на дополнительные к мистеру Томпсону, я не занима… — Ты не понял, я не про учебу, — перебил его Майк. Уилл молчал, пытаясь понять, о чем же он тогда, но Майк закатил глаза и, положив руку ему на затылок и прильнул губами к его шее. Байерс от шока замер, а затем резко оттолкнул его, поматерившись. — Уходи, Уилер, найди другого репетитора! — он крикнул на него, зная, что мама сейчас на работе и ничего не узнает. — Значит в следующий раз, да? — ответил Майк, пожав плечами. — Кстати, я ничего вышел. — он указал на рисунок, а затем на свой мягкий красный свитер с черной рубашкой. Уилер аккуратно выскользнул в окно, напоследок отправив для Уилла воздушный поцелуй. Парень целую неделю ходил в школу как на пытки. Когда на глаза Уиллу не попадался Майк, он вроде как был рад, но оглядывался по сторонам все равно, а как только видел высокую фигуру Уилера, ему хотелось побыстрее исчезнуть, пока тот его не заметил. И Майк, не замечая Байерса, уходил. «Ну вот и куда ты ушёл?!» — в голове Байерса мелькала мысль. В голове вечером крутилась их перепалка на уроке литературы. ‘…предупреждения… старательно игнорировал… первыми звоночками… становится ясно… не сбежишь… нужно просто принять… ‘ Уилл попытался заткнуть голос Майка, накрывшись подушкой, но уснуть ему не удавалось. Вдруг стукнуло окно и послышался шорох верхней одежды. Уилл скинул подушку и взгляд уперся в Майка, который оставил под собой грязь с улицы. Уиллер опустил взгляд на свои ботинки и снова поднял взгляд. — Мне, наверное, стоит их снять, — Майк наклонился. — Нет, ты можешь сразу уходить, — ответил Байерс и натянул одеяло повыше, так как с улицы тянуло уже весенней прохладой. — Не нужно быть таким грубым, я просто хочу провести время с тобой. Жалко? — Майк все-таки снял с себя ботинки и только сейчас Уилл заметил, что он носил блэндстоуны*, которые в их городке не мог позволить никто.

* — вид обуви, «огрубевшие челси».

Тем временем Уиллер уже закрыл окно и снял с себя черный кожаный бомбер. Он сел на кровать рядом с Уиллом, который натянул пуховое одеяло прямо до подбородка и уже не от холода. Майк улыбнулся от такого вида Байерса. — Я сказал, чтобы ты искал другого репетитора по физике, придурок, — резко ответил ему Уилл. — Да ладно тебе, Байерс, — Майк оперся на руку за спиной. — Ты будто сам не хочешь. — Нет, конечно, — ответил парень. Он немного откинул одеяло, потому что ему становилось жарко. Майкл наклонился к нему, расставляя руки по обе стороны от его шеи и Уилл тут же пожалел, что убрал одеяло от лица. Так что пришлось зажмуриться. — Значит, захочешь, — послышалась ухмылка и Байерс почувствовал горячий язык от ключицы до мочки уха. Хлопок входной двери заставил обоих парней обернуться в сторону выхода из комнаты. Майку пришлось сразу встать с кровати, с прыжка обуться и выскользнуть из окна. Уилл увидел, что тот оставил на его стуле куртку. Он выскочил из постели и только он закинул ее под стол в комнату зашла Джойс. — Привет, милый, — она обняла сына и присела на край кровати. Уилл ей улыбнулся и задвинул стул под стол, чтобы опереться на него, прикрывая бомбер собой. — Как школа? — Отлично, немного устал, но радует маячащий впереди колледж, — ответил он. — Ну, я рада, что ты держишься, — ответила она и встала с кровати. — Заварю чай, будешь со мной? Уилл кивнул и она, удовлетворенная ответом, вышла из комнаты. Только тогда Байерс понял, что почти не дышал. Он достал из-под стола куртку и выкинул ее через окно. Бомбер попал прямо в лицо Уилеру. — Спасибо, милый, — поддразнил он его, на что получил недовольное лицо Уилла. Байерс лег в кровать и думать ни о чем, кроме как о мокром следе на шее, не мог. Лукас заметил странное поведение Уилла еще давно, но Дастин привык к постоянным загонам Уилла, он считал, что ему просто нужно время, но уже несколько недель Байерс выпадает из реальности и парни предложили ему провести выходные вместе. Джойс работала постоянно, так что Уилл предложил провести их в его доме. Спальные мешки они перетащили из чердака в гостинную, поближе к камину и, конечно, к холодильнику. Они только включили «Бегущего человека» на кассете, присланной Джонатаном из города, когда из комнаты Уилла послышался глухой стук. Хозяин дома сразу сложил дважды два и сорвался с места, выгонять чертового Уилера, бросив друзьям «Секунду!». — Какого черта? — прошипел он, влетая в комнату и придавив дверь собой. — А что? Твоей же мамы нет дома, — Майк подошел ближе к Уиллу. — Я видел, как она уезжала по дороге. Что мне мешает быть тут? — Я тебе говорю: иди домой! — он попытался подтолкнуть его к окну. — Но я ведь даже ботинки снял, — Майк показал на свои босые ноги в черных носках. Позади Уилла послышалось удивленное «ого», состоящее из голосов Дастина и Лукаса. В этот момент сердце Уилла ухнуло в самые пятки. — Привет, Уилл и тебя пригласил на ночевку?! — Лукас, который раньше только мельком видел Майка и даже не знал его имя, протянул ему руку. — Да, меня зовут Майк, — Уилер достал свою самую обворажительную улыбку и пожал ему руку. — Лукас, очень приятно, — ответил друг Уилла. — Я Дастин, — второй так же протянул руку, хоть и с небольшим недоверием, ведь он контактировал с ним немного больше Лукаса. — Да, тебя я более менее знаю, думаю, ты меня тоже, — Майк все еще не выключал свою дружелюбность, а Уилл только удивлялся тому, как он еще пару секунд назад соблазнял его, а сейчас выглядит, как хуманизация невинности. Они прошли внутрь к телевизору, а Уиллу оставалось только взять блэндстоуны и отнести их от входа для Майка Уилера к входу для людей. Парни уже во всю разговорились, когда Лукас все-таки задал этот волнующий многих вопрос: — А почему ты влез в окно? Уилл переглянулся с Майком и прежде чем Уилер скажет какую-то фигню, он выпалил: — Он боится входных дверей. Дастин и Лукас были удивлены и, кажется, даже поверили, а Майк едва не рассмеялся и бросил на Байерса взгляд, который так и кричал о том, что тот просто конченный идиот. — И как ты домой заходишь? — спросил Дастин. — Ну, через окно тоже, — ответил он, представляя это. — Поэтому по гостям нечасто хожу. — Но, думаю, к нам можешь ходить, мы не против, если ты будешь входить через окна, — поддержал Лукас и Дастин согласился с ним. Они лежали и заканчивали смотреть фильм на проигрывателе, но Уилл уже не мог дождаться, когда же он закончится, ведь его ноги уже начало сводить от того, что Майк беспрестанно касался его прохладными пальцами, а если Уилл поворачивал к нему недовольное выражение, получал улыбающееся фильму лицо. И Уилл бы соврал, если бы сказал, что сердце совсем не стынет, и ему вообще неприятно. Но он врал сам себе. После третьей партии в шахматы два на два Дастин методично сложил все фигурки, возмущаясь их с Лукасом абсолютному проигрышу, ведь с Уиллом обычно было не так сложно играть и одерживал победу он довольно часто. — Ты и в шахматы офигенно играешь, — прошептал Уилл, когда все уляглись и Лукас с Дастином дуэтом похрапывали. — Кто ты такой? — Даже не знаю, — он перевернулся на живот и положил свою ладонь на грудь Уилла. — А кем бы ты хотел, чтобы я был? Под ладонью забилось сердце Байерс так, что Майк точно его чувствовал. Уилер положил свою голову на вторую руку, наклонился к уху Уилла, и дыша ему в шею, начал опускать свою руку вниз. Под ладонью брюнета тело Байерса напрягалось, а когда она коснулась кожи под футболкой, от прикосновения расползлись во все стороны мурашки. — Расслабься, — рука Майка скользнула под резинку трусов и легла на член Уилла. Тот едва не испустил стон, но рука, что секунду назад подпирала кудрявую голову, закрыла его рот, чтобы не разбудить остальных. Голова Уилла кружится и он теряет координацию только от одной мысли, что длинные бледные пальцы Уилера сейчас трогают его, заставляют чувствовать что-то нереальное. Прохлада ладони Майка должна была отрезвлять, но сейчас она только усиливает крышесносный эффект. Когда Уилл кончает, его руки сжимают спальник до такой степени, что был слышен треск ткани. Первый вдох. До Байерса дошло, что же только что произошло, ощущение влажности в штанах было не самым приятным, так что ему немного было непонятно, что же он испытывает сильнее: смущение, шок или раздражение. Уилер достал руку и по-лисьи улыбнулся, укладываясь спать. Уилл как-то неловко выпутался из мешка и ушел в комнату, чтобы сменить одежду, бросив на Майка красноречивый упрекающий взгляд. Уилл старался избегать Майка последующие дни, а тот, словно издеваясь, лез и к нему, и к его друзьям. Тем утром Байерс услышал разговор друзей на кухне, пока Майк еще спал, а Уилл ушел чистить зубы. — Тебе не кажется, что Уилл ложился спать в других штанах? — заметил Лукас, ставля чайник на огонь. — Да, Майк вообще вроде на метр дальше стелил мешок. — согласился Дастин, — Они странно себя вели весь вечер. — Да ладно, пускай разбираются сами, — Лукас подал плечами и принялся нарезать хлеб для сэндвича. — Давай режь помидоры уже. Теперь Майк сидел с ними в столовой и подло гладил своими дорогими ботинками ногу Байерса. Правда был один, самый главный, плюс того, что Уилер теперь тусил в их компании: Трой перестал цеплять его и Дастина, ведь Майк успел заработать себе репутацию бандита. Это было странно, ведь Уилл никаких наклонностей, кроме нимфоманских, за ним не наблюдал. Когда в следующий раз Уилер осчастливил Уилла своим визитом, мама была дома. — Какого черта, Уилер? — парень встал из-за стола, где писал доклад на биологию. — Моя мама дома. — Да, я в курсе. Майк сидел на подоконнике, снимал обувь, чтобы поставить ее там и впрыгнуть в комнату. — Зачем ты тут тогда? — Уилл проследил взглядом за брюнетом, который подошел к двери. — Заметил тут замок в прошлый раз, — он щелкнул им. В глазах, которые парень поднял на Уилла, отчетливо виделись те искры, которые появляются там, когда речь заходит о «физике». Уилл отшатнулся от него и стал отступать к подоконнику по мере того, как Майк приближался. Когда бежать стало некуда, он вжался в окно. Вдруг Уилер опустился на колени. — Что ты?.. — он бы договорил, но Майк нежно сжал его член, заставляя закрыть рот, но он только выбил из него протяжный тихий стон. — Заставь себя помолчать, ты же не хочешь, чтобы твоя мама слышала, чем ты тут занимаешься, — насмешливо сказал Майк и начал расстегивать ширинку. Когда Уилер впервые коснулся его горчим языком, парень понял, что сдерживаться будет куда сложнее, чем во время ночевки. Ему пришлось закусить запястье, чтобы предотвратить стоны. Майк, убедившись в звуковой безопасности, обтянул уже полностью стоявший член губами и насадился на него ртом. Пальцы Уилла автоматически, словно это было запрограммировано изначально, впутались в черные кудри Майка и с силой зажали их в кулак. Из груди второго неосознанно вырвался скулящий стон, что стало неожиданностью даже для него. Совсем немного колебательных движений довели Уилла до пика, когда он попытался убрать лицо Майка от паха, чтобы кончить в ладонь, тот убрал его руку с волос и сперму Байерса оставил в себе. Майк встал с колен и отряхнулся. Увидев обескураженного Уилла, он усмехнулся и наклонился к его уху. — В следующий раз твоя очередь, милый, — Уилер укусил его за мочку уха и, обувшись, выскользнул из окна. Уилл же проснулся только когда он услышал шаги в коридоре и ручка его двери дернулась, впуская внутрь маму. Он за секунду натянул домашние шорты и повернулся к открытому окну, попытавшись остудить румянец. Вроде успел, до того, как она увидела его. — Ты как? Все в порядке — она заглянула в комнату. — Тебя не тошнит? — Нет, с чего ты взяла? — он бодро повернулся к ней. — Думала тебя на чай позвать, а ты у открытого окна стоишь. — Да просто голову нужно было проветрить, — отмахнулся он. — Пошли пить чай. Джойс кивнула и, повернувшись, увидела, что замок, который не работает с самого их въезда, почему-то закрыт. Но во внимание не приняла, может, случайно защелкнулся. В школе только заметив кудрявую черную макушку, Уилл подбежал и схватил за руку, чтобы утащить под лестницу. — Оу, Байерс, ну ты даешь! — заржал Майк. — Может лучше после уроков? — Ты идиот, мой замок сломан! — вскрикнул Уилл, когда никого вокруг ее было. Майк застыл. До него стал доходить весь смысл слов Байерса и то, что его мать могла войти в любую секунду вообще беспрепятственно. По его телу пробежали мурашки. — Нам стоит это повторить, — вздохнул Уилер. — Ты идиот? — Тебя не возбуждает чувство опасности? — удивился тот. — Ты идиот. Больше не влазь ко мне в окно! Уилл развернулся и сам не понимал из-за чего он разозлился. Нет, он был геем и знал это, и мама знала, и Джонатан, и Дастин. Это был факт, который был очевиден с самого начала. Он даже целовался с одним мальчиком из их школы. Но почему он злился на глупость Майка? На следующее утро он проснулся от назойливого стука. Уилл подумал, что это мама забыла ключи, уйдя в ночную, но сегодня она была дома. Байерс раскрыл глаза и взглянул в окно. Там стоял Майк с веточкой цветущего абрикоса. Уилл прыснул от смеха из-за такой картины, Майк за окном тоже улыбнулся. В конце-концов парень пересмеялся и открыл окно. — И почему это ты не залез так же бесцеремонно, как ты обычно делаешь? — спросил он. — Это тебе, — Майк впихнул веточку в руки Байерсу и влез в окно. — Извини, это все, что цветет в это время года. Уилл отложил ее и принялся заправлять кровать. Пытаясь, скрыть улыбку. — Это ты ко мне так подкатить решил? — уточнил он. — Ни в коем случае, — ответил Майк, отодвигая стул из-под стола. — Я не собираюсь влюбляться. Улыбка Уилла медленно сползла, но так как он находился спиной к Майку, то он ничего не видел. «С чего бы ему влюбляться в тебя, Уилл!» — А подкатывать можно только, если тебе этот человек нравится? — спросил Уилл, нацепив ту самую невозмутимость, которая была в его голосе до этого. — Ну, если хочешь, можем просто потрахаться, — Уилер подошел в плотную к парню, который закончил с постелью и собирался выйти из комнаты. Сердце Уилла забилось, как у птички, пойманной в клетку. Он секундно взвесил все за и против. Майк казался опытным, а Байерсу не хотелось бы, чтобы его первый раз был неловким из-за незнания как, куда и каким образом. Так что, если когда-нибудь он найдет человека, который будет любить его взаимно, то он сделает все правильно, как, может быть, покажет Майк. Уилл посмотрел на Уилера, его глаза почернели до непроглядной тьмы. Это послужило спусковым крючком, шатен хотел поцеловать Майка, но его губы наткнулись на его ладонь. Байерс поднял на него шокированный взгляд. — Я не целуюсь, — объяснил он. — Это слишком интимно, чтобы делать это с кем-то, кого я не люблю. «Да, Уилл, он тебя не любит, уже говорили об этом. Так что соберись, ты в него тоже не влюблен!» — Сколько сейчас времени? — Уилл чуть отклонился от его лица. — Пол восьмого, — Майк бросил взгляд на свои наручные часы. Уилл услышал шаги в коридоре. Он бросил Майку «Прячься!», прежде чем пихнул его за кровать и захлопнул окно. В комнату вошла мама. — Ты уже встал? — Да, доброе утро, мам, — ответил он, выходя из комнаты, пропихивая маму и закрывая за собой дверь. Уилер на удивление Уилла стоял под окном, хотя ему казалось, что тот давно уже ушел. Дастин последнее время ничему не удивлялся, так что Майка, идущего с Уиллом из его дома, он просто поприветствовал. Лукас тоже не обратил на это внимания или просто сделал вид. У входа в школу Майк придержал Байерса за локоть, подождал пока остальные ребята пройдут в школу и прошептал ему на ухо: — Завтра после занятий я зайду к тебе, — после этого он томно выдохнул и шея Уилла покрылась мурашками. Весь этот день и следующий Уилл Байерс находился на иголках. Завтра после занятий наступило так быстро, но при этом прошла будто вечность. Джойс провела миллионный курс молодого бойца, который Уилл заучил наизусть («Лечь спать до полуночи; обязательно поужинать; запереть все двери и окна»). Когда за ней закрылась дверь и зашумел мотор машины, совсем скоро стихший за лесом, отсчет пошел на секунды. Смотря в потолок, лежа на спине и ни о чем не думая, время ползло со скоростью дерева, но когда стук в окно все-таки послышался, парень будто только прилег. На деле же, прошли десять минут. Байерс подскочил и, на секунду затупив, открыл окно для Майка. Почему он больше не врывался в его комнату без разрешения? — Привет, — брюнет заглянул в окно, а затем подтянулся на руках и вполз внутрь. Он снял ботинки, как обычно, и осмотрел комнату. Его взгляд зацепился за веточку абрикоса в стакане с чистой водой. — Ты ее не выбросил? — А зачем? — Уилл заметил, что Майк смотрел на веточку, которую он подарил. Майк вернул взгляд на немного испуганного Байерса и начал идти в его сторону. Сколько сил потребовалась Уиллу, чтобы не отступить назад. Губы Уилера касаются шеи аккуратно, не как в первый раз, Уилл откланяется, разрешая ему делать все. Парень сделал шаг вперед, подталкивая Уилла к кровати. На столе миссис Крам лежат проверенные тесты, Дастин не сдерживается и подбегает к ним. Копается он недолго, достает свою работу и кричит Уиллу, что у него А с минусом. Это стандартная оценка для Дастина и Уилла, хоть они и были самыми умными ребятами в классе, химичка выше не ставила никому. Когда Дастин продолжил искать работу Байерса, Уилл уже не сомневался в своем балле. Вдруг его друг взял в руки одну из работ и ошалело засмотрелся на нее. Он подошел к нему, посмотреть, что же его так удивило. Рядом с фамилией Уилера стояла А с плюсом. Уилл выхватил эту работу и просмотрел ее от начала до конца. У каждого теста стоял плюс, а в химических уравнениях написанных почему-то идеальным кругловатым почерком не стояло ни галочки. — Офигеть, — прошептал Байерс. В коридоре послышался стук каблуков, означающий приближение миссис Крам. Ребята сложили тесты и упали на свои места. На уроке Майк получил тест в абсолютной тишине, хотя обычно химичка не забывает полить грязью каждую работу. Даже Уилл получил свою порцию в виде слов о том, что он начал очень неплохо, но налажал в реакции, не разочаровав ее. Спустя несколько дней Байерс заметил, что все тесты и самостоятельные Майк получал без комментариев, даже когда хорошие работы учителя комментировали. Поэтому лежа рядом на своей кровати Уилл спросил его об этом. — Не нравлюсь им может. — И какие же оценки ты получаешь? — уточнил парень. Майк бросил на него раздраженный взгляд и отвернулся к потолку снова. — Не важно. — Я знаю, что ты отличник, — выпалил Байерс, садясь и скрещивая ноги. Майк сглатывает и грустно улыбается. — Теперь я не кажусь таким уж бунтарем, да? — спрашивает он. Это кажется таким странным вопросом, что Уилл застывает. — А откуда ты вообще знаешь? — Видел твой тест по химии, — ответил Уилл, одеваясь. — Я подумал, что просто повезло, но твой ответ на литературе вспомнился. Майк стоял рядом со своим шкафчиком и что-то искал, пока рядом с ним наблюдал за этим его тайный любовник. В руках показалась та самая бумажка в файле. Уилер сунул ее в руки Уилла и ждал реакции. Это был его аттестат за прошлый год, и там не было ни одной оценки А без плюса. Уилл, не веря собственным глазам, открыл рот и восторженно взглянул на немного смутившегося Майка. — Это все тесты за пару месяцев, что я в этой школе, — он протянул пачку бумаг, скрепленных биндером*. На каждом стояла А с плюсом и Уилл действительно не верил своим глазам.

* — зажим для бумаги

— Я сплю с гением? — прошептал он. — Заткнись, — Майк действительно смутился. — Никто не должен об этом знать, особенно кто-то знакомый с родителями. — Но почему? Они не знают о твоих мозгах? — Не хочу снова слышать от отца оскорбления по поводу интеллекта, — ответил Майк. — Я понимаю, что он говорил это только по той причине, что сам им немного обделен, но все равно неприятно. Уилл пожал плечами. — По-моему умные парни ужасно сексуальные, — ответил он, улыбнувшись. — Мне пора. Дастин, постой! Майк не успел ничего сказать, как Байерс растворился в толпе. Вернувшись с работы утром в субботу, Джойс первым делом попросила сына наконец-то прибраться в своей комнате. Уилл грустно оглядел свой заваленный учебниками и листами с рисунками стол, затем невысокие кучки стружек под плинтусами и напоследок кучу вещей на стульях. Разбирая кучу макулатуры со стола, он осознал, как же много у него рисунков Уилера. Майк был изображен абсолютно во всех позах и настроениях: он впервые взглянул на Уилла и обжег взглядом, вот он впервые залез в его комнату, вот он навис над ним и его кудри прикрыли лицо, на этом рисунке Майк знакомился с его друзьями, изображая невинность. Любимым выражением лица Уилера было и остается, когда он смущаясь давал Уиллу посмотреть на его аттестат. В итоге из рисунков Майка у него получилась внушительная стопка. Парень вставил их в биндер и спрятал в стол. Заметая пол, Уилл почувствовал, что у него под ящиками стола что-то лишнее. Он заглянул туда и увидел футболку Майка, что вызвало у него улыбку — они и не заметили ее пропажи. Когда Байерс вытащил ткань из-под стола, она показалась куда тяжелее, чем должна была. Он нащупал что-то, от чего волосы стали дыбом. Уилл вывернул ее и увидел, что внутри была пришита кобура, в которой был пистолет. Парень выронил его вместе с футболкой, чуть вскрикнув. Он не мог поверить, что все слухи о Майке были правдой. Вот почему мама не хотела, чтобы он общался с Майком. Дом с заоблачной ценой, дорогущие блэкстоуны и модный бомбер, отцовские оскорбления из-за высокого айкью. Теперь все сложилось в одну, полную картину. Отец Майка был преступником и, судя по тому, что у его сына был пистолет при себе, сам Майк должен перенять его достижения. Уилл убрал пистолет, обмотав его футболкой, в шкаф. Потом поговорит с Майком. Вечером Уилл как всегда пил чай с мамой. Джойс заметила, что сегодня он совсем на себя не похож, потому поинтересовалась, все ли у него хорошо. — Если бы ты общалась с кем-то, кто не говорит тебе всей правды, как бы ты поступила? — спросил он, к удивлению Джойс. — Ох, милый, даже не знаю, я на тебя никогда не напираю, но я знаю, что ты умненький и не дашь себя в обиду, — сказала она. — Если этот человек тебе дорог, а правда очень важна, попробуй просто спросить его все, что тебя интересует, если до этого он не врал тебе, а только недоговаривал, то все будет хорошо. Уилл задумчиво кивнул, в его голове смешались все вопросы к Майку, так что нужно было выбрать один из них, чтобы это не было словно допрос. — А кто этот человек? Если не секрет? — спросила Джойс, слегка улыбаясь. — Это не важно, — ответил он, закрываясь чашкой чая. — Кто-то, в кого ты влюблен? — Нет, точно нет, — отрезал Уилл. — Ты уверен? — Да, мам, я не собираюсь… влюбляться, — он сглотнул, вспомнив слова Майка. Джойс улыбнулась сыну и пригладила его челку. Она тоже обещала когда-то себе это. — Надеюсь, я буду первой, кто узнает. Уилл закатил глаза и продолжил пить чай, оставив без ответа ее комментарий. Уилер снова стучал в окно, иногда в голову Байерса закрадывалась мысль, что Майк так делает, потому что он так попросил, но затем откидывает их, ведь это заставляет испытывать к Майку тепло. Брюнет привычно вскакивает на подоконник и снимает ботинки. В его руках оказались красные тюльпаны, всего пять цветков. — У мамы наконец-то зацвели, — он сунул их в руки Уиллу. — И ты все еще не подкатываешь? — уточнил тот, улыбаясь. Он поставил их к той веточки абрикоса, которая успела опасть. — Почему ты не выбросишь ее? — спросил Уилер. Уилл стер улыбку с лица и закусил губу, подойдя к шкафу. Там лежало то, о чем им предстоит невероятно сложный разговор, так что он немного боялся его открывать. Сзади подошел Майк и поцеловал его в шею, запустив пальцы в волосы. Уилл это словно проигнорировал и все-таки открыл шкаф, достав оттуда футболку, показал Майку. Тот резко переменился, он на шаг отошел и вырвал вещь из рука Байерса. — Что это? — из множества вопросов, Уилл почему-то выбрал именно этот, будто не знал, что это. — Уилл, выслушай, пожалуйста, — Майк сглотнул. Уилл кивнул. — Мой отец, он контрабандист, переправляет алкоголь из России, — начал Уилер очень не радужно. — Он хочет, чтобы я этим занимался, поэтому когда у меня были хорошие оценки в аттестате, он боялся, что я могу стать кем-то более легальным и более богатым. И он прав, я хочу. Я хочу поступить в колледж, стать полезным обществу. Уилл слушал, утаив дыхание, будто это могло сбить Майка или оборвать его правдивость. — Учителя не говорят при классе о моих работах, потому что я попросил. Они не спрашивают меня на уроках, потому что я пишу эссе и конспекты на каждое занятие, чтобы сдать их вместо ответа в классе. Я хочу поступить в МИТ после окончания школы, — он приостановился, а затем сказал фразу, завершающую все его оправдания. — Поэтому я не влюбляюсь. Теперь для Байерса все стало понятно, сложился тот паззл, теперь он видел Майка настоящего. Поддавшись порыву, он шагнул вперед и обнял парня перед ним. Обычного, испуганного, но все равно мечтающего подростка. — И на какую специальность? — спросил Уилл то, что его действительно заинтересовало. — Физика, — прошептал Майк в шею Байерса, сжимая его в объятиях. — Надеюсь, не ядерная? — Фу, самый скучный раздел, — ответил Майк и вызвал улыбку Уилла, который прошептал. — Наконец-то. На следующий день Майк словно бегал от Уилла, отводил взгляд на уроках, когда Байерс проводил их спиной к доске, пытаясь поймать его взгляд. Так длилось и всю неделю, пока Уиллу все-таки не удалось схватить Майка за шиворот и оттащить к их лестнице. — В чем дело? — Уилл, дай мне уйти. — Нет, ты мне ничего не объясняешь — я тебя не отпускаю, — твердо обозначил Байерс, пугая даже себя собственной решимостью. Майк смотрит на него из-под лоба, кусая свои губы. Он был так подавлен, что Уилл уже накрутил себя до той степени, что едва ли не плакал. — После того вечера, — Уилер мялся, — я хочу тебя поцеловать. В губы. Сердце Уилла пропустило удар — из уст Майка это было равно признанию в любви. «Это слишком интимно, чтобы делать это с кем-то, кого я не люблю.» — Это все, дай пройти, — он прошел мимо, случайно пихнув плечом. Это вывело Байерса из ступора и он с силой повернул Майка, прильнув к его губам. Уилер замер, не зная, что делать, а затем расслабился, пытаясь отвечать. — Ты до этого не целовался? — спросил Байерс у самых губ брюнета, получив легкое отрицательное махание головой, он усмехнулся. — Ну тогда расслабься. Они целовались под лестницей около десяти минут, когда Уилл потащил Уилера в сторону выхода из школы. В комнате Уилла они целовались еще очень долго, Майк заметил, что это почти так же приятно, как секс. — Но ты же знаешь, я скоро уеду, — прошептал Уилер. — Как хорошо, что я пару месяцев назад подал документы в МИТ, — ответил, смеясь, Уилл. — Не на физику, конечно. Майк явно перебывал в замешательстве. Он подскочил и глупо спросил. — А какая специальность? — словно его волновало только это. — Искусство, Майк.