Прогуляться по вечности

Пройти мимо этой девчонки и не попытаться познакомиться Сириус просто не мог. Её волосы ярким факелом пламенели в лучах заходящего солнца, а в небесно-синих глазах таились бездны. Этот взгляд обещал, манил, искушал и смеялся над идиотом, который решился бы шагнуть навстречу. — Сириус Блэк, волшебник, — представился он, остановив свой байк в нескольких дюймах от недрогнувшей красотки. — Война, — усмехнулась она. — Наколдуй-ка мне по-быстрому виски со льдом. В этой тусовке было принято представляться кличками, но даже здесь сильно бы удивились появившемуся ниоткуда бокалу виски. А уж как сильно удивились бы министерские, да и за Акцио Сириус бы дорого заплатил. Впрочем, он готов был и рискнуть, хотя... — Нам, волшебникам, нельзя колдовать на виду у всех, но я могу показать тебе пару трюков наедине. Скажем, в одном из номеров гостиницы, тут рядом. Сириус скрестил пальцы на удачу и не прогадал. — Только пару? — Пару дюжин, — скромно улыбнулся Сириус. — Веди! — приказала она. Вечер из просто классного становился многообещающим. — Садись, прокачу. — У меня свой. За спиной девчонки обнаружился приличный «Мустанг», на который она запрыгнула так, что Сириус едва не застонал от желания, старого как мир. Конечно же, до мотеля они домчали за пару минут, и ещё через четыре с половиной минуты Сириус уже пытался провернуть ключ в замке. Замок заело. — Дай я. У девчонки получилось, словно по волшебству, и Сириус запоздало сообразил, что один взмах палочкой помог бы избежать неловкости. Но у него ещё оставался шанс произвести впечатление. — Хочешь, я покажу тебе один фокус? — Сириус замер, глядя на то, как ловко Война задёргивает шторы, погружая комнату во мрак. — Люмос! Зависший над кроватью огонёк не вызвал никакого восторга, будто девчонка сталкивалась с таким по нескольку раз на дню. Неужели ведьма? — Ты обещал пару трюков, — прищурилась она. — Этот считать? — Нет, — Сириус улыбнулся, облизывая губы. — Я ещё не начал. — Так начинай! Чем дольше Война разглядывала Сириуса, тем сильнее темнели её глаза, а во взгляде полыхало такое откровенное поощрение, что руки сами потянулись к пряжке ремня, расстёгивая. Сириус любил вызов и гордился собственным телом, поэтому с лёгкостью принялся раздеваться, рассчитывая произвести впечатление. — Хороший мальчик. В то время как Сириус оказался перед ней полностью обнажённым, Война всего лишь сняла ярко-красные трусики и, отбросив их в сторону, медленно подняла короткую юбку. Она начала ласкать себя, глядя Сириусу в глаза: — Чего ты хочешь? — в голосе Войны была та самая хрипотца, что сводила Сириуса с ума. — Всего! С тобой я хочу делать всё. — Встань на колени. Сириус послушно опустился на пол. Его безумно заводила такая игра, и, похоже, он нашёл наконец-то партнёра себе под стать. — К тебе уже можно подползти? — Пожалуй, — Война усмехнулась и отступила к стене, опираясь на неё и чуть раздвигая ноги. — Не спеши! О, нет! Заставить Сириуса поспешить сейчас бы не смогло даже появление под окнами маменьки и дюжины домовых эльфов, размахивающих своими одеждами. Он собирался сделать всё медленно и насладиться каждым чёртовым мгновением. Девчонка должна была понять, что лучше него никого не найти. Понять и захотеть встретиться ещё раз. Ещё и ещё... ещё и ещё... а потом... — Не спеши, — напомнила Война и дёрнула Сириуса за волосы, заставляя запрокинуть голову, чтобы взглянуть в глаза. — И тогда, может быть, я возьму тебя с собой. — Куда? — Прогуляться по вечности. Такие прогулки Сириус любил, о чём сразу же и сообщил, но Война только расхохоталась и шагнула в сторону, удерживая его за волосы. Она устроилась на краю подоконника и потянула Сириуса вверх, вынуждая встать, после чего обхватила ногами, притягивая к себе, и впилась ему в губы жадным поцелуем. С такими девчонками судьба его ещё не сталкивала, поэтому он собирался взять от этой встречи всё. Всё, что она предложит — а потом можно и по вечности прогуляться. Сдерживаться Война, похоже, не привыкла, и её стоны привлекли зрителей. Двое юнцов уселись на скамейку у мотеля, явно с целью разглядеть получше байки и присмотреть, чем можно на них поживиться, не привлекая особого внимания. Но вскоре они напрочь забыли обо всём, пялясь, как ритмично качается обтянутая чёрной майкой спина, и как по ней рассыпаются огненно-красные локоны. Как же откровенно они завидовали Сириусу, когда он целовал подставленную шею! — Ты на сколько часов снял номер? — лениво поинтересовалась Война, после того как они проверили на прочность хлипкую с виду кровать. — До утра. Ты спешишь? — Нет. Она перевернула его на спину и оседлала бёдра, забираясь сверху. Сириусу всё-таки удалось её раздеть, и сейчас он любовался цепочкой засосов, оставленных на её ключице. — Нравлюсь? — Да! — Я так и думала. Все просто обожают войну, хотя на словах предпочитают мир. А ведь ты ещё даже не представляешь, какие потрясающие игрушки я могу предоставить тебе, какие игры предложить. Теперь от её слов по спине пробежал холодок, и Сириусу стало не по себе. — Я могу тебя связать, — Война провела пальцем по груди Сириуса, больно царапнув острым, как нож, ногтем. — Могу позволить связать себя. Ты не сможешь без меня жить... и всегда будешь меня искать... где бы ты ни был... куда бы ни отправился... Сириус завороженно смотрел, как покачиваются её упругие груди, пока она слегка ёрзала, склоняясь над ним. Когда он попытался ухватить губами её сосок, Война прижала к ним палец, и, поразившись медному привкусу, Сириус понял, что с её ногтя капает кровь. А ещё он понял, что этой кровью она рисует на его груди какие-то знаки, но почему-то вместо того, чтобы воспрепятствовать этому безумию или хотя бы попытаться убежать, блаженно прикрыл глаза, подставляя под поцелуи шею. Последнее, что он услышал, был тихий смех, в котором угадывались слова: — Я не ошиблась в тебе, Сириус Блэк. Тьма впервые показалась ему спасением, потому что принесла не только покой, но и умиротворение. Словно время остановилось, и пришёл черёд той самой прогулки по вечности, среди звёзд. — Тебе не жить без меня. — Да. — Скажи это ещё раз. — Да! — Повтори! — Мне не жить без тебя, Война! — Да. На востоке зажглась ещё одна звезда, и Сириус вдруг осознал, что когда-нибудь окажется именно там, и это знание наполнило его душу восторгом. — Я люблю тебя, Война. — Ты — мой! Проснулся Сириус под утро от невыносимой головной боли и с разочарованием убедился, что в постели он совершенно один. Он попытался, но так и не смог вспомнить имя девчонки, с которой вчера они сюда ввалились. Сюзанн? Мэри? Аннет? Хотя какая разница? Впрочем, судя по всему, оторвались они знатно — саднило не только расцарапанную спину, но и грудь. Сириус наколдовал себе зеркало и, жмурясь, попытался оценить масштаб ущерба. Блядь! Похоже, он всё-таки набил себе несколько татушек, но поскольку был пьян, слегка переусердствовал: грудь украшали какие-то кресты и полумесяцы. Впрочем, от этой красоты он всегда сможет избавиться, когда захочет, а пока куда важнее было ощущение, что что-то в его жизни сломалось, или что-то пошло неправильно. Чушь, конечно! Что с ним могло случиться?! Сириус соскочил с кровати и потянулся, раздвигая шторы. Начинался новый день, такой же прекрасный, как и все остальные. Сегодня они скроют дом Джея Фиделиусом, завтра он купит крестнику игрушечную метлу. Всё будет хорошо! Сириус подмигнул последней гаснущей на востоке звезде и принялся одеваться, насвистывая любимый девиз: «Занимайтесь любовью, а не войной». Почему-то сегодня он звучал немного иначе.