И по стеклу раздался стук

Местные жители условно делили свой городок на северную и южную части. Естественной границей между двумя половинами считалась река Чернушка, получившая название из-за мутной воды и большого количества водоворотов. Квартира Павла находилась в южной половине города, усыпанной однотипными многоэтажными домами. Они уже подъезжали к мосту, когда Мелания предложила выпить вина. — Да подожди ты, — проворчал Павел, — осталось-то всего ничего: пятнадцать минут, и на месте будем. Дома выпьем по-человечески. — А я сейчас хочу, — возразила Мелания и налила вино в одноразовый стаканчик. — Да потерпи ты! Павел стиснул зубы, борясь с нараставшим гневом. Но Мелания, казалось, совсем не замечала его хмурого вида. Она пододвинулась ближе и протянула наполненный до самых краев стакан. — Выпей! Автомобиль подскочил на одной из предательских кочек, коими славились местные дороги, рука девушки дрогнула и вино расплескалось, залив весь салон автомобиля. — Твою ж, — выругался Павел, отряхивая испорченные брюки. — Тупая курица! Это же новый костюм! Он мог поклясться, что отвлекся от дороги всего на мгновение, но и этого оказалось достаточно. Мелания пронзительно закричала. Павел, вздрогнув от неожиданности, поднял взгляд и резко выкрутил руль вправо. Ему не удалось толком разглядеть, кто стоял на дороге – человек или животное, да это и не было важно. Главное – избежать столкновения. Но, когда новенькая «десятка», сломав хлипкое ограждение, полетела вниз с моста, Павел понял свою ошибку. Лед недобро затрещал, и автомобиль под громкие крики двух перепуганных пассажиров ушел под воду. — Сделай же что-нибудь! — Что я сделаю-то? — огрызнулся Павел, озираясь по сторонам. Вода еще не проникла внутрь, но это был лишь вопрос времени. Он попытался взять себя в руки и успокоиться. Негоже ему, отслужившему в армии мужику, истерить, как девчонке. — Ты должен нас спасти! — не унималась Мелания. — Заткнись, дура! Это вообще все из-за тебя! — проревел Павел, вновь закипая от ярости. — Я не виновата, — замотала она головой. — А на кой ты полезла ко мне со своим вином? Сказал же потерпи до дома! — Не виновата, не виновата, — причитала Мелания, хлюпая носом и растирая косметику по заплаканному лицу. От былой привлекательности не осталось и следа. Павел сожалел, что вообще связался с этой странной девицей. Он несколько раз глубоко вздохнул и выдохнул, чтобы сконцентрироваться и вспомнить, что нужно делать, если машина тонет, а водитель по несчастливому стечению обстоятельств находится внутри. Спустя пару минут, показавшихся вечностью, из глубин подсознания всплыли советы, услышанные когда-то не то в каком-то телешоу, не то от знакомых водителей. Павлу совсем не нравилось то, что он собирался сделать, но иного входа не было. Поколебавшись, он все-таки приоткрыл окно, и ледяная вода, воспользовавшись приглашением, начала медленно заполнять салон автомобиля. — Ты что, убить нас хочешь? Перепуганная Мелания потянулась через него, чтобы закрыть окно, но Павел грубо оттолкнул девушку назад. — Дура, я давление выравниваю. Отстегивай ремень лучше. — Зачем? — Всплывать будем. Или тут остаться хочешь? — В ледяной воде плыть? Да ни за что! — воскликнула Мелания, вжавшись в сиденье. — Как хочешь, — безразлично пожал плечами Павел, отстегивая свой ремень безопасности. — Нет, нет, я с тобой, — быстро изменила свое мнение девушка. Павлу было все равно, что собиралась делать Мелания. Намного больше его волновало, за сколько секунд он сможет подняться на поверхность. — Не получа-а-а-ется, — с новой силой заревела Мелания. — Что не получается? — нервно спросил Павел. — Заело, — ответила она, указав на ремень. — Дай посмотрю. Ремень безопасности, действительно, заклинило. Но в бардачке не нашлось ни ножа, ни каких-то других инструментов, которыми можно было бы перерезать ленту. Павел откинулся на спинку сиденья. Волна усталости прокатилась по телу, и голова отказывалась соображать. Как он оказался здесь, на дне реки? Чем бы занимался сейчас, не пригласи эту незнакомку домой? Продолжил бы сидеть в том баре? Или уже доехал бы до дома без приключений? Холод от ледяной воды, словно отрава распространялся по всему телу, пронизывал до самых костей, растекался по венам, поднимался все выше и выше, обжигая внутренности ледяным огнем. В голове раздавался равномерный стук – стучали собственные зубы. Мелания все еще пыталась освободиться, и ее нервные движения все сильнее напоминали конвульсии, чем осмысленные действия. Но Павел не обращал внимания на девушку – все равно он ничем не мог ей помочь. Больше нельзя было медлить. Он натянул пуховик – даже такое простое действие далось с трудом. — Прости, Меланочка, но я пошел. Казалось, это произнес кто-то другой: слишком уж чуждо звучал голос, слишком пугало то, что эти слова означали. Возня на соседнем сиденье прекратилась. — Пошел? Что значит пошел? — взвизгнула Мелания. — Ты меня здесь оставить собираешься? — Все просто, дорогая, — продолжал говорить чужой голос. — Ты не можешь выбраться, а я не собираюсь помирать за компанию. — Не смей меня бросать! Слышишь!? Не смей оставлять меня здесь! Мелания схватила Павла за руку, но он с легкостью высвободился и, сделав глубокий вдох, навалился плечом на дверцу.