The Night We Met

За окном стемнело ещё много часов назад; в комнате стоит полумрак и тихо и ненавязчиво играет любимая песня Чонгука «What are you waiting for? – Nickelback». Почему именно она? Да всё потому, что эту песню часто исполняет школьная рок-группа, которая очень нравится Чонгуку. Не просто нравится, а он ярый фанат всех ребят, которые в ней состоят. Особенно вокалиста, который являлся лидером группы. Да что о нём вообще говорить? Местный красавчик с охуенным голосом, не отличник, но любимец всех учителей и учеников. Вроде и бэд-бой на первый взгляд, гроза всех, кто только к нему сунется, но на деле самый добрый и отзывчивый человек на планете. А ещё он выпускник и учится в школе последний год, как и половина ребят из группы. Чонгук совсем не знает, что будет делать еще целый год без любимой группы и того вокалиста. Он Ким Тэхён, кстати. Продолжая говорить о нём, Чонгук не просто его фанат, он влюблён в Тэхёна до чёртиков. В его голос, в его манеру общения, хоть Чонгуку и не удавалось с ним поговорить лично, в его расслабленную походку, в его стиль, в его глаза и очаровательную улыбку. О, о ней Чонгук может написать целую поэму. Всё в Ким Тэхёне обворожительно. Вот без слов. Просто идеально. И не один Чонгук, кстати, так думает. Женская половина школы с ним солидарна. Ну, это понятно по девчачьим визгам и крикам после каждого выступления рок-группы. Да и толпы девушек, что окружают Тэхёна каждый день в коридорах школы, о многом говорят. Каждый день только и слышатся писклявые возгласы: «Оппа, ты такой красивый.», «Оппа, а у тебя есть девушка, может быть мы сходим в воскресенье в кино?», «Оппа, ты же такой умный, не поможешь мне разобраться с алгеброй?». Вот, кстати, с последним у Чонгука огромные проблемы. Эта ебучая алгебра не хочет ему поддаваться. У него уже пятая двойка подряд за самостоятельные и контрольные в этом семестре. Может ему тоже подбежать к Тэхёну, состроить глазки и пропищать: «Оппа, у меня очень большие проблемы с алгеброй и математичкой, ты не поможешь мне разобраться с производной и графиками?». Что ж, смешно. Но в любом случае, Тэхён бы не отказал. Он никому не отказывает ни в чём. Если только это не касается его личной жизни. Сколько ему предлагали встречаться, он всем отказывал, искренне извиняясь. Чонгук видел это много раз. Возможно, у него кто-то есть не из школы, но пока все его знают как холостяка. Чонгука, на самом деле, греют эти мысли, но не то что бы он сам надеется на что-то и мечтает быть с Тэхёном, просто так спокойнее. Он один, Тэхён один. Все отлично. Чонгук абсолютно точно не выдержит, если будет наблюдать, как Тэхён зажимает какую-нибудь девку в углах школы. Кстати о школе. Чонгук сидит второй час над учебником его любимой алгебры, пытается разобраться с тем, как работает система этих графиков и производных. Честное слово, он сейчас сойдёт с ума. Даже любимые песни на фоне его уже не успокаивают. Казалось бы, какая алгебра и домашка в предпоследний день перед новогодними каникулами? Все уже давно гуляют и отдыхают, потому что домашку не задают. В школу ходят так, чисто для галочки. Но не в случае Чонгука. Ему нужно переписать последнюю самостоятельную хотя бы на слабую троечку, потому что его средний балл за семестр не доходит даже до тройки. Ему нужно вытянуть алгебру на твёрдую тройку за семестр, поэтому сейчас он пыхтит над учебником и перерешивает последний пример. На часах давно перевалило за полночь. Внезапно на телефоне загорается экран и высвечивается фотография Чимина. Чонгук быстро отвечает на звонок. — Чонгук, ты что, умер? Ты не заходил в соцсети уже пять часов. Тебя алгебра убила, или что? — Да, я умер. Чими-и-и-ин, я хочу рыдать. Я вообще не понимаю что к чему. Почему она мне просто не может поставить левую тройку и вытянуть балл? Она же видит, что я не алё, — хнычет Чонгук. — Ну ты же знаешь нашу математичку. Она честный человек и всё такое. Ладно, не ной. Прорвёмся. Хоть в чём-то ты разобрался? — Немного. — Ну вот, что-нибудь накалякаешь ей завтра. Я что звоню-то. Ты же помнишь, что завтра у нас четыре урока, а вечером школьный концерт и дискотека? — Дурацкий вопрос. — Верно. Так вот. На завтрашней дискотеке диджеем будет мой знакомый из твоей любимой группы. Я кинул ему несколько твоих любимых песен, и он сказал, что обязательно добавит их в плейлист. Ещё он похвалил твой музыкальный вкус. — Подожди-подожди... Кому ты отправил мои любимые песни? — Хосоку. — Он похвалил мой музыкальный вкус? — Да, именно это я и сказал. Ты рад? — Ещё бы! А Хосок... Он же хорошо общается с Тэхёном? — спрашивает Чонгук, закусив губу. — Гук, они буквально лучшие друзья с твоим ненаглядным, — смеётся Чимин. — Кстати, я замолвил словечко о том, что ты хотел бы познакомиться лично с Тэхёном. Хосок попросил нас с тобой подойти к ним после концерта. — Чимин, ты дурак? Ты сделал ЧТО? — паникует Чонгук. — Ладно, расслабь булки. Я же не совсем отбитый, — Пак оглушающе заливается смехом. — Но в любом случае, твои любимые песни услышит вся школа, и он в том числе. Ты же хотел, чтобы он послушал парочку, — Чимин такой живой и возбуждённый, Чонгук ему даже завидует. Ему бы не помешала энергия сейчас, чтобы просидеть хотя бы еще часок над алгеброй. — Возможно, Хосок действительно замолвит про тебя словечко, как о человеке с потрясным музыкальным вкусом. — Да зачем ему это? — хмурится Чонгук. — Это бред. Сейчас бы говорить о каком-то левом челе, нафиг я ему нужен? — Кто знает. Ладно, удачи тебе с алгеброй. Если хочешь, то пришлю тебе музыку для драки с математичкой, — и снова заливистый смех. — Ну это так, если завтра всё пойдёт не по плану. — Спать иди, — бурчит Гук, потирая переносицу. — Нам завтра всё ещё вставать в школу, не забывай, — Чимин усмехается. — Ночи, — и скидывает трубку. — Ночи, — выдыхает Чонгук. — Ну почему ты такая сложная? — хнычет и вновь переписывает очередной пример. На экране загорается уведомление от Чимина. Он действительно прислал ему песню, которая так и называется «Для драки с мотемотичкой». Боже, и почему Чонгук дружит с Чимином?

***

Ровно в 7:00 разносится будильник на всю комнату. Чонгук не сразу реагирует на него, потому что устал, потому что уже заебался. Он выключает телефон и сонно разлепляет глаза. В них будто песок насыпали, честное слово. Плетётся в ванную, включает ледяную воду и пытается проснуться хотя бы с помощью неё. Радует, что сегодня последний день, а впереди Новый год и две недели каникул. Кайф да и только. А ещё радует, что сегодня он наконец снова увидит Тэхёна на сцене и услышит несколько песен в исполнении его любимой группы. Интересно, что на этот раз они подготовили. Сделав все водно-туалетные процедуры, Чонгук плетётся на кухню, чтобы поставить чайник, и обнаруживает записку от мамы, где говорилось о том, что она вчера купила хлопья, и Чонгук может позавтракать ими, а не бутербродами. Что ж, такое начало дня его радует. Спустя полчаса Чонгук был полностью собран, даже успел повторить материал по алгебре. Осталось только наконец доехать до школы, отпроситься с химии, на которой они никогда ничего не делали, и со спокойной (нет) душой идти переписывать алгебру. Автобус Чонгука подошёл почти сразу, так что он не успел замёрзнуть. Сегодня, видимо, все предпочли остаться дома, поэтому Чонгук нашел себе даже свободное место у окна. Включив в наушниках музыку, он смотрел на меняющийся за окном пейзаж. День начался довольно неплохо, и Гук надеется, что дальше всё будет так же.

***

До звонка оставалось примерно минут десять, когда Чонгук поднимался по лестнице на четвертый этаж. Чимин всегда опаздывает, поэтому ждать его не было смысла. Он зашёл в кабинет химии один из первых, сразу же подходя к учителю и объясняя ситуацию, мол так и так, с алгеброй не алё, нужно исправлять. Учитель без проблем отпустил его. Кабинет алгебры находился этажом ниже, на котором обычно ошиваются классы младше, но у алгебры с геометрией свои законы даже в школе. Чонгук почти на трясущихся ногах проходит в кабинет, где его уже ждала математичка. Она довольно мило его поприветствовала и попросила сесть на последнюю парту, потому что у неё сейчас будет урок. Чонгук сел, достал свой пенал с железным человеком и ждал, пока ему дадут задание. Математичка не заставила долго ждать, достала сборник самостоятельных работ, с предварительно вырванными ответами в конце учебника, и ткнула пальцем что именно Чонгуку нужно решить. Гук кивнул, начиная вчитываться в задания. Он успел решить первый пример до того, как со звонком в класс начали заходить ученики из другого класса. Чонгук не обращал на них внимания, пока рядом с ним не сел какой-то парень. И, твою мать, как бы банально это не звучало, но по законам не менее ебучей физики, алгебры, геометрии или что там вообще? А, жизни! С ним сидел сам Ким Тэхён. Чонгук быстро опустил взгляд, стараясь снова вчитаться в следующее задание. Первые минут десять прошли абсолютно спокойно. Чонгук даже решил больше половины того, что надо было. Даже начертил что-то непонятное для него, ну, вроде бы похожее на график. А потом он приступил к последнему заданию, от которого зависела оценка Чонгука. И вот беда, это то, что Чонгук не мог понять даже на тысячную долю процента. Ну, он не понимает этого. Мало того, он даже не знает какой бред можно придумать, чтобы хотя бы было что-то, мол, сделал всё, что мог и знал. Он сидит ещё пару минут, стараясь вдуплить, что можно с этим сделать. Ну не знает он! Ну хоть убейте, не понимает. Чонгук устало выдыхает, пытаясь написать хоть какой-то бред, но внезапно на его руку прилетает чужая. Он резко поднимает взгляд на человека, чья рука сейчас на его, а тот подмигивает и аккуратно, чтобы не заметила математичка, протягивает листочек, где было написано решение последнего задания. А также подпись: «Не могу больше смотреть на то, как ты мучаешься» и смайлик-улыбка. Чонгук спасён, боже. Спасён самим Ким Тэхёном! — Спасибо, — шепчет Чонгук, принимаясь быстро переписывать решение. Через несколько минут, всё перепроверив, Чонгук собирает свои вещи, встаёт с места и относит учителю листочек с самостоятельной и сборник, намереваясь побыстрее уйти отсюда. Быстро попрощавшись с учителем, Чонгук буквально вылетел из класса, облегчённо выдохнув. Ему срочно нужен Чимин. До конца урока оставалось пятнадцать минут, поэтому у него ещё было время немного пропищаться Чимину о его приключениях на алгебре. Войдя в класс, где стоял шум от разговоров одноклассников, потому что на химии делать нечего, особенно в последний день перед каникулами, Чонгук быстро приземлился на своё место возле спящего на парте друга. — Чимин! — прямо на ухо громко прошептал Чонгук. Друг, сонно разлепив глаза, в ожидании уставился на Чонгука, мол, ну чё, выкладывай. — Ты не представляешь, что сейчас я пережил, — Чимин зевает, ожидая очередной рассказ Чонгука о великой и ужасной алгебре. — Меня посадили на последнюю парту, так как у неё там урок был. И знаешь, с кем я сидел? С Тэхёном, твою мать! — а вот тут Чимин оживился и уже принял сидячее положение. — Чего, блять? — слишком громко. — Не ори, тихо, — всё так же шепчет Чонгук. — Прикол в том, что он мне ещё решил последнее задание из самостоятельной. Типо, я не просил. Я просто долго сидел над ним, и потом Тэхён протянул мне этот листок, — и показывает его Чимину. Пак всматривается в неаккуратный почерк. — Уву, это так романтично. Я не могу больсе смотлеть на то, как ты мутяесься, какие слюни нюни, — смеётся Чимин. Чонгук пихает его в бок. — Заткнись, — бурчит Гук, пытаясь сдержать улыбку. Чимин снова распластывается на парте. — Побыстрее бы закончились уроки, — стонет Пак и просит разбудить его со звонком. Он решил на сегодняшних уроках выспаться. Чонгук достаёт свои наушники и присоединяется к другу.

***

Уроки прошли быстро, поэтому сейчас парни едут домой, чтобы поесть, переодеться и собраться на дискотеку. Чонгук уже придумал себе образ, поэтому в предвкушении, надеясь, что это действительно будет круто, закусывает губу и улыбается. Пак пихает его в бок, потому что «А другу сказать?». Но Чонгук отвечал ему лишь загадочное «Увидишь». Ну, просто Гук ещё не очень уверен в этом. А вдруг что-то пойдёт не так? Приехав домой, Чонгук с чистой совестью кидает под кровать рюкзак с учебниками, желает ему запылиться и спешит в душ, попутно умоляя маму погладить ему его футболку, в которой он собирается на дискотеку. Она, кстати, чёрная, как и его джинсы с порезами и весьма интересным ремнём с кольцом. Что ж, маме Чонгука этого не понять, если что, то она его просто никуда не пустит в таком виде и заставит переодеться. А так, ну, посмотрит, чего Гук удумал. Через несколько минут Чонгук весь красный и влажный выходит из ванной в своих смешных тапках, которые, кстати, в виде железного человека. Но мы его не осуждаем. Быстро закинув в себя мамин суп, Чонгук направляется в свою комнату, чтобы наконец воплотить в реальность то, что он задумал. Надев узкие джинсы, которые обтягивают его бёдра, и футболку, которая не менее круто смотрится на нём, он идёт в ванную, чтобы высушить волосы и сделать задуманное. На самом деле, Чонгук не очень умеет пользоваться всей этой дребеденью, но сегодня особенный день и нужно сделать что-то приличное на голове, поэтому Гук решает сделать лоб открытым. А ещё затемнить внешние уголки глаз. Что он творит? А чёрт его знает. Один раз живём, ну. Спустя приличных полчаса, Чонгук выходит из ванной полностью готовый. — Ну, и чего там из тебя получилось? — кричит мама с кухни. — Подойди, покажись. Чонгук неловко мнётся, но всё же идёт к маме. Как только он появляется на пороге кухни, та оценивает его взглядом. — Чонгук... А что ты сделал с глазами? — подходит мама, смотрит на недомейк Чонгука. Что ж, это совсем не заметно, но придаёт изюминки образу. Взгляд стал более выразительным, что ли. — Ну что могу сказать? — ой, а может не надо? Чонгук знает свою маму, она может сказать всё что угодно. — Ты ходячий секс, — ну да, например это. — Мам! — краснеет Чонгук. — Нет, ну а что? Я говорю как есть. Выглядишь просто супер, — Чонгук выдыхает и улыбается. — Девчонки все твои будут, — подмигивает. Чонгук смеётся. Да зачем ему эти девчонки? Ему Тэхён нужен. Ну, так, если уже говорить об этом. А так, ему и сейчас неплохо. Просто, возможно, он немного хочет произвести впечатление на Кима. Ну, а возможно и не немного. — Во сколько тебя сегодня ждать? Папа может тебя захватить, когда поедет с работы, если ты освободишься. — Не думаю, что освобожусь рано. — Смотри, чтобы пришёл не позже одиннадцати. — Хорошо, мам, — говорит Чонгук, а потом кидает взгляд на часы. О, уже через полчаса начинается концерт. — Я побежал. — Давай. Чонгук быстро хватает телефон, карточку и рюкзак со сменкой. Кстати кроссовки у него сегодня тоже чёрные. Ну прям бэд-бой собственной персоной. Выбегая из подъезда, Чонгук набирает Чимину, что уже спешит к остановке и скоро будет. Чимин ответил, что тоже уже вышел. Отлично, сегодня они оба будут вовремя. Чонгук улыбается и вдыхает морозный воздух, засовывая руки в карманы куртки. Через минуту показался нужный автобус.

***

— Пизда рулям, Чонгучело, ты чего сегодня такой секс? Нет, я серьёзно, вау. Ты реально выглядишь так. Без преувеличений. Типо, охуеть. — Чимин, всё, хватит. Ты меня смущаешь, — краснеет Чонгук, переобуваясь на первом этаже школы. — Да это ты меня смущаешь, вышел как из фильма с рейтингом восемнадцать плюс. Тебе так идёт вот это всё, и твой открытый лоб. Ты как к этому пришёл? — Чимин всё никак не может успокоиться. — Сегодня утром в голову пришло, надеялся, что будет круто. Ну вот, как видишь, что получилось. — В следующий раз ты будешь моим стилистом, — Чонгук на это смеётся и встаёт с банкетки, убирая в пакет свои уличные ботинки. — О боже, нет, — закрывает лицо руками Пак, наигранно отворачиваясь от друга. — Мои глаза не выдержат такого сексуального напряжения. — Угомонись, — усмехается Чонгук. — Давай живее, нам ещё на пятый этаж переться. Я не хочу опоздать. — Привет, — внезапно доносится со спины. Чонгук аж подпрыгивает. Это Хосок. — О, привет, Хо, — улыбается Чимин. — Я добавил все песни, что ты мне кидал, в плейлист к дискотеке. Передай своему другу, чтобы в следующем году он боролся за место диджея. Его песни потрясные, мы с Тэхёном оценили. — Чонгук, слышал? — а Чонгук стоит, даже не моргает. Они с Тэхёном? — О, — удивляется Хосок. — Так это ты друг Чимина? Прости, не признал. Хосок, — и протягивает руку для приветствия. — Потрясно выглядишь. — Спасибо, ты тоже, — на одном дыхании выдаёт Чонгук. Хосок смеётся. — Ладно, я побежал, мне ещё гитару подключить надо, скоро начало. Не опаздывайте, — хлопнул Чонгука по плечу и ушёл. — Чонгук, живи, — смеётся Чимин и, подхватывая свои вещи, идёт вместе с Чонгуком вешать их в раздевалку.

***

Сидя в актовом зале, Чонгук начинает немного нервничать, потому что ему сделали комплименты все его одноклассники и даже ребята из параллельных классов. Он не думал, что так сильно привлечёт внимание. Спустя пару минут на сцену наконец выходят ведущие, приветствуют всех и объявляют группу «Indistinct». Да, именно так и называется та самая рок-группа. На сцену выходят ребята из группы, проверяя аппаратуру и микрофоны. Самым последним выходит Тэхён и весь зал встречает его бурными аплодисментами и визгами. Ким пытается поприветствовать всех, но из-за криков его не слышно, и он начинает смеяться и смотрит на своих ребят. Чонгук усмехается с этого тоже. — Я очень рад, что вы нас так встречаете, но, пожалуйста, поберегите свои голосовые связки на конец этого мероприятия, потому что мы кое-что для вас подготовили и нам нужны будут ваши звонкие голоса, — улыбается. О, Чонгук бы смотрел на его улыбку вечно, именно поэтому он начал снимать сцену уже сейчас, чтобы не пропустить ничего и потом пересматривать их выступление ещё много раз. — Кстати, телефоны вам понадобятся тоже, поэтому не сажайте их сейчас, — смеётся, а Чонгук краснеет, будто это было адресовано именно ему. Неловко. Но он всё же продолжает снимать. — Мы рады снова открывать школьный концерт и выступать первыми, но мы немного, как обычно, волнуемся. Подарите нам, пожалуйста, вашу любовь, — и смеётся снова, потому что зал снова взрывается криками и аплодисментами. Когда зал стихает, ребята начинают играть, а Тэхён пританцовывает, дожидаясь своего вступления. Чонгук приближает его на своём телефоне и продолжает снимать. — Ну и фанючка же ты, — хихикает Чимин, на что Чонгук шикает. Тэхён начинает петь, и о боже, Чонгук знает эту песню. Это «Calling – Dead by April». Он слушал эту песню буквально сегодня утром в автобусе, когда ехал в школу. Он любит её всеми фибрами души и знает её почти наизусть. Зал буквально взрывается, когда начинается припев. Голос Тэхёна сводит с ума не только его, но и всю, чёрт возьми, школу. Ты слышишь, как я зову, Зову тебя? Ты слышишь, как я кричу, Кричу тебе? Я словно стою нагой под дождём, Один, с этой болью. Ты слышишь, как я зову, зову, зову? Помню дни, которые мы вместе проводили, Я отдал бы что угодно, чтобы так было всегда. И все те вещи, которые могли нас рассмешить... Как бы я хотел вернуть это обратно, Хотел бы я забрать это обратно. Теперь я знаю то, чего не знал никогда... Я стою здесь и зову тебя. Ты для меня – весь мир, поверь, это правда. Я люблю тебя. — В этой песне смысла больше, чем во всей моей жизни, — хнычет Чимин и наигранно показывает, как собирает свои слёзы в ладонь. — Мои слёзы, ты их видишь? — Хватит паясничать, — хмыкает Гук. — Кстати, эту песню я тоже кинул Хосоку вчера. Прикинь совпадение. — Да уж, — выдыхает Чонгук и выключает камеру. На самом деле, если бы не Чимин, то он бы сейчас расчувствовался и пустил слезу. Ну серьёзно! Он так любит эту песню. — Осталось потерпеть выступления остальных классов и дождаться завершающего выступления Индистинкт. Чонгук молча соглашается с другом, провожая Тэхёна взглядом. Остальные полтора часа проходят довольно скучно. Чонгука раздражало, что каждый класс хором поёт какую-то непонятную новогоднюю песню и сценки затягиваются на очень долгое время. Единственное, что было интересно, это танцы. А остальное полнейший бред. Чонгук приходит на эти концерты только ради Тэхёна и его рок-группы. Наконец объявляют последнее выступление, а последнее выступление – это Индистинкт. На сцену под бурные аплодисменты выходит Тэхён и говорит речь с пожеланиями на новый год, пока остальные ребята из группы выставляют на сцену аппаратуру. — И так, а теперь о том, что мы для вас подготовили. Эту песню мы исполняли много раз, вы все её знаете, и она, кстати, моя любимая. Мы хотим, чтобы вы сейчас все до последнего включили свои фонарики на телефонах и подпевали нам. Давайте создадим волшебство вместе. Свет в зале выключается и снова загорается благодаря фонарикам на телефонах. Тэхён достал свой телефон тоже. В зале повисла невероятная атмосфера, а на улице в темноте падает снег и горят фонари. — Ну что, начинаем? — Тэхён кивает ребятам, а потом сразу же вступает. — What are you waiting for? What are you waiting for? — начинает играть музыка. (p.s а теперь включаем все дружно «What are you waiting for? — Nickelback» для атмосферы) — Это и моя любимая песня тоже, Тэхён, — тихо говорит Чонгук, его не слышит даже он сам. Зал начинает подпевать, потому что действительно все знают слова. И Чонгук с Чимином тоже. Царит волшебная атмосфера, и Тэхён такой красивый в свете телефонных фонариков, такой... Волшебный и нереальный. «What are you waiting for? – Nickelback» Чего ты ждешь? Чего ты ждешь? Ты ждешь удара молнии? Ты ждешь идеального вечера? Ты ждешь подходящего времени? Чего ты ждешь? Разве не хочешь научиться справляться со страхом? Разве не хочешь взять всё в свои руки? Почему ты всё ещё ожидаешь чего-то здесь? Чего ты ждешь? Ты должен пойти и достигнуть вершины, Верь в свою каждую мечту. Мы живем только раз, так скажи мне, Чего ты ждешь? Знаешь, тебе придется отдать все свои силы, И не бойся, если потерпишь крах. Мы живем только раз, так скажи мне, Чего ты ждешь? Ты ищешь подходящую отговорку? Ты ждешь какого-то знака? Пока ты ждешь, твоё время истекает, Так чего ты ждешь? Разве ты не хочешь расправить крылья и полететь? Разве не хочешь жить своей жизнью? Разве не хочешь испытать на себе любовь? Чего ты ждешь? Песня заканчивается, Тэхён и ребята из группы светятся от улыбок. Зрители тоже в восторге. Чонгук, кажется, счастлив. — Спасибо вам! Вы потрясающая аудитория. С наступающим вас новым годом! Зал аплодирует стоя, и все хором кричат «Мы вас любим». Все ребята из группы встают и берутся за руки, чтобы поклониться всем. — Спасибо, — кричат ребята и показывают пальцы вверх. — Хотел бы попросить остаться несколько ребят, чтобы помочь нам освободить зал для дискотеки. Нужно будет сдвинуть сиденья к стенам. Кто-нибудь останьтесь, пожалуйста, — говорит Хосок. На его просьбу остаются практически все выпускники. Чонгук с Чимином идут в свой класс, хотя они тоже хотели остаться. Но людей слишком много, поэтому без них там точно справятся. А Чонгуку ещё отдышаться надо. — Чимин, он прекрасен. Просто идеален, — прикрыв глаза и оперевшись на парту, говорит Гук. — Воу, воу, притормози, он просто человек, не идеализируй его так, самому же сложнее делаешь, — усмехается. — В смысле? — хмурится. — Ну в смысле, просто подойди к нему наконец. — Ты чо совсем? — Чонгук смотрит на Чимина, как на умалишённого. — А ты планируешь вот так вот упустить его? Он последний год в школе учится, — выгибает бровь Чимин. — Чим, я не уверен. Типо, а что я скажу? Я просто восхищаюсь им, и всё... Наверное... — Да, ага. Слыхали мы, как поют дрозды. — Ну всё, не начинай. — Слушай, ты выглядишь сегодня сексуальнее секса, так заполучи ты своего рокера. — С чего ты взял, что он гей? Это всё не так просто, как ты думаешь. — Он не гей, он би. — Да с чего ты взял? — Чимин пожимает плечами. — Хосок сказанул как-то. — Может, напутал. — Ну да, конечно. Напутал ориентацию своего лучшего друга. Чонгук, не беси меня. — Я не бешу. Просто оставь меня с этим, ладно? — умоляюще просит Чонгук и слышит, как из зала доносится, набирающая обороты, музыка. — О, пойдём, разведаем обстановочку. Чонгук отклеивается от парты и идёт за Чимином. Пока они идут до самого зала, Чонгука окидывают несколько человек взглядом. Это, если честно, напрягает. Поэтому Чонгук первым заходит в зал, чтобы слиться с темнотой и музыкой. Они находят с Чимином свободное место почти около сцены, где за аппаратурой восседал Хосок, но никого это не волновало, потому что слишком темно и очень много людей. И всем абсолютно всё равно на других. Играют знакомые и не очень песни, но Чимин и Чонгук растворяются в толпе и в музыке, то дурачась друг перед другом и угорая над этим, то изображая богов танцпола. Через время Чонгук вышел, потому что ему поплохело. Он сел на банкету рядом с дверями зала и осушил половину бутылки с водой, откинув голову назад. Чимин вышел следом за ним. — Всё хорошо? — интересуется Чимин. — Да, я сейчас. Просто голова закружилась, там очень душно, — улыбается Гук. — Есть такое, — приземляется рядом. — Ты видел Тэхёна? Я следил за ним в начале, а потом потерял из виду. — Чонгук, это жутко. — Да ладно тебе, я просто поглядывал на него время от времени. — Я вообще не видел его. Кстати, пойду спрошу у Хосока, когда там наши песни пойдут. — Давай, я сейчас подойду. Чимин пробирается сквозь толпу к сцене и поднимается на неё. Хосок приветствует его. — Хо, когда там наши с Гуком песни будут? — пытаясь перекричать музыку, спрашивает Чимин. — Ещё две песни, а потом ваши, — отвечает Хосок, попутно доставая телефон и что-то кому-то печатая. — Окей, мы пока подышим в коридоре, — усмехается Чимин. — Без проблем, — улыбается. Чимин возвращается к Чонгуку. — Через две песни наши. У тебя есть время воскреснуть, — Чонгук улыбается, зачёсывая выпавшие на лоб прядки и отпивая из бутылки воду. Чимин копается в телефоне. Чонгук улавливает знакомую макушку, которая показывается на лестнице, что ведёт к актовому залу, а именно к ним. Тэхён поднимается по лестнице один, что-то высматривая в телефоне и улыбаясь. А потом засовывает в карман и направляется к двери зала, кидая на Чонгука взгляд. Это второй раз, когда они сталкиваются взглядами. (Первый был утром на алгебре.) Тэхён скрылся также быстро, как и появился. — Чонгук, всё ещё живи. А Чонгук живёт, но, кажется, не дышит. Из зала доносится песня Calling. — О, наши пошли. Идём, — тянет Чимин Чонгука за собой. Они забегают в зал, подпевая знакомым словам, тут жарко и душно, но всем весело и все двигаются в такт музыке, подпевая. Зал вновь взорвался, потому что все узнали песню, которую сегодня исполняли Индистинкт. Они снова находятся не так далеко от сцены, поэтому могут видеть Хосока, который улыбается и наслаждается музыкой, смотря на всех отрывающихся ребят. И если бы Чонгук был внимательнее, то у него, возможно, с алгеброй было бы куда лучше, но сейчас не об этом. Если бы Гук был внимательнее, то заметил бы, что возле Хосока восседает ещё одна фигура, которая смотрит прямо на него. Но Чонгук не Чимин, который сейчас сложил два плюс два и ехидно улыбался. Но Чонгук слишком любит эту песню, и не нужно его осуждать за его невнимательность, ведь он сейчас растворился полностью в словах и чувствах. Тэхён наблюдал за этим всё ещё с улыбкой, пока его не прервал Хосок. Он что-то у него спросил, посмеялся и показал на экран ноутбука. Ким внимательно просканировал экран, а потом тыкнул пальцем, видимо, выбрал следующую песню. Следующей начала играть «The night we met – Lord Huron». (Не ленимся, включаем эту песню и ставим на репит.) Это песня из плейлиста Гука, и это медляк. Все сразу разошлись по парочкам, а Чимин с Гуком, как независимые холостяки этой дискотеки, направились к окну, чтобы подышать свежим воздухом и насладиться песней, смотря в тёмный зал и на мелькающие разноцветные огни. Чонгук особенно любит эту часть дискотек. Пусть он никогда и не танцевал медляков, но он не мог не насладиться этой атмосферой. Но не в этот раз. Едва ли коснувшись подоконника его запястье ловит чужая рука, он смотрит на Пака, который смотрит на него в ответ, мол, я не при делах, бро, а потом они оба оборачиваются назад. Там стоит Тэхён, смотрит прямо в глаза Чонгуку. Второй, кажется, сейчас упадёт, потому что в ту же секунду Ким наклоняется слишком близко к лицу Гука, обжигая его ухо своим дыханием. — Подаришь мне этот танец? — спрашивает Тэхён, хмыкая прямо на ухо. Чимин реагирует быстрее своего тормознутого друга, поэтому быстро что-то тараторит на ухо Киму, а потом подталкивает Чонгука, а сам идёт на сцену к Хосоку, приземляясь рядом с ним. Он бросил Чонгука на произвол судьбы. Плохой Чимин. Тэхён тянет его за собой почти в самый центр и останавливается, укладывая руки Гука на своей талии, а свои кладёт ему на плечи, смотря в глаза и легко улыбаясь. Он кажется полностью расслабленным, чего не скажешь о Чонгуке. Он напряжён до мозга костей. Не то что бы он не рад такому развороту событий, просто он чуть не умер. А так да, всё хорошо. Он рад. Только вот он не знает, куда ему отвести свой взгляд. Гук бросает взгляд на сцену, где что-то обсуждают Чимин и Хосок, бросает взгляд на окно, успевает посмотреть на все рядом стоящие парочки, пока не ловит взглядом улыбку Тэхёна, снова пытаясь отвести от него взгляд. Если не смотреть на Тэхёна, то вполне можно выжить. Но на его подбородок нежно приземляются пальцы Тэхёна, приподнимая голову Чонгука. Тэхён смотрит ему точно в глаза, в которых отражаются все разноцветные огни. Завораживает. Чонгуков взгляд тоже теперь прикован к глазам Тэхёна, он не смеет снова отвернуться, потому что Ким ему дал понять, что хочет этого зрительного контакта. Чонгук смущён до невозможного, он не понимает, как ещё не наступил Тэхёну на ногу, но безумно рад этому. Ещё не хватало опозориться перед ним. Верни меня в ту ночь, когда мы встретились. Я не знаю, что мне делать, твой образ следует за мной повсюду. Прошу, верни меня в ту ночь, когда мы встретились. Ночь, когда мы встретились. Что ж, символично. Они растворяются в песне, которая играет во второй раз по просьбе Чимина, но никто из них не замечает, что танцуют уже дольше, чем идёт песня. Так надо, так и должно быть. Но всё хорошее всегда заканчивается. И не то чтобы хорошее, просто закончился этот момент, потому что следующей играет «Falling – Trevor Daniel». На медляк немного не катит. Они стоят друг на против друга, смущённо улыбаются, а потом Тэхён снова приближается и вновь обжигает своим дыханием ухо Чонгука. — Спасибо, — и дарит ему улыбку, а после тянет за собой. Чонгук просто следует за ним. О боже нет, только не это. Тэхён ведёт его на выход из зала. Тэхён ведёт его в свет! Чонгук сейчас точно умрёт. От стыда, от своего красного лица, от этого напряжения, боже. Чонгук щурится от яркого света и опускает взгляд в пол. Тэхён усмехается. — Ты не против, если мы прямо сейчас уйдём отсюда? — вдруг спрашивает Тэхён. — Зачем? — слетает с губ Чонгука, и он сразу же мысленно себе даёт по лбу. Ужасно. Тэхён пожимает плечами. — Хочу украсть тебя на сегодняшний вечер, — пожалуйста, позвоните в скорую. — Твой друг сказал не возвращать тебя до завтра, — а Чимин предатель. — Мне нужно быть дома не позже одиннадцати, — Тэхён с этого только умиляется. — Понял-принял, вернём тебя домой к одиннадцати. Идём, — и снова тянет Чонгука за собой. Хм... К одиннадцати? А ведь ещё даже девяти нет. У Чонгука плохо с математикой! Помогите ему сосчитать на сколько часов его украли!

***

На улице темно, горят фонари и снег падает крупными хлопьями. Чонгук и Тэхён идут почти плечо к плечу. Гук неловко молчит, не зная, что сказать Тэхёну, а Ким, кажется, вообще не волнуется и не парится ни о чём. Он ловит снежинки руками. Чонгук улыбается. Ну как, просто как может человек, который лидер рок-группы и выглядит как самый настоящий бэд-бой, вот так вот с мягкой улыбкой ловить руками снежинки? Чонгук, кажется, влюбился прямо сейчас ещё сильнее. — Ты ведь наш фанат, верно? — неожиданность – второе имя Тэхёна. — Что-то вроде того, — неловко отвечает Чонгук. Эта его неловкость такая густая, что её можно потрогать руками. — Ты слушаешь офигенские песни, со смыслом, — говорит Тэхён, наконец убирая руки в карманы. — Из списка, которые скинул твой друг, я обнаружил несколько своих любимых. — Какие? — «Calling», «What are you waiting for» и «The night we met». — Выходи за меня, — вдруг выдаёт Чонгук и в момент думает, что это была очень глупая шутка, но Тэхён смеётся, а значит, всё хорошо. Чонгук, следи за своим языком уже. — Говоря о последней, я мечтал станцевать под неё медляк с тем, кто реально любит эту песню. Она потрясающая и такая красивая, — улыбается Тэхён, смотря на Чонгука. — Кхм, да, очень красивая, — кивает Гук. Ну, в принципе, а на что он мог надеяться? Тэхён просто такой же меломан, как и Чонгук. Для него песни значат многое, и вот поэтому он и пригласил на танец человека, у которого его любимая песня тоже со статусом «любимая». — Откроешь для меня свой плейлист на страничке? — говорит Тэхён и приземляется на лавочку на детской площадке, потянув Чонгука за собой. — Только если ты откроешь для меня тоже, — улыбается, а потом думает о том, что если он открыл для Тэхёна двери в сердце, то значит и открыл ему путь в свой плейлист. Это же связано. — Обязательно, — подмигивает и смотрит на Чонгука, вновь смущая его своим пристальным взглядом. — Не смотри на меня так, — хмурится Гук. — Как? — Чонгук кривится. — Вот так, внимательно... — Тэхён смеётся. — Тебе говорили, что ты очень красивый? — не ну вот это уже удар поддых. — Сегодня раз пятьсот. — Я не про сегодня. Сегодня ты выглядишь как Аполлон, — ну, пожалуйста, хватит. — Тэхён... Прекрати. Слишком много тебя сегодня. — Эй! — пихает Чонгука в бок. — Нет, не в смысле ты мне надоел, ты мне никогда бы не надоел, и я готов слушать твой голос вечно, просто тебя слишком много сегодня для меня, потому что ты... — мозг Чонгука немного запаздывает, поэтому он понимает что сказал только сейчас. — Блять, это не то что ты подумал, я просто... Ты меня смущаешь, окей? Представь, что ты айдол, а я твой фанат, который готов пойти за тобой хоть на край света, чтобы вечно оберегать от всего плохого в этом мире, а ты говоришь мне такие смущающие вещи и... — мозг, пожалуйста, работай. — Да, блять! Тэхён, пожалуйста. Я планирую не говорить сегодня больше ни слова, — и хмурится, облокачиваясь на лавочку, складывая руки в замок на груди. Тэхён смеётся до слёз. — Я немного не успеваю за твоим потоком мыслей, но, кажется, я уловил кое-что из этого, — вытирает слёзы. — Ты такой смешной и милый. Ты действительно готов пойти за мной на край света, чтобы оберегать от всего плохого? — Чонгук закрывает лицо руками. — Я больше ничего не скажу. — Жаль. Просто если да, то я готов стать твоим парнем прямо сейчас, без всяких свиданий, потому что то, что ты сказал, было прямым ключом к моему сердцу, — обыденно говорит Тэхён, дуя губы. Чонгук сейчас заплачет. Что, мать вашу, тут происходит? Они молчат минуты три, слушая дыхание друг друга. Чонгук пытается переварить полученную информацию, а Тэхён ему не мешает, включив на телефоне «The night we met». Они сидят на лавочке, вслушиваясь в слова их любимой песни. Тэхён тихо подпевает, листая ленту в инстаграме. Он усмехается, когда видит сколько там фотографий, на которых его отметили. Кстати, некоторые из них фотки, где они танцуют с Чонгуком. В их школе все люди достаточно адекватные, поэтому абсолютно нормально отреагировали на их с Гуком медляк. Правда шипперы несусветные, но это лучше, чем гомофобы. — Ну как? Ты остыл? — обращается к Чонгуку, когда песня заканчивается. — Смотри, — показывает Чонгуку видео, где они в темноте танцуют медляк. Это, кстати, тот момент, где Тэхён приподнимает голову Чонгука за подбородок, заставляя его смотреть в глаза. А внизу подпись: «Я, блять, ждала поцелуй после такого, но это тоже неплохо». Чонгук краснеет. — Я считаю, что после такого не стать парой – преступление, — усмехается. Гук протяжно стонет, встаёт с лавочки и подходит к теннисному столу, облокачиваясь на него. На расстоянии от Тэхёна думается лучше. Но Тэхён встаёт за ним и следует его же примеру. — На самом деле, я тебя заметил ещё в том году. Просто поймал несколько раз твой взгляд на себе, — оп, Чонгука, кажется, поймали за жопу. — Ты прикольный и милый, когда хмуришься после того, как увидишь меня с какой-нибудь девушкой. Твоё имя я узнал только в начале этого года. На самом деле, я боялся всё это время подойти к тебе, как и ты ко мне. Поэтому попросил Хосока подружиться с твоим другом. Он, так сказать, агент под прикрытием, — смеётся. — Я хотел узнать немного о тебе, потому что в любом случае Чимин бы что-нибудь взболтнул про тебя. И совсем недавно, может, неделю назад, не знаю, Хосок сказал мне, что это взаимно. Ну, твои чувства, — мнётся Тэхён. — Я хотел тебе написать в тот же день, но потом передумал. Хотел подумать, как к тебе можно эффектнее подкатить, — смеётся. — А потом вот, подвернулся сегодняшний день, — Тэхён замолкает, задумываясь. — Ну как? Достаточно эффектно? — о боже, Тэхён. У кого ты спрашиваешь? Чонгук дышать сейчас не в состоянии, не то что тебе ответить. — Я лучше промолчу, потому что мне кажется, что это всё сон, и я скоро проснусь и расстроюсь, — Чонгук недоверчиво смотрит на Кима. — Дурак ты, — хмыкает Тэхён, в момент встаёт между ног Чонгука, что заставляет Гука сесть на этот самый стол за спиной, чтобы немного отодвинуться. Но Тэхён не даёт ему, одной рукой прижимая к себе ближе за талию, а другой придерживая за затылок, нежно прикасаясь губами к чужим. Чонгук нервно выдыхает, но впервые за этот день не тормозит, обнимает Тэхёна в ответ и тоже целует. Губы Тэхёна мягкие и горячие, что не скажешь о Чонгуке. Он немного замёрз, этому поспособствовали ещё и нервы, но сейчас это совсем не важно. Ему тепло от нежных тэхёновых губ, которые творят с ним необъяснимые вещи. Он буквально слышит стук своего сердца. Они целуются на детской площадке возле теннисного стола под тихим снегопадом, всё идеально. Так и надо. Так и должно быть. Это ночь, которая наконец познакомила их. Ночь, которая сделала обоих немного счастливее. — Ну так мы будем парой? Или ты хочешь стать друзьями с привилегиями? — смеётся Тэхён, отстраняясь первым от Гука. — Да будем, будем, — усмехается. — Иди сюда, — и вновь целует Тэхёна, потому что ему мало. Он мечтал об этом моменте слишком долго, но Тэхён вновь отстраняется. — Предлагаю простоять так ещё час, потому что я должен вернуть тебя домой к одиннадцати, а то не хочу произвести на твоих родителей плохое впечатление. Идёт? — улыбается. — Идёт, а теперь поцелуй меня, наконец, ещё раз, — хмурится, а Тэхён смеётся и вновь целует Чонгука.