- Something you need? - You.

      Я пытаюсь придумать хоть одну адекватную причину того, почему до сих пор таскаюсь с Рыжей и совершаю всякие добрые дела, будто нанялся на полставки паладином. Пытаюсь придумать и не могу. Конечно, встревать во всякие переделки весело, убивать - почти моё ремесло, а постоянная выпивка и крыша над головой не могут не радовать, но. Это всё не имеет никакого значения, потому что значение имеет лишь одно - фигурка рыжей шаманки, бегущей впереди. Это единственная и очень глупая причина.       Вот она сыпет на трупики убитых жителей Эмбера какие-то травки, собирает всякую ветошь, которая, как она думает, поможет в суде. Меня так и подмывает сказать, что нет, и что очень глупо приходить сюда, когда Лускану известно, что она точно будет искать улики здесь. Но я молчу и пытаюсь заметить какую-нибудь деталь, которая выдаст появление наёмных убийц. Эльфу и паладину явно не до того: один копается в бесхозном хламе, другой громко причитает над очередным трупом, и готов чуть ли не расцеловать ноги Рыжей, которая устраивает для них обряды упокоения (спасибо какой-то торговке их Порт-Лласт, которая её надоумила). Наконец, собрав даже распоследнее дерьмо, мы обошли деревеньку по кругу, и остановились у колодца.       Сэнду не очень хотелось в него лезть - это было видно по его прищуренным глазам, которые даже в обычном состоянии едва различимы на лице. Да и у меня не было особенной охоты... В отличие от паладина, который ринулся вперёд. - В колодце может ожидать засада, я спущусь первым и проверю. - пояснил он, глядя в удивлённые глаза шаманки, которая успела сделать полтора шага к колодцу. Полсекунды - и она согласно пожимает плечами, являя собой образчик кротости.       С досадой думаю, что мне, как следопыту, положено было сказать это и спуститься первым, но тут же бросаю эту мысль, потому что воображаемый вид покалеченного обескровленного паладина, попавшего в ловушку или засаду внизу, вызывает чувство удовлетворения. Поэтому я замыкаю группу, с необычайным терпением выжидая, пока Сэнд, проклиная всех богов сквозь стиснутые зубы, спустится вниз. Мой спуск занял всего десять секунд, но мы всё равно отстали от маячка с рыжими волосами, который уже остановился и с кем-то болтал. Кто же мог здесь появиться?..       К своему удивлению вижу того самого ребёнка, которому Рина отдала мой нож. - Как выглядели эти люди? Сколько их было? - Кажется, их было двенадцать. - отвечает он на вопрос Рины, - У них были тёмные доспехи и... Один из них был похож на тебя. Но я знал, что это не ты. - И как ты понял это? - тон Сэнда был более чем скептическим. - Когда я пристально вгляделся в неё, она стала выглядеть по другому. Я увидел мужчину - большого и злого, словно огр, но лысого. - Эти показания могут оказаться полезными... - задумчиво произнёс эльф, уже без прежнего скепсиса, - нам следует взять его с собой в Невервинтер. Я бросил взгляд на Рыжую, но она не торопилась с ответом. - Ты всё это время сидел здесь? - Да, я знал что ты придёшь сюда, и решил ждать здесь. - Что ты будешь делать теперь? Хотелось закатить глаза от этой дотошности, которая вдруг ни с того, ни с сего временами начинает одолевать Рыжую. - Я и раньше бывал в Порт-Лласте. Я и сам туда доберусь. - Ладно, но будь осторожен. Мальчик кивает и продолжает что-то говорить, но я зеваю и пропускаю часть фразы. - ... вот нож, который вы мне дали. Он помог мне выжить здесь, внизу, но больше он мне не понадобится. Я выхожу из за спины Сэнда и мальчуган протягивает мне клинок. Он выглядит как и прежде, но чутьё подсказывает, что это уже не то оружие, что было раньше. Теперь в нём ощущается какая-то сила, и в зеленоватом полумраке пещеры лезвие, кажется, даёт странный отблеск. - Наконец-то. Рина оборачивается ко мне, и ничего не говорит, хотя в её смеющихся глазах читается что-то вроде "Натуру за нож больше затребовать не выйдет". В моём взгляде она могла бы прочесть "Не очень-то и хотелось", но она уже отвернулась к мальчугану, который убежал, помахав рукой на прощание. - Добрые дела всегда возвращаются к нам, Северина. Возможно, я не всегда могу одобрить твои поступки, но видя твою бескорыстную помощь детям, убеждаюсь, что выбрал правильную спутницу. Уверен, ещё немного этого бреда - и паладин услышал бы скрип моих зубов. Рыжая улыбается, глядя на него, и будь я проклят, если этой улыбкой нельзя подкупить самого Келемвора. - Возможно, Касавир, я и сама не всегда могу одобрить свои поступки, и ты, скорее всего заметил, что часто я импульсивна, как любая женщина. Это нельзя отнести к моим достоинствам, и я борюсь с этим. Поэтому мне приятна твоя высокая оценка, спасибо. - И это лишь заставляет больше почитать и ценить тебя. - Да, а теперь, может, мы продолжим путь? С потолка отвратительно капает на голову, мы скоро все вымокнем до нитки, если не поторопимся. Сейчас, слушая Шандру, я почти готов был признать, что у неё в голове помимо опилок есть зачатки ума. Однако это всё потому, что на неё, как на мужчин, не действует это треклятое аасимарское обаяние. Во всяком случае, не действует так, как на нас с Касавиром. Чувствую, как лицо помимо воли превращается в гримасу. "Как на нас с Касавиром" даже в уме звучит отвратительно, и я прибавляю шаг, оставляя Сэнда замыкать группу. Однако лёгкой эльфийской поступью, наступая только на сухие участки земли, он перегоняет меня. Я снова замыкаю группу.       В конце концов, будучи последним, всегда проще покинуть поле боя и шкура будет целее.