Карты на желание

      Чуя так и остался сидеть в саду. Слёзы обжигали лицо парня, а след от пощёчины горел. В дом идти не хотелось. Оно и неудивительно. Он просто сидел на земле облокотившись спиной на кусты, а тараканы в голове метались из стороны в сторону будто выпили два литра кофе.       На улице уже темнело, а Накахара даже не думал идти в свою комнату. Он продолжал сидеть и смотреть как растёт трава. Это было очень увлекательно и интересно. Слёзы уже давно не текут, они просто закончились, всё выплакано, резервуар пуст. Он просто сидел и смотрел в одну точку. Глаза его были пустыми и не такие голубые как раньше. Раньше они напоминали небо, но сейчас видимо небо закрыли тучи.       Через какое-то время Чуя уснул. Да. Аристократ решил поспать прямо на траве под кустом в саду возле огромного особняка, который по хорошему является его домом ведь он теперь его "Хозяйка". Почему бы и нет?       Дазай же наблюдал за ним из окна держа в руке бокал вина. Он не планировал напиться. Не по аристократически это. Поэтому он лишь решил выпить пару бокалов вина. Остыть немного так сказать.       Время приближалось уже к полночи, а Чуя до сих пор сидел в саду. Осаму не мог спокойно смотреть на это, он ведь может заболеть. Поэтому он спустился вниз и пошёл к саду. Да. Несколько часов назад он был тем, кто влепил Накахаре пощёчину, а сейчас он идёт забирать того из сада дабы тот не простудился. Как сказал Марти из Мадагаскар 2:"Любовь, не знает границ".       Подойдя прямо к парню, Дазаю посчастливилось увидеть милейшую картину. Чуя сидел оперевшись спиной на кусты, прижимал к себе колени и мирно сопел на них. Поднять рыжего не составило труда. Он был лёгок как пёрышко.       Интересным поворотом событий стало то, что Осаму понёс рыжего не в его комнату, а в свою. Как истинный джентльмен Дазай попросил слуг, которые совершали обход особняка дабы убедиться, что всё в порядке, переодеть Чую и поставить стакан воды на тумбочку рядом, конечно уже утром все бы знали, что молодая госпожа на самом деле господин, но Осаму был уверен, что дальше слуг его особняка новость не просочиться. А зря.       Когда слуги ушли, Дазай ещё долго стоял и просто смотрел на Чую. Без макияжа и с распущенными волосами он выглядел очаровательно, такое солнышко. Опустившись возле лица Накахары, шатен оставил еле ощутимый поцелуй, как он любил его называть, поцелуй-бабочка. Недолго думая, Осаму переоделся и лёг рядом с этим маленьким рыжим комочком. Дазай укрыл их обоих одеялом и обнял рыжика со спины. Впервые за долгое время Шатен уснул так быстро и крепко.

***

      Утро не было бы утром, если бы было бы не добрым, а утро не бывает добрым. Это правило жизни Накахара запомнил ещё давно. И сейчас мы можем наблюдать всю силу этого правила. Чуя в одной ночнушке, в кровати Дазая, вместе с самим Дазаем, так он ещё и крепко обнимает его со спины. А предстоящий разговор, про него не забыли? В общем ещё одно паршивое утро. Хотя может оно и не такое паршивое, может вскоре будет всё лучше? На, что надежд конечно было очень мало.       Осаму на самом деле не спал, он просто думал, а обнимая такое рыжее солнышко думалось гораздо лучше.       — Доброе утро, солнце       От такого обращения к себе Накахара выпал из реальности.       — Д-да.... Доброе утро....       То, что рыжий был напряжен мог не заметить только слепой и глухой одновременно.       — Расслабься, я тебе ничего не сделаю       Удивительно, но эти слова подействовали на Чую как успокоительное, а может всё дело в человеке? Возможно.       Дазай крепче сжал хрупкое тело в объятьях и зарылся носом тому в волосы, они пахли приятно, Осаму было комфортно и приятно обнимать Накахару, и он хотел обнимать его. Каждое утро. Каждый день. Каждый вечер.       — Предлагаю уговор. Если ты влюбишься в меня за этот год, ты останешься тут, со мной. Договорились?       — Я так понимаю, что выбора у меня нет?       — Нет, выбора у тебя нет — Если бы кто-нибудь только знал как же Чуя хотел заехать сейчас кулаком по этой роже, Дазай сейчас улыбался как мартовкий кот.       — А, что если я всё таки откажусь?       — Я обвиню твою семью во лжи, ведь я должен был жениться на девушке, но ты не девушка. И я добьюсь того, чтоб твою семью лишили титулов и прав. Ты станешь для них всех пятном позора.       — Это шантаж?       — Да, это шантаж.       Этот разговор был настолько ленивым, что Чуя даже не скрывал своей улыбки, ему хотелось подольше побыть вместе с Дазаем, он сам не знал почему, но очень хотелось.