Горькая правда, сладкая ложь.

Мое утро началось довольно рано. Мне снилось что-то страшное. Я не помню что именно. Но разбудил меня Чуя. Обеспокоенно заглядывая мне в глаза он спросил: — Что тебе снится? Я каждое утро подскакиваю от того что ты кричишь, просишь отпустить тебя. Я недоумеваю. Каждое утро кричу? Прошу отпустить? Ничего не понимаю. Я ничего не помню. Меня начинает потряхивать, как перед глазами появляются образы: «Я прикованная сижу на стуле, какие-то люди берут ножи и начинают делать надрезы на коже. Мне больно, но я не могу кричать. Все что я могу это смотреть, как из ран течет кровь. Потом какая-то сила уничтожает ножи, что причиняют мне боль. И я отключаюсь… … Опять та же комната, я опять прикованная сижу на стуле. На этот раз в руках моих мучителей пистолеты. Они стреляют в руки и ноги. Я опять ничего не могу сделать, даже крикнуть. Больно. Невыносимо больно. Хочется заплакать. Какая-то сила вновь помогает мне, останавливая пули на подлете к моему телу. Затем снова темнота… …Я крадусь к выходу из здания. Все тело болит, но мне нужно выбраться. Только бы снова не причинили боли, только бы выбраться из этого ада. В коридорах никого. Я выхожу на улицу. Вокруг лес. В здании слышится топот ног, крики. Нужно уходить. Я, собрав последние силы бегу. Не важно куда. Лишь бы подальше отсюда…» Голова начинает болеть, перед глазами темнеет, я издаю болезненный стон. Ох, великий барабай, как же болит голова. Чувствую прикосновение мокрой прохладной ткани ко лбу. Открываю глаза (когда я их успела закрыть?). На краю кровати сидит Чуя и наблюдает за мной. — Лучше? — Да. Спасибо — немного смущенная его заботой отвечаю я. — С тебя две бутылки вина — ухмыльнувшись произносит это бесстыжее существо — Эх, а я размечталась, что великий Накахара Чуя бескорыстно помогает бедной девушке — картинно закатила я глаза и громко вздохнула — Ладно, шутки в сторону. Сколько время? — Только шесть утра — отвечает спокойно Чуя. Шесть утра? Так, я явно не усну. Пойду завтрак приготовлю что ли. — Ты, наверное, спать хочешь. Иди, я все равно не смогу уснуть — произношу я тихо и прикрываю глаза. Мда, после того, что увидела, я точно не смогу уснуть. Значит вот что это были за эксперименты. Но зачем причинять боль, если они исследовали способность? Или с помощью боли они вызывали спонтанные всплески, чтобы прощупать почву возможностей? Скорее всего. Я так задумалась, что совсем позабыла о Чуе, а он сидел и наблюдал за мной. Но почувствовав на себе пристальный взгляд, я посмотрела на мафиози: — Что-то не так? — Нет, ничего — произнес он резко, поднялся и вышел из комнаты. Что это с ним? Чем я его обидела? Хотя понятно чем. Я разбудила его. Но несколько минут назад он был такой обеспокоенный, проявлял заботу, что же сейчас случилось? И почему так хочется плакать? Опять плакать… Что-то я совсем расклеилась. Так нужно привести себя в порядок, приготовить завтрак и придумать, как скоротать время до начала рабочего дня. Я умылась, оделась, накрасилась и пошла приготовить что-нибудь перекусить. Хм… приготовлю-ка я омлет. Не хочу заморачиваться. Я достала все необходимое и принялась за готовку. Когда омлет был готов, я поела и пошла в гостиную. Чуя, видимо, лег спать, поэтому в квартире было тихо. Потом я вспомнила слова Чуи про вино и решила его отблагодарить. Я подошла к сейфу, ввела код, достала оттуда две бутылки вина и отнесла их на кухню, поставив на стол. Пусть порадуется. Я улыбнулась и вернулась в гостиную. Достала свой альбом, карандаш и начала рисовать. Так я просидела, наверное, часа два. А на бумаге появился портрет Чуи. Он нагло ухмылялся, чуть-чуть показывая свои белые зубы, а в его глазах отражалось превосходство. На голове была шляпа, с которой Чуя не расставался даже в квартире. Одет он был в свою обычную одежду, в какой ходит на работу. Только плащ был не накинут на плечи, а Чуя держал его указательным пальцем у себя за спиной. Со стороны выхода из гостиной послышалось легкое покашливание. Я подняла глаза от рисунка. В проеме стоял, облокотившись о косяк, Чуя в своей «рабочей» одежде. — Звонил Акутагава, просил меня заменить его на несколько дней. Хотя я не понимаю почему. Заданий у него вроде нет. — Он просто боится моей мести — Чуя вопросительно посмотрел на меня, я лишь вздохнула — Моя сестра вчера очнулась. Ее нужно было накормить шоколадками, а этот пес Портовой Мафии все шоколадки у меня спер и съел, пришлось посылать Дазая за новой порцией. Вот Акутагава и прячется. Чуя заржал. Мда… у человека крыша тю-тю. Ох, и что мне с ним делать? Ладно, нужно идти на работу. Я взяла сумку и направилась обуваться. Чуя немного задержался в гостиной, видимо хотел отсмеяться. Чувствую Акутагаве будет нелегко в ближайшее время. *** Придя в офис, я застала довольно своеобразную картину. На диване сидели Дазай и Шери и о чем-то увлеченно болтали. Интересно, а Дазай предлагал ей двойное самоубийство? А зная свою сестричку, могу предположить, что она была бы всеми руками и ногами «за». А если учесть, что они оба здесь живые, либо попытка провалилась, либо Дазай пока сдерживает своих бесов, но это думаю ненадолго. Куникида сидит и печатает отчеты скорее всего. Больше никого не наблюдалось. — Всем доброго утра — улыбнулась я. Шери посмотрела в мою сторону, улыбнулась еще шире и в мгновение ока оказалась рядом, обнимая меня. И знаете, мне было приятно, но все же она стискивала меня своими руками так сильно, что воздуха стало не хватать. — Шери… пути — прохрипела я. — Ой — произнесла она и освободила меня из своих объятий — Лиля, а мы с Дазаем придумываем новый способ суицида. — Кто бы сомневался — проворчала я — И как успехи? Придумали что-нибудь? — А тебе зачем? — прищурился Дазай — Неужели поменяла свое мнение по поводу двойного самоубийства? Ах, я не смогу разорваться между двумя прекрасными девушками. Дазай продолжал заливаться соловьем, я же украдкой посмотрела на Куникиду. Он потихоньку закипал. Перевела взгляд на Шери. Она внимательно слушала каждое слово Дазая и глупо улыбалась. Мда, два сапога пара. И тут БАХ! Стопка бумаг полетела со стола Куникиды на пол, сам Куникида вышел из-за стола и направился к Дазаю. — УПЫРЬ, А НУ ЖИВО ЗА РАБОТУ! РАЗВЕЛ ТУТ БАЛАГАН. Дазай каким-то волшебным образом оказался у Шери за спиной и отвечал уже из своего так называемого укрытия. — Ну, Куникидушка. Не ворчи с утра пораньше. Не нервничай так сильно, нервные клетки не восстанавливаются. Куникида на несколько секунд замер. — Что правда? — озадаченно спросил он. Так, понятно. Дазай опять за свое. Сейчас все будет по старому сценарию. — Правда-правда — кивает этот забинтованный — Давай, запиши. Куникида повелся, достал свой блокнот и стал записывать. — Купился — чуть ли не прыгая на месте произносит довольный парень. Куникида немедленно взрывается, произнося разные ругательства, он ударяет Дазая и тот врезается в стену. Шери ржет аки коняшка, а я лишь качаю головой. Идиот, он и в Австралии идиот. И все бы ничего, только вот упал Дазай прямо на Чую, который подпирал своей спиной стену. — Эй, а немного в сторону от меня бросить его нельзя было? — донеслось из-под Дазая — Скумбрия забинтованная, живо слезь с меня! Мы с Шери ржали уже вдвоем чуть ли не катаясь по полу от смеха. Куникида озадачено смотрел в сторону Дазая. А из-под суицидника показалась рыжая макушка. — Скумбрия. Быстро. Слезь. С. Меня. — медленно повторил Чуя. — А откуда этот голос доносится? — сделал недоуменное лицо Дазай, затем он встал и обернулся — Прости, коротышка, я тебя не заметил. — Ты кого коротышкой назвал? — подскочил Чуя. Они с Дазаем стали носиться по кабинету, а я заметила на полу шляпу Чуи. Ну надо же какая удача. Всегда мечтала примерить шляпку Чуи, даже выпрашивала у него дать мне ее поносить, но он только рычал на меня. Я подняла шляпу и надела себе на голову. — Ну как? — спросила тихо я у Шери, та прыснула в кулак и показала мне большой палец. Но вскоре этот забинтованный заметил на мне шляпу Чуи. — Чуечка, а ты ничего не потерял — спросил он ухмыляясь и показывая на меня в шляпе. — Моя шляпа! — завопило это рыжее существо — А ну верни мою шляпу! И рыжий ураган несся уже ко мне. Осаму, предатель! Так пора делать ноги. Теперь я убегала от Чуи. Хотя что мне мешало вернуть ему его шляпу? Не хочу возвращать. Она пахнет Чуей и мне этот запах нравится, а если ее у меня заберут, тогда я перестану чувствовать этот прекрасный запах. Так, что со мной происходит? Я себя не понимаю. Ай, хватит думать, нужно от Чуи удирать. Я в углу. Замечательно! Меня загнали в угол. — Попалась — ухмыльнулся Чуя — Отдай шляпу по-хорошему, иначе заберу по-плохому. Тут на голову Чуи со всего размаха опустилась стопка бумаг. Это Шери решила повоевать. Моя сестра, если честно, эмоционально неуравновешенная. Она спокойно может смеяться, а через мгновение реветь (хотя такая перемена случалась не часто, чаще ее веселый настрой сменялся на угрожающе-опасный и успокоить ее можно было только шоколадкой). Вот сейчас произошло что-то подобное. Она всегда менялась если мне что-то угрожало, как сейчас, например. — А ну-ка, не тронь мою онэ-чан*! — грозно прорычала она, уперев руки в бока. — Но моя шляпа — как-то испугано пробормотал Чуя. В итоге я надела эту злосчастную шляпу ему на голову, а затем подошла к своей анэ и обняла ее, чтобы та успокоилась и не разнесла ВДА. Куникида все это время недоуменно хлопал глазами. Видимо думал о том, какими идиотами он окружен.