Год до взрослой жизни

Перед самым обедом, успев закинуть тяжелую сумку в комнату и наспех переодеться, я наткнулась на послание от Драко Малфоя. Помятая роза с окровавленными шипами выглядела не так претенциозно, как за завтраком, но однозначно производила впечатление. Решив прочитать сначала письмо от Рона, отложила в сторону сомнительное послание слизеринца, вскрывая обычный белый конверт. "Ты всегда понимала меня лучше остальных, - начиналось письмо Рона. Пальцы задрожали, удерживая лист бумаги, а текст начал подозрительно двоиться из-за непролитых слез. - Я до сих пор не понимаю вашего с Гарри решения вернуться в Хогвартс, где погибло столько родных, любимых и просто знакомых нам волшебников. Мне же это место опротивело! Я больше не могу притворяться и делать вид, что все хорошо, поэтому уезжаю к Чарли, чтобы помогать ему в уходе за драконами. Еще летом мы договорились, что я приеду, если не смогу справиться с собственными эмоциями. - Облегченно выдохнула, зная, что решение Рона поддержал взрослый волшебник. - Гермиона, я люблю тебя, но совершенно не понимаю, оттого сильно злюсь. Ты отвергла мое предложение руки и сердца, когда я так надеялся создать с тобой настоящую крепкую семью. Мне больше нечего делать в Хогвартсе, рядом с тобой и Гарри. Надеюсь, однажды мы встретимся без взаимных упреков и обид. Рон." Отложив послание друга в сторону я несколько раз глубоко вдохнула и выдохнула прохладный осенний воздух, свободно проникающий в комнату сквозь распахнутое окно. Сейчас мою голову посещали совершенно ненужные мысли. Например, кто станет старостой вместо Рона? Как Макгонагал отнесется к его решению? Как Гарри отреагирует на то, что Рон и с ним не желает общаться до поры до времени? -Гермиона! - позвал меня голос Джинни из-за двери. Я поспешила спрятать письмо Рона и вытереть слезы. - Ты идешь на обед, дорогая? - спросила волшебница участливым голосом. -Да, я сейчас спущусь, - ответила я Джинни, хватая письменные принадлежности и чистые пергаментные свитки. Третьим и последним уроком на сегодня стояла история магии, на которой я собиралась прочитать записку от Малфоя и решить, что делать с предложением Захарии Смитта. Слизеринцы не простят мне, если узнают, что их Дездемона по совместительству ведьма в мюзикле творческой организации: Пуффендуй-Когтевран-Гриффиндор. Если честно, подобная мысль и меня заставляла сжимать кулаки в приступе необъяснимой злости, но отказать Захарии я уже не могла. -Ты какая-то уставшая, все хорошо? - поинтересовался Гарри, поднимаясь с дивана мне навстречу. - Первые два урока оказались напряженными. -Все хорошо, Гарри, - заверила я друга. - Чем собираетесь заниматься вечером? -У нас первая встреча "Азартных глоток", - торжественно объявила Джинни и расхохоталась, но друг ее настроения не поддержал. Он вообще казался отстраненным и безучастным, никак не реагируя на спор своей девушки и Невилла по поводу очередной смены названия их творческой группы. -Ты читала? - прошептал он, хмуря темные брови и непроницаемо глядя куда-то в сторону. -Да, - ответила ему, замечая напряженные плечи Гарри и то выражение лица, которое говорило, что сейчас друга лучше ни о чем не спрашивать, дабы не навлечь на себя его гнев. -Он придурок, - выпалил Гарри, поправляя ремень сумки и решительным шагом обгоняя Джинни и Невилла. -Гарри! - позвала волшебница, недоуменно поворачиваясь в мою сторону. - Какая муха его укусила? Я только пожала в ответ плечами, думая о том, почему Джинни не замечает состояния своего парня? Гарри всегда болезненно относился к ссорам с Роном, всегда полагался на лучшего друга во всем, а теперь. Рон принял самостоятельное и вполне взвешенное решение начать взрослую жизнь, а мы с Гарри оказались не при чем. Неужели вот так рушится многолетняя дружба? Эта мысль по-настоящему пугала меня. За обедом друзья и однокурсники активно обсуждали время и место сбора "Глоток", параллельно привлекая к участию в их затее всех, кто попадался им на пути. Симус даже умудрился предложить Паркинсон составить ему партию в исполнении гимна, сочиненного ими за завтраком. -Почему бы и нет? - как-то холодно улыбнулась волшебница, создавая толкучку в проходе между столами Гриффиндора и Слизерина. -Что... ты сказала? - удивился Симус, не понимая, шутит девушка или нет. -Я сказала, что принимаю твое приглашение! - она надменно глянула в сторону Малфоя и Забини, склонившихся над каким-то пергаментным свитком и не замечая задумчивого взгляда подруги. - С удовольствием спою с тобой, Финниган. -Ммм, да, здорово, - ответил он таким кислым тоном, что Невилл и Джинни, стоящие рядом с ним смущенно покосились себе под ноги. - Мы тебе рады, Паркинсон. Девушка снова как-то холодно улыбнулась, поправив красиво уложенные волосы, и аккуратно присела за свой стол, игнорируя тишину, повисшую среди членов "Глоток". -У меня нет слов, - прошипела Джинни, хватая сумку и выбегая из Большого Зала. Она всегда отличалась вспыльчивостью и редко считала нужным скрывать от других собственные чувства и эмоции, а я начала подозревать, что самое мрачное шоу получится именно у моих друзей. Гарри за обедом так и не появился, и я неспешно шла по коридору, заглядывая в открытые аудитории и размышляя о том, куда мог подеваться друг. На одном из широких подоконников расположились те самые студентки из Когтеврана, которых с елейной улыбочкой на тонких губах обхаживал Захария Смитт. Боясь столкновения с назойливым старостой и пытаясь избежать знакомства с членами собственной творческой группы, я незаметно скользнула в одну из открытых аудиторий, боязливо прикрывая за собой дверь и прислоняясь к ней головой. -Грейнджер? Мой взгляд наткнулся на Малфоя, который спешно что-то прятал в карман мантии. - Какого дракла тебе здесь понадобилось? Я оглядела пыльный кабинет, полупустые полки и поломанную мебель, сваленную в кучу в самом дальнем конце помещения и неопределенно пожала плечами. -Тоже, что и тебе, - ответила первую пришедшую на ум отговорку, прислушиваясь к голосу Захарии. Кажется, он уводил девушек дальше по коридору, но я все равно опасливо высунула голову, чтобы убедиться в правильности своих догадок. За спиной мгновенно выросла длинная фигура слизеринца, который тоже с интересом рассматривал пустой теперь коридор. -Так, от кого ты пряталась? - спросил Малфой с насмешкой в голосе. - Или у тебя галлюцинации, Грейнджер, от которых ты предпочитаешь скрываться в пыльных заброшенных кабинетах? Тон его голоса, презрительное выражение лица и пепельная челка, спадающая на лоб длинными прямыми прядями несказанно нервировали. Хотелось заявить Малфою что-то обидное, но в голову совершенно ничего не приходило. -Я просто хотела побыть наедине с собственными мыслями, - ответила парню, переминаясь с ноги на ногу. "Ну, почему он смотрит на меня так пристально? Что хочет увидеть?" -Это из-за твоего глупого дружка, сбежавшего сегодня утром? - снова задал вопрос Малфой, не сводя с меня немигающих стальных глаз. -Откуда ты... знаешь? - спросила, невольно приподнимая подбородок. Малфой действительно вытянулся за это лето, отчего мой нос теперь упирался ему в грудь, а макушка едва доставала до подбородка. -Забыла, с кем разговариваешь? - презрительно хмыкнул Малфой, - моя семья... -Твоя семья - позор магического сообщества! - выпалила я, запоздало понимая, что натворила собственной несдержанностью. Малфой так сильно побледнел, что даже губы теперь казались бескровными. -Повтори, что ты сказала, Грейнджер, - зашипел он, выхватывая палочку и резким движением приставляя ее к самому моему горлу. В его стальных глазах разгоралось настоящее безумие, готовое засосать и меня. -Малфой, я... не хотела говорить с тобой таким тоном, - извинилась, искренне желая слизеринцу сгореть заживо. Он не примирился с положением своей семьи и никогда не примириться. Те, кто надеялся на исправление Малфоя глубоко ошибался. Такие, как он, чистокровные волшебники до мозга костей, никогда так просто не откажутся от собственных идей, какими бы безумными они ни были. -Я знал, что возвращение в Хогвартс - ошибка! Теперь здесь поклоняются таким, как ты, - его зрачки расширились и сочились презрением, а губы кривились в дерганной ухмылке. - Почему ты просто не скажешь, как сильно ненавидишь меня, а, Грейнджер? -Я ненавижу тебя, Малфой, - произнесла, делая крошечный шаг в сторону и снижая давление волшебной палочки. - Одна мысль о том, что ты способствовал планам Волан-де-Морта по уничтожению магглов заставляет меня испытывать презрение ко всей твоей семье. -А ты никогда не думала, что у моей семьи не было выбора? -Не правда! - заорала я, отталкивая руку парня. - Твой отец всегда стремился к безграничной власти, которую ему сулил Волан-де-Морт, разве не так? Малфой отрицательно покачал головой, делая шаг назад и стирая с лица презрительную ухмылку. -Я вообще не понимаю, с какой стати обсуждаю с тобой мою семью, - устало произнес он, пряча волшебную палочку и подбирая с пола сумку с учебниками и пергаментами. - Спор с Забини оказался самым тупым, что могло прийти в голову двум пьяным студентам, но теперь поздно что-либо менять. Мы оба сыграем в спектакле, ведь у нас нет выбора, Грейнджер. -Что за глупости? - бросила в спину Малфою, который уже покидал кабинет и широким шагом пересекал коридор. - Выбор есть всегда, - прошептала, понимая, как это глупо звучит. У Гарри никогда не было выбора, как и у меня с Роном. Гарри скорее бы пожертвовал собственной жизнью, чем сбежал и бросил магическое сообщество на растерзание Волан-де-Морта и Пожирателей, а мы никогда бы не бросили Гарри. Неужели Малфой на самом деле никогда не придерживался идей отца относительно магглорожденных? Через несколько минут начиналась история магии, но я не выдержала, доставая послание Малфоя и разворачивая его прямо здесь. "Тебе придется мириться с нашей неприязнью друг к другу. Для Блейза и Тео эта идея со спектаклем - отличный повод отвлечься от проблем, а твое присутствие может все испортить" Больше Малфой не написал ни слова, но я неприязненно смяла обрывок пергамента, посылая слизеринца ко всем чертям. С одной стороны он готов пожертвовать собой ради друзей, смиряя неприязнь к грязнокровке, с другой - я вообще ничем ему не обязана, с какой стати он считает, что мы должны стараться вместе? И это упоминание о проблемах... Ведь слизеринцы очень закрыты по своей природе, они никогда и не с кем не делятся собственными бедами. Неужели у Тео и Блейза серьезные неприятности? Что-то с их семьями? Силилась припомнить фамилии Забини и Нотта в списках осужденных и заключенных в Азкабан, но все тщетно. Циферблат часов кричал о том, что я опаздываю на занятие в первый же день учебы, поэтому выкинула ненужные сейчас мысли из головы и помчалась в кабинет.