Год до взрослой жизни

Глава тринадцатая Натюрморт с веселыми фруктами

Светящиеся огоньки моей и Гарри волшебных палочек разгоняли сумрак коридоров. На улице шел дождь, и в замке разливалась сырость, пробирая до самых костей. Заунывный вой ветра и барабанная дробь капель по оконным стеклам добавляли сонливости, и я еле боролось с зевотой, заставляя себя не спать на ходу. Состояние медведя, потерявшего свою берлогу в зимний период, дополняла ноющая боль внизу живота и муки совести, которые удавалось заглушить громким пением гимна Великобритании, мысленно. Вряд ли Гарри оценил, начни я распевать во всю глотку, патрулируя коридоры Хогвартса. Кстати о друге, он демонстративно шел чуть впереди, засунув свободную от волшебной палочки руку глубоко в карман джинсов, и молчал. Даже от портретов исходили флюиды сна и доносились звуки храпа, а мысли о предстоящей репетиции убеждали в том, чтобы все-таки стать тем медведем, который нашел берлогу и залег в спячку. Но я же Гермиона Грейнджер – волшебница, которая ищет приключений на пятую точку, а не бежит от них. Никто не заставлял меня соглашаться на секс с Драко! Действие проклятия закончилось, как только я получила долгожданный оргазм от прикосновений его языка. «Боже, храни нашу милостивую Королеву!» - и пусть мысленно я ужасно фальшивила, допевая первый куплет до «Боже храни Королеву!», но не думать о Малфое снова помогло. Одна из дверей в кабинет со скрипом приоткрылась от сквозняка, и Гарри скользнул туда, зажигая камин и оглядываясь по сторонам. Тяжко вздохнув, последовала за другом, готовая выслушать обвинения в чем угодно. Гарри все лето терпел мое нытье и ночные кошмары. Он даже Джинни не позволял жить в имении Блэков, а меня приютил без вопросов, как после этого обижаться на него? Больше того, Гарри за все время ни разу не приставал с душевными беседами, разрешая ночевать в библиотеке и готовя мне вкуснейший какао. Волшебник, одним словом. -Как думаешь, давно здесь не проводили занятий? – первая реплика за все дежурство, хотя еще утром Гарри несказанно радовался возможности совместного времяпрепровождения. Мне хотелось поскорее обойти этаж, чтобы явиться на репетицию, заявить, как сильно я устала, и отправиться в постель, но возможность выяснить отношения здесь и сейчас поборола сонливость и апатию. Я знала, что разговор пойдет о Малфое, поэтому заранее вспомнила гимн Хогвартса, вдруг пригодится. Провела пальчиком по поверхности столов, но пыли не обнаружила. На полках у классной доски аккуратно высились стопки пергаментов, рядом с чернильницами лежали заточенные перья. -Скорее всего, давно, но на кабинет наложены чары, иначе, откуда такая чистота? Но ты же не для того сюда зашел? Гарри отрицательно покачал головой. Таким подавленным я не видела его давно, и неприятное ощущение из кошмаров, что мы снова застряли в прошлом, вернулось. Рядом с Джинни в доме Блэков друг выглядел совершенно иначе: счастливым, жизнерадостным, раскрепощенным и уверенным в себе. Сейчас же передо мной стоял напряженный и хмурый Гарри с отросшими волосами и в старом свитере, подаренном ему на позапрошлое Рождество миссис Уизли. Призрак из прошлого, не иначе! Трехдневной щетины не хватает. -Это из-за Джинни? – нарушила затянувшуюся паузу. – Я надеялась, что в Хогсмиде вы поговорили и преодолели разногласия. Начинать разговор с утреннего происшествия не хотелось. Гарри не поддержал меня, а это могло значить только одно – злиться и очень сильно. -Они непреодолимы, - буркнул Гарри, опускаясь на край парты и нервным движение поправляя пятерней вихры. – Я не понимаю, Гермиона, и ты должна мне объяснить, почему девушек так тянет на плохих парней? Сглотнула вязкую слюну, пряча глаза и елозя волшебной палочкой по поверхности стола. Знала же, что речь зайдет о слизеринцах, так, почему не сбежала? -Ты не захотела остаться с Роном, предпочитая Малфоя. Не отговаривайся, Гермиона, я видел, как ты на него смотришь, как прячешь улыбку, как спокойно дотрагиваешься до человека, причинившего тебе столько боли. Я молчу про семью Малфоев и про шрам, оставленный его теткой на твоей руке. Невольно обхватила запястье, прикусывая губу. -Ты не прав, Рона я бросила не из-за Малфоя, Гарри! Он погряз в жалости к себе и обвинил меня в том, что я не имею права на страдания, у меня-то никто не умер! Мерлин, - прошептала, прижимая к глазам ладони. – Я люблю Рона, ты же знаешь, но выходить замуж за эгоиста, когда у нас даже жилья своего нет… -Я понял! – раздраженно оборвал меня Гарри. - Но как долго ты переживала ваш разрыв, Гермиона? Стоило Рону уехать, как ты бросилась в объятия Малфоя! Объясни, как такое могло произойти?! Злость в голосе Гарри неприятно кольнула сознание. Мы с друзьями не раз видели его таким, но сейчас объектом недовольства Гарри выступала я собственной персоной, и ощущения оказались не из приятных. -Хорошо, хочешь горькую правду, я тебе ее раскрою. Что привлекает нас в плохих парнях, - постучала пальчиком по подбородку, решив не прощать Гарри, пока не пригласит на Рождество в имение Блэков. – Они привыкли действовать решительно, не спрашивая нашего мнения и ломая любые преграды! Они отлично скрывают собственные чувства за маской холодности, добавляя страсти в отношения, но умеют правильно показать, как им дорога любимая. И они не умеют прощать, - уже севшим голосом закончила пламенную речь, - здесь ты с плохими парнями на равных. И я не знаю, Гарри, не знаю, как такое могло произойти! Развернулась, покидая друга одного и минуя поворот в северное крыло. Сегодня даже очередная порция проклятий не заставит меня явиться на репетицию. Сколько бы я не старалась держать подбородок задранным, но мысли о том, что Драко больше не захочет со мной общаться, а Гарри – никогда не простит, болезненно жалили грудную клетку. Бороться с плохим настроением я привыкла чашкой горячего какао с маршмеллоу и интересной книгой. Живоглот в планах на вечер играл не последнюю роль, но сначала загляну на кухню и попрошу домовых эльфов снабдить вкусняшками. Запивать горе какао – это одно, а заедать свежей выпечкой с кусочками шоколада и тающим во рту творожным десертом с воздушным кремом, совсем другое. Не поможет, начну орать: «Боже храни Королеву!». Все лучше, чем лить слезы, которые щипали в носу и заволакивали глаза соленым занавесом. Спустившись в подземелье и сворачивая к натюрморту с веселыми фруктами, за которым прятался вход в кухню, услышала чьи-то голоса и спряталась за рыцарские доспехи, не понимая, почему просто не разогнала студентов по комнатам. Староста называется! -Спорим на десять галеонов, что твой любимый Захария Смитт провалится на выступлении. – Громким шепотом пытался донести до собеседника свою правду Энтони Голдстейн. Я слишком часто встречалась со старостой, чтобы не узнать его голос. Тем более Энтони одним из первых поддержал мою идею с говорящими тыквами, поэтому волшебника я узнала бы даже в темноте с закрытыми глазами. Мгновенно зажала ладошкой рот, чтобы не рассмеяться в голос, вспоминая идеи Забини насчет говорящих тыкв. Еще на позапрошлой неделе состоялось собрание старост, на котором мы обсуждали празднование Хэллоуина. Украшением коридоров и учебных кабинетов занимались Ханна и Паркинсон, а вот мне и Забини достался Большой Зал. Ни я, ни Блейз не горели желанием вносить что-то новое в традиционный бал в честь Хэллоуина, но полное равнодушие со стороны всех старост меня взволновало. Никакого энтузиазма, никакой искры в глазах. «Как насчет того, чтобы сделать тыквы говорящими? – предложила первое, что пришло в голову, чтобы немного оживить собрание. – Скажем, тыквы со зловещим оскалом заставят студентов отвечать на каверзные вопросы и не отстанут, пока им не дадут правильный ответ, а «добрые» тыквы загадают желание» «Отлично! – поддержал мою идею Энтони, развивая мысль. – Составим список желаний, заколдуем тыквы и внесем разнообразие в серые будни!» «Не проще добавить огневиски в пунш?» – поинтересовался Забини, но даже Паркинсон не поддержала друга, проголосовав за говорящие тыквы. Сейчас эта идея казалась нелепой. И без того времени ни на что не хватает, так еще тыквами заниматься, но с тех пор собрания старост проходили гораздо интереснее. Список желаний заставил и парней, и девушек спорить до хрипоты. Забини даже притащил на одно из последних собраний тыкву и зачаровал ту таким образом, что она рассказывала похабные четверостишия про всякого, кто входил в кабинет. Полной неожиданностью стало появления директора Макгонагалл, которую тыква мгновенно нарекла «сухонькой пастушкой, жадной до порнушки». Выражение шока и неверия на лице Минервы Макгонагалл мне и вспомнилось, как только я подумала про тыквы, хотя тогда, в кабинете смеяться не хотелось. -Знаешь, Энтони, я бы никогда не подумала, что ты поставишь на творческую группу Нотта и Лавгуд! – отвлек меня от воспоминаний голос Ханны. – Грейнджер и Малфой в главной роли злодея и доброй волшебницы! Ничего нелепей я себе и вообразить не могу! -Если уж слухи об их отношениях вызвали такой ажиотаж, то чего ждать от выступления? Нет, я не жалею о галеонах, поставленных на их творческую группу, а вот ты потом все локти себе искусаешь! -Это мы еще посмотрим! – обиженно прошипела Ханна и пронеслась мимо меня. За ней неспешно топал Энтони, понурив голову. Никогда не замечала за златоволосым и привлекательным Голдстейном влюбленности в старосту девочек, но тяжелые вздохи и унылое выражение лица говорили за волшебника. Добежала до натюрморта, пощекотав грушу и скользнув в огромное помещение кухни. Ко мне тут же обратились несколько домовиков, но всех растолкала Винки, кланяясь до самого пола и умильно хлопая огромными влажными глазищами. -Мисс Гермиона Грейнджер, что привело вас на кухню? Обвела глазами столы, ломившиеся от яств, полки с посудой и булькающие котелки и отчего-то горестно вздохнула. Так не хватало Добби! Может, Рон прав и не стоило нам троим возвращаться в Хогвартс? Тогда, избежала бы нелепых репетиций в обществе Малфоя, загадочного поцелуя в библиотеке и этого его «не-на-вижу!». Интересно, кого же Драко так сильно ненавидит: меня или себя? -Представляешь, Винки, никто не верит в мой успех на сцене. Почти никто, - вспомнила Энтони. – Хочу заесть горе плюшками. Винки настороженно огляделась вокруг, отгоняя любого желающего преподнести мне сладкий утешительный пончик или плюшку с корицей. -Винки сама! – твердо заявила эльфийка, хватая меня за руку и усаживая на высокий деревянный стул. – У Винки есть творожный десерт, который мисс Гермиона так любит, и рогалики со смородиновым джемом. -Ммм, - прокомментировала ее слова, прикрыв глаза и втянув носом запах тыквенного пирога, только что вытащенного домовыми эльфами из духовки. Остаться бы здесь подольше, заедая вкусняшками грусть-тоску, но идея залезть под одеяло с книжкой, урчащим Живоглотом и горячим какао тоже звучала заманчиво. -Винки многое слышала, - поделилась эльфийка, нагружая меня выпечкой и творожным десертом в хрустальной креманке. – И знает, что мистер Малфой уже не тот, кем был раньше. Он заботиться о своих друзьях и близких, ворчит на первокурсников, но говорит правильные вещи. Мистер Малфой не такой злой, как раньше, он учит наизусть роль из спектакля, прячась от всех в подземельях. -Правда? – моя бровь непроизвольно дернулась вверх. – Никогда бы не подумала, что он так серьезно волнуется об успехе нашего спектакля, скорее печется о собственной шкуре. -Тогда, он бы не стал ругать вслух мисс Гермиону за то, что она никак не поймет главной мысли. – Винки нахмурила лоб и ее глаза стали еще огромнее. – Простите, Винки, она забыла, о чем еще говорил мистер Малфой, но уверена, что он переживает не только за себя, но и за мисс Гермиону Грейнджер! Поблагодарила Винки, пообещав себе серьезно подумать о карьере в Отделе регулирования магических популяций и контроля над ними. Начну с самых низов, а через год-другой уже смогу продвигать собственные законы. Может, к тому времени невозмутимого до тошноты министра Челси сменит кто-то более привлекательный. Профессор Ноа к примеру. Мечтая о невозможном, проскользнула в свою комнату, миновав общую гостиную, в которой снова не обнаружила семикурсников. -Живоглотик, милый, иди ко мне, - позвала рыжеволосого великана, который только за последние полтора месяца увеличился вдвое. Ему явно нравилось в Хогвартсе больше, чем у семейства Уизли. – Как насчет горячего какао и рогаликов? Живоглот фыркнул, задрав хвост и жалобно мяукнув. Мда, о вкусняшках для кота я забыла, но у меня веский повод – лишение девственности и ссора с лучшим другом. Невероятные события в жизни Гермионы Грейнджер! -Боже, - почему-то вспомнила не Мерлина, - что за день такой? Лишилась девственности с волшебником, который шесть лет поливал меня, Рона и Гарри грязью. Почему не с кем-то другим? Последний год на мечты о сексе с Роном как-то не хватало времени. Нет, я хотела близости с ним, но война с Пожирателями, постоянное ожидание смерти и страх за Гарри и близких мне людей и волшебников, отметали все остальное на дальний-дальний план. Когда битва в Хогвартсе закончилась победой Гарри над Волан-де-Мортом, а наши отношения с Роном, наконец, обрели четкие грани, я расклеилась, впадая в уныние, и любимый меня не поддержал. Мы оба не справились с ситуацией, и Гарри не имел права винить меня в том, что я быстро забыла о Роне, но в одном друг определенно не ошибся. После той встречи в Хогсмиде, когда я увидела нормального Малфоя, не язвительного, не презрительного, не равнодушного, а вполне себе человечного Малфоя, захотелось узнать его лучше. После каждой репетиции я ловила себя на мысли, что мечтаю о большем. И, наконец, «упала в его объятия», а куда уж больше? В окно постучался огромный черный филин, и я спрыгнула с кровати, чтобы впустить несчастную птицу в комнату. Резкий порыв ледяного промозглого ветра и капли косого дождя ворвались внутрь, обрушиваясь на несчастную меня. А мокрый насквозь филин возмущенно ухнул, словно обвинял в том, что я – виновница его ночных полетов. -Хочешь рогалик? – протянула пернатому птаху печености, которые он отверг с возмущенным хлопаньем крыльев. – Останься и обсохни, - уговаривала я филина, чувствуя себя немного странной. С Джинни не могу нормально поговорить, с Гарри поссорилась, про Малфоя вообще вспоминать не стоит, итак пропела гимн несколько раз подряд, зато с котами и птицами уже практически на «ты». Филин завертел головой, еще раз ухнул и перелетел на спинку кресла, придвинутого поближе к камину. -Вот, и хорошо, - вздохнула, разворачивая пергамент и натыкаясь на коллективное творение Полумны-Нотта-Забини и, как ни странно, Малфоя. «Еще раз пропустишь репетицию, напущу на тебя связующее проклятие, будешь за мной волочиться до конца своих дней!» «Гермиона, мы давно забыли о случившемся утром и даже не вспоминаем, как хорош оказался член Малфоя. Пожалуйста, не бросай меня одну в компании трех самых ядовитых и самых привлекательных змей» «Грейнджер, ты пропустила великолепную игру моего друга, он превзошел сам себя. Наверное, твое отсутствие хорошо на него влияет, но все равно возвращайся к нам завтра» «Только попробуй завтра испортить мою «великолепную» игру, я исполню проклятие Нотта раньше него. Он действительно хорош, Грейнджер?» Я рассмеялась, зажмуриваясь от неописуемого прилива счастья. Завтра же поговорю с Джинни, напишу Рону и помирюсь с Гарри. С метлы тоже не упаду! Должно же мне хоть раз повезти.