Убийца Джефф. Дни после убийств

Джефф шел по улицам пустынного города. Фонари освещали своим растёртыми по асфальту кругами света дорогу, чередуя беспросветную тьму и кружащуюся в бело-голубом свете пыль. Вдалеке слышался приятный шелест листьев старого дуба из парка, доносящегося до улиц мелодичным откликом оставшейся природы. Все было волшебно, если не считать убийцу без дома... Он шел, засунув руки в карманы толстовки, и пинал пустую банку из-под Кока-Колы. Она звонко перекатывалась по неровностям тротуара, иногда сворачивая в сторону бордюра или подлетая от очередного сильного пинка, приземляясь дальше на пару метров. Но Джеффа мало интересовала судьба помятой и порядком грязной старой банки, которая постоянно то и дело оказывалась у него под ногами. Он о чем-то размышлял. Но о чем? Может, о том, каково это – быть убийцей? А может о том, кто превратил его в убийцу? Тут Джефф услышал женский голос. Негромкий, приглушённый толщиной каменных и кирпичных зданий, но всё равно очень и очень близкий. Возможно, он доносился из какого-нибудь приоткрытого окна с давно потушенным светом, но выше второго этажа, даже если прислушаться, царила тишина. Странная ночная тишина, разогретая в воздухе темнотой. С каждым шагом голос становился всё ближе и ближе, и, когда Джефф проходил мимо одного из домов, тихий говор достиг своей предельной громкости. Он зашел за угол дома. Так и было – там стояла девушка. Она мило с кем-то болтала по телефону и не обращала внимания на застывшую в свете фонаря фигуру, пристально рассматривающую её. Парень уже вынул из кармана нож, но что-то заставило положить его обратно. Он просто стоял и смотрел на неё. Она была восхитительна! Всё в ней так и манило Джеффа: длинные, русые волосы, карие, глубокие глаза. Парень быстро прошел мимо нее. Девушка, не отвлекаясь от разговора, обернулась и уставилась на него: мол, что тут люди делают в три часа ночи? Ему она ничего не сказала и, что-то обеспокоенно проговорив в трубку, ушла в другую сторону, изредка оглядываясь на неизвестного. Джефф перешел несколько главных дорог. Вдруг в каком-то доме послышался душераздирающий крик. Парень испуганно обернулся — мало ли что. Затем поднял голову, разглядывая тёмные и поблёскивающие в свете фонарей стёкла, за которыми, казалось, ничего не таилось, кроме тишины. Однако шум не пропадал. Сначала был женский крик, потом два мужских. Истошные, громкие, от которых бежали мурашки по коже, а внутри всё холодело. Они вселяли ужас, и создавалось впечатление, что людей там убивали. Причём не зажимая своим жертвам рот или один раз выстреливая в голову, наоборот: с мучениями, раздирая по кусочкам, чтобы человек всем телом чувствовал боль, заполняющую каждую клеточку его тела, но не мог даже потерять сознание и пришибленно заткнуться. Что-то заставляло их кричать одновременно и от ужаса, и от страха и агонии. Впрочем, так оно и было. Странно, но кроме Джеффа крик никто не услышал. Лишь холодные и полутёмные дома стояли неподвижными и безучастными наблюдателями, единственными слушателями и свидетелями, у которых нет никогда ни шанса и желания что-либо сделать, как-нибудь помочь. Район омертвел своей безучастностью. Но парень не придал этому особого значения. Его интересовали лишь убийства. Кровавые и беспощадные. Неожиданно из-за угла вывернула явно встревоженная и ничего не понимающая девушка, которая вертела головой и поплотнее закутывалась то ли в халат, то ли в плащ; в темноте это было довольно тяжело различить. Она разглядывала эти безучастные отблески на стёклах окон, вслушивалась в уже затихший крик и шарила рукой в кармане. Наверное, искала телефон, чтобы вызвать полицию. Джефф слился с тенью одного из зданий, тихо и медленно доставая нож. Пока неизвестная судорожно нажимала на кнопки своего мобильника, продолжая время от времени оглядываться, он подкрался к ней и... Как вы догадались, он ее убил. Внезапно сзади послышалось ужасное шипение, которое резало слух. Как помехи на телевизоре, раздражающие своей непонятной громкостью и однообразностью. Джефф обернулся. Там стояло существо, похожее на человека, но без лица. Сзади него развевались то ли на ветру, то ли по воле своего хозяина, щупальца. Длинная тёмная фигура замерла, а шипящий и нервирующий звук продолжался. – А, Джеффри, это ты? – неожиданно добрым хрипловатым голосом, которого не должно быть у человека без лица и рта, спросило существо. – Слендермен? Здравствуй! – Джефф посмотрел на него, жутко ухмыляясь кровавым оскалом, что выделялся на белом лице даже в темноте.