Задыхаюсь

      Русая девушка стояла на станции метро, дожидаясь своего поезда. Её глаза смотрели в пустоту, порой казавшуюся ей такой родной, словно привычная среда обитания. Потеряв смысл жизни, сложно встать на ноги, когда под тобой нет крепкой опоры или хотя бы какой-нибудь. Аннабель только оставалось плыть по течению в поисках берега. В свои двадцать один год у неё было всё, кроме родственников. Последним кусочком исчезнувшего фундамента, добившим её, стала смерть матери.       Она тёрла свои плечи из-за вечного подземного холода. Вдруг горло перехватило, воздух с трудом проходил в лёгкие. Девушка судорожно начала искать в своей сумочке ингалятор от приступа. Дрожь в руках мешала сделать это быстрее, и именно сейчас она подвела. Аннабель выронила препарат, баллончик со звоном покатился прямо в яму для рельсов поездов.       На станцию прибыл один из них, прохожие, проходившие мимо неё, оборачивались с удивлённым выражением лица, но они даже не пытались ей помочь.       Она билась в агонии, держась за горло, голова кружилась, а в глазах помутнело. Девушка не ждала спасения, мысли вертелись вокруг встречи с родными. Ноги предательски подкосились, Аннабель чуть ли не упала, но почувствовала невесомые прикосновения на спине и что-то во рту. Обморок взял верх, и она погрузилась в сон.

~~

      Резкий звук раздался в ушной раковине. Горло пересохло, будто это было вовсе не горло, а Сахара. Аннабель открыла глаза и попыталась встать, но тупая боль в голове не позволила ей совершить единое движение. Она легла обратно, закрыв глаза — Тебе помочь? — прозвучал взволнованный мужской голос. — Да… п-пожалуйста, — прошептала девушка.       Она немного приподняла голову, большая ладонь медленно помогла ей сесть. Сделав над собой усилие, Аннабель показала серые глаза, наблюдая перед собой стакан воды. Небольшие глотки перешли в жадные. — Как ты себя чувствуешь? — послышался тот же голос.       Взгляд пал на источник звука. Перед ней сидел молодой кудрявый парень в чёрных очках с оправой средней толщины. Цвет его короткой стрижки совпадал с цветом оправы, нефритовый жилет с рубашкой в голубую полоску, синие джинсы придавали ему вид учёного. — Лучше, спасибо… — девушка видела его гуманность, но знала, что внешность бывает обманчива, поэтому немного побаивалась. — Я Гилберт Оуэн, местный журналист и фотограф. Сейчас ты у меня дома, прости, что привёл тебя сюда, — он почесал затылок, смутившись, — не знал, где ты живёшь. — Спасибо тебе большое, если бы не ты, я бы здесь не была. — Верно, верно, — Гилберт вздохнул и посмотрел на свои колени. — Кстати, вот тебе новый ингалятор, я взял из своего запаса. Советую всегда носить два баллончика, если не все десять, — парень посмеялся. — С моим везением все с… — она громко откашлялась, прикрывшись, — прости, все сто от приступов, ещё столько же регулярных. Можно мне ещё один стакан воды, пожалуйста? — Конечно, — он дотронулся до стакана, протянутого Аннабель, и случайно задел её пальцы, но никто из них не придал этому значения.       Когда он вернулся обратно, девушка собрала свои вещи и, выпив стакан воды, сказала, что ей нужно идти, снова поблагодарив молодого человека. Дверь захлопнулась, и улыбка Гилберта мгновенно пропала. Он понял, что так спокойно не чувствовал себя никогда прежде с той, чьё имя так и не узнал. Ничего не узнал, и больше они не встретятся.       Парень сел на тот диван, где сидела она, и печально озарил взглядом столик, где раньше стоял стакан с водой. На нём магическим образом появилась записка с номером телефона и именем. — Аннабель!

Три дня спустя

      Лифт медленно спускался с пятнадцатого этажа на первый. Ловкие пальцы достали из небольшой сумки ингалятор, преподнесли пластиковый раструб ко рту, и парень сделал глубокий вдох. Его дыхательные пути расширились, Гилберту стало легче и спокойнее.       На другом конце города прозвучал такой же характерный звук баллончика. После чего каблучки побежали по мокрому асфальту прямиком к такси.       Стрелка ручных часов показывала без трёх минут шесть вечера. Гилберт поправил чёрный галстук-бабочку на своей шее, сидя за изящным столиком в ресторане и дожидаясь девушку.       Прихорошившаяся Аннабель перешла порог и глазами выискивала заказанный заранее столик. Вдалеке она увидела машущую ей руку и, поправив лиловое платье, направилась к молодому человеку.       Гилберт встал со стула, чтобы поприветствовать даму, но едва ли не упал перед её ногами. Девушка аккуратно посмеялась. — Привет, прости, я вечно неуклюжий. Присаживайся, — он отодвинул для неё стул.       Пара сделала заказ и принялась узнавать друг друга лучше.       Гилберт был обычным двадцатишестилетним парнем. В семье он единственный ребёнок, явно не обделённый вниманием. Достаточно известен в этой местности, иногда уезжает в другие страны для репортажей и интервью или иногда подрабатывает папарацци.       Пошло два часа, а они никак не могли закончить разговор. Только девушка одумалась и сказала, что ей пора домой.       Когда Аннабель и Гилберт вышли из здания, на улице до сих пор шёл проливной дождь. Каждый ждал своё такси. — Спасибо за вечер, ты прекрасно выглядишь, — спокойно произнёс он. — Ты уже это говорил, — девушка снова посмеялась, — и тебе спасибо.       Гилберт заглянул в её серые, но тёплые и глубокие глаза, не удержался и быстро чмокнул её в губы, как маленький мальчик, а потом состроил неловкое выражение лица. — Это первое свидание, но… — он не успел договорить, как Аннабель положила свои ладони на его немного шершавые из-за щетины щёки и жарко поцеловала. Она села в такси, оставив его в недоумении.

Ты станешь моей женой?

Да.

      После свадьбы жизнь поворачивает другое русло, но это совсем неплохо. Спустя пару месяцев они начинали задумываться о ребёнке. Их ноша стала для них спасением, ведь это свело их вместе. Теперь она счастливы как никогда. — Гил, я по магазинам с подругой, закрою тебя на ключ, хорошо? — предупредила Аннабель. — Хорошо, милая, — мужчина остался в свой выходной дома, чтобы немного отдохнуть от прошедшей недели.       Спустя час после ухода жены Гилберт почувствовал лёгкое недомогание, а через десять минут он бежал к своей сумке за ингаллятором от приступа. Баллончик назло испустил всего четверть нужно дозы. Перерыв весь дом, астматик не нашёл запасного. Он побежал к двери его квартиры, чтобы выйти и быстрее добраться до ближайшей аптеки, но не нашёл ключа, открывающего эту дверь. Парень звонил любимой несколько раз уже на грани, но она не отвечала.       Он понимал, что сейчас умрёт, и опёрся о входную дверь спиной, скатился вниз в агонии. Издал ужасающий последний всхлип.       Увидев семь пропущенных от Гилберта, Аннабель понеслась домой как можно скорее после приёма гинеколога, снова и снова набирая его номер. Конечно, он не ответил. Она хотела сообщить, что беременна, и наврала по прогулку с подругой.       Будущая мама судорожно открыла дверь в квартиру, и на неё повалилось тяжёлое тело.

Нет смысла жить без него

      Весь разум помутнел, её накрыла резкая волна приступа. Ей это было на руку, не пришлось бы резать вены или ещё что-либо. Она забыла про ребёнка, ведь её второй половинки сердца больше нет.       Девушка лишь вызвала скорую, легла на холодное тело, проливая слёзы и дожидаясь встречи с любимым.