А нам всего тринадцать лет

Этот отвратительный жар по телу. Хочется забыть обо всём, сорвать с себя кожу и выпрыгнуть в окно с десятого этажа. Почему жизнь так несправедлива ко мне? Почему ко мне и моей сестре? Что я такого сделала? Геката, помоги мне. Пожалуйста. Я прошу, проснись сейчас, пока не поздно. Я больше не могу. Наверняка, так думает сейчас моя сестра. Она лежит недалеко от меня. Вся в крови. Она ещё дышит. Я слышу её, а она слышит меня. Зира, беги. Беги отсюда! Он добрался и до меня. — Блядь! Отпусти! — сейчас я могу позволить себе даже хриплый мат сквозь слёзы. Хотя, не то, что я стесняюсь его говорить и в обычной жизни. Будучи прижатой к стене, я почти не могу двигаться. Ноги и руки затекли, а голос сорвался. — Заткнись, сучка! — мой насильник бьёт меня по бедру, как бы заставляя молчать. Я лишь обиженно скулю в ответ. Он продолжает трахать меня нисмотря ни на что. Почему-то когда он делал тоже самое, а то и хуже с Зирой, я впала с ступор. Меня парализовало. Могла убежать, но стояла на месте, глядя на то, что он делает. А ведь мне всего тринадцать! Меня должны заботить мальчики в школе, учёба, подружки, а не глупый трах с каким-то мужиком! Он отпускает меня, и я падаю на бетонный пол, больно ударяясь спиной. Парень подходит к двери. Потом оглядывается и произносит: "Неплохо отработали, девочки". Он уходит. Слава богу! Я сразу же кидаюсь к Зире, рассматривая "плоды" его трудов. Она ещё дышит. Есть шанс выжить, хоть и небольшой. Её щёки разрезаны от уголка губ и почти до ушей. Почему такие ублюдки есть на планете? Мне уже нечем рыдать. Я всё из себя выжала. Я решаю пойти туда, куда мы изначально и держали путь - домой. Просто наткнулись на маньяка, который прятался на заброшке, а потом и задержались тут до темноты. Телефон сломан. Наверняка, Хезер уже все больницы и морги обзвонила. — Геката? — спрашиваю я, надеясь на помощь моего суккуба. — Вот же проститутка. — у меня нет слов. Когда она не нужна - сразу приходит по первому зову! А в действительно опасной ситуации от неё ни слуху, ни духу. Беру Зиру на руки и пытаюсь идти по холодной и мокрой декабрьской траве, слегка покрытой снегом. Пару раз подскальзываюсь, падаю, снова встаю. Наконец, подхожу к крыльцу нашего дома. Открываю дверь зубами. Подбегает подруга мамы в полном шоке. В её красных глазах были видны слёзы. — Риса! Зира! Господи, девочки, что случилось?! Где вы были?! Что...?! — она не успела договорить, как увидела Зиру, её лицо, кровь. По дому разнёсся крик.

А нам всего тринадцать лет