Маленькое приключение

Наступило утро. Яркий солнечный свет, медленно просачивался сквозь задернутые шторы и разливался по просторной спальне. Дазай проснулся от легкой щекотки. Открыв глаза он увидел перед собой мягкий кончик рыжего хвостика, и милого, беззаботно спящего, Чую. — А ночка была жаркой. — Тихо шепнул шатен, в чувствительное ушко Накахары, от чего рыжий резко открыл глаза. Увидев перед собой полуголого Осаму, сейчас шатен был уже без своей кофты и лежал лишь в чёрных боксерах, рыжий резко вскочил с места, тут же замирая из-за боли в пояснице. От неприятных ощущений, рыжий хвост легко передернуло в судороге. — Черт!... — Шикнул Накахара, пытаясь встать с кровати. — А ведь это все из-за тебя, чёртов Ос… — Чуя не договори, его резко обвили за талию худые руки, и повалил обратно на кровать. — Ты ведь не против? — С маленькой ухмылкой спросил Дазай смотря в голубые глаза. — Ты дебил? — грубо ответил Накахара, упираясь обеими руками в грудь напарника. — Я вчера так и не смог нормально принять душ! Чуя был, как и всегда, холоден, но все же ему нравилось изводить Дазая и давать ему отпор, так он внушал себе что он ничего не чувствует по отношению к шатену, и, что Дазай лишь жалкой клубок бинтов. А кареглазому, в свою очередь, это приносило некую боль. Он открылся ему, спустя долгое время, а этот шляпник так холоден, как будто он не получил от вчерашней ночи ничего приятного. Дазай резко переключился и стал прежним. Натянув какую-то футболку и приготовив одежду для Накахары, он, закуривая сигарету, направился на кухню. Пока это рыжее бедствие сидело в душе он успел сходить в магазин, и закупиться продуктами. Шатен внезапно вспомнил, что Чуя в скором времени, вновь вернется в прежнее состояние, а это значило то, что он забудет все это... Он забудет все, что случилось прошлой ночью... "Возможно… хотя нет это к лучшему... Он меня не любит. Зачем это мучение моему напарнику? Пускай лучше все вернется на свои места." — С грустным выражением лица, подумал про себя Дазай, заходя в квартиру и закрывая за собой дверь. Взгляд карих глаз заметил ушастую фигуру, что сидела на кухне. Чуя выглядел подавленным и грустным. — Чуя? Что-то случилось? — Д-да.. Нет! — Заикнувшись, промямлил Накахара. — Все хорошо... Дазай недоверчиво свёл брови, легко выдохнул, и, положив продукты на стол, подошел к Чуе, медленно опуская руки на рыжую макушку. — Чуя... Говори, что случилось? Накахара вздохнул, и подняв взгляд голубых глаз на Осаму, тихо заговорил: — Я ведь... Дазай, когда я вернусь в прежние состояние то... Я забуду все это? — Да… — Ответил шатен. Заметив отчаяние на лице напарника, Дазай быстро продолжил: — Но ты забудешь лишь то, что было во время перевоплощения, так что не переживай остальное останется целым. — Улыбнулся Осаму, хотя в душе было неспокойно, а подсознание кричало о том, что он не хочет чтобы Чуя забыл все это. Возможно, это и станет его платой за полученную страсть. — Осаму... — Тихо заговорил Накахара. — Я не хочу это забывать… — Смущенно проговорил рыжик, и отвёл взгляд в сторону. Дазай был в шоке от такого откровения и просто улыбнулся не заметив как ответил ему: — Я тоже этого не хочу… ведь, я тебя все так же люблю… — Дазай резко замолчал, он осознал, что проговорил мысли вслух. Тем временем Чуя повернул голову в сторону Дазая и пристально посмотрел в глаза напарника. Коньячные омуты всегда были наполнены теплом. Рыжий помедлил секунду, а после, легко оттолкнулся от стула и нежно коснулся чужих губ. Дазай был приятно удивлен, а от неожиданно появившейся ноши, слегка шатнулся назад. Худые руки прижали Накахару ближе. А простой поцелуй стал чем-то невинным и имтимным. Рыжий остался таять в чужих объятьях, отстранился от сладких губ. — Это значит... Что ты… тоже любишь меня? — еле слышно спросил Дазай. — Если бы не любил не целовал. — Улыбнувшись уголками губ, шепнул Накахара. — Я рад этому… — Выдохнул шатен, зарываясь носом в рыжие пряди, касаясь мягких ушек и вдыхая сладкий запах. Осаму был готов простоять так хоть целую вечность, но тишину комнаты вновь нарушил тихий голос: — Осаму… я ведь скоро вернусь в прежнее состояние и все забуду... — тихий шепот был наполнен грустью, — я не хочу это забывать… — Накахара чувствовал как с левой стороны что-то предательски кольнуло. Парень отчётливо понял, что для него эти крохи воспоминаний слишком дороги, а их потеря может и вовсе изменить его жизнь в куда более худшую сторону. — Но я ведь не могу изменить действие способности… — Заговорил Осаму. — Всё то, что происходило с тобой в этом состоянии сотрется из твоей памяти. Для тебя это будет не более чем сон. Накахара молчал, сильно закусив нижнюю губу. — Дазай, обещай, что когда я приду в себя ты мне обязательно все расскажешь. — И хочешь сказать, что поверишь мне? Ты ведь прибьешь меня на месте. — Усмехнулся Осаму, но столкнувшись взглядом с голубыми глазами, быстро продолжил: — Чуя это останется лишь моим воспоминанием… От этих слов сердце Накахары болезненно сжалось и пропустил удар. — Тогда сейчас я сделаю то что хочу… Если уж у меня не останется воспоминаний, то пусть у тебя они отпечатаются как нечто приятное. — Чуя легко надавил ладонью на грудь Осаму, заставляя отпрянуть от себя и сделать шаг назад. — Чуя, что ты… — Дазай не договорил, его грубо толкнули назад, роняя в мягкое кресло. — Я хочу сделать тебе приятно. — Мурлыкнул Накахара, приближаясь к шатену и опускаясь перед ним на колени. Осаму удивлённо смотрел на напарника, он ещё не разу не видел Чую таким… От одной лишь позы рыжего, в штанах приятно затянуло, а когда тонкая ладонь грубо скользнула вверх по ноге, то сердце будто сделало непонятный кульбит внутри грудной клетки. Это было что-то неописуемое. Накахара, с пошлым блеском в глазах, ушками и трепещущим хвостиком. Небольшой ротик, острые клыки, и розовый язычок, что соблазнительно обвел сухие губы. Накахара приблизился к шатену, усмехаясь, заметив выступивший горбик на чёрных штанах. Легко расстегнув пуговицу и рыкнув серебряной молнией вниз, Чуя резко пробрался рукой под ткань баксеров, сжимая вставший член. Осаму хрипло выдохнул, прикрывая глаза. Чужая рука сделала несколько рваных движений вдоль ствола, дразня и играясь. Ладонь задержалась на головке, поглаживая и массируя её. Накахара отпустил чужой стояк, резко стягивая вниз мешающую ткань. Лицо Чуи приблизились к ноющему члену. Чувствительная кожа улавливала горячие дыхания, пуская по ногам шатена толпу мурашек. Вдруг влажный язычок Накахары, кончиком обвёл набухшую головку и поддел уздечку, а после проник кончиком в уретру, заставляя шатена издать рваный стон. В это время, Дазай переместил руки на голову напарника, зарываясь пальцами в рыжие локоны, и легко подталкивая мафиози вперёд. Чуя усмехнулся и медленно взял в рот. Спустя несколько секунд, головка уперлась в пульсирующие нёбо, но рыжий вбирает глубже, не чувствуя рвотного рефлекса. Вместе с этим Чуя чувствует как на глазах выступили капельки слёз, но, специально, не обращает на это внимания. Мягкий язычок, медленно обводил каждую венку, заставляя сидящего напротив мужчину издавать протяжные, и довольно громкие стоны. Осаму перешёл руками на пушистые ушки, массируя их, чем вызвал у сидящего снизу Накахары, заглушенный стон. Рыжий продолжает двигать головой, от чего Дазай рвано выдыхает воздух, толкая податливую голову на встречу движениям собственных бедер, заставляя сидящего ниже полностью насадиться на возбуждённый член. Чуя, издав тихий чпок, выпустил из рта чужую плоть. Голубые глаза были устремленны прямиков в помутневшие омуты. Кончик горячего языка медленно обвёл всю длину члена в то время, пока ладошки скользнули к ягодицам шатена, резко сжав их. Одновременно с этим парень вновь вобрал в рот горячий ствол. Мафиози почувствовал то как член напарника увеличился и стал тверже. По комнате разносились тихие чмоки и хлюпы, вперемешку с вздохами Осаму. Спустя время, рыжую голову сильно вжали в пах, кончая максимально глубоко. Понимая, что от него требуется, Накахара глотает все, не позволяя и капле упасть с губ. Тяжелое дыхание и легкое покашливание заполняет всю комнату. Чуя медленно поднялся с затёкших колен, и уже собирался сделать шаг назад, как вдруг, худые руки легко ухватили тонкое запястье, усаживая Накахару на чужие колени. — Тебе понравилось? — спросил рыжий, приподнимая подбородок и чувствуя как тёплые губы накрыли собой его кожу. — Безумно, — шепнул Дазай, оставляя не шейке Накахары лёгкие поцелуи. — Это был лучший минет в моей жизни. Рыжий усмехнулся, в то время как шатен начал гладить чужие ножки. Накахара просто зарылся руками и носом в каштановые волосы, и наслаждался моментом, который скоро безвозвратно сотрётся с его памяти. Голубоглазый почувствовал как по горячим щекам пробежала дорожка обжигающих слёз. Шатен заметил как дрогнули чужие плечи, и отстранившись от тонкой шеи, взглянул на мокрое лицо. — Чу, ты плачешь? — тихо строил Дазая, касаясь влажных щек кончиками больших пальце, и вытирая солёные дорожки. — Взгляни на меня. — Осаму взял чужое лицо в свои ладони и заставил Накахару смотреть ему прямо в глаза. — Ты ведь ещё помнишь меня? — рыжий кивнул. — Ну так и незачем плакать. — Дазай медленно касаясь сладких губы. Спустя мгновенье, Накахара ответил, самостоятельно углубляя поцелуй и сплетая языки. Чуя удобнее устроился ножками над коленями Дазая и держался за широкие плечи. Разорвав поцелуй, Накахара повторно взглянул в глубь коньячных омутов. — Осаму, — тихо заговорил мафиози касаясь своим носом носа Дазая, — сделай меня своим. Карие глаза разширились, но рыжий не дал вставить и слова, повторно сплетая свой язык с языком шатена. Дазай притянул партнёра за талию поближе к себе на колени, поглаживая упругие ягодицы. Он коснулся пушистого хвостика от чего Чуя невольно вздрогнул и нечаянно скользнул на коленях в области паха шатена. Осаму рано выдохнул. — Чуя, не делай так, мне трудно удержать себя в руках. — шикнул мафиози. "Не сдерживайся" — шепнул рыжий, качнув бёдрами. — Мне нужно тебя подг… — рот Осаму заткнул поцелуй. — Это не обязательно. Я весь твой. — продолжал шептать Накахара, заводя руки за чужую шею, и, нагло улыбнувшись, решил рискнуть. Парень толкнулся бедрами в сторону затем резко двинулся вперёд, чувствуя каменной член Осаму, и вновь улыбаясь. Самостоятельно стянув с себя бельё, рыжий шепнул: — Можешь делать со мной все, что захочешь. Дазай схватил одной рукой бедро Чуи и резко усадил его на возбужденный член. Рыжий издал громкий вскрик, а если бы не вчерашняя ночь, то Осаму обязательно порвал бы настойчивого парня. Чуя приоткрыл рот вскрикивая имя напарника, а шатен в свою очередь припал обратно к тонкой шее и острым ключицам, оставляя свои отметины. Затем, опустил и вторую руку на бедро Чуи, поднимая и усаживая Накахару на возбужденный член, и всё-же он был внушительных размеров для такого тела. У Чуи по ногам пробежала приятная дрожь, всплывая яркими вспышками перед голубыми глазами. Рыжий чувствовал с каждым грубым толчком партнёра, что скоро он достигнет разрядки, в то время как для Осаму это было началом. Дазай ускорял ритм толчков, выбивая весь воздух из груди мафиози. Тонкие пальцы впились в кофту шатена, оставляя на спине тонкие полосы. Рыжий хвост обвился вокруг правой ноги Осаму, а лицо Накахары уткнулось в изгиб плеча Дазая. Вскоре рука шатена скользнула к члену парня, и легко сжала его в ладони, подстраивая движения руки под собственные толчки. После резкого рывка, Чуя простонал громче обычного, пачкая ладонь Осаму. Стенки внутри Накахары стали уже, сжимая член шатена, и заставляя излиться внутрь. Рыжий хрипло выдохнул, чувствуя внутри сильный жар. Голубоглазый припал к шее партнёра, проводя по ней кончиком носа и вдыхая сладкий запах, в то время как тонкие пальчики вновь запутались в каштановых волосах. Осаму вышел с горячего тела и крепче прижал к себе Накахару, поглаживая ладонями чужую спину. — Люблю… — хрипло шепнул рыжеволосый, всё-же он сорвал голос. "Что?" — спросил шатен, не веря своим ушам. — Люблю тебя… придурок. — отрезал Накахара, прикусывая кожу на шее Осаму. Кареглазый в ответ лишь улыбался, поглаживая пушистый хвост. Спустя время Чуя задремал на груди Дазая, и шатен отнёс его к себе в спальню. Ему нужен отдых…