Подарок

13 Лет После того как торт был съеден, украшения убраны, а Фушими ушёл домой, Ята снова открыл на своём КПК картинку. В комнате, которую он делил с Минору, было темно, слышалось тихое ровное дыхание с другого футона (1), но экран КПК был виден достаточно чётко. Единственным подарком, который он получил от друга на день рождения в этом году, был набор билетов на простой бумаге, подписанных аккуратным почерком и сфотографированных для сохранности: три талона «на запрос о помощи» без срока действия. От кого-то вроде Фушими такое казалось очень ценным подарком. Он должен сохранить их для экстренных ситуаций. Но не это было настоящей причиной улыбки, появившейся на лице Яты, когда он изучал их, или тепла, которое он чувствовал внутри, вспоминая тот момент. Всё потому, что подарок казался очень искренним — настоящее усилие, даже если в особенной, странно-неловкой манере Фушими. Он всерьёз думал, что должен превзойти чей-то подарок, чтобы завоевать меня, да? Ята не сдержался и фыркнул про себя, забавляясь. Он сам любил соревнования, но никогда не думал о подарках как об очередном конкурсе. Но Фушими специально сделал это, рассудив, что его подарок не сможет победить велосипед, который достался Яте от отчима, но в состоянии обогнать «талоны на моё сладкое» от младшего брата. Похоже, он не совсем понимал, что такое подарок на день рождения, просто видя в этом способ добиться благосклонности Яты. Странно, но эта идея принесла ему удовлетворение. Ята не был до конца уверен, что понял всё правильно, но такие мысли заставили почувствовать себя особенным даже больше, чем торт и вся эта суета. Ощущение, что он важен. Казалось, они стали правда ближе, и возбуждение, которое он испытал, встретив Фушими в школьном туалете, снова наполнило тело до самых кончиков пальцев, подобно электрическому току. Даже если этот конкурс подарков всё ещё был немного странным, Мисаки начал думать, что, возможно, Фушими слишком низко оценивал себя, сказав, что не может подарить что-то лучше, чем велосипед. Не то чтобы сами талоны были такими уж удивительными, но эта связь между ними, пожалуй, самое лучшее, что он мог получить в тот день (или в любой другой). Серьёзно, если они были вместе, будущее выглядело потрясающе. 15 Лет — Ты действительно хочешь есть здесь? Ята пожал плечами, пытаясь стряхнуть с себя неуверенность. Он выбрал это место и теперь не мог отступить, не признав, что был неправ. — У них сейчас есть специальное предложение, новинка, сандей (2), оно выглядит великолепно! Нет ничего плохого в том, чтобы получить сладости на мой день рождения, верно? — Ну, если ты так говоришь... — в голосе Сарухико звучало сомнение. Он то и дело бросал взгляды вглубь кафе. — Это не похоже на места, куда ты обычно захочешь зайти. В этом он был прав. Кафе не было тематическим или причудливым, но в нем была какая-то милая атмосфера, несмотря на простые декорации. За пределами кабинок, подобных той, в которой сидели они, все столики были маленькими и круглыми и у каждого стояло по два стула. Кабинки тоже были совсем небольшими. На самом деле это... это не то место, куда можно прийти с друзьями. Ну, что угодно. В любом случае у него был только один друг, и это всё, что ему было нужно. Плюс мороженое.  — Всё в порядке, во всяком случае, это только один раз, — Ята посмотрел на него с усмешкой. — Ты ведь обещал, что заплатишь за меня, верно? Сарухико удивленно поднял бровь.  — Так вот почему ты пришёл сюда? Это дороже, чем где-то ещё, поэтому, когда деньги не свои… — Да, да, как скажешь, — Ята пожал плечами, ничуть не смутившись. — Обычно я не получаю таких причудливых подарков, верно? Подумал, что было бы здорово попробовать один раз. Сарухико слегка нахмурился, скрестив руки на груди и откинувшись на спинку стула. — Это не так уж и интересно, — пробормотал он, щёлкнув языком. — Я хочу посмотреть сам, — Ята пнул его под столом так, что их ботинки стукнулись — случайное напоминание об их единении. — В любом случае, я просто хотел пойти куда-нибудь с тобой сегодня. Почему-то когда Сарухико поднял голову и посмотрел на него, Яте показалось, что эти слова стали скорее неловкими, чем лёгкими и знакомыми. Столкнувшись со взглядом серо-голубых глаз напротив, да ещё и здесь, в этой кафешке, Ята ощущал необъяснимую нервозность. Его кожу покалывало, а вверху шеи становилось тепло. Это было чувство, охватывавшее его несколько раз в последнее время, но он никак не мог понять, откуда оно взялось. Проглотив комок тревоги в горле, Ята откашлялся, пытаясь придумать, что бы такое сказать, чтобы разрядить обстановку.  — Так… — Добрый день! — неестественно бодрый голос официантки прервал этот момент. Когда Ята удивленно поднял голову, она улыбнулась ему в ответ. — Вы готовы сделать заказ? — А… п-правильно, — от её присутствия это тепло разгорелось до полного жара на его лице. Ята резко опустил голову и пробормотал в сторону стола, — Я… я выберу это… спецпредложение. — Ну ладно, одно спецпредложение! А вы, сэр? — Один шарик мягкой ванили, — вежливо ответил ей Сарухико, — в миске. — Да, конечно! — этот скучный заказ, похоже, её не смутил, — сейчас будет готово. Когда она отошла, Сарухико тихо фыркнул. — Знаешь, когда-нибудь тебе придется что-то с этим делать. — Заткнись! Я работаю над этим, хорошо? — Ята поднял на него хмурый взгляд. — Тебе тоже надо было купить что-то особенное — разве ты не хочешь хотя бы попробовать? — А зачем мне это делать, если я уже знаю, что мне это не понравится? — Сарухико скользнул в сторону, высвобождаясь из кабинки, чтобы встать. — Это было бы просто пустой тратой времени. — Никогда не узнаешь, если не попробуешь, — вероятно, это было безнадежное дело, и Ята решил оставить его в покое. — Куда это ты собрался? — В уборную. — О, — Ята слегка откинулся на спинку сиденья, — конечно. С уходом Сарухико всё стало казаться ещё более неловким. Он заёрзал и полез в карман за своим КПК — больше для того, чтобы выглядеть занятым, чем потому, что ему было чем заняться. Открыв фотоальбом, он лениво пролистал несколько фотографий. Он никогда не держал там много фото, так что вскоре наткнулся на кое-что знакомое. Это были билеты, которые Сарухико сделал для него ещё в первый год средней школы на его 13-летие. По одному талону «на запрос о помощи» на раз, да? Почему-то, глядя на них, он испытывал странное чувство. Не то чтобы он не помнил, что они там были. Они не вертелись в голове всё время или что-то в этом роде, но он точно не забывал о существовании билетов. Если ему случалось думать об этом, он открывал фото и вспоминал тот момент, когда Сарухико подарил их ему. Теперь они чувствовали себя комфортно друг с другом, но было ещё несколько вещей, которые вызвали у него это дрожащее чувство возбуждения. И это воспоминание было одним из них. Даже прямо тогда и там это произвело такой эффект. Немного странно, но… сидя в кафе с неуклюжей милой атмосферой, столиками на двоих и необычным мороженым, которым его собирался угостить Сарухико, он подумал, что, возможно, есть что-то, для чего он мог бы использовать талон. «Запрос о помощи» был довольно расплывчатым. Может быть, это означало бы помощь с особым видом пикника на день рождения, с которым он бы не справился в одиночку. Особый вид пикника… Это было где-то на краю сознания, совсем глубоко в мыслях: намёк на какое-то смутное, но страстное желание, которого он не мог понять. Словно тяга, но не очень ясная. Он подумал, что, может быть, может он мог бы просто осознать, что это, если бы позволил всему… — На что ты смотришь? Голоса Сарухико было достаточно, чтобы вырвать его из потока мыслей; Ята испуганно вскинул глаза, когда его лучший друг скользнул обратно в кабинку напротив него.  — А? О, — он быстро выключил КПК и засунул его обратно в карман, выталкивая из головы все эти сбивающие с толку мысли, — просто убиваю время, пока тебя не было. — Ммм… — Сарухико слегка нахмурился, склонив голову набок. Судя по тому, как он держался, можно было подумать, что он хочет что-то спросить, но ещё не решил, собирается ли это делать. Он делал какие-то странные вещи с желудком Яты, бывшего под влиянием этого взгляда. Какое-то… дрожащее чувство. Странно. И снова не было возможности ничего сказать, потому что официантка вернулась почти в тот же момент. — А вот и вы! — прощебетала она, поставив перед ними сандей и маленькую, невзрачную на вид чашу. — Наслаждайтесь! Этого было достаточно, чтобы полностью расстроить мысли Яты — стоявший перед ним стакан с широкими полями был наполнен ванильным мороженым и красным малиновым сиропом, искусно уложенными сверху клубникой, ананасом и смесью диких ягод. Там был даже кусочек белого шоколада, чтобы завершить композицию. — Черт возьми, да! — он не смог удержаться от короткого восклицания; казалось, что слова вырвались из его горла прямо в рот при виде этого зрелища. — А вот это уже подарок ко дню рождения! — Я обязательно передам это твоей маме, — протянул Сарухико с легкой весёлой улыбкой, когда Ята поднял глаза, чтобы посмотреть на него, — во всяком случае, с Днём рождения. — Хех, — этого было достаточно, чтобы наверстать упущенное. Ята улыбнулся в ответ, чувствуя удовлетворение. — Спасибо! Когда он откусил первый кусочек этого десерта — десерта, что был угощением Сарухико — он оказался невероятно вкусным. 16 Лет Утром в день своего рождения Ята проснулся оттого, что Сарухико печатал на клавиатуре. В таком начале дня не было ничего необычного; на самом деле, это своего рода утешение — напоминание о том, что он был не один. Теперь у них была Хомра, так что, конечно, ему не нужно было беспокоиться о том, что он чувствует себя одиноким или что-то еще, но это присутствие, когда он впервые проснулся, было чем-то совершенно другим. Сарухико тоже там. Его напарник был выше его, твердая как камень часть его удивительной жизни. Ята лениво улыбнулся про себя, моргнув несколько раз, чтобы выйти из состояния сонливости, которое наступило после пробуждения. У него было много времени, чтобы привыкнуть к этому, но все же, это было довольно круто. Он уже почти собрался встать и начать готовиться к предстоящему дню, когда его запястье зажужжало. Это было послание от Тоцуки.  — С днем рождения, Ята! Извините, что спрашиваю вас об этом, когда это ваш день и все такое, но не могли бы вы выполнить несколько поручений сегодня, прежде чем придете в бар? В этом послании не было ничего необычного, ну, кроме того, что касалось дня рождения, что было новым, но он не мог справиться с яростным порывом предвкушения. Они планируют устроить сюрприз? То же самое делалось и на другие дни рождения — ничего особенного, только несколько хлопушек и торт, но все же. А они с Сарухико… у них было много друзей. В конце концов, они были авангардами Хомры. Так что да, это было вполне возможно… Ята усмехнулся про себя, не потрудившись подавить волнение, когда ответил на сообщение Тоцуки. — Эй, — сказал он вслух после нажатия кнопки «отправить», — Сарухико. Ты ведь уже встал, да? Звук над ним ненадолго затих, а затем возобновился.  — А ты как думаешь? Ровный ответ немного раздражал. Серьёзно, с Сарухико иногда бывает трудно, но Ята не собирался портить себе хорошее настроение.  — Тоцука-сан хочет, чтобы мы выполнили кое-какие поручения, прежде чем отправимся сегодня в Хомру. Я быстро приготовлю нам что-нибудь на завтрак, хорошо? На этот раз даже паузы в печатании не было, но ему ответил бесцеремонный голос Сарухико.  — Как скажешь. Ята бросил недовольный взгляд на нижнюю часть чердака, но был прерван жужжанием, которое означало ответ Тоцуки. Быстрая проверка показала ему список поручений, а также фотографию одного из мест, куда они должны были пойти, «потому что вы оба ещё не были там». Он увеличил изображение, сидя, как обычно, и случайно коснулся голографического экрана, заставляя изображение прокручивать его альбом по умолчанию. Вот дерьмо. Даже при том простом способе, которым Сарухико сконструировал это устройство, он все ещё иногда испытывал неловкость, когда использовал его. Ята поспешно начал листать фотографии снова, чтобы найти нужную, а затем остановился. По иронии судьбы, в свой день рождения он случайно наткнулся на первый подарок, который ему подарил Сарухико. Это вызвало у него лёгкий приступ ностальгии. Запрос о помощи, да? Он покачал головой, слегка печально улыбаясь. Как бы ни были хороши воспоминания о том времени, на самом деле не было никакой необходимости использовать их. В конце концов, в любой ситуации, когда ему понадобится поддержка, Сарухико всегда будет рядом. Они каждый день прикрывали друг другу спины. В ближайшее время ничего не изменится. Он не мог придумать ни одной причины, по которой этот подарок значил бы больше, чем просто ещё один символ их связи. И для этого у них уже были отметки Хомры. Тем не менее, это напомнило ему… — Ты мог бы по крайней мере быть немного более восторженным сегодня, а? — он ворчал на чердак. Сарухико и энтузиазм не очень подходили друг другу, но… все же. Иногда Яте казалось, что до Сарухико трудно дотянуться. Все больше и больше он чувствовал себя так. Он и сам не знал почему. Сейчас все просто потрясающе, правда? Так… Звук печати над ним остановился; через несколько секунд его запястье снова зажужжало. «С Днём рождения!» — было новое сообщение. От Фушими Сарухико. Знакомая теплая дрожь пробежала по его груди; Ята почувствовал, как на его лице появляется улыбка, когда он читал его. Он все помнил.  — Ты придурок, — сказал он чердаку, даже не потрудившись скрыть нежность в своем тоне. — Мог бы просто сказать это. — Разве этот путь недостаточно хорош? — ответил Сарухико, и на этот раз в его голосе послышалась лёгкая улыбка, почти незаметная, но все же различимая. — Да, конечно, — полностью поднявшись, Ята потянулся, прежде чем продолжить. — Ты должен угостить меня чем-нибудь, прежде чем мы отправимся в Хомру. Сарухико щелкнул языком.  — Мы оба на мели, Мисаки. — Мы можем позволить себе немного какигори (3), — возразил Ята, — да ладно тебе. Мы немного потусуемся вместе, Тоцука все равно сказал, чтобы мы не спешили, и если он прав насчёт сюрприза, то лучше бы они убили еще немного времени. Последовала короткая, но почему-то суровая пауза. Затем Сарухико пробормотал:  — Ну, если ты так говоришь. Это ты отвечаешь за счета. Это было согласие, так ведь? Посмотрев на свое запястье, Ята протянул руку, чтобы закрыть изображение талонов, что все ещё были открыто.  — Никаких проблем! Как бы ни было приятно это воспоминание, в ближайшее время они ему явно не понадобятся. 18 Лет На следующий день рождения он открыл фото билетов нарочно. Было поздно, за полночь, так что формально это был уже не его день рождения, и он лежал, растянувшись поверх одеяла, на футоне в своей квартире. Атмосфера как будто душила из-за невероятной тишины, резко отличавшейся от Хомры или улиц у его дома. Не было слышно ни звука, кроме его собственного неровного дыхания, когда он смотрел на светящийся голографический экран в темноте. Чердак, на который он смотрел в прошлом году, стал всего лишь воспоминанием, а день рождения в родительском доме, когда Фушими вручил ему билеты, был ещё более далеким. Но он все ещё был одержим этими глупыми вещами, как идиот. Почему я все ещё думаю об этом парне? Хомра устроила ему вечеринку — небрежную и шумную, как обычно, и все, кого он считал близкими, были там. Он не думал ни о чем неприятном всю ночь, искренне наслаждаясь, и ничто не могло испортить его хорошее настроение. До сих пор. Сначала, когда он проверил свой КПК после возвращения домой, он сказал себе, что это просто проверка сообщений. И так оно и было! В конце концов, его мать могла послать ещё одно сообщение. Или, может быть, кто-то из парней. Или Кусанаги нашёл в баре какую-то забытую вещь, что он оставил во время этого волнения. Всё это были просто отговорки, и он знал это, открывая приложение. Ята чувствовал разочарование, ведь так и не смог отпустить его. Даже не проверяя, он прекрасно знал, что не будет сообщения с простым: «С Днем рождения», или приглашения встретиться, или чего-нибудь ещё. И всё же он надеялся… совсем чуть-чуть… Только проверив и ничего не найдя, он плюхнулся обратно на футон, всё ещё полностью одетый, и пролистал меню на КПК, чтобы найти фотографию. Он и сам толком не знал, зачем делает это. Не то чтобы он собирался послать фото Сарухико и ожидать, что из этого что-нибудь выйдет. Но даже в этом случае он держал запястье перед лицом и смотрел на аккуратный почерк, тщательно проведённые разделительные линии и боролся с жжением в глазах, пока экран не потух. Ята опустил руку, чтобы прикрыть нос, и резко выдохнул. В ближайшее время они не понадобятся… правда, Сарухико? Он долго не мог уснуть. 20 Лет Солнце садилось на горизонте, но наступающие сумерки не слишком беспокоили Яту. Он просидел весь день в одиночестве, прислонившись к перилам, и в наушниках. Перед глазами был школьный остров Ашинака. К этому моменту Ята чувствовал себя совершенно оцепеневшим от окружающего мира. Прилив адреналина, приведший сюда после того, как он снова нашел бар-Хомру пустым, уже давно прошёл, и чувство ярости, охватившее его после гибели Микото, теперь было не чем иным, как пустой болью в груди. Двадцатилетие должно было стать большим событием — он стал достаточно взрослым, чтобы пить; достаточно взрослым, чтобы считаться мужчиной, по закону. Совсем недавно он искренне ждал этого. Или давно? Течение времени — сложная вещь. Кажется, что двадцатилетие Камамото они праздновали в другой жизни, хотя на самом деле это было чуть больше года назад. Воспоминание об этом заставило усилило тупую боль и заставило перерасти в пульсирующую; Ята с трудом сглотнул и откинул голову назад на железную ограду, когда мимолетные воспоминания о выпивке, смехе и теплом чувстве принадлежности нахлынули на него снова. Он почти чувствовал вкус пирога Кусанаги. Теперь во рту у него было чертовски горько. КПК на его запястье зажужжал, и он поднял его, чтобы проверить уведомление — больше из потребности отвлечься, чем потому, что ему действительно было любопытно. Сообщение было от матери, третье, которое она отправила в тот день. Рядом с ними были еще три непрочитанных — одно от Камамото, одно от Акаги и одно от Девы, а ещё несколько пропущенных звонков. Люди, не обеспокоенные тем, чтобы быть рядом, и оставляющие общие пожелания на день рождения. Что угодно. Ята хмуро смотрел на уведомление, пока оно не исчезло. Какой в этом смысл, если они не собираются появляться? Казалось, что все их слова были пустыми обещаниями в тот момент. Возможно, он чувствовал бы себя лучше, если бы они сказали ему прямо в лицо, что уходят… Правильно. Это была почти традиция дня рождения. Ята поднял голову, и уголки его рта приподнялись в горькой улыбке, когда он снова открыл изображения на голографическом экране. Фотография талонов, конечно, всё ещё была там. Он столько раз думал удалить её, и все годы не мог себя заставить. В сердце теплилась смутная надежда, хотя ему не хотелось признаваться в этом. После всего времени было чертовски маловероятно, что Сарухико вернётся и скажет, что присоединение к синим было большой ошибкой, но Ята, как известно, не умел отпускать. Запрос о помощи. На мгновение — всего лишь на одно короткое мгновение — его охватило внезапное желание отослать его. Даже если всё, что он получит в ответ — молчание или насмешка. За те несколько драгоценных минут, которые понадобятся Сарухико, чтобы получить сообщение и решить, как реагировать, Ята сможет надеяться на… что-то. Что-нибудь. Он был бы готов объявить временное перемирие, если бы Сарухико выполнил свой долг и просто притворился на один проклятый вечер, что действительно хочет быть с Ятой. Ему чертовски надоело быть одному. Его тошнило из-за ушедших людей. Если бы был шанс… Не будь идиотом, черт возьми. Ята скривил губы в сердитой гримасе, резко взмахнул рукой, чтобы отогнать видение, и снова уронил ладони на колени. Раздражение быстро поднималось сквозь исчезающее облако других эмоций. Сарухико не собирался отвечать; в конце концов, он был предателем. Ята чувствовал себя полным идиотом, даже если хотел послать его. Из-за надежды. Из-за того, что заставлял себя разочаровываться снова и снова. Ничего уже не изменится. Этот корабль уже давно отплыл. И пришло время наконец принять это. 21 Год Забавно, как иногда складывается жизнь. — Ого, это место совсем не изменилось, да? — Ята скользнул на свою сторону кабинки, стараясь казаться беспечным, пока оглядывал кафе. Та же милая атмосфера, несмотря на простую и незамысловатую обстановку. Столики на двоих. Узкие кабинки. Необычное мороженое по специальному предложению. Не то же самое мороженое, конечно — но все же. — Здесь обычно так не делают, — заметил Сарухико, со вздохом опускаясь на свое место, — ты уверен, что именно здесь хочешь быть сегодня? — его взгляд был почти настороженным. — А как же Хомра? Ята рассмеялся.  — Ты знаешь, как тяжело в наши дни найти время, чтобы все собрались вместе? Мы никак не могли угадать точную дату — каждый раз за несколько дней до этого у нас что-то случалось, — он пожал плечами. — В любом случае, мне нравится эта идея. Выражение лица Сарухико слегка изменилось, как будто он немного расслабился.  — Хочешь попробовать ещё одно «специальное»? — Нет. Ну, может быть, и это тоже, — Ята ухмыльнулся. — Ты ведь будешь угощать меня в мой день рождения, правда? Но если серьёзно, то это больше для ностальгии. — Мы были здесь всего один раз, — сухо напомнил ему Сару, но всё же улыбнулся в ответ — совсем немного, но искренне. — Ты такой же, как всегда. Делаешь подобные предположения. Ята легонько постучал ботинком по ноге Фушими. — Возвращаюсь к тебе, — после всего: разлуки, неуверенности, несмелых шагов, которые они предприняли, чтобы восстановить отношения — он был далеко не так уверен в себе, как пытался притвориться, но… теперь он не собирался колебаться. Даже если кое-что из того, что он делал, не задумываясь, в детстве, теперь ощущалось, как нервное потрясение. — Я пригласил тебя, потому что хочу быть тут с тобой, а не потому, что ты запасной вариант. Глаза Сарухико расширились, рот на мгновение приоткрылся. Он дважды медленно моргнул, а затем, кажется, пришёл в себя, почти неловко поправил очки и отвел взгляд в сторону. — Я знаю, — пробормотал он, и после короткой паузы, запинаясь, добавил, — Я тоже… здесь, потому что хочу быть... — он поднял глаза и снова посмотрел на Яту, — с тобой. При этих словах он, наконец, ощутил облегчение; Ята не осознавал, насколько сильно был напряжён, пока не почувствовал, что расслабился. — А… да, — его голова закружилась, когда они посмотрели друг на друга, и улыбка стала совершенно неконтролируемой. — Ну да! Глядя в эти знакомые серо-голубые глаза, он почувствовал, что может выплыть прямо из своего кресла. Это напомнило, что у него есть и другая причина прихода сюда. Ята откашлялся, нервы снова начали сдавать. Сделав всё возможное, чтобы рассеять волнение, он начал:  — Эй… Сарухико, ты… — Добрый день! — звук чересчур веселого голоса ударил его по затылку, отчасти потому, что он этого не ожидал, а отчасти потому, что испытал дежавю. Когда он поднял глаза, официантка широко улыбалась. — Вы уже определились с заказом? Ята моргнул, все ещё чувствуя душевное потрясение, и прежде чем он смог собраться с мыслями, чтобы ответить, Сарухико тихо улыбнулся и заговорил:  — Я возьму один шарик мягкой ванили в миске. В том же порядке, что и раньше. Вкусы этого парня — та вещь, которая никогда не изменится, да? Ята почувствовал, как уголки его рта поползли вверх.  — Возьму специальное предложение. — Сейчас принесу! Когда она пошла к задней двери, Сарухико лениво ухмыльнулся ему через стол.  — Только не говори, что ты всё ещё не умеешь обращаться с девушками. Это было мило в пятнадцать лет, но у тебя будут проблемы, как у взрослого, если не сможешь справиться с этим. — А? — мозг Яты уловил насмешку, и он нахмурился в ответ, чувствуя, как горят его щёки. — Э-это не было… Слушай, не обращай внимания! — он покачал головой, отмахиваясь. Если он будет тянуть слишком долго, то никогда не сделает этого, итак прошло слишком много времени. Он поднял руку и быстро вывел на экран голографическое меню. — Ты ведь помнишь талоны, что дал мне, верно? Сарухико нахмурился, глаза его сузились, и на секунду Ята подумал, что он действительно собирается сказать, что не знает. Он уже открыл рот и начал объяснять, когда Сарухико наконец медленно произнес:  — Ты правда хранил их так долго? Если бы не всё, что произошло между ними, это могло бы быть обычной шуткой. Но в тоне Сарухико не было и тени насмешки, и Ята догадался, о чём тот думает. Это было то же самое, о чем он спрашивал себя, когда они были разлучены. Ты не удалил их, даже когда всё сгорело дотла между нами? Бессознательно его пальцы сжались в кулак. Не насильственным способом, а с решимостью. — Удивлен? — Ята показал изображение на КПК, чтобы оно было видно обоим, и усмехнулся, увидев выражение удивления в его взгляде. — Ты же знаешь меня. Я так просто не сдаюсь. Колебание длилось недолго; через секунду Сарухико выдохнул, и на его лице появилась улыбка. Он прикрыл глаза.  — Такой упрямый. — Хех! Смотрите, кто говорит! — от этого взгляда у Яты ёкнуло сердце, но он собрал волю в кулак и решил действовать. — Как бы то ни было, я собираюсь использовать их сегодня. Сарухико вопросительно поднял бровь.  — Для чего же? Это был тот же вопрос, который он задавал себе здесь же шесть лет назад. Ята глубоко вздохнул, на мгновение пораженный той же ошеломляющей волной желания, что и тогда. На это влияли и атмосфера кафе, и присутствие Сарухико, сидящего напротив. Их взгляды встретились, и Ята почувствовал что-то особенное: в животе запорхали бабочки, а в груди что-то заболело. Тогда он был так сбит с толку, или, может быть, осознал это где-то внутри и просто отрицал, но теперь... А теперь я сделаю это! Изо всех сил стараясь не обращать внимания на нарастающее волнение, Ята резко вдохнул и заставил себя выдержать пристальный взгляд Сарухико. — На мой день рождения. В… таком месте, как это. С таким видом… Ну ты понимаешь! — он чувствовал, как горит его лицо. — Здесь такое… такое настроение. Или ещё что-то, — это была борьба, чтобы не отвернуться, но он был полон решимости встретиться со страхом лицом к лицу и принять любую реакцию. — Пойдёшь со мной на свидание? Сарухико открыл рот, но ничего не сказал. Он несколько раз моргнул, повисло неловкое молчание; затем он неловко сказал:  — Мисаки… — Ты, — выпалил Ята, не выдержав, — я имею в виду, ты будешь моей парой? Понял? При этих словах уголки рта Сарухико дрогнули.  — Это я понял. Даже несмотря на смущение, этой шутки было достаточно, чтобы вызвать хмурое выражение на лице Яты. — Не смейся, придурок, ты же знаешь, как трудно было все это сказать?! — Я вовсе не смеялся, — похоже, Сарухико пришел в себя. Он посмотрел на Яту почти испытующе, а затем легко кивнул, как будто что-то решив. — Я должен отдать тебе подарок. — А? — это застало его врасплох. Ята уставился на Сару. — Разве ты не угощаешь меня мороженым в качастве подарка? — И это тоже. Но есть еще кое-что, — Сарухико едва заметно ухмыльнулся. — Закрой глаза. — А? Неужели? — после всего беспокойства по поводу его просьбы, это серьёзно выбивало из колеи. Ята все ещё чувствовал, как сильно бьётся сердце, он весь был в огне. Сарухико поднял брови, выжидая, поэтому он коротко выдохнул и закрыл глаза. — Ладно, ладно. Фушими щелкнул языком.  — Только не двигайся, — послышался скрип двери будки и шорох одежды. Что же это такое?.. Ощущение теплого дыхания и чьего-то присутствия совсем близко поразило его, но не было времени отреагировать, кроме мурашек, пробежавших по его телу, приятно покалывая кожу. А потом мягкое прикосновение к его губам. Яте потребовалось целых две секунды, чтобы осознать происходящее — Сарухико целовал его, верно? Это ведь не он придумывал всякое дерьмо в своей голове? А потом, как только он не просто понял, что его целуют, а почувствовал это, он выгнулся вперед, жадно ища большего от этого интимного прикосновения. Это было так приятно. Вкусно. Они расстались через несколько секунд с чувством, похожим на взаимное нежелание и каким-то неловким осознанием ситуации. Ята медленно открыл глаза, чувствуя себя немного ошеломленным, когда поднял голову и встретился взглядом с Сарухико. Его губы покалывало, а в плечах и руках чувствовалась дрожь, которую он никак не мог стряхнуть. Он не мог поверить в то, что только что произошло. Но это было… это было, и Сару действительно смотрел на него со странной смесью недоумения и тепла в глазах, которые резко выделялись на бледной коже его лица. Долгое мгновение они молча смотрели друг на друга, словно пытаясь осознать, что… да, это было реально. Они действительно сделали это. — А вот и я! — бодрый голос их официантки мгновенно разрушил магию момента; Ята дёрнулся в кресле, повернувшись, чтобы посмотреть на неё с полупаническим смущением. Она ответила ему чересчур жизнерадостной улыбкой, отдав ему мороженое, а потом повернулась и поставила миску с ванилью на другую сторону стола. — Наслаждайтесь! Прежде чем он смог придумать какой-то ответ, Сарухико щёлкнул языком. — Ну конечно. — А-а-а… — Ята наконец вспомнил, как говорить, — благодарю. — Никаких проблем! — с профессиональной яркой улыбкой сказала она и снова ушла. Даже пломбир не смог отвлечь его на этот раз; Ята проигнорировал сложное творение перед собой, немедленно повернувшись к Сарухико.  — Эй, так… Сарухико… это, только что… — Знаешь, ты можешь пригласить меня на свидание и без талона, — протянул Сарухико, и на его губах появилась ленивая ухмылка. Он снова чуть прикрыл глаза, но всё ещё внимательно смотрел на лицо Яты. — С днём рождения, Мисаки. Восторг уже кипел в нём, наполняя; он не смог бы сдержать ухмылку, расплывающуюся по его лицу, даже если бы попытался.  — Мог бы просто сказать! — он не стал дожидаться ответа. — Не то чтобы я жалуюсь, это… очень хороший подарок, — чувствуя внезапную и необъяснимую робость, Ята опустил голову, смущенно улыбаясь. — Спасибо! — Ммм… — Сарухико не сводил с него глаз. — В любое время. Это было похоже на обещание, и, может быть, в этом и был смысл. В любом случае, ничто не могло превзойти чувство, охватившее его, когда они улыбались друг другу через стол. Больше всего на свете это было волнующе, даже возбуждающе. Как он и думал с самого начала, эта связь была и всегда будет лучшим подарком.