Я думал, что знаю тебя...

      Быстро перекусив чем-то, Мерлин отправился в Школу. На лестнице ему встретился Абель — принес новую порцию писем. Мерлин просмотрел всю пачку на ходу: несколько писем из деревень, видимо прошения, несколько от придворных — видимо, по делу, и несколько были только подписаны женскими именами. Мерлин оставил в руках только прошения из деревень, а остальные со вздохом попросил Абеля отнести наверх, к нему в покои. По дороге к Школе маг читал прошения: в одной деревне гуляла какая-то нечисть непонятная, в другой просили целителя, так как их старик умер, а люди болеют, еще в одной скотина мрет — думают, происки ведьмы. Другие письма Мерлин получил не как Верховный маг, а как первый советник: люди жаловались на нищету, разбойников и всякую несправедливость, а от Мерлина ждали действий скорее не магических, а административных. В народе Мерлина уважали и любили — скромный герой, сам из простых, добрый и отзывчивый, на стройке берег рабочих, собственной персоной ездил по всяким окраинам королевства, деревни восстанавливал. Безусловно, Артура народ почитал, но все же написать Мерлину было легче.       Мерлин действительно старался отвечать на все письма, которые ему приходили, оставляя без ответа порой только совсем уж откровенные послания от своих почитательниц — они ставили его в ступор. Вот и теперь, читая по дороге к Школе письма от крестьян, маг сразу обдумывал, что он может сделать: - Надо передать это письмо сэру Леону, хорошо бы отправить отряд, чтобы усмирить разбойников. Они могли бы и пару боевых магов взять с собой... А вот это письмо отнеси пожалуйста к сэру Алистеру. Он занимался восстановлением той деревни. - Хорошо. - Абель взял протянутое письмо и убрал во внутренний карман своей куртки. - С нечистью надо бы разобраться... - Мерлин снова посмотрел в текст письма. - А что за нечисть? - Абель с любопытством глянул на листок. - Пишут, что с горящими глазами, полупрозрачная, черная. По ночам в окна заглядывает. - Духи? Упыри? - Абель за время общения с Мерлином стал довольно неплохо разбираться в теории. На данный момент он был самым давним учеником Мерлина, и в его умениях Мерлин был уверен больше всего. - Скорее всего, духи из леса. Вроде бы они безобидные, хоть и неприятные. Нужно их просто успокоить. Может, лес там вырубают, или ручей загрязнили сильно... кто знает. Люди на их территорию позарились — духи стали по деревне разгуливать. Решить дело — один день. Может, завтра туда отправишься? Дам тебе в напарники кого-нибудь из боевых для солидности. - Правда? Да, я все сделаю! Можно мне Вилли с собой взять? - Мерлин рассмеялся. - Дааа, хорошо, бери с собой Вилли! Только умоляю, ведите себя как серьезные люди и не очень громко травите байки по дороге! Что мне Артур потом скажет! - Хорошо, мы будем шутить шепотом, - громко прошептал Абель, - это придаст нам магической таинственности!       Они подошли к Школе. Мерлин сейчас должен был читать большую лекцию перед всеми учениками, потом еще одну для бытовых магов. Общие занятия посвящались тому, что должен знать и уметь абсолютно любой маг — чувствовать, видеть, различать, контролировать. На общих лекциях Мерлин рассказывал про очень разные, но совершенно необходимые вещи: как общаться с магическими существами, работать с артефактами, нейтрализовать проклятия. По каким приципам работает любая магия независимо от назначения. После этих лекций ученики расходились на специализированные занятия: целители шли к Гаюсу, воины — на тренировку к сэру Леону. Бытовые оставались с Мерлином. Через день у боевых магов была и тренировка с Мерлином, где он показывал им разные способы применения магии в бою. После нескольких месяцев упорных тренировок почти полсотни боевых магов уже представляли собой грозную силу — а ведь они знали еще только самые основы. Однако мышцы их окрепли, меч больше не казался тяжелым, а нападение не заставало врасплох. Были среди воинов и девушки, и они показывали себя как серьезные противники. Они предпочитали более легкое оружие, делая своими преимуществами скорость и реакцию. Да и по сути — их комплекция не играла большой роли, ведь они вовсю могли использовать магию.       Абелю не было необходимости оставаться на эту лекцию Мерлина — ученик уже знал все, что Мерлин сегодня собирался сказать на ней. Так что проводив наставника до Школы, Абель направился обратно, к цитадели, выполнять поручения Верховного мага и готовиться к первой в своей жизни самостоятельной миссии. Во время лекции Мерлин присматривался к своим ученикам. Слушали его крайне внимательно: кто-то вцепился в него взглядом, кто-то задумчиво кивал его словам, кто-то сосредоточенно щурился, кто-то записывал с необыкновенным рвением все, что мог успеть. Одна ученица опоздала, чем удивила Мерлина — он знал, что Молли одна из самых аккуратных и пунктуальных среди целителей. Всегда вовремя появлялась на занятиях, форма в идеальном состоянии, при себе все необходимые записи и инструменты... Она тихонько прошла в зал, бросив на Мерлина виноватый взгляд. Мерлин не стал заострять на ее появлении внимание, он продолжал лекцию.       После занятия ученики не слишком спешили расходиться, многие подходили к Мерлину с вопросами, так что маг застал Алессу уже в коридоре. Она собиралась идти на тренировку. Маг окликнул ее и жестом показал идти за ним. - Вот, смотри, - сказал Мерлин, когда они зашли в пустой кабинет, - я сделал тебе амулет. Возможно, сработает. Держи при себе. Он вытащил из кармана брошь в форме дубового листочка. Алесса взяла ее в руки, через мгновенье нахмурилась: - Не понимаю... я ничего не чувствую, - она подняла на наставника взгляд в немом вопросе. Мерлин кивнул: - Все правильно. Чары очень хорошо запечатаны. Это для того, чтобы никто не почувствовал, что у тебя есть магический предмет. - Зачем это скрывать? - удивилась Алесса. - В бою маги в первую очередь стремятся сорвать магическую защиту противника и целятся в амулеты. Так что свои костыли лучше не показывать. - Хорошо, я поняла. А как он действует? - Алесса приколола брошь к рубашке, спрятала ее под легкий кожаный тренировочный доспех, в котором сейчас была. Мерлин сложил руки на груди, задумчиво глядя на чуть поблескивающее из под доспеха ученицы серебро. - В ней заложено несколько сильных заклинаний и печатей контроля над собственным разумом и телом, которые были переложены мной с человеческой вязи на стиль друидов. Теперь система плетения совпадает с той, в которой сплетено твое проклятье, и возможно магия подействует лучше. - Я очень надеюсь. Я так устала мучить и себя и всех вокруг. Если и это не поможет — я уйду. Вы же не можете сделать невозможное. - она горько усмехнулась и посмотрела на Мерлина. Тот, отрицательно покачал головой, нахмурившись. - Нет, не думай так. Тебя можно спасти, я уверен. Не вздумай уходить. Просто... не вздумай. Он не может позволить еще одной невинной жизни угаснуть. Он обязательно найдет выход, спасет ее, ведь для чего вообще он иначе нужен? Чего он стоит? Чего стоит вся его сила, вся его магия, если он не может спасти невинного человека? Если ему дали второй шанс. Ему дали возможность искупить свой страшный промах. Он и только он в ответе за своих учеников, за тех, кто доверился ему. А за девушку, носящую проклятие Бастет — в особенности. Они разошлись: Мерлину пора было вести лекцию у бытовых магов, а Алессе идти на свою тренировку. Регина стояла в коридоре и наблюдала, как они вышли из кабинета. Она так и думала бы обидные мысли, если бы не Молли, которая подошла сказать, что вернула книгу Рейвену.       Вечером Мерлин, как всегда, ждал Алессу на их лесной поляне. Алесса пришла на закате, и когда солнце ушло за горизонт, ничего не случилось. Алесса стояла, ожидая подвоха, с круглыми глазами, часто дышала, руки ее были сжаты в кулаки. - Я чувствую в себе зверя. Но он под контролем. - сказала она, закрыв глаза. - Ты можешь его выпустить? - спросил Мерлин, встав с поваленного ствола. - Да, кажется. Но разве мне не нужно его сдерживать? - Мы должны понять, как работает магия в разных ситуациях. Не бойся, попробуй. Алесса поджала губы, но кивнула, выразив свою покорность наставнику. В следующий момент она сделала судорожный вдох и закрылась руками, и вот уже Мерлин видел перед собой огромного зверя. Зверь, однако, сидел зажавшись, огромные крылья вздымались вместе с расходящейся от глубокого дыхания грудной клеткой, голова опущена, уши прижаты в страхе. Мерлин ждал. Бастет подняла голову и посмотрела на своего наставника испуганными глазами. Это был человек. Мерлин улыбнулся. - У тебя получилось! Смотри, ты ведь в порядке! Получилось! - Мерлин засмеялся от радости и облегчения. Он чувствовал надежность магии, чувствовал, как крепко сцепились проклятье и магия, позволявшая им управлять. Алесса медленно расправила крылья, несколько раз махнула ими, осмотрела вытянутое крыло, еще настороженно, но уже без страха. Дальше случилось что-то неожиданное, на что Мерлин не успел среагировать: бастет бросилась на мага. Бросилась, случайно повалив его на землю, но сразу отскочив. Мерлин не спешил вставать — он устал, и земля казалась потрясающе мягкой. Алесса не рассчитала силы, видимо, хотела его обнять. Осознав глупость затеи, бастет подошла к лежащему на земле и смеющемуся Мерлину и ткнулась ему в плечо мордой. Маг изучил все писания о бастет, какие ему были доступны — а Верховному магу королевства доступно многое, - но он до сего дня не знал, что бастет умеют мурчать.

***

      Через несколько дней Гвен уехала вместе с радостной леди Элизабет. Утром устроили завтрак в тронном зале для всех вельмож и рыцарей, чтобы двор мог пожелать королеве хорошей дороги, и чтобы ее отъезд не выглядел для обитателей замка ссылкой. Гвен была одета в красивое изумрудное платье, все ее вещи уже сложены по сундукам и заложены слугами в повозку, Лима стояла за спиной госпожи в дорожной одежде. Королева улыбалась, охотно разговаривала с придворными, то и дело в разговор вступали Артур и Мерлин. Мерлина расспрашивали о том, как идут дела Школы, он отвечал вежливо и емко, но немногословно. Как ни старался Верховный маг быть полноценным участником беседы, сотрапезники замечали его не очень здоровый вид. Так что все просто соблюдали правила приличия: вроде бы, первый советник и вовлечен в разговор, но особо участия в нем не принимает.       Артур и Гвен, напротив, были очень оживлены и с большой энергией вели приятную беседу с придворными о том, как необходим иногда глоток свежего воздуха. У Камелота дела в последнее время шли отлично: посев полным ходом, деревни восстановлены, поля вот вот заколосятся, стада в целом удачно пережили зиму. Маги королевства, не пошедшие учиться в Школу, в основном были заинтересованы в том, чтобы их перестали бояться и стали уважать, так что помогали своим селениям. Они выходили из подполья, обзаводились нормальными хозяйствами, становились полноценными подданными. В Камелоте теперь можно было найти магические лавочки со всякими штуками — еще одна забота для Мерлина, ведь лавочников надо контролировать. Мерлин не имел пока нормально обученных магов, чтобы возложить на них такую обязанность. Это входило в курс общих лекций, которые чародей вел в Школе. Придворные поддерживали слова королевы: действительно, когда еще отправляться отдыхать, как ни в такое благополучное время? Она сможет встретить весну в чудесном поместье, наблюдая каждый день, как волны бьются о прибрежные скалы. Вельможи охали и восхищались на разный лад.       После завтрака королева, сопровождаемая отрядом рыцарей, выехала из Камелота. Она поцеловала на прощанье Артура и обняла Мерлина, заметив попутно, что он совсем отощал, и попросив его внимательней относиться к себе. Мерлин только посмеялся и сказал, что он в полном порядке, но в этот момент ему вспомнились старые времена. Гвен, как и он сам, изменив статус стала держать себя иначе, но сути своей не поменяла. После того, как за воротами скрылся красный плащ замыкающего цепочку рыцаря, Мерлин и Артур еще какое-то время постояли на площади перед замком. Мерлина не покидало ощущение, что Гвен уехала не просто так, а он чего-то не знает. - Она правда едет отдыхать и дышать воздухом? Вы же не поссорились? - Что за глупости, Мерлин! Конечно нет. С чего ты взял? - Артур удивленно улыбнулся, но Мерлин хорошо знал его, и видел, что тот недоговаривает чего-то. - Гаюс говорил, у вас в последнее время не очень ладится. - Мерлин пожал плечами и отвел взгляд. Артур позволил себе рассматривать своего мага чуть дольше, чем обычно. Снова в суконном плаще — погода уже позволяла, - но теперь плащ сидел на Мерлине чуть свободней, чем в прошлом году. Волосы слегка отросшие, однако совсем их Мерлин не отпускал. Глаза казались огромными на его худом и бледном лице. Вдруг Мерлин снова повернулся к Артуру, и они встретились глазами. Не успев отвести взгляд, Артур теперь посмотрел на Мерлина с вызовом. «Да, я смотрел на тебя, и буду смотреть. Имею право, я король» — говорило выражение его лица. Мерлин, однако, иначе воспринял этот жест: - Понял, не лезу в вашу личную жизнь, ваше величество, - ответил Мерлин в притворном полупоклоне. Артур фыркнул. И грустно и смешно, ведь никакой личной жизни с Гвен у него уже давно нет, а Мерлин и не догадывается, насколько он уже в эту личную жизнь залез. Мерлин не знал, что каждый вечер Артур смотрит из окна своих покоев и ждет, когда же Мерлин появится во дворе замка — маг возвращался из Школы поздно, уже в темноте. Они снова виделись разве что во время советов, и король от этого с непонятным трепетом ждал времени такого скучного и обыденного собрания. Он и корил себя за эту слабость, за это постыдное желание еще раз увидеть Мерлина, но ничего не мог с собой поделать. Когда это случилось с ними? Когда его маг перестал быть его? Когда они стали так мало времени проводить вместе? Как много «когда», как много вопросов, а главный из них — что же ему делать? Гвен уехала. Теперь он должен разобраться со своей головой. Но что же он может сделать, когда каждый раз, когда он видит Мерлина, его мучает желание прикоснуться к магу, почувствовать его тепло? Что делать, если Артур и боится этого внимательного теплого взгляда, и отчаянно желает его? А если сам он не видит Мерлина, то так одержим желанием увидеть? Артур действительно не знал, что может сделать в такой ситуации. Он раз за разом мысленно констатировал, что абсолютно не властен над собой. Король процветающего, сильного и богатого королевства, властитель судеб — он чувствовал, что очень близок к тому, чтобы пасть в ноги своему магу и умолять. Но умом Артур понимал, что никогда не сделает такого. Все, что он мог — лишь смотреть на Мерлина, быть хорошим другом, и хорошим мужем для своей жены. Рано или поздно Мерлин женится, что тогда будешь делать? - спрашивал ехидный внутренний голос. И Артуру представлялось, что не так уж далеко тот момент, когда Мерлин придет и скажет, что нашел себе девушку. За ним толпами женщины ходят — выбирай любую. Хоть знатные, хоть крестьянки, хоть чародейки — уж этих у него целая школа. Писем интимного характера — горы. Артур ревновал. А еще Артур боялся, что Мерлин узнает о его не совсем дружеских чувствах. Что он тогда скажет? Артуру так и представлялось разочарованное, удивленное лицо мага, непонимание в этих небесных глазах. Словно предал. Что Мерлин сделает? Он не уйдет — он слишком обязательный и ответственный. Он останется, но будет общаться с Артуром только по официальным делам. Будет присылать своих подчиненных за подписями. Артур боялся навсегда потерять этот теплый взгляд и светлую улыбку. Он часто вспоминал тот день — последний день старого солнца, и их нелепый странный поцелуй, который и поцелуем то не назовешь. Артур не верил, что это было взаимно и осознанно со стороны Мерлина. Они выпили, а на мага алкоголь действует сильнее. Да и Мерлин... могло статься, что он просто не мог позволить себе оттолкнуть своего короля. Кто знает. Артур боялся каким-либо образом принуждать Мерлина к такому общению. - Ты чего, Артур? Вот, снова этот теплый внимательный взгляд. - Ничего, - буркнул Артур, отвернувшись, - Я пойду работать с бумагами. Будет дело или время — заходи. «И хватит сводить меня с ума». Этого он, конечно же, не произнес.