Мальчики не плачут

***

Семен не помнил, как поднялся на ноги. Не помнил, как собрал разбросанные по земле тетради и рисунки. Не помнил и того, как добрался до своей квартиры. Одержимый какой-то ненормальной идеей, парень сбросил с себя верхнюю одежду и, сев за стол, начал рисовать. Он не отрывался от листа бумаги до тех пор, пока не стало очевидно, чей потрет рисовал подросток. Пару секунд Семен спокойно смотрел на рисунок перед собой, а потом, сжав сильнее тонкие пальцы на карандаше, провел заточенным грифелем через весь лист. И еще раз. И еще. Парень не обращал внимания на то, что бумага порвалась в некоторых местах и графит теперь царапал стол, оставляя на нем еле заметные серые следы. И вот, когда уже было практически невозможно различить кудрявые волосы и красивые черты лица, парень отложил карандаш в сторону. Все еще находясь в неадекватном состоянии, Семен подошел к зеркалу и поднес руку к скуле, на которой красовался фиолетовый подтек. - Что ты делаешь, придурок..? - Прошептал он собственному отражению. - Ну что, полегчало, идиот? - Сказал парень уже громче и горькая улыбка тронула его губы. Семен развернулся и сполз вниз по стенке шкафа. Это был далеко не первый раз, когда Семен становился жертвой жестоких побоев. Наверное, можно было бы сказать, что парень уже привык к этому, только вот вряд ли к такому вообще можно привыкнут. Он лишь пытался не попадаться лишний раз матери на глаза, догадываясь, как сильно огорчит ее внешний вид сына. Закрывался в своей комнате и старался выходить оттуда только в случае крайней необходимости. Поэтому Семен даже немного обрадовался, когда женщина попросила его купить муку и сахар. Парень незаметно проскользнул в коридор и вышел на улицу. Идя мимо сквера по темной улице, Семен покосился на памятник, который виднелся среди деревьев. Внезапно парень свернул с привычного маршрута и направился в сторону каменной фигуры. Сквер завораживал, редкие фонари освещали лишь небольшое пространство вокруг, из-за чего тропинки казались какими-то неестественными и даже сказочными. В такое время народу тут практически не было, не считая нескольких бабушек спешивших домой. Остановившись рядом с какой-то скамейкой Семен поднял лицо к небу. Красивый полумесяц приковал к себе внимание парня и он попытался вспомнить, как же мама учила его определять фазу луны. Он уже поднял палец вверх, ведомый любопытством, но в этот момент услышал громкий писк, больше похожий на вой. Парень резко повернулся на звук. Только сейчас он заметил небольшую компанию подростков, которые смеясь и улюлюкая окружали что-то. Семен с ужасом понял, что этим чем-то, а точнее кем-то был маленький бездомный щенок. Один из мальчиков поднял с земли палку и медленно направился к беспомощному животному. Остальные одобрительно загудели, поддерживая главаря. Семен онемел. Он понимал, что просто обязан сделать хоть что-то. Дети были явно младше него (лет 15, не больше), но их было пятеро, а он один. Парень попытался сделать шаг, но руку пронзила фантомная боль, будто напоминая о недавнем происшествии. Отчаяние медленно накрывало Семена. И вот, когда он уже был готов сдаться, видя, как подросток заносит палку над поскуливающим щенком, что-то промелькнуло мимо него. Знакомая фигура мгновенно оказалась рядом с обидчиком. - Вы что творите, кретины?! Послышался удар, парень с палкой отлетел в сторону. Подростки с криком кинулись врассыпную. В шоке Семен смотрел не отрываясь на знакомый силуэт. Наблюдал за тем, как Ярослав подходит к испуганному животному и аккуратно берет его на руки. Успокаивая собачонку, кудрявый парень повернулся и заметил одноклассника, который так и стоял, уставившись на него своими огромными синими глазами. Поняв, что его заметили, Семен вздрогнул и, поспешно натянув капюшон, пошел быстрым шагом в сторону магазина. По дороге домой Семена разрывали противоречивые чувства. С одной стороны, он чувствовал неприязнь к Соколову, но после случившегося просто не мог на него злиться. Парень прекрасно понимал, что если бы не Слава, то он бы винил себя в произошедшем всю оставшуюся жизнь. Чувство вины и так захлестывало парня постоянно. Семен и без того ненавидел себя за слабость и беспомощность. Если бы Слава не успел, кто знает, что стало бы с его непутевым одноклассником... В тот момент Семен почувствовал невероятное облегчение. И благодарность..? Да, благодарность. Он твердо решил для себя, что простит хулигану все его выходки. С этой мыслью он подошел к дверям своей квартиры.