И не зря

      Чёртов будильник в «отличное» утро понедельника. Красотища, не находите? Особенно утро шикарное в доме Скумбрии, которая готовит завтрак, судя по всему, ибо в квартире пахнет кофе и яичницей. Встав с кровати и зевнув, я поплёлся в душ, прихватив с собой одежду. Надо же как-то привести себя в порядок.       Н-да уж, отражение в зеркале ванной ясно даёт понять, что хозяин идиот, который заснул в четыре утра, когда в шесть вставать на работу. Кто это? Правильно, Накахара Чуя собственной персоной. Из-за этой Портовой Мафии я полночи не мог глаз сомкнуть. Что им от меня понадобилось? Аа, к чёрту укладку, пойду с петухом на голове!       Уже выйдя из ванной после утренних процедур, я зашёл на кухню, увидев там Дазая, который спокойно сидит и пьёт кофе, одновременно с этим поедая яичницу. Твою мать, за что мне такое наказание? Надо бы сообщить сегодня Фукудзаве о случившемся. Сев за стол, я принялся за свою порцию. Голову всё так же занимало вчерашнее приключение. После пяти минут мой взгляд уловил взор Осаму, смотрящего прямо на мои ключицы. Ну, да, точно, я же не застегнул рубашку, но! — Это не повод таращиться на меня, извращённая скумбрия, — брюнет перевёл свои карие глазюки на моё лицо. — А что, нельзя? Между прочим, ты очень сильно похож на девушку, а я, знаешь ли… — мой глаз снова получил свою порцию нервного тика. Даже дослушивать не хочу. — Иди на хуй, король суицида, — встав из-за стола и прихватив с собой кружку с кофе, я умчался в комнату, которую мне выделила эта рыба. — И чтобы ты знал, я тебя ненавижу!       Сказал я за порогом кухни спиной к Дазаю. А ты, сука, попробуй сказать это ему в лицо! Все эти семь лет с той самой ебучей встречи мою голову занимал брюнет-суицидник по имени Дазай Осаму. Конечно, но не скажу, что он мне нравится, нет, просто… а, хотя, похуй, сейчас важно другое — узнать что-нибудь о Портовой Мафии. Благо я вчера захватил свой ноутбук.       Спать хотелось жутко, но, надо попить кофе и пойти на работу. Глаза всё никак не хотели открываться. Блядь, хоть в пору зубочистки вставляй. Надеюсь, после кофе мой организм хоть чуточку проснётся. Так, нужно проверить почту. Что тут у нас? Одно сообщение от Танизаки, одно от Куникиды и одно от Ацуши.       Накаджима Ацуши: Чуя, Фукудзава просит сегодня тебя зайти к нему. Он что-то выяснил насчёт того порта, который ты должен был проверить. 6:00       Накахара Чуя: Хорошо, Ацуши, я тебя понял. Передай Директору, что после обеда я обязательно его навещу. 6:14       Далее, Танизаки. Странная личность, на пару с Наоми. Говорят, что брат и сестра, но Наоми иногда такое вытворяет, прям на работе, что… их сложно назвать родственниками. Скорее парочка. Ладно, что там от него?       Джуничиро Танизаки: Доброе утро, Чуя. Я тут кое-что нарыл насчёт того порта. Так писать долго, подойдёшь ко мне, заберёшь распечатки? 6:03       Накахара Чуя: Да, конечно. Спасибо, Танизаки. Подойду сразу, как приду на работу. 6:17       Фукудзава что-то нарыл, Танизаки что-то нарыл… Надеюсь, не одно и то же, а то мне в лом выслушивать от двух людей одно и тоже. Уже сидя на подоконнике в комнате, — благо у Дазая они были широкие, что можно сесть, — я распахнул окно, закурив. Н-да, случается это в редких случаях, но случается. В основном, когда переживаю или ещё что.       Наверное, больше всего меня сейчас пробивает на дрожь то, что меня ищет Портовая Мафия. В комнату зашёл Дазай, усевшись рядом со мной и поставив на подоконник два стакана виски со льдом. Моя бровь поползла вверх. Меня убедили, что ничего страшного в этом нет. Хотя… от одного стаканчика не пропадёт. Так, что там с… Куникидой.       Доппо Куникида: Чуя, что бы сегодня ни случилось, приведи Дазая на работу! Даже если он суициднулся, притащи труп! Спокойной ночи. 01:27       Накахара Чуя: Понял тебя, Куникида. Даже в зажаренном состоянии эта Скумбрия посетит сегодня Агенство. До встречи на работе. 6:35       Ещё раз зевнув, я залпом осушил стакан и, докурив, слез с подоконника, направившись к шкафу. Одеться-то надо. Только я подошёл к шкафу, как позади меня нависла тень, закрывая все пути отступления. Я развернулся к нему, подняв взгляд, тем самым смотря в карие очи. Моё лицо не выражало ничего, кроме вопросов. Он был один, но огромный: какого хуя происходит? — Чу~я, — моя левая бровь поползла вверх, — так как ты теперь живёшь со мной, некоторые обязанности по дому переходят к тебе, — рука этого тунца оказалась на моей талии. — И это не обсуждается, — скинув руку скумбрии с себя, я снова развернулся к шкафу. — Съебись с глаз моих, пожалуйста, — Дазай ухмыльнулся, но ушёл.       Ещё чего. Нет, я, конечно, не против, потому что мне будет казаться, что я здесь нахлебник, если ни хуя делать не буду, но… блядь, короче, надо собираться, а то время семь, а до работы ехать сорок минут. В следующую секунду мои глаза округлились от фразы Осаму: — Слушай, дорогая, готовишь сегодня ты!       ДорогАЯ. Твою мать, я баба что ли?! Если бы не имущество чужое, его шкаф превратился бы в щепки. Мразь суицидальная! — Дазай, сдохни, тварина! — послал я в ответку. Не буду я ему ничего готовить. Пусть вон, что найдёт, то и жрёт. — Я тоже тебя люблю, солнышко. И я пошёл, не то опоздаю.       Кулаки зачесались после этого въебенить по наглой роже! Осаму, я клянусь, я убью тебя когда-нибудь…