И не зря

      Итак, сегодня среда. Сейчас три часа дня. Все дела по дому сделаны. Дазай творит какую-то херню, пристально глазея на кактус, а я… А что я. Я сейчас усну. Скука смертная. Не думал, что не работать, это так тяжко. Вроде бы казалось, что такого, мини-отпуск, но нет. Ощущение такое, что в пятницу придём на собрание, и тебе скажут: ты уволен за невыход.       Хотя, есть один плюс. За полгода рутины отдохну пару недель. Правда, немного портит это то, что я сейчас живу с Дазаем. Удивительно, но за эти три дня он не пытался покончить с собой, как это обычно происходит. Наверное, знает, что после такого последуют люли от Чуи Накахары. Покончив гляделки с кактусом, Осаму убежал в сторону кухни. Зачем, непонятно, но мне же лучше. Не будет поклоняться зелёным, игольчатым растениям.       Преспокойно начав читать книгу, я увидел, как брюнет поставил на журнальный столик около дивана, два бокала. Моя бровь поползла вверх при виде всей картины. Что происходит? У нас какой-то праздник? Хотя, я и не против, но всё равно. Буквально ещё через минуту Осаму притащил бутылку дорогого вина, вскрыв оную и разлив по бокалам. — И в честь чего такой… банкет? — я решил-таки поинтересоваться. Дазай ухмыльнулся, стукнувшись бокалами. — Хм, а ты не помнишь? Именно в этот день… ты первый раз меня пнул.       Гх, нашёл, что вспомнить. Или он имеет ввиду вытащил из-под колёс? Ну, да, я об этом сейчас жалею, супер сильно. Хоть и не отрицаю того факта, что мы с ним лучшие в Агентстве, даже когда Осаму иногда вытворяет ерунду.       Пребывая в своих мыслях, я не заметил, как Дазай приблизился ко мне, положив свою руку на мою щеку. Не знаю, почему, но сейчас меня завлекли эти карие глаза, в которых невозможно было что-то прочитать. Слишком сильно этот парень был закрыт в себе. Единственное, что по нему всегда можно прочесть — это попытки суицида, что-то другое — никогда.       Летая в своих мозгах, я даже не заметил, как начал отвечать на поцелуй, которым только что меня наградили. Мне хотелось оттолкнуть кареглазку, зарядить пощёчину, чтобы так больше не делал, но что-то меня останавливало. Когда же Дазай поцелуями перешёл на мою шею, тут моя психическая натура взяла верх. Я оттолкнул ногой Осаму, смотря на него уже помутневшим взглядом. — Зачем ты это делаешь? — спросил я, посмотрев на цветок, что стоял около книжного шкафа. Чуя, ты дебил, нашёл, что спросить. — Чуя, знаешь, все эти семь лет… с того дня, я ни на миг не мог забыть твою моську. Она будто въелась в мою память. Я, может быть, и пытаюсь сейчас убиться где-нибудь, но… только потому, что знаю, что ты будешь рядом.       Н-дя, вот это новость. Правда, мне мои мозги не дадут признаться в том же самом. Тряхнув головой, я встал с дивана, пройдя в коридор. Накинув плащ и шляпу, взяв ключи с гвоздика, я собрался уже выйти из квартиры, как меня окликнули: — Чу, ты куда? — Пойду, прогуляюсь, или уже нельзя? — огрызнулся я, хотя, с чего бы это? — Тебя же ищут, вдруг попадёшься? — я повернулся к входной двери, открывая оную. — Поймают, значит так тому и быть.       С этими словами я скрылся за дверью, чтобы не видеть обречённый взгляд Осаму. Что это, мать твою, было? Ещё скажите, что мне намекнули на любовь, птичек, бабочек и всякую романтическую херню. Или это уже я брежу и… Да нет, Накахара, ты сбрендил, раз так думаешь. И в его словах… обычное же предложение, верно? Я вздохнул. Ксо! Я уже не знаю, что и думать, особенно после его поцелуев.       Быстрым шагом я дошёл до парка, в котором в детстве часто гулял. Не думал, что это рядом с домом Осаму. Смотря в землю и думая о своём, я не заметил, как с кем-то столкнулся. — Извиняюсь, — пробормотал я, поправив шляпу. — Накахара… Чуя… — чёрт. — Ты-то мне и нужен.       Повернувшись в сторону говорившего, я увидел перед собой парня примерно моего возраста, брюнета, но концы прядей, обрамляющих лицо, были белыми. Похоже, мне не избежать своей участи, да? Насколько я помню, это Акутагава Рюноске. Фукудзава говорил в понедельник, что ему на глаза попадаться не стоит. Что ж, я, кажется, влип, да?