cradles

Оксана любила развлекаться. А ещё она не любила расстраиваться по мелочам. С чего бы, и в правду, грустит, когда ты единственная любимая дочка богатого волшебника? Когда один взгляд, искрящихся зелёным цветом глаз, заставлял всех покорно отпускать голову? Оксана не была доброй, но умела играть достаточно, чтобы никто о её тщеславнлой натуре не прознал. Да никому это и не надо было, ведь себя дороже, докапываться до девы, которую уже можно в богини возводить. У неё была власть. Она всегда была на первом месте, везде, где бы не оказалась. В её венах текла магия, золотыми нитями окутывающая её каждый раз, когда кто-то угрожал ей. Её называли ангелом, божьим даром. Но за золотым блеском редко кому удавалось замечать тьму в пустых и кукольных глазах. Оксана надевала тяжелое колье и привычное чёрное платье. Замуж за богатого старика она вышла тоже в нём. Закаты и рассветы сменяли друг-друга бесконечное количество раз. Оксана не обращала внимания на подобные мелочи. Если только это не мелочи вроде жемчужных серёжек, конечно же. — Сказкам привычно заканчиваться, — говорит ей Смерть, мило улыбаясь. — Уже? Я даже не заслуживаю долго и счастливо? — Оксана подходит ближе, протягивает руки к мягким белоснежным волосам и оставляет короткий поцелуй на холодных губах. — Смерть обычно не так приветствуют, — она смеётся и целует в ответ. Смерть любит повеселиться не меньше самой Оксаны. Ей нравятся такие, как она. С ними не заскучаешь обычно, да и день не кажется виниловой пластинкой, вот уже сколько лет стоящей на повторе. Поэтому, когда Оксана сообщает о беременности, Смерть лишь лукаво улыбается, нежно касаясь плеча любимицы. — Как насчёт развеять нашу скуку маленькой сделкой? Оксана соглашается.

***

— Здравствуй. Не хочешь поиграть? — говорит Смерть шестилетней Анне, протягивая чёрную лилию.