За стёклами очков

Осаму вымотался за два дня беготни. Запретная зона буквально взорвалась воинами триона. В течение дня врата открывались шесть раз, пропуская шустрых мармодов. Риндо пропадал в генштабе, обсуждая с командованием ситуацию. Команды усилили патруль, взяли под наблюдение всю территорию, продолжая дежурить ночью. К утру было объявлено, что врат больше не будет. Объяснили это тем, что мимо проходящая планетарная нация пыталась разведать, можно ли здесь чем-нибудь поживиться. В свете того, что все воины триона были быстро уничтожены, видимо, наверы решили поискать добычу послабее. Команды дежурили ещё почти сутки, сменяя друг друга каждые четыре часа, чтобы всем дать передохнуть. Микадо был оповещён о вероятности возникновения врат. Стоило представить, сколько людей разом вспомнило о стоящей в центре запретной зоны Границе. - Интересно, генштаб сумел договориться с нашими гостями? – вслух размышлял Юма, шагая вдоль заграждения. - Я думаю, это они помогли выяснить причину нападений и срок, когда они закончатся, - предположила Чика. - Реплика тоже так думает, - поддержал Юма. – Похоже, генштаб больше не доверяет ему. Генштаб ни разу не обратился к Реплике за сведениями, предпочёл представителей Афтократора, как раз тех, кто и вернул Реплику обратно. - Я так не думаю, - высказал предположение Осаму. - Прошло совсем мало времени. Они просто отвыкли искать сведения у него. Ты устала, Чика? – ещё Осаму беспокоился о ней. Она совсем ещё девочка. Не может быть, чтобы двое суток на ногах практически без перерыва не оставили своего следа. - Немножко, - она не казалась уставшей. - Если уж у Чики заметно сократился запас триона, то тебе, должно быть, совсем худо, - посочувствовал Юма. – Осталось дождаться распоряжения начальника Риндо, чтобы пойти домой. - Юма, а ты? – Осаму заботился о них обоих, не думая о себе. Совсем не думать не получалось, ибо усталость заползала во все мысли и мешала сосредоточиться. Он даже начинал видеть чёрные и красные круги, когда закрывал глаза. Его трионовое тело настолько ослабло, что он не смог бы создать ни единой пули метеора. - Я привык сражаться. Да и спать мне не надо, - Юма держался бодрячком. Кажется, Осаму приписывал им своё состояние. Он вздохнул, в очередной раз сравнивая возможности. Даже Чика, самая младшая из них, была куда сильнее. - Эй, Юма, Чика, Очкарик! – окликнул их Джин Юичи. - Джин! – возрадовался Осаму. Видеть Джина Юичи в момент, когда всё становилось плохо, было похоже на чудесное избавление. Если в игру вступал Джин Юичи, значит, она переходила на новый уровень, где обычным агентам вроде Осаму делать было нечего. - Хорошая работа, - Юичи остановился перед ними, растрепал шевелюру Юмы, похлопал Осаму по плечу и широко улыбнулся Чике. – Босс велел передать, что вы можете отправляться на заслуженный отдых. Доберётесь сами? - Да, конечно, - Осаму не думал себя жалеть, но обнаружил, что воспрянул духом от доброй вести. Сил сразу поубавилось вдвое. Он готов был свалиться прямо здесь и хотя бы отдышаться. – Я провожу Чику. - Юма, мы с тобой ещё раз пройдёмся по периметру, не против? – Юичи, как и остальные ребята, не щадил себя и выглядел бодрым. Осаму поправил очки на переносице. - Нам явиться к очередному дежурству? Завтра с утра? – уточнил он. - Нет, завтра можете отдыхать. Мы кого-нибудь найдём для охраны наших гостей, - заверил Юичи. – Идём, Юма, у нас ещё полно дел. - А, ну ладно, - Осаму стало неловко. Юичи с Юмой будут продолжать работать, а он вернётся домой. - Пока, Осаму. Пока, Чика, - Юма помахал на прощанье рукой, и они с Юичи скрылись за большим обломком здания. После любого вторжения запретная зона обрастала руинами. Если бы их оставляли на месте, территория давно превратилась бы в непроходимые развалины. Агенты занимались ещё и уборкой. Наверняка Юма после всей проделанной работы займётся именно ей. А он работал больше, чем Осаму с Чикой вместе взятые. У него тоже не бесконечный запас триона. Однако Юма правда не проявлял никаких признаков усталости. - Наверно, это потому, что он ветеран настоящей войны, - тихонько, перед собой обронил Осаму. Ещё потому, что тело Юмы питал чёрный триггер, но он не сказал об этом вслух - Ты говоришь о Юме? - Чика кротко стояла рядом в ожидании любого распоряжения. Если бы ей велели вернуться к работе, она бы так и сделала. Она бы изматывала себя, пока не закончится весь трион и её тело не трансформируется обратно. Осаму только подумал о мягких матах на кушетках, куда попадали проигравшие во время вторжений агенты. Они были куда мягче, чем в тренировочных кабинках. С запозданием Осаму подумал о Хайрэйне. Уж не во время ли такого жёсткого приземления он повредил левый рог? Он отмахнулся от образа Хайрэйна. Будет ещё возможность встретиться с ним. Осаму пообещал помочь уладить мелкие конфликты, правда, не представлял как и с чего вообще начать. Он становился как бы связным между генштабом и наверами. - Юма выносливее нас с тобой, - подытожил Осаму с запозданием. - Пойдём домой. - Ага, - она кивнула. Микадо встретил их суетой. Утро давно кончилось, скоро полдень. Они с Чикой трансформировались в физические тела, чтобы не привлекать внимания прохожих. Стало труднее, потому что слабость тела расползалась и на мысли. Усталость сковывала изнутри, охватывал озноб, веки сами собой опускались, а в желудке завывали муссонные бури. Осаму было холодно, видимо, из-за недосыпа и мрачной погоды. День выдался пасмурным, дул влажный ветер, который наверняка пригонит дождь. Тем не менее, он нашёл в себе упрямства проводить Чику и убедиться, что она собирается отдыхать. Ни о какой школе не могло быть и речи. Граница заранее предупредила все учебные заведения о призыве агентов. Осаму вернётся в класс героем. Товарищи снова будут обсуждать его подвиги и гордиться тем, что учатся в одном классе с агентом Границы. Осаму ничего этого не заслужил. Ему было неловко выслушивать похвалы, потому что большинство работы за него делали другие. Юма не слишком задумывался о словах ребят. Казалось, ему всё равно, что думают о нём самом, но он с энтузиазмом поддерживал хорошие отзывы об Осаму. Юма всегда поддерживал его, чуть ли не с момента их встречи. Дома никого не было. Мама оставила еду на столе и записку, прося подогреть. Осаму почти набросился на холодный обед, считая, что сил на подогрев у него уже не хватит, да и желудок окончательно сгрызёт все внутренности. Посуду он помыл сразу же. После еды стало немного получше, зато накатила новая волна сонливости. Он даже не умылся, как был во всём, так и плюхнулся на кровать поверх покрывала, лицом вперёд. Только когда дышать стало трудно, он повозил носом по подушке и повернул голову. Ответственность не давала ему покоя, хотя казалось, будто он заснёт сразу же, как окажется в горизонтальном положении. Он сел, пригладил волосы и достал коммуникатор. Он должен что-нибудь сказать. Если сейчас промолчит, Хайрэйн рассердится и выдумает очередное требование для генштаба. Осаму отмахнулся от этой нелепицы. Хайрэйн не капризный ребёнок и не станет выставлять свои обиды напоказ. Если он что-то делает, то не назло, а по необходимости. Просто так получилось, что необходимость у генштаба и наверов разная. Он не нажал набор. Вместо этого повозил раскрытыми ладонями по лицу и на пробу позвал: - Мира-сан. Она открыла портал целиком, показывая часть корабельного отсека. Осаму почувствовал укол глубоко внутри. Так значит Хайрэйн не согласился ограничить триггер Миры. Очень плохо для только что заключённого договора. Мира осталась по ту сторону портала: - Неважно выглядишь, Осаму. Она пришла по первому зову, как добрая фея. Даже если следила, даже если подслушивала, он был ей благодарен, но с разумной точки зрения не одобрял её поступков. - Вы не пошли навстречу генштабу, Мира-сан? - Капитан не хочет ослаблять защиту. - Ослаблять защиту? Но от кого вам защищаться? - Капитан не слишком доверчивый. Это позволяет ему сохранять положение в обществе, поддерживать постоянный статус и заставляет окружающих уважать его. Пока мы не уверены в действиях Границы, мы предпочтём защищаться сами. - Но Граница не собирается на вас нападать, - с твёрдой уверенностью заявил Осаму. – Я могу поручиться за это. - Я передам твои слова капитану, - она не стала спорить, вернулась к изначальному разговору. – Ты исчерпал весь запас триона во время дежурства? - Ну, у меня с самого начала он не был большим, - удручённо сознался Осаму. Разумеется, Мира это отлично знала, но не стала напоминать. - Тебе необходимо восстановить силы. Если хочешь, я могу поделиться с тобой трионом. - Поделиться? Как это? - Ты не знаком с нашими технологиями. Если капитан доверяет тебе, то можно довериться и нам. - Нет, спасибо, Мира-сан, - отказался Осаму только из вежливости, хотя ему очень хотелось избавиться от ощущения опустошённости. Да и чувства усталости бы значительно поубавилось. - Тогда ты должен поспать. - Да, так я и собирался. - Если тебе ещё что-то нужно… - Нет, я просто отдохну. Спасибо. Но скажите, как сейчас обстоят дела с переговорами? - Ты ещё находишь силы интересоваться делами, которые тебя не касаются? – Мира не выказывала нетерпения. Кажется, она даже симпатизировала Осаму. Но ему много кто симпатизировал после вторжения. А всё из-за поступка, который ребята называли чуть ли не героическим, а Хайрэйн – глупым. - Я же живу в этом мире и должен знать, что меня ждёт в будущем. - Подробное обсуждение пунктов договора всегда требует много времени и встречает несогласие. Несогласие Границы состоит в том, что они хотят полностью нас контролировать, забывая, на чьей стороне может оказаться перевес. - Но вы же не собираетесь атаковать. - Нет, не собираемся. Не тогда, когда капитан действительно хочет наладить отношения. Но он не терпит ограничений. И он деликатно пытается напомнить, что Афтократор ещё не миновал тот отрезок пути, когда он станет недосягаем для прямого контакта с Миденом. - Что? Он пытается угрожать? – Осаму почувствовал, как знакомый ком подкатил к горлу. - Разумное напоминание – это не угроза, а предупреждение. С такой же вероятностью каждое предупреждение Границы можно истолковать как угрозу, - Мира придерживалась выбранной позиции – всегда принимать сторону Хайрэйна. Осаму выдохнул перед собой. Наверное, она права. Пока никто не нападает, все разногласия – лишь способ найти компромисс. - Мира-сан, - Осаму решил, что сейчас подходящее время упомянуть о другом аспекте, - я слышал, господин Хайрэйн выступил против охраны. Я понимаю, он может думать об облегчении графиков команд… - Он об этом не думает, - перебила Мира. – Каждый агент – это солдат, обладающий мощным оружием. Солдат обязан нести вахту, даже когда еле стоит на ногах. - Тогда почему же он настаивал? - Потому что Граница делает это не ради охраны, а ради слежки. - Неправда! – запротестовал Осаму. - Охрана нужна при выезде за пределы базы, - объяснил Мира спокойно. – Внутри базы кроме агентов и рабочих Границы никого нет. В чём смысл охраны? Выводы напрашиваются сами собой: Граница делает то, что пытается запретить нам. Капитан давно это заметил, но предпочитал не давать лишних поводов для недовольства. - Потому что у него за спиной не было поддержки? - Это разумное решение. Любой на его месте поступил бы так же. Когда противник превосходит тебя силами, ты подчиняешься его правилам. Когда силы уравниваются, возникает либо конфликт, либо равноправное общение. Граница пытается лишить капитана этого равного права. - Нет! Всё не так! – Осаму вскинулся, забыл об усталости – так важно было отвоевать доброе имя Границы. – Это устав, составленный ещё во время создания Границы. Командование считает необходимым его соблюдение. С точки зрения Границы, именно вы нарушаете правила. - Когда встречаются две совершенно разных нации, логично было бы забыть о привычных правилах и начать искать новые, устроившие бы обе стороны, - Мира изменилась в лице. Она не принимала никаких компромиссов. Она сама стояла за правила Афтократора, ни во что не ставя упомянутый устав. - Но это неправильно – просто тянуть преимущество только на себя и ничего не пытаться изменить, - не уступал и Осаму. – Надо найти общий язык и обсудить общие интересы. - Капитан был прав, утверждая, что ты выделяешься из толпы одинаковых людей. Ты на самом деле всей душой стремишься ослабить прения. Только ты забываешь одну очень существенную деталь, Осаму, - Мира посмотрела вбок, вероятно, на кого-то из появившихся соратников. – Ты ничего не можешь сделать. Наш капитан умный человек. Он не допустит убыточной войны. Сейчас любая затяжная война для Афтократора невыгодна. - Что? Почему? – Осаму растерял боевой запал. – Афтократор же мощнейшая военная держава. Осаму дёрнулся: Афтократор сам ослабляет свои силы, направляя экспедиции во все встречные миры – так сказал навер, с которым сражался Юма во время вторжения, но он не назвал причины. - Я говорю это только потому, что ты не станешь об этом никому рассказывать. Ты ведь не станешь? - Нет, - тут же согласился Осаму. Знал, что потом может пожалеть. Это ценные сведения для Границы, да и для всего мира, а он собирался промолчать из-за обещания, данного наверу. Из-за навера, который тоже может оказаться в опасности, если всё, что сказала Мира – чистая правда. Осаму не знал, что это за чувство: разочарование в себе из-за нерешительности или разумное умолчание, дабы не спровоцировать новый конфликт. Ведь если Граница услышит об ослаблении Афтократора, договор снова перетерпит изменения. Усталость возвращалась. Наверное, это был последний выброс адреналина. Осаму опустил голову, задумался. Ему не нравились мысли, сменяющие привычные опасения. Он больше не хотел прятаться. Наоборот, он хотел немедленно выяснить настроение Хайрэйна. - Ты волнуешься не только о Границе, я ведь права? – догадалась Мира. Вероятно, у Осаму всё на лице было написано. - А? – он поднял на неё взгляд. - Ты всё ещё плохо выглядишь. Тебе надо поспать. Я передам капитану, что ты беспокоился за него. Осаму хотел возразить, но это было правдой. Он так долго общался с Хайрэйном, что привык к нему и начинал ощущать опустошённость от щедро выданной свободы. Всё это из-за утомления, а он уже надумал невесть чего. Он сидел неподвижно, пока не понял, что покачнулся, наполовину провалившись в дрёму. Мира шагнула из врат, но не как пугающий навер с чёрным триггером, который, к тому же, пытался убить Осаму, а как та самая добрая фея. Она не слушала оправданий, она заставила Осаму лечь и накрыла его одеялом, после чего просто стояла над ним: возвышалась и смотрела свысока, а за её спиной колебались края портала, показывая одну и ту же картину – стену в приглушённых холодных тонах, испещрённую микросхемами. Осаму так и не дождался, пока она уйдёт. Закрывая глаза, он видел её мутнеющий силуэт. Сон окутал его мучительным коконом, из которого никак не получалось вырваться. Сон, тесно связанный с реальностью. Мозг продолжал работать, сводя на нет попытки организма отдохнуть. Осаму резко вырвался из тревожного сна, где почти физически ощущал чужое дыхание на своей коже, мягкие, поверхностные прикосновения. Всё казалось настолько реальным, что Осаму резко сел в постели, широко распахнув глаза, и учащённо дышал, обхватывая голову руками. - Не может быть, - произнёс он в колени. Голос прозвучал с хрипотцой. Осаму прокашлялся, ощущая, как освобождается горло. За окном ещё стояла глубокая ночь, а сна уже не осталось ни в одном глазу. Он не верил, что мог увидеть такой сон. Сны – это мысли, преображённые в картинку подсознанием. Осаму думал о Хайрэйне так часто, что запомнил все его прикосновения. И прямо сейчас всё это повторялось, только не наяву. Каждый его жест, каждый его взгляд, каждая перемена выражения лица. А на теле словно остались свежие ощущения от его поглаживаний. Осаму вспомнил, каким видел его в последний раз: грозным, величественным, смотрящим через плечо. Даже излагая требования, он всё равно нашёл время позаботиться об Осаму и всей его команде. Джин Юичи предупреждал, что Хайрэйн готов ради Осаму на что-то, противоречащее его положению. Все предсказания сбывались. Значит, возможно и то, где Осаму покинет Землю на корабле, который сейчас стоит на приколе на орбите. Он отчаянно замотал головой и не останавливался, пока не утратил чувства равновесия, покачнулся и вынужден был упереться в кровать одной рукой, чтобы не упасть. Голова немного просветлела, но страх, поселившийся в ней после сна, никуда не исчез. Осаму был обречён на мучения, пока Афтократор не отчалит к себе на Родину. Спать больше не хотелось. У Осаму и помимо обязанностей агента Границы было много дел. Он пропустил контрольную в школе, несколько тестов и два зачёта. Он не участвовал в фестивале и ежегодном субботнике. Никто не обвинял его в потере интереса к школьной жизни, потому что люди уважали Границу и благосклонно относились к агентам, какой бы категории они ни были. А когда в СМИ было объявлено о переговорах с наверами, даже учителя перед уроками говорили, что Осаму с Юмой могут уйти без предупреждения, если будет необходимо. Осаму включил компьютер и принялся изучать школьное расписание. С утра он намеревался восполнить пробелы и рьяно взялся за повторение тем. - Капитан, - Мира создала портал прямо в апартаментах, шагнула из него, не дожидаясь приглашения. - В чём дело, Мира? – Хайрэйн отвлёкся от официальных записей. Общаться с командованием Границы стало труднее. Казалось, что из-за угрозы повторного нападения они не решались сделать первый шаг к настоящему договору. Всё держалось только на терпении, но оно уже подходило к концу. - Этот мальчик, Микумо Осаму… - Что с ним? Он ранен? - Нет. Я просто хотела поговорить о нём. Хайрэйн отложил все дела в сторону, поднялся навстречу: - Что ты хочешь узнать? - Нам правда необходимо забрать его с собой? Он выглядел сегодня не очень хорошо. И я думаю, что не только из-за патрулирования. На него давят обе стороны. Он растерян и может сломаться. Тогда из него не выйдет толка. - Мне не нужен ещё один солдат. Я хочу сам воспитать его. Присмотри за ним ещё немного. Мы скоро отбываем. - Он не собирается убегать, - покачала головой Мира. – В нём нет боевого потенциала, даже если пересадить ему рецепторы. У него нет шанса занять высокий пост в Афтократоре. У него нет даже уверенности в будущем. Хайрэйн не стал объяснять. Он не удостоил Миру даже ответом, вернулся к особо сложному пункту договора, над которым они бились уже не первый день. Слишком много белых дыр и неточностей. Хайрэйну не нужен был потенциал или высокое положение Осаму. Ему нужен был он сам. Период, в течение которого он встретил его лишь раз во время дежурства, заполнялся только недовольством. То, что происходило сейчас, даже рутиной нельзя назвать. Это был ряд напряжённых боёв, где всё решается не противостоянием триггеров, а спорами за столом. Хайрэйн размышлял над тем, стал бы он терять это драгоценное время в тяжёлый для Афтократора период, если бы не пошёл за своими желаниями. Однако оставалось ещё кое-что очень важное – обещание Мидена помочь с поисками. Это важнейший пункт. На нём стоило сосредоточиться, а всё остальное могло решиться по ходу или позже. Он не желал возвращать похищенных птенцов, однако, если получится добиться поставленной цели, скупиться точно нельзя. К тому же, этим самым он мог добиться сразу двух целей: дать новую жизнь планете, тем самым возвысив и свой статус, и смягчить упёртость людей из Границы, тогда с ними будет проще вести дела. - Капитан, - Мира не ушла, - если это так для вас важно, я могу прямо сейчас забрать его к нам на корабль – и мы можем вернуться. Время играет против нас. Скоро путь домой будет занимать вдвое больше времени. - Мне это хорошо известно, - Хайрэйн всё-таки отказался от записей, оставил их в покое, громко стукнул крышкой ноутбука и натолкнулся на тишину. Мира терпеливо ждала его решения. Она была права: стоило поторопиться с окончательным решением. Но если он сейчас заберёт Осаму, нарушит один из основных пунктов договора – не похищать людей Мидена. – Хорошо, мы решим все вопросы в течение трёх дней. Он глянул на время: ещё глубокая ночь. - Он дома или в Тамакоме? - Дома, капитан. Насколько я знаю, он сейчас спит. Я лично убедилась в этом, когда уходила. - Перенеси меня туда. - Вы хотите сознательно нарушить запрет? - Миден накладывает слишком много запретов. В Афтократоре они давно получили бы отпор. Мира не стала спорить, открыла другой портал и дождалась, пока Хайрэйн ступит в него. Он остановился посреди тёмной комнаты, куда меньше в размерах, чем его апартаменты, любезно предоставленные Границей, и, не оборачиваясь, отдал распоряжение: - Закрой портал. Я позову тебя. - Хорошо, капитан, - она подчинилась. Хайрэйн постоял над спящим, приоткрывшим рот и шумно сопящим Осаму. Даже таким он выглядел по-особенному. Хайрэйн осторожно, чтобы не потревожить его сна, присел на краешек кровати, принялся поглаживать его торчащее из-под одеяла плечо, сдвигая одеяло вниз, лаская всё новые и новые участки его тела сквозь плотную ткань одежды – не нашёл времени даже переодеться после школы день или два назад, всё это время проводя в трионовом теле. Осаму заворочался во сне. Показалось, что он вот-вот проснётся, а он продолжал спать, только повернулся на спину. Хайрэйн рассматривал каждую складочку на его одежде, подумал снять хотя бы пиджак и развязать галстук, но не стал этого делать. Он не собирался афишировать своего присутствия в его комнате и тем более пугать резко вырвавшегося из сна парнишку своим вторжением. Хайрэйн наклонился над его лицом, пригладил чёлку назад, долго рассматривая его погружённое во мрак лицо, потом легонько коснулся его кончиками пальцев, погладил обе губы вместе, вынуждая его разомкнуть их, потом привёл по верхней губе, затем по нижней, испытывая чувство преступной вседозволенности, отдающего тревожным щемящим ожиданием где-то глубоко внутри: в груди, в животе, в голове – везде одновременно. Только прикосновение, с помощью которого удалось вырваться из рутины многочисленных мелких конфликтов. За эти оставшиеся три дня предстояло заставить Осаму дать согласие на вылет. Граница не сможет препятствовать. У них не осталось никаких доводов. Они не желали увидеть трионовую армию на улицах города, а значит у них не было выбора. Показалось, будто Осаму вырывается из сна. Его глаза под веками забегали быстрее, из груди вырвался едва слышный стон. Хайрэйн натянул одеяло ему до подбородка и позвал: - Мира. Она не произнесла ни слова. Она открыла портал и отступила глубь корабля. Напоследок Хайрэйн задержался перед входом, рассматривая Осаму, снова повернувшегося во сне, вытащившего дну руку из-под одеяла, крепко сжимая пальцы на подушке. - Мы уходим, - распорядился он, больше не оглядываясь. Портал за ним закрылся. Оставалось ещё одно важное дело – рецептор триона. Два сеанса прошли успешно. Третий мог избавить Хайрэйна от прямого медицинского вмешательства непосредственно в Афтократоре. - Наблюдай за ним, - подтвердил он распоряжение. – Если он всё же захочет спрятаться, направь его прямо ко мне. - Да, капитан. Но вы ведь не думаете, что он спрячется. Хайрэйн так не думал. Осаму не раз доказал, что не собирается бояться грядущего. Он умел то, чему другие учились годами: он умел противостоять собственному страху. Осаму остановился в коридоре, едва вышел из-за угла. Прямо на него смотрело четыре пары глаз. Он ожидал привычной охраны, но не думал, что придётся столкнуться нос к носу с Мивой Шуджи, который вынужден был сделать над собой усилие и заставить всю команду защищать не только Хайрэйна, но и Осаму. Шуджи выглядел крайне недружелюбно. Он предпочёл проигнорировать явившегося, отвернулся, однако, его пальцы собрались в кулаки от почти ощутимой ярости. - Это же Очкарик! – воскликнул Йоске, ступая навстречу. Шохей присоединился к нему, отрапортовал словно перед старшим и поприветствовал более сдержанно. Осаму смутился такого тёплого приёма. Он был младше и, тем более, не превосходил ребят силами. - Здравствуйте. Сегодня ваша очередь? – бестолково спросил он. Нарасака Тору тоже выступил вперёд, но не спешил показывать энтузиазма, ограничился обычными «привет». Осаму не мог просто пройти мимо, получить индивидуальное приглашение в апартаменты и торжественно туда войти, сопровождаемый самим господином Хайрэйном. Он понимал, как этот жест будет выглядеть в глазах капитана Мивы. - Пришёл, так проходи, - сквозь зубы поторопил он. - Да, - Осаму поспешно шагнул вперёд, чуть не столкнувшись лоб в лоб с Йоке и Шохеем. – Простите. - Кому тут нужны твои извинения? – Шуджи не стеснялся проявлять враждебность. Всё произошедшее явно не добавило ему симпатии ни к Тамакоме, ни к Осаму в частности. Особенно к нему. - Эй, полегче, Шуджи, - Йоске не поддался негативным эмоциям. – Он как-никак наш ключик к переговорам с наверами. - Мне плевать на переговоры. - Плевать? – Йоске не отстал. Наоборот, подошёл к своему капитану, что выглядело весьма скверно с точки зрения Осаму, и развёл руками у него перед носом. – А как же твои слова, что мы обязаны защищать людей от наверов, но для этого придётся защищать самих наверов. - Просил же заткнуться, - Шуджи оттолкнул его руку, оказавшуюся совсем близко от его лица, отклеился от стены двинулся по коридору. Осаму посторонился, забывая, что Шуджи не мог покинуть свой пост. Некоторые команды относились с дежурству под дверью с юмором, некоторые – даже немного халатно, позволяя членам команды время от времени заниматься своими делами. Команда Мивы выполняла свой долг всегда с полной ответственностью и полным составом. - Чего встал? – Шуджи не повернул головы в сторону Осаму, покосился, как любил делать Хайрэйн. - Прости, - повторил Осаму и отступил ещё на шаг в сторону. - Разве я просил тебя отодвигаться? Иди за мной. - Шуджи, ты там помягче с ним, – произнёс напутствие Тору, возвращаясь на прежнюю позицию. – Нам перед командующим Кидо отчитываться. - Знаю, - не оставил его реплику без ответа Шуджи. Кажется, позитивный настрой Йоске только раздражал его, а холодная рассудительность Тору приводила в чувство. Шохей благоразумно помалкивал, не желая попасть под раздачу. Осаму шёл за Шуджи на некотором расстоянии, опустил взгляд в пол. Он не знал, что сказать и как объясниться, чтобы не вызвать ответной грубости. Он мог бы часами распинаться о важности работы посредника. Только всё, что касалось наверов, у Шуджи вызывало приступ гнева. Они остановились далеко за поворотом, возле автомата с напитками. Шуджи сунул монетку в щель и долго выбирал, пока не остановился на зелёной баночке с жёлтым узором. Осаму тоже захотел пить на него глядя, однако, не стал ничего покупать, остался на месте. - Командующий Кидо велел передать тебе, если ты появишься, чтобы держался настороже, - сообщил Шуджи совсем не то, чего Осаму ожидал услышать. Он даже слегка удивился, не встретив обвинения или упрёка. Но всё это Шуджи вполне мог сказать и при товарищах. - Спасибо, - поблагодарил Осаму. Он никак не мог выбрать нужную линию поведения с этим человеком. – На это есть какие-то основания? - Навер теряет терпение, как и все мы, - Шуджи снова скосил глаза в его сторону. – И мы знаем, чего от него можно ожидать. Ты не справишься с ним, даже если он будет использовать штабной триггер вместо чёрного. Осаму снова опустил голову. Это было правдой. Юма упоминал, что Хайрэйн не постеснялся оснастить триггер разрушительной силой. Даже не обладая никаким опытом в использовании обычного триггера, он вырвал у Юмы ничью в одном из трёх раундов. А Юма уже не первый день тренируется и делает скорые успехи. Тем более, Хайрэйн выбрал универсальный триггер, что гораздо сложнее, особенно на первых порах. - Да, я знаю, - сознался Осаму. - Знаешь, и всё равно лезешь в его логово? Ты совсем дурной? - Я делаю это не ради того, чтобы продемонстрировать свою отвагу, - Осаму вскинул уверенный взгляд, ибо сейчас отстаивал правду. – Я тоже волнуюсь из-за переговоров и постоянно слышу жалобы с обеих сторон. - С обеих? – уловил Шуджи основное. Осаму не растерялся, сымпровизировал: - Мы ведь пересекаемся достаточно часто с господином Хайрэйном. Шуджи невольно сжал руку, слегка сминая баночку. Не стоило при нём называть Хайрэйна господином. - Мне можешь не врать, Микумо. Навер не стал бы просто так выполнять капризы обычного агента. Ты что-то выведал о нём, и он боится, что генштаб узнает? - Что? – Осаму удивился. А он-то думал, что вся Граница уже в курсе событий и посмеивается втихомолку. У него, наверное, лицо вытянулось от удивления. - Или ты сам ведёшь какие-нибудь тайные дела с наверами? Тебе мало одного в твоей команде? - Нет, всё совсем не так! - Тогда объясни как. Я не понимаю этой связи. Она не несёт ничего, кроме угрозы. Если ты этого не понимаешь, тебе нечего делать в Границе. - Я сам не до конца понимаю, - принялся выступать Осаму с тем же энтузиазмом, коим чуть раньше блеснул Йоске. – Но если я что-то могу сделать, что-то изменить, чтобы избежать дальнейшей вражды, я сделаю это. - Да, речи толкать ты горазд, - ничуть не поверил в его благие намерения Шуджи, допил содержимое баночки и бросил её в урну, после чего оттолкнулся о стены, которую подпирал, и, ссутулившись, сунув руки в карманы, двинулся к продолговатым столикам, плюхнулся на сиденье перед одним из них и упёрся взглядом в стол. – Готов поверить кому угодно и ни черта не видишь за своими очками. Я бы оставил тебя в штате Границы только для связи с общественностью. Больше ты ни на что не способен. Осаму проводил его взглядом и остался на месте. - Да, я не обладаю нужными навыками, я слабак, но я не пытаюсь ограничиться своим жалким мирком и постоянно жить в нём, - не подумал, как всё сказанное было схоже с миром Шуджи, который только и видел, как уничтожает наверов. Шуджи не вспыхнул. Наверное, понял, что Осаму не имел в виду его, снова косился, не поворачивая головы, так и сидел за столом, только правую руку положил на него, расслабленную, не пытаясь сжимать в кулак. - Ты не знаешь, что принесут наверы в наш мир и пытаешься быть с ними дружелюбным. Тебе только раз стоит ошибиться – и ты просто перестанешь существовать. - Да, я понимаю. И всё же… - Я не смогу ворваться в апартаменты и спасти тебя, даже получив приказ от командующего Кидо, - предупредил Шуджи. – Шёл бы ты подальше и держался на расстоянии, пока наверы не улетят. На миг показалось, что Шуджи на самом деле тревожится за Осаму, но это была лишь иллюзия. Осаму отверг эту мысль. Шуджи делал всё это только потому, что ему претила любая связь человека с навером. И высказав своё предупреждение, он упомянул, что рискует нарушить приказ о защите. - Я буду в порядке, - твёрдо заявил Осаму. - Только не говори, что пытаешься покрывать навера, или я сам с тобой разберусь, когда всё это закончится. Именно тогда приказ командующего Кидо перестанет действовать. Конечно, Шуджи не убьёт Осаму на самом деле, но можно выдумать много изощрённых способов убить в человеке стремление и разрушить все его идеалы. - Я бы таких как ты и близко не подпускал к стенам Границы. Следует ужесточить отбор, проверяя ещё и психические параметры, чтобы избежать сговора с наверами, – завершил свою уничтожительную речь Шуджи. - Но перспективы союза… - Плевать мне на перспективы. Земля – для людей, а не для наверов. Никому из них тут нечего делать, - он больше не косился, смотрел с открытой враждебностью. Осаму и правда гулял по краю, испытывая его терпение. - Я буду осмотрителен. - Ты вообще меня не слушал, Микумо. Наверняка никого не предупредил, что собираешься сделать. Переговоры должны вестись в присутствии глав генштаба, а не наедине. Почему ты молчал, когда попал на совет в прошлый раз? Кто мешал тебе говорить? - Но меня никто не приглашал. - Тебе нужно особое приглашение? Достаточно того, что тебя не выставили за дверь. Мог бы проявить свои чудесные способности по успокоению наверов при свидетелях. Ты не только слабак, но ещё и трус. Удивительно, как ты не сбежал во время вторжения. Всё ради известности? Может, ты ещё тогда сговорился с навером, чтобы тебя слегка ранили и помогли стать героем? - Не говори так! – воспротивился Осаму, утратив терпение, быстро шагнул в его сторону. Лишь на миг Осаму потерял самообладание из-за надуманных обвинений, но Шуджи оказалось достаточно этой вспышки. Он выхватил оружие и направил на цель. Он не пыхал праведным гневом, он хищно улыбался, не предвещая абсолютно ничего хорошего. Наверное, точно так же он смотрел на наверов перед сокрушительным ударом. - Давай, продолжай, - предложил он. - За пределами тренировочных залов запрещено сражаться, - повторил один из пунктов устава Осаму и не сделал попытки защититься, зная, что Шуджи не выстрелит. Он не выстрелил. Он мог бы просто убрать оружие обратно, но между ними открылся портал, являя их общему взору Миру с поднятой на уровень груди рукой, в которой она держала маленький портал, окружённый мелькающими чёрными молниями. Осаму опасался, что она однажды явится при подобных обстоятельствах. Шуджи не ожидал вообще. Он перенаправил оружие на неё. Ситуация грозила превратиться в бойню, из которой никто не выйдет чистеньким. Над договором нависла настоящая угроза, и Мира лишь подстегнула её: - Этот человек пытался напасть на тебя, Осаму? - Нет, он не пытался! – поспешно отреагировал Осаму. - В его руке оружие. Позволь мне самой решать, насколько всё серьёзно. - Не позволю, - Осаму бросился между ними, препятствуя стычке изо всех сил. Шуджи не сидел сложа руки. Ему хватило искры, чтобы в буквальном смысле восстать. Он грубо отпихнул Осаму в сторону и почти в упор нацелил дуло на Миру, пока ещё сдерживаясь, но даже не обладая способностями психолога, несложно было распознать его состояние. - Постойте! – Осаму предпринял ещё одну попытку вмешаться. Шуджи не успел его отпихнуть, потому что вокруг него вырос рой чёрных дыр, готовых превратиться в острые пики и пронзить тело противника насквозь. Дыры отрезали Шуджи отступление: блокировали с боков и сзади, перекрывали сверху, даже спереди. - Шуджи! – из коридора выскочили остальные члены его команды. - Стойте! – почти закричал Осаму. Бегущие замерли. Мира не спешила атаковать, Шуджи не стрелял. Чудовищно-жуткий стоп-кадр из фильма ужасов, после которого убивают либо попавшую в ловушку жертву, либо маньяка. - Стойте, - уже тише повторил Осаму, - давайте всё проясним. Мира-сан, он правда не собирался нападать на меня. Это противоречит правилам Границы. Мива-семпай… - Она несанкционированно использует чёрный триггер, - отрезал он, не меняя положения. - Никто не накладывал запрета на её триггер, - пытался сгладить острые углы Осаму, но осознавал, что мог не справиться один. - Ребят, заканчивайте, а? – тревожился даже Йоске, тогда как Тору и Шохей уже целились в Миру из винтовок. Невыгодная позиция для снайпера. Если Мира решит их атаковать, они могли не успеть уйти с линии удара. Мрачное торжество на лице Шуджи подтверждало, что именно этого шага от наверов он и ждал. Он на самом деле готов был открыть пальбу. И неизвестно, чем всё это могло бы закончиться, если бы не появление Хайрэйна. Видимо, Мира каким-то образом связалась с ним, не произнося ни слова. Обмен информацией у наверов Афтократора куда мобильнее, чем на Земле. - Мира, - одним словом остановил он её. Мира опустила руку, растворяя мини-портал над ладонью в воздухе. Чёрные дыры вокруг Шуджи тотчас же исчезли, снайперы опустили винтовки, отступая в стороны, чтобы пропустить Хайрэйна, надвигающегося как настоящая волна. Шуджи продолжал целиться в Миру. Только бы он не перевёл оружие на Хайрэйна. Откуда-то Осаму точно знал, что для Хайрэйна это будет последней каплей и он ответит. Шуджи приготовился это сделать. Он только ослабил палец на спусковом крючке, как Осаму бросился к нему и поймал всю его руку, обхватывая своей, согнутой в локте, зажимая подмышкой и буквально выдирая пистолет из его пальцев. У него наверняка бы ничего не вышло, если бы Шуджи ожидал этого манёвра. - Хватит! – воспротивился Осаму. – Прекратите! Хайрэйн больше не двигался, стоял, готовый лично вмешаться. - Мира, возвращайся на корабль, - распорядился он. - Слушаюсь, - она, не делая ни шага, вплыла в портал и закрыла его за собой. У Осаму ноги подкосились. Шуджи пришёл в себя раньше него и грубо вырвал свою руку из захвата, потом наклонился за пистолетом и сунул его в кобуру. - Не стой у меня на пути, - он грубо отпихнул Осаму с дороги, шагнув мимо Хайрэйна к своей команде. Всё катилось под откос. Хайрэйн проследил за его отступлением. Команда расступилась перед своим капитаном точно так же, как перед Хайрэйном чуть раньше. Шуджи не ушёл, остановился, ожидая застрявших на месте Хайрэйна и Осаму. Только что их отношения ухудшились ещё больше. Видимо, им не суждено не только поладить, но даже прийти хоть к какому-то намёку на понимание. Шуджи приложил руку к наушнику, подключая обратную связь: - Рэн, соедини меня с командующим Кидо. - Семпай! – Осаму шагнул в его сторону, но сам был остановлен. Хайрэйн не постеснялся при посторонних ухватить его и развернуть к себе. - Ты не ранен? – спросил он самое неожиданное, что мог услышать Осаму в такой момент. - Чего? – отозвался удивлённый Шохей и повторил то, что его так удивило, - «не ранен»? - Ого, а у Очкарика и правда есть туз в рукаве, - поддержал Йоске. – Шуджи, подожди поднимать панику. - Отстань, - Шуджи отмахнулся и ушёл вперёд, оставляя слежку на товарищей. Хайрэйн, наверное, испытал укол страха точно такой же, когда Арганон советника Визы пал от натиска противника. Первой мыслью в таких случаях всегда является худшее из предположений. Хайрэйн посчитал, что национальное сокровище достанется врагу и за него придётся биться. Однако маленький инфайтер, видимо, события у генштаба считал более важными. Мира не предупредила Хайрэйна о приходе Осаму, но она открыла мини-портал перед его лицом, чтобы сообщить: - Ему угрожают. Он даже не переспросил кому именно. Он сразу это понял. Он резко прервал беседу с командующим Кидо и устремился к двери. То, что он увидел, едва не заставило его забыть о запрете на Алектор. Глупо соблюдать старые запреты, если срок их годности уже прошёл. Но на триггер Миры пока не установили ограничений, у них была возможность удержать прежние позиции. Капитан отряда А-07 целился из оружия в Осаму, который даже не сменил тело на трионовое. Вокруг агента А выстроилась клеть из атакующих порталов. Все участники этой сцены просто ждали развязки. Никто не желал уступать. Только Осаму пытался что-то изменить, не осознавая, насколько глухи люди, фанатеющие от своих убеждений. Это лицо Хайрэйн очень хорошо запомнил. Юнец был бы рад услышать, что оставил заметный след в жизни Хайрэйна. Ещё больше он бы обрадовался, узнав о том, что за долгое время первым пробил защиту Алектора. Осаму не прекращал попыток остановить назревающее сражение, уже настоящее, способное усложнить или даже вовсе сорвать задачу Хайрэйна. Может быть, так было бы даже лучше. Он бы без колебаний обратил Осаму в трионовый куб и забрал на корабль. За срыв договора не похвалят ни одного агента, будь он даже Джином Юичи. Человек, что целился оружием в Миру, занимал не настолько высокое положение, чтобы его оправдания смогли переломить события в его пользу. Хайрэйн стремительно решал, как лучше поступить. Он мог бы пожертвовать договором, но предложение помощи Мидена с поисками нового золотого птенца его останавливало. Его армия сокращалась, хотя ещё вполне могла противостоять серьёзному противнику. Но если всё так и продолжится, придётся возвращаться к созданию новой трионовой армии – а это время и ресурсы. Сейчас нельзя терять времени. Возможно, ещё удастся вернуть Хьюза, если обстоятельства сложатся удачно. И у Мидена были достойные бойцы, способные сразиться с мастерами триггера во внешних мирах, если набрать команду из них. - Мира, - одним словом остановил её Хайрэйн. Она не стала оправдываться или спорить. Она чётко выполнила приказ, как делала это всегда. Когда ряды атакующих порталов исчезли, Осаму сам бросился на капитана команды и схватил его за руку, повиснув всем телом. Ситуация стремительно развивалась и без Хайрэйна. Его ещё раз кольнуло, когда агент Мива грубо отпихнул Осаму от себя и двинулся прочь. Он заслуживал хорошего урока, но Хайрэйн не предпринял ничего. Он только проводил его взглядом, обещая запомнить это. С этой минуты у него появится ещё одно требование, которое он не преминет озвучить в присутствии всех необходимых лиц. Мива связался с Кидо. Как кстати. Дерзкий юнец считал, что всё это сойдёт ему с рук. Он сам же и нарушил одно из главных правил – обнажил оружие вне тренировочной комнаты. Хайрэйн продолжал удерживать Осаму, ощущая его напряжение. Всё его тело словно превратилось в каменное. Потом его запоздало тряхнуло. Хайрэйн почувствовал перемены через прикосновение, понял из его изменившегося выражения лица, по его непроизвольному жесту, прикосновению к очкам в попытке их поправить. Всё это говорило красноречивее слов. - Дождёмся командующего Кидо здесь или сами посетим его? – спросил Хайрэйн громко, обращаясь к стоящим за спиной агентам, но глядя только на Осаму. - Командующий Кидо уже идёт, - сообщил Мива, не сдавая позиций. Он был настроен решительно. - Хорошо, - наконец Хайрэйн отпустил Осаму, развернулся к своим сопровождающим, которые должны, по словам командования Границы, защищать гостей, а не нападать на них. – Полагаю, у тебя есть весомые доводы для объяснений, потому что я не собираюсь смотреть сквозь пальцы на направленную на нас агрессию. - Я не собираюсь отчитываться перед наверами. Ещё один довод в пользу Хайрэйна. - Отчитываться тебе придётся перед своим начальством, - раскрыл свои намерения Хайрэйн. - Стой, Шуджи, - опередил своего капитана копейщик. Хайрэйн даже не помнил их по именам. - Господин Хайрэйн! – вмешался Осаму. Лучше бы он молчал. Лучше бы позволил защищать себя так, как привык это делать Хайрэйн, а он снова взял на себя чужие заботы. – Никто же не пострадал. Нам нельзя ссориться. - Мы не друзья, чтобы ссориться, - пояснил Хайрэйн, собирался подробно рассказать о своих планах, выложить всю повестку будущего разговора с Кидо. Не уступит на этот раз. Не тогда, когда одно из основных правил нарушено в открытую. - Нельзя же так! – гнул своё Осаму, защищал агентов А, считая их высшей кастой в Границе. Никто не смел трогать агентов А, никто из более низших категорий не смел даже спорить с ними, никто никогда не выступал против их привилегий, хотя некоторые агенты ранга В выступали ничуть не хуже. Сейчас Хайрэйн мог бы надавить на этот факт – всё, что угодно, лишь бы виновных наказали их любимым уставом – но Осаму выступал резко против. Хайрэйн остановил взгляд на нём. В лице, глазах и движениях Осаму не было ни капли сомнений, когда он кидался защищать других. Глупые ценности, неверно расставленные приоритеты. Он не хотел брать во внимание, что если не выживет сам, никто не услышит невысказанных слов. Все его попытки защитить кого-то просто исчезнут. - Это было недоразумение. Здесь нет виноватых, - слова Осаму опять начали влиять на ход размышлений Хайрэйна. - Заткнись! - Мива двинулся в их сторону, демонстрируя, что он думает обо всех этих наказаниях и привилегиях. Хайрэйн превращался в зрителя. - Я не нуждаюсь в твоей помощи! – обросло подробностями требование заткнуться. - Капитан, - возле лица Хайрэйна вырос мини-портал. - Да, - ответил он одним словом – и портал исчез. Значит, Кидо с наскоро собранной свитой уже близко. Близко – это буквально за поворотом. Хайрэйн сел за ближайший столик. Осаму остался стоять на месте, команда сопровождения дружно подтянулась поближе, занимая лучшие наблюдательные посты. В коридоре воцарилась гробовая тишина. Сомнений не было ни у Хайрэйна, ни у Мивы, отличившегося вот уже во второй раз. Хайрэйн не собирался его прощать. Он не хотел его прощать. Пусть даже Осаму пытается защищать дорогое ему, Хайрэйн его не послушает. Это именно тот случай, когда он желал справедливости. Этот несдержанный враждебный агент А Осаму даже не товарищ, он без раздумий ударил Осаму в прошлый раз, и так же направил оружие сейчас. Процессия состояла из двух человек: сам Кидо и Шинода. Пригласили тяжёлую артиллерию, способную перейти к военным действиям при срыве переговоров. Предсказуемо. Люди Мидена действовали так же предсказуемо, как и все остальные нации. Оставался фактор Джина Юичи. Если он предвидел вооруженный конфликт, начальство Границы уже предупреждено. Надо быть осторожнее. Кидо с Шинодой не ждали приглашения, уселись напротив Хайрэйна, не начали с официальностей. Значит, рассчитывают спустить на тормозах, защищая своих агентов привилегированного ранга. - Должен кто-то начать, - начал Шинода. – Агент Мива вкратце расписал ситуацию. - Правда? – Хайрэйн не слушал, как докладывал этот их Мива, а следовало бы. Непростительное упущение. – Как же он объяснил свой возмутительный поступок? - Я не вижу состава преступления, - вступился за своих подопечных Кидо. – Либо мы рассматриваем нарушение устава обеими сторонами. Выбирайте, господин Хайрэйн. - Мой выбор очевиден, - заявил Хайрэйн. - Значит, вы хотите полного разбирательства? Почему? – спросил Шинода. – Я не призываю вас подчиниться или передумать. Мне просто любопытно. Неужели вам так принципиально давить на нас из-за некоторых разногласий? - Это не акт мести, если вы об этом подумали, - ответил Хайрэйн. – Я не хочу, чтобы мне или моим людям угрожали оружием. - Насколько я понимаю, - приступил Кидо, - член вашего экипажа выступила против нашего агента в открытой стычке. Позвольте уточнить: чёрная триггеровщица. - Она не нарушала правил. Она открыла портал на территории базы, не таясь. - И всё же открыла. - Она получила мой приказ охранять агента Микумо. Это субординация. Если охраняемому объекту угрожают оружием, как должен действовать телохранитель? Пауза, воцарившаяся за столом, красноречивее слов сказала, что некоторые факты остались скрыты намеренно. Отлично. Значит, у Хайрэйна появилось ещё одно преимущество. Представители Границы придерживались одной стороны. Они явно не желали применять наказания к своим агентам. - Микумо-кун, что здесь на самом деле произошло? – обратился к нему Кидо, не глядя, продолжая смотреть на основного оппонента. Хайрэйн не думал, что они задействуют его, проследил, как Осаму шагнул к столу. Шинода проявил вежливость, подвинулся: - Садись, Микумо-кун. Вы тоже, ребята, разговор обещает быть долгим. - Напротив, - возразил Хайрэйн, - он будет очень коротким, особенно если мы не придём к единому мнению. - Это угроза? – осведомился Кидо. - Вы во всём видите угрозу, командующий Кидо. Думаете, её не вижу я? Снова пауза, в течение которой последние члены отряда Мивы усаживались. Не все уместились со стороны Кидо и Шиноды, но Миву предусмотрительно усадили подальше. Хайрэйн окинул взглядом тех, с кем ему приходилось делить ряд: два снайпера и копейщик, продолжающие беззаботно полагаться на защиту старших. Только один из них, кажется, Кодера, слегка тушевался. - Микумо-кун, ответь, пожалуйста, на поставленный вопрос, - поторопил его Кидо, зная, на что давить. - Произошло недоразумение, - тут же перехватил эстафету Осаму. – Мива-семпай был неверно понят, поэтому Мира-сан вмешалась. - Это правда? – Кидо не поверил. Хайрэйн даже мысленно ответил ему одобрительным кивком. - Правда, командующий Кидо. - Почему Мира-сан вмешалась? Осаму растерялся. Хайрэйн не собирался помогать ему выгораживать виновных. Он слушал и ждал. - Ну… Я же сказал, произошло недоразумение! - Микумо-кун, - заговорил Шинода, - у нас нет намерений кого-то обвинять, потому что действительно могут оказаться равно виноватыми обе стороны. - Но я не выдумываю. Всё действительно произошло из-за недоразумения. Я даже не помню почему. - Напомнить? – Хайрэйн посчитал, что пришёл его черёд. - Будьте добры, - согласился Кидо. - Нет! – Осаму не выдержал, подскочил, едва не перевернув стул, ударил ладонями в стол и остался в полусогнутой позе. – Никто ни в кого не собирался стрелять. - Если это так, почему оружие агента Мивы, которого ты почему-то так рьяно защищаешь, было направлено на тебя? – пошёл в атаку Хайрэйн. – Ты даже не был в своём трионовом теле. - Вот вам и ответ! – Осаму разошёлся всерьёз. – Кто из агентов в здравом уме станет стрелять в беззащитных людей? Мива-семпай, расскажи же, как всё было. Прямое обращение к тому, кто затаил глубокую обиду? Хайрэйн мысленно усмехнулся, наблюдая за барахтаньем своего фаворита, всё ещё не желая подавать ему руку помощи. - Мне нечего сказать, - Мива явно не ожидал обращения Осаму. – Не надо заступаться за меня. Я сам могу за себя постоять. Вот и благодарность. Кажется, пришло время объявить следующее требование. Хайрэйн набрал воздуха для длинной речи, но Осаму ещё не закончил: - Господин Хайрэйн, это ведь вы всё начали. Я говорил, что в Микадо мне ничего не угрожает и не будет угрожать, поэтому прошу не опекать меня. Вы считаете меня совсем беззащитным. Я агент Границы и могу за себя постоять. А ваши действия подвергают сомнению моё положение и всё, что я делаю. Это выглядит… высокомерно! - Микумо-кун! – запоздало окликнул его Шинода. – Что за тон? Никто из присутствующих явно не ожидал столь эмоционального выступления. Хайрэйн должен был отреагировать предсказуемо. Он на самом деле был сердит на Осаму за неповиновение, но вместо ответного выпада, что превратилось бы в перебранку за столом, он промолчал. - Господин Хайрэйн, - заметил это и Кидо, снова перенаправляя внимание всех присутствующих на Хайрэйна, - вас это не задевает? - Задевает, - спокойно ответил Хайрэйн. – Но у меня другая цель, - тычок в сторону Мивы, - поставить на место вот этого человека. Не думал, что мы судим агента Микумо. - Простите, - выдохнул Осаму, возвращаясь на стул. - Мы судим любого агента, который нарушает правила, - Кидо проследил за движением со стороны Осаму. – В данном случае агент Микумо проявляет неучтивость по отношению к дипломатическому представителю другого мира. - Что за фарс? – не выдержал истинный осуждаемый, ничуть не раскаялся, бухнул обе руки на стол, стискивая их в кулаки. – Если хотите обвинить меня в нарушении правил – валяйте. Я не считаю, что нарушил их. И правда не считал. - Зачем ты направил оружие на агента Микумо? – поинтересовался Шинода. - Я спровоцировал его, - Осаму снова всё портил. - Разве агенты ранга А не должны обладать выдержкой, чтобы подобных… недоразумений не случалось? – осведомился Хайрэйн. - Ясно, - перебил назревающий спор Кидо. – И что же вы предлагаете, господин Хайрэйн? Исходя из услышанного, виновны оба агента. Нам стоит их наказать? Кидо ловко увёл тему от наказания за использование портала Миры. Хайрэйн отметил этот аспект, но упоминать не стал. Игра Кидо показалась ему подозрительной. Он задумался. Понимая, что при таком раскладе вряд ли оба агента выйдут сухими из воды, тем более, Осаму открытым текстом заявил, что зачинщик он, Хайрэйн всё равно не спешил прощать настоящего обидчика. - Это нарушение вашего устава, а не нашего, - указал на нюансы Хайрэйн. – Следует конфисковать триггеры у них обоих. При этих словах Мива снова изменился в лице, готов был растерзать Хайрэйна голыми руками. Его не пугал страх лишиться триггера – его вообще ничего не могло напугать – за него говорил бушующий в нём гнев, с которым он не мог совладать. Для него должно быть унизительно получить наказание от так ненавидимого им навера, даже если просто на словах. - Выходит, третья сторона вообще ни при чём? – однако он не бросился с яростными речами, расчётливо напомнил о детали, о которой все хотели умолчать и вспомнить несколько позже, на общем собрании, где будут иметь все права потребовать от Хайрэйна разрешения на ограничения триггера Миры. - Хорошо, - Хайрэйн не растерялся, - я даю разрешение на ограничение чёрного триггера в обмен на конфискацию триггера агента Мивы. Граница не могла жертвовать боевыми единицами сейчас. Хайрэйн не так хотел ослабить их защиту, как вступиться за Осаму, который сам ни за что этого не сделает. Хайрэйн делал то, за что осудил бы любого, кто бы воспользовался положением в личных целях. Он это осознавал и всё равно делал. - Как же нам поступить? – задумался Шинода, постукивая пальцами по столу. – На этот случай уставом предусмотрено другое наказание, а случай попадает под смягчающие обстоятельства. Не знаю, устроит ли это господина Хайрэйна. Не устраивало. Хайрэйн был против смягчающих обстоятельств. А Осаму его триггер вообще мог больше не пригодиться. Афтократор снабдит его триггером куда мощнее и функциональнее. - Микумо-кун, - обратился к нему Кидо, - вам с агентом Мивой придётся научиться работать вместе, в одной организации. - Да, - Осаму принимал любую кару, тем более, сам поверил в свою вину. - Шуджи… - Кидо посмотрел на своего подопечного. - Я понял, - ни капли сомнений. - Ясно, - Хайрэйн опять позволял Осаму возобладать над своим расчётом. Если бы этот мальчишка позволил защищать себя… - Я понял, чем вы руководствуетесь, командующий Кидо. - Вы недовольны? - Разумеется, нет. Вы даже не огласили наказания, боясь показать мне, насколько оно смехотворно. - Ну, наказание не может быть смехотворным, - подытожил Шинода. - Вы действительно прислушиваетесь к агенту Микумо, поэтому позвольте внести предложение. Все взгляды устремились на него. - Предлагаю включить Микумо-куна в постоянный состав комиссии по переговорам. Хайрэйн не ожидал подлого удара напоследок. - Вот что вы задумали, - он решил контратаковать в ответ. – Бартер, господин Шинода: вы можете использовать его против меня, но в этом случае позвольте и мне делать то же самое. Подумайте над должностью моего личного помощника.