Новые горизонты.

Шепард собрал в зале совещаний всех, кто являлся его старыми друзьями. Новым лицом здесь, пожалуй, был только Курт, который понравился капитану, и он видел в нем потенциального боевого товарища, а не только старшего помощника на корабле. Из друзей же присутствовали Джеймс, Гаррус и Лиара. Вот они, остатки той славной команды, с которой удалось разбить коллекционеров и жнецов. Хотя, каждый из них стоит сотни солдат, но старых лиц очень не хватает. В обстановке всеобщего молчания Джон невольно предался воспоминаниям. И почему он так часто вспоминает всех погибших? Почему-то именно сейчас, перед новым боем, заглядывая в глаза каждому находившемуся в зале, в голове всплывают образы павших… Кайден Аленко, отличный солдат, первый соратник Шепарда, которому довелось увидеть, как все начиналось. Вспомнился и тот боец, который погиб в самом начале, на Иден Прайм, но как ни старался Джон, вспомнить имени павшего так и не смог. Лейтенант отлично проявлял себя в боях, умел шутить и общаться, хоть и был несколько замкнут в окружении незнакомцев. Он был честен и добр, мужественен и, после того, как он погиб, нельзя сомневаться в его героизме. Кажется – типичный солдат бывшего Альянса, но если бы всем были такими – любая война заканчивалась победой Человечества. Капитан встряхнулся. Он посмотрел на Лиару, которая уставилась в пол, и молчала, как все остальные. Аленко спас ей жизнь, тогда, на раскопках, в которых застряла азари. В пылу сражения с кроганом, который командовал гетами, от имени Сарена, именно он, голыми руками уложил синтетика, слишком близко подобравшегося к девушке. Шепард бы точно не углядел. А Кайден среагировал. Тогда же он схватил винтовку поверженного гета и смог уложить еще пару… Но как лейтенант оказался без оружия, в тот момент? Так и не удалось вспомнить… На Вермайре, капитану пришлось принять одно из самых важных решений. Он спас Эшли, рассудив, что на войне должны погибать мужчины. Если бы он только знал, какую злую шутку сыграет с ним и Уильямс судьба… Мысли о Вермайре напомнили об еще одной потере. Урднот Рекс, самый необычный кроган, которого когда-либо встречал капитан. А необычность эта заключалась, в первую очередь в том, что он владел биотикой. Рекс помог Шепарду найти Фиста, агента Серого Посредника на Цитадели, и с тех пор остался в команде. Сильный и гордый боец. Он ценил силу, как и любой представитель его расы. То, как он сражался с противниками, запомнилось на всю жизнь. Мощная, крепкая громадина, в хорошем смысле, сжимающая в руках дробовик, раскидывала врагов как тряпичные куклы. Ранения только разжигали его боевую ярость со все большей силой, и в какие-то моменты он просто без остановки крушил что гетов, что обычных наемников, решивших преградить путь Джону и его соратникам. Рекс уважал капитана. Он относился к нему как к равному. И не смотря на это, Шепард без колебаний спустил курок, когда этот ценнейший боец посмел перечить. Здесь сыграли самомнение и самолюбие капитана, который не терпел неповиновения, от кого бы оно не исходило. Мнения насчет лекарства от генофага, создаваемого Сареном, сильно разошлись, и когда Рекс направил ствол своего дробовика на Шепарда, “проводки в голове сомкнулись”. Капитан биотикой обезоружил крогана, а после разрядил в его голову всю обойму крупнокалиберного пистолета. Его действия тогда поддержала лишь Эшли… А с Эшли был пройден не менее долгий путь. Гораздо более больший и заковыристый, чем с Рексом и Кайденом. Джону удалось обнаружить девушку на Иден Прайм. Она была последней выжившей в своем отряде, поэтому охотно примкнула к нему и Аленко. Именно она первой сунулась к протеанскому маяку и неизвестно, осталась ли живой, если бы капитан не вырвал ее из окутавшей тело девушки, странной энергии, исходящей от конструкции древней расы. Джон тогда отделался, к счастью, лишь потерей сознания и, к еще большему счастью, первой информацией о жнецах. Преданность Эшли Альянсу не вызывала сомнений. Она была ужасно расстроена, наверняка ощущала, что ее будто предали, когда узнала о том, что Шепард работает на Цербер. Никакие объяснения на нее не действовали, поэтому встреча на Горизонте окончилась обыкновенной ссорой, во время которой Шепард чудом не схватился за оружие. После этого ему было ничего не известно о ней, а свидеться удалось лишь после ареста капитана, перед самым вторжением жнецов. Отношения двух бывших сослуживцев оставались напряженными. Девушка подозревала Шепарда в связях с Цербером, а тот просто не желал постоянно объяснять и доказывать ей обратное. Обычно это заканчивалось сплошной руганью, после которой оба участника спора по долгу ходили несколько разбитыми и раздраженными. Возможно, из-за этого Джон не долго думал, перед тем как стрелять в девушку, в сражении на Цитадели, атакованной Цербером, но скорей всего тут подействовало общее напряжение, вызванное боем и его звуками. Вновь получилась нелепая перепалка, законченная Шепардом, который отправил в Эшли очередь из винтовки. И не смотря на это, последними ее словами были слова благодарности. Она благодарила Шепарда за то, что он научил ее держаться своего мнения. Даже в спорах с ним. Задумчивое лицо Лиары, на которую продолжал смотреть Шепард, напомнило ему вечно задумчивую Самару. Азари – юстициар, прекрасный биотик, и конечно просто прекрасная, во всех смыслах, женщина, она была неким воплощением справедливости, в команде Шепарда. Конечно, он не всегда поступал справедливо, часто этого требовала обстановка и потребность в скорейшем принятии решения, но именно Самаре удавалось, хоть и не всегда, убедить капитана не убивать кого-то не виновного, или принимать решение, в результате которого невиновные не пострадают. Джон никогда не повышал голоса в разговорах с ней. Он был максимально сдержан, а когда помог ей убить Моринт, стал относиться как к некому негласному советнику, мудрецу, который знал ответы абсолютно на любые вопросы. Часто они проводили долгие беседы, посвящая их человеческой истории, которую юстициар прекрасно знала, и истории азари, о которой она охотно, а главное терпеливо и красиво рассказывала Шепарду. Это было самое необычное влечение, к Самаре, которое когда либо испытывал капитан. Не любовь, не простая жажда секса или чего-то подобного, а просто как к личности. И, казалось, она вполне его разделяла, хоть и была старше на несколько веков. Было ясно как день, что не такой смерти она бы хотела, которую ей пришлось принять в монастыре Ардат-якши, но судьба не предлагает альтернатив. Кодекс юстициаров обязывал убить дочерей, которых нашла и спасла Самара, но личные чувства, наверное, впервые не позволили соблюсти параграфы этих законов. Женщина нашла не самый лучший выход – прижала дуло пистолета к виску и спустила курок. Последней ее дочери пришлось смотреть, как ради нее себя убила мать. Что касается Шепарда… Он не мог отпустить Ардат-якши, ведь желание может одержать верх над ней в любую минуту. Вместе с Самарой, Джон вспомнил о еще одном погибшем члене старого экипажа. Секретарша Келли Чамберс хоть и не была боевым соратником капитана, но точно не заслужила той ужасной участи, которая ее постигла. Миловидная, рыжая, молодая девчонка, она была энергичной и любила флиртовать с Шепардом, чему он и не препятствовал. Конечно, он не планировал с ней углубляться в отношениях, но почему бы не поубавить скопившееся напряжение хорошим, слегка пошлым разговором с Келли. Девушка была психологом, очень хорошим, она во всех подробностях составляла психологический портрет новых членов экипажа, который вкратце представляла капитану на суд. В остальном, ее работа была довольно обыденной. Она оповещала о новых сообщениях, постоянно поддерживала отношения с членами экипажа, в результате чего своевременно предупреждала Шепарда о желании кого-то с ним поговорить. И если почти каждый, на Нормандии, просил Джона что-то для него сделать, лишь она никогда не усложняла, и без того сложную жизнь капитана, какой она была во время борьбы с коллекционерами. Чамберс погибла на корабле коллекционеров, фактически сварилась в капсуле этих монстров, которые они уготовили для людей. Гримаса ужаса и боли, исказившая лицо милой девушки, на котором была только улыбка, долго всплывала перед глазами Шепарда. От нее осталась лишь лужа расплавленных органов, кожи и костей, вперемешку с кровью и какой-то жидкостью. Джон, вспоминая это, только закрыл глаза и грустно, чуть заметно помотал головой. - Эй, Джон, все хорошо? – вдруг задал вопрос Вега. – Мы уже минут пять молчим. Капитан поднял взгляд. - Я же собрал вас всех для брифинга… - промолвил, с грустью в голосе он. – Вот-вот начнем. Шепард как-то медленно поднялся с кресла, встряхнулся и добавил: - Вставайте. Минута молчания, в память о погибших.