Гавань моей любви (Your light will terrify the dark)

Зима сменилась весной, на смену холодам и снегу пришли теплое солнышко и зеленая молодая трава. Три месяца прошли очень быстро - так быстро, что Гермиона даже не успела заметить, как наступил апрель. В том году весна пришла рано - уже в середине апреля студенты Хогвартса могли себе позволить ходить без теплых мантий, а самые смелые даже отважились искупаться в Черном озере. Неудивительно, что среди последних оказались и Джеймс с Сириусом. Правда, потом Блэк простудился, и Гермионе пришлось целую неделю практически круглосуточно сидеть с ним в больничном крыле, потому что температуру Сириус переносил плохо. Но в целом происшествий не было, и все преподаватели вздохнули спокойно. Лили с памятного Рождественского бала как будто подменили: если раньше она относилась к Джеймсу как веселому дурачку и была всегда дружелюбна и снисходительна к нему, то сейчас она люто возненавидела его. Когда он появлялся на другом конце коридора, она демонстративно разворачивалась и уходила прочь, а на все его попытки помириться отвечала неизменным отказом, произнесенным в такой резкой форме, что всем окружающим было непонятно, как после этого Джеймс вообще решается с ней заговорить. Единственным Мародером, с которым она по-прежнему хорошо общалась, являлся Римус. С Сириусом она пыталась дружелюбно разговаривать только ради Гермионы, для которой было очень важно, чтобы ее парень и лучшая подруга были в приятельских отношениях. Питера же Лили вообще старалась не замечать, что было не так уж и сложно, поскольку Питер вообще был не очень заметным, и даже Гермиона почти не замечала его присутствия, когда находилась в компании мальчишек. Питер же, в тайне ото всех, восхищался ею. Он всегда смотрел на Гермиону из подтяжка с такой нежностью и обожанием, что у Гермионы, знай она про это, сжалось бы сердце от жалости к нему. Питер был маленьким и очень худеньким, совсем ненамного ее выше, и девушка всегда относилась к нему как другу, которому нужны помощь и защита. Гермиона вместе с Джеймсом, Сириусом и Римусом, сами того не подозревая, стали для него тем ограждением, которое отделяло Питера от жестокого внешнего мира. Он всегда ходил с более сильными, опытными и умными друзьями, а в те редкие случаи, когда он был один и с ним что-то приключалось, он рассказывал об этом друзьям, и те каждый раз отправлялись наказывать обидчика. Каждое полнолуние друзья теперь проводили с Римусом в визжащей хижине. Они играли друг с другом в облике животных, громя при этом все вокруг, а иногда, когда Римус не выказывал желания активничать, просто спали все вчетвером, одной большой кучей, прижавшись друг к другу. Гермиона в таком случае всегда удобно устраивалась на шее Сириуса, и по словам Джеймса представляли собой полнейшую идиллию. После таких полнолуний Римус восстанавливался намного быстрее, и друзья радовались и гордились собой.

***

В конце апреля дни стали совсем жаркими, и однажды вечером Гермиона с Сириусом, плюнув на учебу и все остальное выбрались на улицу посидеть на солнышке у озера и побыть наедине. У них не слишком часто бывала такая возможность, и влюбленные всегда ценили каждое мгновение, проведенное наедине. Они устроились в стороне от гуляющих студентов на самом краю озера на невысоком уступе. Гермиона села, свесив босые ноги в воду, а Сириус улегся на траву рядом с ней, взяв в рот травинку. Какое-то время они молчали, думая каждый о своем. Гермиона смотрела на медленно заходящее солнце и думала о том, что совсем скоро наступит лето, и они все разъедутся по домам. Нет, она безусловно скучала по родителям, однако мысль о том, что Сириуса не будет рядом с ней целых два с половиной месяца просто ужасала. С остальными она сможет встретиться - у них не такие строгие родители, а у Сириуса, скорее всего, даже не будет возможности написать ей. Мысль о предстоящей разлуке вызвала в ней острое желание прижаться к нему и никогда больше не отпускать. Свое желание она решила не оставлять не исполненным: Гермиона легла на спину на мягкую траву, затем перевернулась на бок, положила голову на плечо Сириусу и положила руку ему на грудь. Блэк ничего не сказал в ответ на ее действия, однако Гермиона увидела счастливую улыбку на его лице. -Как ты думаешь, - спросила она его, - мы сможем увидеться летом? Он помолчал. -Я не знаю. - честно ответил он, - Но я постараюсь что-нибудь придумать. В конце концов, не могу же я три месяца находиться вдали от любимой девушки. Гермиона улыбнулась, поудобнее устраиваясь на его плече. А в следующую секунду они уже целовались. Гермиона сама не поняла, как оказалась лежащей на спине под нависшим над ней Сириусом и исступленно целующим его мягкие сухие губы. Разорвав поцелуй, Сириус сел на траву и усадил рядом Гермиону, обняв ее за талию. Их лица все еще находились в нескольких сантиметрах друг от друга, и Гермиона, не удержавшись, перевела взгляд с глаз Сириуса на его губы. Она была не прочь повторить поцелую еще раз. Сириус понял ее желание и, усмехнувшись, снова впился ей в губы, да с такой силой, что Гермиона отклонилась назад. Бабочки порхали в животе у девушки уже давно, но сейчас воспарили с новой силой. Она целовала Сириуса, обхватив его шею руками, а он прижимал ее к себе за талию так сильно и одновременно так нежно, что Гермионе казалось, что это не он ее держит, а она сама невидимой силой прикреплена к нему... -Знаешь, у меня тут одна идейка появилась...- сказал Сириус через некоторое время, когда они снова лежали на траве лицом друг к другу. -Какая же? - поинтересовалась Гермиона. -Что, если нам попробовать выйти из Визжащей хижины в полнолуние? Мы можем порезвиться в лесу, тем более, в хижине слишком тесно. -Сириус, ты с ума сошел? - Гермиона привстала на локте от возмущения. - Римус все-таки не безобиден, когда он превращается! А что, если он увидит человека, и мы не сможем его удержать? Это же будет на его совести... -Может ты и права... - согласился Сириус, но слишком быстро, чтобы Гермиона поверила в то, что он отказался от своей затеи.