Гавань моей любви (Your light will terrify the dark)

Встретившись на платформе девять и три четверти с Лили, Гермиона поспешила сесть на поезд, до отправления которого оставалось каких-то десять минут. В поезде девушки разделились: Лили ушла к Северусу, а Гермиона отправилась на поиски Джеймса, Римуса, Питера и, главное, Сириуса. Первых троих она нашла быстро, а вот Сириус все не появлялся. Друзья сидели в купе молча, никто не разговаривал. Только Джеймс переодически взлохмачивал свою густою шевелюру и начинал нервно ходить по комнате. Уже никто не сомневался, что с Сириусом что-то случилось. Гермиона сидела в углу, прижав колени к груди и уткнув в них лицо. Грудь сдавливал большой комок чего-то противно приторного и тяжелого, мысли перебегали с одной на другую, но каждая из них непременно касалась Сириуса. Что с ним? Где он сейчас? Почему он все лето не отвечал ни на письма, ни на вызовы через сквозные зеркала? Ответов у Гермионы не было. Поезд дал гудок и медленно тронулся. И тут же дверь в купе отворилась. Сначала Гермиона не обратила на это никакого внимания, но когда она услышала судорожный вздох Джеймса, а потом его радостный возглас, она подняла наконец взгляд на дверной проем и увидела там...Сириуса. По телу тут же пробежали тысячи мурашек, а комок в груди упал куда-то вниз, вызвав при этом слезы облегчения. Девушка вскочила со своего места и бросилась на шею возлюбленному. Она ничего не говорила, только судорожно прижималась к нему, а он пылко и нежно целовал ее лицо и руки. Когда слезы закончились, Гермиона затихла и только по-прежнему продолжала прижиматься к Сириусу, иногда судорожно всхлипывая. И тогда в полной тишине послышался голос Джеймса. -Ну и где ты пропадал? -Я думаю, нам нужно присесть. - ответил Сириус, мягко отстраняя от себя Гермиону и садясь на диванчик и тут же сажая девушку к себе на колени. Джеймс, Римус и Питер последовали его примеру. На минуту в купе повисла напряженная тишина, время от времени прерываемая всхлипами еще не до конца успокоившейся Гермионы. Сириус нежно поглаживал ее по голове, крепко обнимая второй рукой. -Как вы понимаете, я исчез не по своей воле. - начал наконец Сириус. - Примерно через неделю после приезда домой я сильно поссорился с Регулусом, и он рассказал матушке о том, что я встречаюсь с Гермионой. А та, поняв, что ты маглорожденная, разозлилась настолько, что поклялась проклясть тебя, если я напишу тебе этим летом хоть одно письмо. Собственно, возможности что-либо кому-либо написать она меня лишила, закрыв мне доступ к совам и запретив всем домовикам каким-либо образом помогать мне в отправке сообщений. Сквозные зеркала она у меня тоже отобрала. И заперла меня в комнате на все лето. Я даже в столовую не выходил, мне еду под дверь просовывали, как собаке. - усмехнулся Сириус. - И окно она заперла, и палочку отобрала, так что все это лето я только и делал, что читал книги и выполнял домашние задания. А сегодня она отправила меня сюда буквально за пять минут до отправления поезда. Не знаю, чем она в тот момент руководствовалась... В течение нескольких минут после окончания рассказа друзья сидели молча, не в силах вымолвить ни слова. Чтобы мать так обращалась с родным сыном... -Ты не должен туда больше возвращаться! - сказал наконец Джеймс, - Она же тебя со свету сживет! -Сам знаю. - пожал плечами Сириус. - Но что поделать? Я ещё даже не совершеннолетний. Ну ладно, хватит кинуть! - тут же громко проговорил он. - Сейчас мы все вместе и будем вместе ещё целый год, а это главное! Давайте лучше подумаем, как будем отмечать день Рождения Гермионы. Он ведь у неё не за горами... Оставшуюся часть пути друзья весело болтали. У них еще была такая возможность, но они не знали, что уже совсем скоро все изменится... Тёмный Лорд собирал силы, и совсем скоро Альбус Дамблдор уже не сможет скрывать от учеников правду... Правду о том, что надвигается война, из которой большинство из них не сможет выбраться живыми...