Навязчивая мелодия

— Причем тут я? — спрашивает Геральт, удивленно глядя на Йеннифер. Он сидит за барной стойкой в ее клубе и озадаченно смотрит на хозяйку, пока Йеннифер самолично наливает ему выпить. Такие знаки внимания она оказывает ему, только когда ей что-то от него нужно. — Слушай, у парня талант. Его группа постоянно выступает в моих клубах, они приносят мне хороший доход. Но говорю тебе, он совсем без башни, у него какая-то… — Она щелкает пальцами, подбирая слова, — тяга к саморазрушению, что ли. Он красивый мальчик, а в Цинтре, сам знаешь, мудаков всяких хватает. Короче, один раз его так избили, что он пять месяцев в больнице провалялся. После этого он совсем как будто убиться хочет. Постоянно ходит петь в другие районы, причем иногда даже один, без своей группы. — Слабоумие и отвага, — резюмирует Геральт. — И все-таки, я здесь каким боком? — Мне сказали, что он сегодня в Блавикене, я бы туда в здравом уме даже соваться не стала без охраны. Завтра у нас концерт по плану. Так что сходи и приведи мне Лютика. — Лютика? — морщится Геральт. — Это что еще за имя такое? — Псевдоним, наверно, кто их, музыкантов, разберет, — пожимает плечами Йеннифер. — Но вообще-то он Юлиан Леттенхоф. — Это у его отца звукозаписывающая студия на соседней улице? — Именно. Так что сам понимаешь, если что-то случится, мне еще перед его отцом отвечать. Всем нужно, чтобы он был жив и, желательно, мог петь. Отвези его домой, и чтоб носа наружу не показывал до завтра. — Зараза, — выдает Геральт, но приходится согласиться. Вся Цинтра была поделена на районы, город был огромный и почему-то притягивал всякий сброд, а у полиции не хватало сил следить за всеми. Здесь, в Кераке, за порядком смотрели «Ведьмаки» — команда байкеров в куртках с изображением волчьей морды на спине. Геральт был одним из них. Днем он собирал мотоциклы, а ночью работал вышибалой в клубах и барах, в том числе, принадлежащих Йеннифер. Так что, по сути, отказать он ей не мог. Кроме того, ведьмаки своих не бросают. А Блавикен, действительно, был местом омерзительным. *** Внутри бара в Блавикене небольшая группа молодых парней и девушек (в основном, девушек) пританцовывает вокруг маленькой сцены под какую-то романтичную мелодию. Стройный парень в ослепительно белой рубашке и узких джинсах полусидит на барном стуле, бренча на акустической гитаре и напевая что-то про «ее горький поцелуй». Он помахивает челкой, спадающей на лоб, сладко улыбаясь окружившей его толпе девушек, которые с упоением извиваются в танце и подпевают ему. «Смазливый» — проносится в голове у Геральта. Неудивительно, что парень притягивает к себе ненужное внимание. Геральт подходит к барной стойке и заказывает пиво, решая позволить Лютику закончить песню. Но в этот момент все летит к черту. Дверь бара отлетает к стене, и внутрь с шумом и матами вваливаются трое мужчин в потасканных кожаных куртках. — Эй! Водки нам! — орет один из них. Они с шумом пробираются вглубь бара, лапая за зад всех подворачивающихся на пути девчонок, и что больше всего беспокоит Геральта — они явно обратили внимание на сцену. Лютик доигрывает финальный аккорд, вызвав бурю эмоций у поклонниц, поднимается со стула и кланяется, купаясь в овациях, еще не понимая, что привлек внимания больше, чем ему было нужно. Один из дебоширов поднимает руку вверх и оглушительно свистит, явно обращаясь к музыканту. — Эй, ты, пидор, сыграй-ка нам Deep Purple! Если сладишь, позволю тебе отсосать мне за десятку. Раздается оглушительный смех, перебиваемый возгласами испуганных девиц. Улыбка сползает с лица Лютика, он округляет глаза, став похожим на оленя в свете фар, и прижимает гитару к груди. — Зараза, — обреченно закатывает глаза Ведьмак. Он стремительно подходит к сцене и, схватив Лютика под руки, тащит его к выходу. Мальчишка испуганно верещит, но вырваться сил у него, конечно же, не хватает. Поднимается суматоха. — Стоять, сука, — слышит Геральт возглас позади себя. Мужики последовали за ними, как Геральт и ожидал. На улице он быстро прижимает Лютика к стене, одним угрожающим жестом приказывая ему замолчать. — Слейся со стенкой и не отсвечивай. Понял меня? Парень кивает, испуганно таращась на Геральта огромными голубыми глазами. Противники все втроем вываливаются из дверей, угрожающе рыча. — Эй, мужик, я первый эту шлюшку заметил, проваливай, — слышит Геральт за спиной. — А то что? — шипит он. Дальше все происходит быстро. Тот, что стоит в центре, достает армейский нож и бросается вперед. Геральт отбивает нож одним ударом, а вторым отправляет нападающего в нокаут. Однако следующий заехал ему по роже, так, что в голове зазвенело. Рот моментально наполнился кровью. Ведьмак, сплюнув, повалил противника на землю, краем глаза замечая, как третий выхватил у Лютика гитару и заехал ему в челюсть. Парень упал, выставив руки вверх и пытаясь прикрыться от ударов. В следующую секунду второй противник уже валялся без сознания, но не успевает Геральт подняться, как получает оглушающий удар по спине. Гитара жалобно тренькнула и развалилась надвое. Ведьмак издает животный рык и выкидывает третьего дебошира в мусорный бак. — Круто ты их сделал, — восклицает Лютик, поднимаясь и потирая лоб. Его губа кровоточит, но он, не обращая на это внимания, восторженно глядит на поле боя. — Моя гитара… Геральт фыркает. Тяжело дыша, он осматривает парня. Его рубашка выбилась из узких джинс, и он весь умудрился перемазаться собственной кровью, но выглядит живым. — Купишь новую. Валим отсюда, — схватив Лютика за локоть, Геральт тащит его прочь из опасного переулка. — А я знаю, кто ты, — заговорил музыкант, уже не сопротивляясь стальной хватке Геральта. — Белые волосы, куртка с эмблемой… Ты Геральт из ведьмаков, видел я тебя пару раз в нашем клубе. А я Лютик, все друзья меня так зовут. Кстати, у тебя невероятно поэтичное имя! Подумать только, о таком и песню не грех написать! — Садись позади меня, я отвезу тебя домой, — прерывает его болтовню Геральт, когда они подходят к его байку. — Оу, поедем с ветерком, боже, какая крутая тачка. Слушай, может, сделаем селфи для инсты? Ты все-таки меня спас, как я раньше не догадался, надо было вести трансляцию, как ты круто их уложил… — тараторит Лютик, вытаскивая телефон. — Хорошо, что не разбил… — Нет, — отрезал Геральт, с силой хватая Лютика за ремень и усаживая позади себя, борясь с желанием добавить еще пару ударов по болтливому рту. — Заткнись и поехали. — Ладно, ладно… А ты не больно-то дружелюбен, — обиженно бормочет Лютик, послушно пряча телефон в карман и усаживаясь сзади. Геральт чувствует, как худое тело прижимается к его спине, и, убедившись, что руки сзади держат его крепко, газует.