Посвящение

      Сегодня я проснулся немного раньше Джека. Пусть это было пару минут раньше, зато я успел его побесить с самого утра, трогая волосы, особенно выбритые виски. Чёрт… Это так приятно ощущается, может потом сделать так же? Интересно, мне вообще пойдут выбритые виски? — Не трогай меня… — произносит Джек, на секунду открывает глаза, смотрит на меня и убирает мою руку от своей головы, продолжая держать меня за неё, — А если и хочешь потрогать меня, то спроси сначала разрешение… Я люблю личное пространство. — Что-то моё личное пространство тебя не волновало, когда ты меня в школе душил… Или когда прижал к шкафчику… Или когда изнасиловал… — Хорошо, перефразирую. Я ценю своё личное пространство и не люблю, когда его кто-то нарушает. Так понятней?       Молча киваю парню, после трогаю его волосы свободной рукой. В ту же секунду ловлю на себе очередной злобный взгляд, что полон ненависти. Только сейчас не говорит ни слова, ни убирает мою руку и вообще никак не реагирует на прикосновения. Только смотрит. — Ты думаешь о том, как будешь убивать меня потом? — Нет, стараюсь получать хоть какое-то удовольствие от твоих прикосновений. Ну и сдерживаю себя, чтобы не ударить тебя. — Почему ты так не любишь, когда тебя кто-то трогает? — глажу волосы парня более нежно, чтобы он получил больше удовольствия от моих действий. — Я же вчера говорил, что у меня пиздец какие отношения с батей? — киваю, продолжая слушать Джека, — И вчера я сказал тебе лишь про последнюю нашу ссору. А до этого он часто избивал меня и таскал за волосы. И именно поэтому я становлюсь агрессивным, когда кто-то касается меня или моих волос. Я просто вспоминаю детство и готовлюсь защищать себя вновь. Я, конечно, понимаю, что мои детские травмы и тяжёлое детство это не дают мне никакого права вести себя, как последняя мразь, но не хочу ничего менять.       Лежим ещё некоторое время с Джеком молча и смотрим друг на друга. Я продолжаю гладить его по волосам, а он становится спокойнее. Даже глаза как-то меняются… В них больше нет никакой ненависти или злости. Просто самые обычные каре-зелёные глаза человека, который только что проснулся.       И только я хотел спросить Джека, почему он доверяет мне некоторые секреты и тайны своей жизни, как мы оба слышим, как начинает орать мой телефон. Это было достаточно неожиданно, поэтому мы оба вздрагиваем.       Встаю с его кровати и понимаю, что мне холодно. Обычно, когда я у себя в квартире, мне не так уж и холодно, когда я сплю или хожу по комнате просто в трусах, а тут прямо слишком холодно. Хотя может это из-за того, что дома я ещё и в майке сплю, а сейчас нет? — Ох… Мама… — тихо произношу я, после чего ловлю на себе заинтересованный взгляд Джека, и отвечаю на звонок, — Доброе утро? — Где ты?       О… Мама говорит достаточно грозным голосом, а это явно не к добру. Блять, девять утра, а она уже агрессивная. Может с папой поругалась? — У друга. Я же вчера говорил тебе, что останусь у него снова, а ты обрадовалась и сказала, что вы с папой пойдёте на свида… — Это я помню, но почему ты не у адвоката? — Что? Какой адвокат? — Я тебе вчера говорила, что сегодня в десять запись к адвокату по поводу судебных разбирательств. — Женщина, какой адвокат? Ты мне ничего не говорила. — Не смей меня так называть! Это во-первых. А во-вторых, я говорила тебе про запись к адвокату. — Джек, — убираю телефон от головы и смотрю на парня, — Ты слышал вчерашний разговор, моя мама говорила про адвоката? — Вы ничего не говорили Бену про запись, я свидетель этому, — почти что прокричал Джек, после чего сел на кровати и потянулся за своим телефоном, что лежал на подоконнике. — Ой, всё, Бенджамин… Чтобы через полчаса был на месте, которое я тебе сейчас в сообщении пришлю. Хотя приди пораньше, так будет лучше. — Как я тебе приду туда, если я не знаю Тор… — слышу какой-то странный звук в телефоне, который отвлекает меня, — Алло? Мама? — смотрю на телефон и вижу, что она сбросила звонок, даже не дав мне договорить, — Пиздец, она сбросила. Пиздец… Пиздец! — Знаешь, а мой батя всё же лучше, чем твоя мама. Моего то хотя бы избить можно было или в ответ пырнуть ножом, а тебе попросту мозги ебут, — с усмешкой произнёс Джек. — Да пиздец вообще… Блять… Я же хотел перестать материться, так какого хуя я сейчас матерюсь больше и больше? — Ты уже шесть матерных слов сказал. Причём одно из них повторяется четыре раза, что говорит о твоём маленьком словарном запасе… Хотя бы член у тебя нормальный. — Что? — переспрашиваю парня, чувствуя как я краснею, а он лишь повернулся ко мне, подмигнул и усмехнулся. — У твоего бывшего был такой же или меньше? — А почему ты не допускаешь вариант «больше»? Стой, Джек, почему тебя вообще это интересует?       Брюнет пожимает плечами, а я получаю сообщение и смотрю на адрес. Да я даже такой улицы никогда не видел, как я доберусь до туда? — Слушай, ты знаешь, где это? — спрашиваю у парня, подхожу к нему ближе и показываю адрес. — Это… Мм… Либо в трёх, либо в четырёх кварталах отсюда в сторону школы. Минут пятнадцать где-то идти. Кстати, могу проводить до туда, мне всё равно в магазин надо. — Было бы неплохо… Спасибо.       Джек встаёт с кровати, зевает и тянется, после чего вздрагивает от мурашек. О, ему тоже холодно, значит не я один такой идиот. После этого он подходит к окну, отдёргивает шторы, и я вижу, как всё в снегу. — Пиздец, рановато в этом году он… — Рановато? Сейчас только середина октября, а это явно не «рановато», а «рано». — Блондинка… — Джек подходит ко мне ближе и целует в лоб, — Ты забыл, что ты в Канаде, а не в Америке. И вообще, наслаждайся снегом пока можешь, всё равно скоро свалишь в Майами, а там позабудешь о нём.       Возможно Джек прав… Возможно мне стоит наслаждаться снегом, пока у меня реально есть такая возможность, ибо кто знает, когда я увижу его в следующий раз после переезда… Если перееду…

***

      Как и обещал, Джек проводил меня до здания с офисами, а там меня уже встретили родители. Мама и Джек недовольно пялились друг на друга некоторое время, а после папа понял, что пора спасать ситуацию. — Ты мне не нравишься, — произносит моя мама, смотря на Джека, потом поворачивает голову ко мне, — Не общайся с ним больше. — Мам… — Знаете, вы мне тоже не очень то уж нравитесь, — Джек оглядывает мою маму с ног до головы, после улыбается как-то странно. Блять, что ты задумал? — Я бы сказал, что вы где-то на троечку из десяти. — Да как ты… Да… Что ты себе поз… Мм!       О даа, по моей маме было прекрасно видно то, насколько сильно её зацепили слова Джека. А парня лишь веселили психи моей мамы, что заставляло сдерживать мой смех. А папа… Если до фразы Джека он пытался как-то маму быстрее увести в здание, то сейчас он наоборот отошёл от неё на безопасное расстояние. — Никогда! Слышишь меня? Никогда больше не смей стоять около моего сына! — Да без проблем, могу лежать около него. — Нет! Даже близко с ним находится не смей! — А в нём… — начинает Джек, после чего делает вид, будто бы начинает кашлять, — Хорошо…       Идиот… Кусок идиота… Я не знаю, что он там хотел сказать, но начало «в нём» явно не хорошее… Я уверен даже, что он хотел в шутку спросить «а в нём находится я могу?», но после одумался и заткнулся. Я надеюсь… — До завтра, блондинка, — брюнет подмигивает мне, после чего идёт дальше по улице.       Родители почти сразу же заходят в здание, а я ещё пару секунд стою на улице и смотрю то ли на Джека, который спокойно идёт по своим делам, то ли на снег, который падает с неба.       Всё же… Снег — это реально красиво… Но неудобно, и заставляет весь город останавливаться. Особенно когда его много выпадает ночью. Вот тогда всё — автобусы опаздывают, машины вечно стоят в пробках, метро забито ещё сильнее обычного… И слякоть ещё…       Захожу в здание за родителями, после чего вижу, как они уже беседуют с каким-то лысым мужчиной. Лет примерно сорок, может даже чуть больше, худой, в прекрасном костюме, который идеально сидит на его теле… И с обручальным кольцом на руке… Ну да, и почему я не удивлён, что он тоже женат? — Пройдёмте в мой кабинет и там всё обсудим чуть-чуть подробнее.       Плетусь за родителями до лифта, а потом проскакиваю в него первый. Зеркала есть, значит всё хорошо, значит я не умру прямо тут и сейчас от внезапного приступа клаустрофобии. Всё же жалко, что лифт не стеклянный… Так бы была бы возможность лучше осмотреть бизнес центр.       Мы выходим на шестом этаже и идём по коридору налево до конца, после чего мужчина открывает дверь в кабинет и пропускает нас. Родители садятся на стулья около стола, а я оглядываюсь по сторонам и сажусь на диванчик. Ого, рядом с диванчиком на стене висит куча сертификатов… Интересно. — Давайте подробнее теперь обсудим вашу проблему? — спрашивает мужчина, когда сам садится за своё кресло, — Забыл представиться, меня Артур зовут, — вау, обязательно было делать такое пафосное ударение на первую букву? Ты не король Артур, чтобы так восхвалять себя. — Значит дело всё в том, что мы с семьей около месяца назад переехали сюда, в Канаду, благодаря нашей работе. И недавно мы узнаём с мужем, что наши родители собирают какие-то бумаги и подают на нас заявление в суд, чтобы нас лишить родительских прав, а нашего сына забрать обратно в Америку.       Артур внимательно слушает маму, после чего кидает взгляд на меня, и я ему легко улыбаюсь. Он меня уже начинает бесить. Не доверяю я лысым людям, они мне кажутся какими-то злодеями… В мультиках почти всегда лысые герои — злодеи. — А что было до этого? Не могли же они просто взять и ни с чего написать заявление? — Ну… Понимаете… — ого, мой отец впервые заговорил где-то, кроме дома? — Наши матери всегда не одобряли наш стиль воспитания нашего сына, всегда критиковали нас и были крайне против того, чтобы Бен уезжал с нами в Канаду. Они говорили, что мы испортим ему жизнь этим. — А теперь они ещё и узнали про то, что его изнасиловали в школе, поэтому и хотят Бена забрать как можно быстрее, — ой блять… Мама… Мамочка… Мать моя, блять, зачем ты об этом говоришь какому-то левому мужику?       Мужчина некоторое время просто молча сидит, смотря то в свой стол, то на стаканчик с ручками, после чего поднимает взгляд на моих родителей, переводит его на меня и спрашивает: — А сам то ты где хотел бы жить? — Ой, Артур, да не спрашивайте вы его! — мама отвечает вместо меня… Собственно, как и всегда, мог бы и не удивляться этому, — Он, конечно же, только и твердит о том, что хочет вернуться в Америку, но мы то лучше знаем, что ему будет выгоднее для дальнейшей жизни.       Ага… Конечно… Родители всегда знают о том, что лучше для их детей. Особенно когда хотят свои детские мечты воплотить через жизни и судьбы своих детей. Даже если им это совсем не интересно…       Интересно, а Джек сам хотел заниматься рисованием, гитарой и тхэквондо, или он пошёл туда по наставлению родственников?

***

      Отсидев у адвоката примерно час своей жизни, мы наконец-то с родителями уехали оттуда и вернулись домой. Ну и я как раз успел договориться с Тимом о том, что встретимся скоро в одной кофейне, которая недалеко от моего дома. Правда единственным минусом было то, что Тим сказал, что с ним будет Брайан.       Не то, чтобы я прям так сильно не хотел видеть Брайана, просто у нас с ним достаточно сильно напряжённые взаимоотношения. И лично мне не очень комфортно находиться с ним за одним столом в столовой. Но надеюсь, что сейчас всё будет нормально.       И вот я, переодевшись и поев дома, уже наконец-то подхожу к этой кофейне, захожу и вижу этих двоих на подоконнике, который сделан, как диванчик. Улыбаюсь им, после чего подхожу. — Привет. — О, ты живой, — произносит Брайан и легко улыбается мне, — Это уже очень хорошо. — Ну да, живой, а с чего бы мне быть мёртвым? — Тим рассказал о том, что ты ночевал у Вайза. И то, что вы с ним в пятницу вместе пили в ночном клубе. — А, да? И только? — смотрю на Тима, который легко кивает так, чтобы этого не заметил Брайан, — Ну то есть это и есть вся причина, по которой я должен быть мёртв? — Насколько я помню, у вас с Джеком что-то типа войны. Разве я не прав? — Это в прошлом… — оглядываюсь по сторонам, после чего вижу меню и цены кофе, — Может закажем кофе? — Я ещё старое не выпил, — говорит парень, показывая, что в стаканчике ещё примерно половина. — А я бы не против купить новое… Пошли, Бен, у меня как раз есть скидочная карта здесь.       Прежде чем уйти, я снимаю и кидаю свою куртку рядом с рюкзаком Тима, после чего отходит в сторону. Блин… Я не очень хорошо помню то, что происходило уже в субботу ночью, когда мы с Джеком пытались добраться до его квартиры, но я точно помню, что дал ему номер Тима, что он звонил и потом писал что-то шатену. — Слушай, спа… — Как ты? — Тим перебивает меня и обеспокоенно смотрит в глаза, — Всё в порядке? — Да… Да, всё хорошо благодаря тебе. — Не, — с улыбкой отвечает парень, смотря мне в глаза, — Я тут не причём. Я просто сказал Джеку то, что знает почти каждый. А всё сделал он и твой организм, который оказался сильнее, чем мне казалось. — Но всё равно, если бы не ты, то он бы не знал, что со мной делать. Так что спасибо тебе… — Ох… Мы ещё с Джеком договорились вместе избить того парня, который тебе алкоголь подмешал в коктейль, так что веселье и эта история ещё не закончились.       Что? Простите, что? Он и Джек? Договорились? Вроде бы Тим относится к Джеку точно так же, как и к Джеффу, то есть с неприязнью… Хотя может я чего-то не знаю? Может они раньше общались, раз Джек сразу спросил про его номер? Если просил, значит знал, что Тим поможет. А если знал, то значит они действительно раньше общались. — А откуда Джек узнал, что ты точно сможешь мне помочь и знаешь, что делать? — Оу, он просто знает, что я просто неоднократно помогал… — парень затыкается на половине фразы, после чего отводит взгляд в сторону, — А в принципе, не важно, кому я помогал выжить… Просто знай, что я уже пару раз спасал одного человека и от алкогольного отравления, и от наркотиков, и от попыток умереть.       Смотрю на парня и пытаюсь понять, про кого он говорит. Ну явно не про Джека, я уверен в этом. И вряд ли про Тоби или Джеффа, значит… А с чего я вообще взял, что знаю этого человека? Может это какой-то их старый общий знакомый?       Больше подобные темы с Тимом мы не затрагивали. Просто поговорили про погоду, заказали кофе, поговорили про игру, в которую играли на днях, получили свой заказ и пошли обратно к Брайану.       С Брайаном же было чуть сложнее, он продолжал пытаться узнать, как так получилось, что мы с Джеком нормально общаемся, что больше не ненавидим друг друга и не оскорбляем. В конце концов он успокоился после моего очередного ответа и лишь иногда поглядывал в мою сторону. — Бен? — спрашивает он, когда заканчивает пить кофе. — Что? — У тебя след от укуса на плече, — произносит парень, даже не поворачиваясь ко мне, — Это… От Вайза?       Тим смотрит то на меня, то на Брайана, после чего ставит кофе, поворачивается ко мне и стягивает футболку с плеча, пытаясь найти след от укуса. Ни я, ни Тим в упор не видим его, пока Брайан не показывает нам его. — Ну… — Слушай, Брайан, а какая нам разница? Даже если от Вайза, то какое это отношение имеет к нам? — Ты прав, никакого. Извини, что спросил об этом. — Да… Всё в порядке. Лучше скажи, как ты это смог заметить. — Просто… Порой… Эм… — Брайан начинает говорить, но часто замолкает, будто бы подбирая нужные слова, — Порой я вижу мир отчётливей, вот и всё. Ничего такого.       Пожимаю плечами, улыбаясь парню. Ладно… Может… Может Брайан не такой уж и плохой, каким он мне казался недавно? Может я просто начал ошибаться в людях?

***

      Разойтись мы решили уже ближе к семи вечера. То есть в кофейне мы просидели около трех с половиной, может четырёх часов. Ну и несложно понять, что за это время мы ещё несколько раз ходили и заказывали себе кофе. Кстати, больше всего кофе заказал Тим.       И вот мы одеваем куртки, как вдруг моё внимание привлекает что-то красное на руке Брайана. Сначала мне показалось, что это красные нитки, о которой я хотел сказать парню, но лишь потом понял, что это царапины и свежие порезы.       Не знаю как, но Брайан заметил, что я смотрю на его руку, наши взгляды пересеклись и он попытался как можно быстрее отвести взгляд и спрятать руку от моего взора и взора всех остальных.       Оу… Так вот про кого заикнулся Тим пару часов назад в разговоре… Значит… Он кучу раз спасал Брайана и его жизнь… Оу…