Однажды в Выручай-комнате

      Сонное сознание Северуса начало проясняться от ощущения нежных поцелуев по всему лицу. По губам невольно скользнула улыбка, которую мужчина поспешил спрятать, чтобы не спугнуть Гермиону и посмотреть, что будет дальше. От взгляда гриффиндорки это не укрылось, но она приняла правила игры и стала покрывать поцелуями крупный крючковатый нос, а как добралась до тонкой линии губ, со всей страстью впилась в них, тут же цепляя зубами и проникая языком между. В ту же секунду Северус открыл глаза и сжал крепкой хваткой бедро закинутой на него ноги. Гермиона тихо ахнула и ослабила напор, но мужчина сам отстранился полностью и переместился так, чтобы нависать над ней всем телом.       — Сексуальный львёнок решил поиграть в роковую львицу? — хмыкнул он, и тут же впился в приоткрывшиеся было в попытке что-то сказать мягкие губы. Грейнджер обмякла под ним и послушно приняла главенствующую роль мужчины, обхватывая его лицо обеими руками и прижимая ближе к себе. Но Снейп оставил ещё буквально пару поцелуев на покрасневших припухших губах и отстранился. — Встань на колени, максимально отставив ягодицы, грудь как можно ниже, руки перед собой, — чётко озвучил он, прежде чем слезть с кровати и исчезнуть за неприметной дверью.       Гермиона встала в обозначенную позу, но требование столь открыто выставить выпоротые вчера до красноты ягодицы было выше её сил, и она лишь немного неуклюже опёрлась на локти, практически не выгнувшись и не касаясь сосками кровати. Не успела она хорошо всё обдумать, как со стороны двери раздался скрип, а через мгновение в комнату зашёл зельевар. Щёки девушки сравнялись цветом с ягодицами, но она поспешила поднять их повыше, как требовал того Снейп, и принять обозначенную позу. Тот же молча наблюдал за её действиями, и лишь когда Грейнджер замерла, не спеша подошёл к ней. — А львёнок умеет показать коготки, — хрипловато сказал Снейп, одновременно зарываясь носом в раскидавшиеся после сна в беспорядке волосы и двумя пальцами раздвигая промежность, чтобы нырнуть ими внутрь. Обнаружив там первую тёплую влагу, мужчина проигнорировал смущённый «ах» Гермионы, вытащил пальцы и погладил ими анус. Добавив к естественной смазке слюну, он ввел в него указательный палец и принялся аккуратно двигать. — Что ты чувствуешь, стоя на коленях, пока ненавистный тебе много лет профессор разрабатывает твой зад?       — Возбужде-е-ение, сэр, — жалобно протянула Гермиона, начав негромко постанывать.       — Ещё?       — Это унизительно.       — Умница, — удовлетворённо произнес Снейп, доставая из расслабившегося немного ануса палец, чтобы начать вставлять его вместе со вторым. — И тебе нравится это унижение?       — Да, — тихо выдохнула девушка, неосознанно помахивая бёдрами в попытке ощутить их глубже.       — Да, сэр, — жёстко сказал Северус, одним движением продвигая пальцы на две фаланги и с удовольствием отмечая, как девушка заерзала и тихо заскулила. — Ты ласкала себя сзади до получения посылки?       — Да, сэр. Во время мастурбации я люблю гладить себя… там… снаружи.       — Расскажи подробнее.       — Я встаю на колени, беру смазку с промежности… И начинаю скользить вдоль ануса, — тихо начала говорить Гермиона, чувствуя, как кровь сильнее приливает к лицу и становится труднее дышать, — а когда расслабляюсь, раскрываю в стороны ягодицы, чтобы почувствовать себя…       — Анальной шлюшкой, мечтающей, чтобы её заткнули сзади?       — Да, сэр.       — Молодец, — Снейп снова приблизился к ней, оказавшись возле самого уха, и опалил его верхний край дыханием, — впредь я хочу получать от тебя такие подробные ответы не только на лекциях.       Мужчина вытащил пальцы, но тут же взял вчерашнюю пробку и заменил их ею. Вернулся к промежности, бегло сжал и помассировал влажную плоть, но тут же отстранился, проигнорировав явственный стон и попытку получить больше ласки Гермионы.       — Несмотря на твоё продвижение, оставить утреннее непослушание безнаказанным я не могу, — вновь заговорил Северус, коснувшись Грейнджер, но сменив жёсткие движения, от которых сходила с ума девушка, на скользящие, точно невзначай касающиеся влажной плоти, — я хотел познакомить тебя со стеком, но ты заработала двадцать ударов тростью по своей оставленной заднице, — Снейп снова поднялся, сопроводив это крепким шлепком ладонью, и вернулся, держа в руках тонкую трость.       Гермиона лишь краем глаза смогла увидеть её и успела выдохнуть, что удары не будут слишком болезненными, но все её надежды на мягкость разбились вдребезги вместе с первым опущенным шлепком. Полоса от трости протянулась через обе ягодицы, а через мгновение стала ярче, принеся девушке ещё более интенсивную боль. Второй удар пришелся ниже, ощутимо впившись в нежную кожу на соединении бёдер и ягодиц и срывая с губ крик. Третий раз вновь попал на середину попки, а четвертый спустился ещё ниже, на чувствительные бёдра. Грейнджер вскрикивала и дергалась, но не позволяла себе сменить позу, чтобы не разочаровать своего профессора.       Где-то на восьмом ударе трость перестала ощущаться так болезненно, а десятый удар спровоцировал прилив тепла между ног. От чуткого обоняния зельевара не укрылся аромат женского возбуждения, но внешне он лишь крепче сжал кулаки, не сняв с лица непроницаемую маску. К концу порки Гермиона забыла, что ей вообще было очень больно: боль растеклась под ягодицами, согревая кожу и концентрируясь в промежности. Девушка точно впала в какой-то транс, из которого её вытащила крепкая рука Снейпа в волосах. Едва отзвучал последний удар, он собрал пушистые кудри Гермионы в кулак и заставил посмотреть на себя.       — Что ты поняла сегодня?       — Что должна соблюдать все Ваши указания и по-особенному называть Вас во время наших игр, сэр.       — Верно, ещё?       — Что не должна стесняться своих желаний и чётко и подробно говорить о них, сэр.       — Хорошая девочка, — по телу Снейпа прокатилась тёплая волна возбуждения, и не задумываясь особо о том, достаточным ли было наказание и можно ли наградить девушку за старания прямо сейчас, он продолжил: — Ты хочешь о чём-то попросить?       — Да… Я бы хотела доставить Вам удовольствие ртом, сэр.       Снейп, ожидавший, что она попросит что-то для собственного удовольствия, вновь удивлённо замер, и пару секунд боролся с желанием отменить все тематические правила и заняться с Гермионой более традиционным сексом, но решил, что выход из образа может помешать обоим, и тем же твёрдым тоном произнес, устраиваясь поудобнее: — Впредь, я сам буду использовать твой рот, как и другие отверстия, по своему усмотрению. Но раз я пообещал, можешь…       Договорить он не успел: девушка резко переместилась к нему в ноги и с воистину не женским рвением стала стягивать с него трусы, под которыми было уже заметно неслабое возбуждение. Но дразнить его Гермиона не собиралась, она сходу начала нежно облизывать и посасывать головку, постоянно опускаясь ниже. Северус лишь убрал ей волосы для удобства и поглаживал по голове, не мешая Грейнджер двигаться в комфортном темпе, но когда гриффиндорка была на середине, не сдержался и стал толкаться в неё снизу, давя на затылок сверху. Гермиона уже успела наиграться и положительно восприняла грубость, плотнее обхватив плоть Снейпа губами и добавив слюны. Он мог бы толкаться в податливую влажность вечность, но оплошность, которую он едва не допустил вчера, напомнила о себе, и мужчина остановился и отодвинул от себя голову девушки.       Гермиона недоуменно, с ноткой недовольства посмотрела на него, но Снейп не дал ей ничего сказать, перевернув на спину и надавив на ноги, и резко вошёл в горячую плоть. Грейнджер закатила глаза и шумно ахнула, едва не задохнувшись в собственном стоне, и впервые за сегодняшнее утро посмотрела профессору в лицо. На нем была привычная маска хладнокровной невозмутимости, лишь огромные зрачки на фоне тёмных радужек и сжатые в тонкую линию губы выдавали его желание и наслаждение. Северус принялся активно толкаться в сочащуюся смазкой Гермиону, срывая с её губ протяжные стоны, и, не прерывая зрительного контакта и не останавливаясь, дотянулся до стека.       Первый хлопок пришёлся на соблазнительно выделяющийся на белоснежной коже груди твердый сосок и вызвал лишь удивлённый возглас Грейнджер, второй обжёг другой, сорвав с ее губ уже жалобный стон. Не видя протеста девушки, а лишь наоборот, Снейп с шумными щелчками принялся опускать лопатку стека на подрагивающую в такт его движениям грудь, стремительно покрывая её розовыми пятнами и превращая соски в два твердых комка нервных окончаний.       — Сильнее… — Гермиона недвусмысленно обхватила грудь по бокам, соединяя и прося ударить её по соскам.       — Моя маленькая мазохистка, — возбуждено прохрипел мужчина, ускорившись и особенно сильно шлепнув девушку по обоим горошинам.       — О-о-о-ох, я сейчас… Больше не могу…       — Кончи, моя девочка, кончи для меня, — Северус был уже не в состоянии сдерживать себя, отбросил стек в сторону, прижал гриффиндорку собственным телом и максимально ускорился. И Гермиона сорвалась буквально сразу, сильными пульсациями мышц и протяжными стонами заставив кончить и мужчину. Тот переместился на вторую половину кровати и закрыл глаза, стараясь успокоить дыхание, точно после марафонского забега.       Привело его в норму тихое посапывание. Повернув голову, Снейп увидел задремавшую Гермиону, даже во сне губы которой сложились в лёгкую улыбку. Северус не смог сдержать собственную и, погладив девушку по щеке и укрыв одеялом, бесшумно вышел из комнаты.

***

      Гермиона открыла глаза, когда стрелки часов уже показывали ранний вечер. Резко подскочив, тем самым спровоцировав прилив боли к саднящей после порки попке, она принялась проматывать в голове утренние события, воспоминания о которых тут же заставили её потечь, но девушка мгновенно выкинула из головы пошлые мысли, испугавшись из-за отсутствия рядом Снейпа. Не было никаких оснований полагать, что он её бросил, но сердце предательски бешено заколотилось, а ко лбу прилил жар, пока взгляд не зацепился за аккуратный замшевый футляр на тумбочке рядом с той самой пробкой. Гермиона заглянула внутрь и замерла, обнаружив там чокер из чёрной кожи. Девушка взяла его в руки и почувствовала на внутренней, противоположной застёжке стороне незаметную снаружи гравировку — S.S. Приложив его в шее, Гермиона ощутила, что она пришлась чётко в небольшую ямочку у неё на шее, точно вещь была создана именно для неё. Но надевать такой аксессуар самой ей категорически не хотелось, и девушка отправилась на поиски Снейпа.       Идти далеко не пришлось: мужчина обнаружился сидящим перед волшебным камином, не создающим жар, а лишь волшебную атмосферу, с чаем и книгой. Вид Снейпа в домашних штанах и потертой футболке, с взъерошенными влажными волосами, показался Грейнджер настолько нелепым, что она не выдержала и рассмеялась. Зельевар шумно захлопнул книгу и повернулся к ней, кажется, даже слегка вспыхивая, но вмиг вернул себе самообладание и строгий вид.       — Ты отдохнула?       — Да, — кивнула девушка, подходя ближе и опускаясь на колени, а после протягивая мужчине футляр. Северус застыл, восторженно выдохнув от столь покорного жеста, и одобрительно положил руку на макушку гриффиндорки. — Я хочу попросить Вас надеть мне его, сэр, — произнесла Гермиона, и Снейп вмиг извлёк из упаковки украшение и сомкнул свой атрибут вокруг тонкой шеи.       — Моя хорошая девочка…