Возвращение Двойного Черного или Обратно в ад

Ацуши молча косится на Дазая, что не только пришёл на работу раньше времени, ещё и снова расселся на его столе. Суицидник не отводит глаз от двери и сразу окликает новенькую, стоит ей только войти: — Акира! Вчера… — Акира, сопроводи Рампо в полицейский участок пятого района, — словно из ниоткуда появляется директор, возле которого стоит не Одаренный. — Да, директор, — кидает взгляд на парня, страх которого сменился каким-то восторженным ожиданием. Дазай провожает детектива подозрительно-недовольным взглядом, а после что-то сокрушенно причитает, когда Куникида не позволяет ему свалить, отправив работать за его стол. Очередное скучное дело, очередные подкаты полицейских, от которых Акира пока ещё вежливо открещивается. Задержание, допрос, закрытие дела… Акира обреченно вздыхает и снова отпивает кофе из стаканчика, опираясь о парапет второго этажа. Она даже не может решить, что более скучно: такие задания Агенства или ещё недавняя снежная равнина аномалии. Хотя разве это важно? Ей просто невероятно скучно! — Идём, — подойдя, слишком громко и бодро восклицает не Одаренный. — Что так долго? — произносит Акира, но не ожидает ответа, а выкидывает стаканчик и направляется на выход. Рампо идёт возле неё, даже не глядя под ноги и, ожидаемо, умудряется запнуться. От встречи с асфальтом его уберегает реакция спутницы, что ловит его за шкирку, ставит на ноги и идёт дальше, словно ничего не было. — Что за отношение? Вообще-то я старше тебя и уже давно работаю в Агенстве! И… — Да мне плевать. Я не нанималась нянькой для капризного мальчишки с завышенной самооценкой. — Кто бы говорил, — недовольно фыркает Рампо. — Не скажешь, что задумал? — всё же спрашивает Акира, делая вид, что не заметила, как дернулся парень. — Из тебя вдохновение ключом бьёт с самого утра. — Я знаю кто ты. Поговорить хочу. — Туда? — девушка указывает рукой в сторону кафе, чувствуя, как парнишка быстро теряет весь боевой настрой. Считает, что общественное место будет лучшим для такого разговора. Детектив кивает. Они заходят в кафе, делают заказ, который ждут в тишине. Парень, нервничая, обдумывает дальнейший план. Акира же просто ждёт. Она знала, что остальные узнают о её прежней работе, но надеялась, что это не случится так рано. Она не хотела, снова стать изгоем среди детективов, как в Нагоя, но больше всего не хотелось возвращаться на прежнюю «работу». Официантка приносит заказ и девушке надоедает ждать: — И? Оформил, наконец, мысли в предложения? Рампо едва не давится чаем, отставив который, нависнув над столиком, приближается к Одаренной: — Я знаю кто ты. Какие задания выполняла и где работала. Не знаю, зачем ты вернулась, но если посмеешь навредить директору или остальным из Агенства… — Тогда что? — скалится ему в лицо Акира, пальчиком придерживая его за подбородок, не позволяя отстраниться. Не Одаренный понимает, что не может пошевелиться, а ещё её голос, который, кажется, режет на части… Внутри быстро поднимается паника, с которой он ничего не может поделать. — Ты ведь не сказал никому из них. Правда? — Если ты уйдешь, я никому… — мямлит Рампо, пытаясь ставить условия. — Ты можешь играть детектива, играть Одаренного, но играть копа у тебя не получается. А знаешь почему? Есть ещё один вариант. Ты умный мальчик. Догадаешься? Он понимает, о чем говорит новенькая, но через силу мотает головой, скорее отрицая возможность такого исхода. — Как жаль. Я просто убью тебя. Или не просто. Ты же знаешь, как развлекаются некоторые мафиози? И те, кто будут тебя искать — никогда не найдут твой труп. Ни-ког-да. Дыхание перехватывает, в глазах темнеет, и последнее о чем он успевает подумать прежде, чем потерять сознание: «Мне конец». Акира ловит парня и укладывает на диванчик, на котором тот сидел. Замечает официантку, что уже спешит к ним и натягивает улыбку: — Ничего такого. С моим спутником такое бывает, — отвечает на вопрос обеспокоенной девушки и просит принести стакан воды, с котором та едва ли не прибегает. Благодарит, отпускает официантку и, как только так уходит, выливает на лицо парня всю воду из стакана. Взмахом руки избавляется от воды на диване и полу, оставив мокрым лишь откашливающегося детектива. — Где я?.. — В кафе, где и был, — фыркает Акира и, когда тот дергается, увидев её возле себя, возвращается на прежнее место напротив не Одаренного. — Ты слишком наивен, как для гениального детектива, — безразлично произносит новенькая и делает очередной глоток кофе, а после вновь подзывает официантку и заказывает пирожные. Всё же им придётся поговорить. — Я не хочу снова уезжать из Йокогамы или покидать Агенство, — вдруг произносит Акира, подняв голову и смотря парню в глаза: — Если у тебя есть вопросы, я отвечу. Но я не уеду. После такого Рампо теряется, ведётся на искренность, видя боль в глубине её глаз. — Почему ты растерялся? Ведь ты был так вдохновлен и так самоуверен? — интересуется девушка, склонив голову, рассматривает человека напротив. — Я не… — Я чувствую. И не понимаю почему. Ты сказал, что не знаешь, зачем я вернулась. Я расскажу, — вилкой отделяет кусочек пирожного и отправляет в рот: — Знаешь, что делал Фукудзава до того, как стать директором Агенства? — Директор самый благородный человек! Не смей подвергать сомнению его!.. — Я говорю не о его работе, а о детском доме для Одаренных, что сейчас находится под покровительством Агенства. Ты не знал? — делает вилкой какой-то неопределенно вопросительный жест. — Он основал его ещё когда работал на правительство. Я родилась в этом приюте. Директор всегда был добр ко мне. Добрый и справедливый. Лучшего «отца» и не пожелаешь. Правда, ведь? — Да, — соглашается Рампо, переваривая новую информацию. — Не важно, что я купалась в крови. Я лишь хотела вернуться домой, к моей наставнице, директору и детишкам приюта, что были и будут для меня моими братьями и сестрами, — смотря на пирожное, улыбается Акира, но тут же прокручивает в голове предложение и, посмотрев на детектива, исправляется: — То есть, то, что я убивала обычных людей и Одаренных важно, я понимаю и принимаю последствия, но я просто хотела выжить и вернуться. Изо дня в день и из года в год я просто пыталась выжить и вернуться к тем, кто стал для меня семьёй взамен той, которой у меня никогда не было. По правде сказать, Акира не надеется на понимание, хотя где-то глубоко ещё верит. Так наивно и так по-детски верит, что кто-то сможет принять её такой, какая она есть. Именно такой, какая она есть, а не той, кем хочет видеть её директор, наставница или кто-то ещё. Акира вздрагивает, когда ей на голову ложится ладонь и в непонимании поднимает глаза: — Что ты делаешь? — Когда-то директор делал так, когда мне было грустно. — Я так жалко выгляжу? Во взгляде и выражении лица парня отчётливо видно согласие. Должно быть, что-то отражается и на лице новенькой, что они одновременно начинают смеяться. И это разряжает обстановку. — Я услышал тебя. И если у директора были причины взять тебя на работу, я не должен сомневаться в его решении. Так ведь? — через несколько минут произносит Рампо и, заказав новую порцию сладостей, оборачивается к ней, буквально светясь от очередной порции энтузиазма: — Как там в Нагоя? Как работает Главное Агенство? А Мафия? Почему, вернувшись, ты отказалась шпионить за Портовыми? А ещё… Акира удивлённо моргает, а потом прячет улыбку за чашкой. Всё же не Одаренные странные, хотя и Одаренные не лучше. Не остаётся другого выхода, как ответить на вопросы детектива, который хотел всё знать и понимать. Лишь когда начинает вечереть, девушке удаётся вытянуть детектива из кафе, ведь им ещё нужно отчитаться перед директором. По пути заходят в магазин за сладостями и уже в Агенстве удивляют остальных более чем мирным общением. Сладости, дружеское общение и смех… Дазай в удивлении протирает глаза, не веря в происходящее: ведь новенькая ясно дала понять, что не собирается общаться с не Одаренными, а сам Рампо боялся её до потери речи. Теперь же он что-то воодушевленно вещал девушке, а та выглядела весьма увлеченной рассказом. — Хорошо, что Акира с кем-то подружилась. Иногда она выглядит грустной, — слышится тихий голосок Тигра, а у Дазая возникают всё новые и новые вопросы. Порой мальчишка замечает слишком многое.