***
— Чёрт… Шея…- тихо прохрипел Чуя, отдираясь от старого, обветшалого пня, размеров которого хватило для небольшого тельца Накахара. Неровный, с торчащими щепками со всех сторон, немного вытянутой формы, что сказалось на позе для накахаровского сна. По выше указанным причинам пришлось спать прижав ноги к груди. Сейчас рыжий больше напоминал ежа или кактус, щепки прилипли к крохотному тельцу, а те, что поменьше вгрызлись в кожу: — Вот дерьмо… — нахмурился Накахара, ощущая каждую занозу в своей бледной коже. Над головой простирался лазурный небосвод, что стал дорогой для белоснежных облаков, что тягуче-медленно перебирались. Отряхнувшись от остатков древесины на себе, задрал голову вверх, поглядывая на небо, цвет которого кажется отражался в глазах Чуи. Пооглядываясь с минуту до коротышки дошло, что он крутился у обочины дороги все это время, что ему нужно было пройти с сотни метров к краю леса и выйти к дороге. Во всем теле отзывалась ломота ответ на каждое движение, суставы будто хрустели и скрипели. Да и вообще общее состояние голубоглазого остовляло желать лучшего… Наилучшего. А внешний, потрепанный вид так и кричал о том, что этому измученному созданию требуется: сменная одежда, вода и еда, а лучше воды только вино, а ещё ванна, горячая ванна и самое важное за чем он топает, этот долбанный источник вечной юности. Правда для этого нужно побочное действие — найти серого волка. Конечно он не понимает как этот волк должен помочь ему.***
Рыжий устало топал по обочине дороги, рассматривая мелкие камешки, что будто преграждали путь. Голубоглазый слишком выматался. В его планы не входила ночлежка в лесу, на этом чёртовом пне. Дорога казалось бесконечной, дьявольское солнце пекло, так что, струйки пота стекали по лицу рыжеволосого. Голубоглазый, будто с трудом смахивал капельки пота рукой, обтянутой чёрной коженной перчаткой.***
Шапочка окинула взглядом, вновь сверкающих глаз большое здание, что служило одновременно и борделем, и казино, и публичным домом, и баром, и отелем. Разношерстная публика обитала постоянно. От богачей, что пришли лишь за женским вниманием милых девушек, что те получат за n-нную сумму, до знатных любителей самой дешёвой выпивки, жадных до сильно разбавленного спирта водой.***
Внешне невзрачное здание так и манило. Внутри же были круглые деревянные столы, широкие, мягкие чёрные и темно-синие диваны, светящиеся разноцветные фонарики, выполненные на японский или китайский манер. Тёмная барная стойка и кирпичная стена с полками, на которых стояли разные бутылки с разнообразными жидкостями: круглые и вытянутые, широкие и узкие, с этикетками и без, без бирок с годами выдержки и с ними, зелёные, чёрные, бардово-красный и темно-каричневые, полу-прозрачные и затемненные, стекло которых не поблескивало на свету. Оно казалось совершенно матовым. Это место всегда сопровождал звук льющегося алкоголя и несмолкаемого женского смеха.***
— Минуту… — рыжий остановил, какого-то парнишку, что был заметно пьян и его мутный взгляд еле фокусировался на голубоглазом коротышке — М-м-м? — парень поднял взгляд затуманеных чёрных глаз — Что это за место? — рыжий действительно не знал, и искренни заинтересовался, потому что желудок жутко сводило и кажется, он уже сросся с позвоночником. Накахара редко проходил тут, по этой дороге. — Это-то? — парень криво улыбнулся, оглянувшись — Да-да-да, именно это крути мозгой быстрее. — Ах… Ну… — Ну?