Crying in the club.

      Почему люди работают на двух работах? Некоторые просто вынуждены это делать, потому что нужны деньги. А есть те, кто разделяет нелюбимую работу со своим признанием. В случае Чжухона первый вариант отпадал сразу. Но и сказать, что это было его призвание нельзя. Хотя, никто еще не заявлял является ли призванием…порно. Ли Чжухону было три года, когда он впервые пнул своей маленькой ножкой мячик. Его отец сразу заметил потенциал в своем сыне и отдал его в секцию футбола. В пять лет он получил свою первую золотую медаль. В пятнадцать его пригласили играть в один из самых элитных клубов Кореи. В девятнадцать лет Чжухон впервые надевает латексные перчатки и снимается в порно. Как так вышло? На самом деле все до неприличия просто. Когда Ли только начал играть в клубе, у него завязались отношения с одним из игроков. Эти отношения хоть и продлились недолго, но страсти и безумия было хоть отбавляй. Именно тот самый парень, который, к слову, был на пару лет старше Чжухона и привёл последнего в эту грязную сферу. Ли тогда сильно испугался, потому что испугаться такого было легко. Не каждый выдержит те пытки, что устраивал парень Чжухона. Собственно это и послужило причиной их расставания. Но даже после долгих месяцев попыток забыть весь тот ужас, который он ощутил на себе, парень не смог. Не смог и решил пойти по пути меньшего сопротивления. Решил, что сам займётся этим. Найти притон, в котором парни и девушки совокупляются не просто вдвоем, а еще и с надзирателем было не так уж и сложно. Благодаря внешности, Чжухона сразу приняли на работу. Конечно, поначалу было тяжело. Он срывался, убегал, не выдерживал напора. Но со временем он стал привыкать. Посетители все больше и больше стремились попасть именно к «Хони». Несмотря на угрожающий внешний вид, этот псевдоним подходил Чжухону как нельзя кстати. Во время работы он был настолько сладок, что от одного его взгляда можно было получить такой кайф, который получают обычно от наркотиков. Время шло, а Хони все также преуспевал в футболе днем и раздевал людей по ночам. Он уже давно стал визитной карточкой того самого клуба, в который когда-то пришел еще совсем мальчиком. Рутинные дни уже стали привычны для парня до определённого момента. В один из таких обычных дней пришел необычный клиент. *** Чжухон шёл по тёмному коридору клуба. Различные запахи были в нос: фруктовые смазки, ароматы тел, сигарет и алкоголя, вся эта мешанина была давно знакома парню. Ли направлялся в свою комнату, чтобы подготовиться к ночи. Его наряды были всегда разные, в его гардеробе всегда было огромное разнообразие портупей, латексной и кожаной одежды, различных цепей и ошейников. Сегодня Ли остановился на кожаных штанах, белой прозрачной футболке и латексных перчатках. Его образ дополняли небольшой ошейник, пару цепочек на шее и проколотые соски, которые так яро выпирали из-под футболки. Его чёрные, почти смоляные волосы, были аккуратно уложены назад. Пока Хони оглядывал себя в зеркале, ему пришло сообщение. Посмотрев на телефон, он увидел всего одно предложение от менеджера: «Спускайся, тебе понравится.)» Парень лишь ухмыльнулся и еще раз взглянув на себя в зеркале, направился вниз. Спустившись вниз, Чжухон направился в кабинет к менеджеру. Честно говоря, ему было интересно, что за клиент у него сегодня будет. Парня было сложно удивить, многолетний опыт и стальные нервы окутали разум Ли защитной оболочкой, которая просто не давала волю настоящим эмоциям. Хон открыл дверь, даже не постучав. В кабинете стоял большой стол, за которым сидел Хван, менеджер Чжухона, и видимо, клиент. Черноволосый не мог увидеть этого человека из-за высокой спинки кресла, но запах дорогого одеколона резко ударил в нос. — Хони, здравствуй, мы как раз заключали договор с твоим клиентом. — Хван заметно нервничал, изредка поглядывая на кресло напротив. Ли кивнул. Он оперся на дверной косяк, достав пачку Мальборо, легко вылавливая сигарету и зажимая ее меж губ. — Хван, у тебя нет зажигалки, я свою не взял. — монотонно спросил Чжухон. Менеджер вздрогнул, осипший голос Хона он слышал часто, но сегодня это почему-то пугало. Шаря по карманам, Хван уже хотел было сказать что-то, но его опередили. — Возьмите мою. — парень в кресле повернулся назад, держа в руках зажигалку. Твою. Мать. Его. Голос. Это все что пронеслось у Чжухона в голове. Он подошёл к креслу и наклонился, зажигая сигарету, при этом не прерывая зрительный контакт с клиентом. Его клиентом. Тёмные глаза, детское лицо и ахуенно низкий голос совсем не связывались в голове Хона. Этот парень был явно младше него, но вел он себя повзрослее друзей Чжухона. — Тебе хоть восемнадцать есть? Не рановато курить? — усмехнулся шатен, поймав на себе нервный и осуждающий взгляд Хвана. — Мне семнадцать и я не курю. Ношу с собой зажигалку для своих многочисленных пассий. — легко отвечает парень и кидает быструю ухмылку в сторону Чжухона, который на последних словах давится дымом и стискивает зубы, играя скулами. Он не шлюха. Да, он имеет каждого, кто заплатит большую сумму. Да, он заставляет парней и девушек стонать под ним до хрипов. Но он.не.шлюха. Борзость его новой игрушки поражает, а столь юный возраст заводит старшего. Он делает длинную затяжку и разворачивается, чтобы уйти, кидая последние слова. — Хван, 216. *** Ли стоит у окна и нервно курит. Не сказать, что он в бешенстве, но он явно раздражен. Раздражен и возбужден, потому что этот засранец сводит его с ума всем своим видом. Перед глазами Чжухона всплывают тонкие запястья, которые так удобно обхватить руками; губы, которые так красиво будут открываться в немом стоне. Его фантазии прерывает стук в дверь и пару глухих шагов. — Вы и здесь решили накурить. Совсем не заботитесь о здоровье ваших клиентов. — недовольно, но спокойно говорит парень. — Я думал, ты привык к запаху сигарет, раз у тебя курящие пассии. — шипит Чжухон, делая акцент на последнем слове. — Ах, не думал, что вас заденет это. Впрочем, перейдём к делу? — смеется брюнет. — Ах, так сразу? И прекрати обращаться ко мне на вы. Я не давал команду называть меня господином. — Ли докуривает, выбросив окурок в окно и закрывает его, поворачиваясь к клиенту. Только сейчас Хон мог оценить мальчишку. Он был невысокого роста, не качок, но мышцы имелись. Чёрные джинсы и белая рубашка делали его старше, наверняка, он всегда так одевался. — А, может быть, я хочу называть тебя господином. — ухмыляется парень, и пошло облизывает губы. Чжухону не хватает воздуха. Внутри вдруг что-то сжимается. Он не понимает, что с ним происходит и это его пугает. Чертовски пугает, потому что такого с ним никогда не было. Ему страшно от. Нет! Этого не может быть! Не с ним. Ли прогоняет все мысли, что почти захватили его разум, впиваясь в мозг. Он выпрямляется и в мгновение ока оказывается перед парнем, который сводит его с ума. — Я не хочу, чтобы ты так меня называл. — чеканит Чжухон, тяжело дыша. От него пахнет сигаретами и яростью. Его руки незаметно для него самого оказываются на талии шатена, ближе прижимая его к себе. — В этой комнате говорю только я. — рычит Ли, касаясь своими губами губ младшего. — Чангюн. — одно слово. Всего лишь одно слово Его голосом. Чжухон накрывает губы Чангюна, сминая их. Они стукаются зубами. Их языки пересчитывают все тридцать два зуба друг друга. Они целуются мокро. Их поцелуй полон чувств. Чжухон впервые ц е л у е т.