Игнотус

      Профессор Кеттлберн оказался на редкость интересным человеком. И пусть, по мнению Гарри, он не сильно подходил на роль профессора, свой предмет он знал превосходно. После пяти минут разговора Гарри начало казаться, что он общается с реинкарнацией Антиоха. Так же как и его старший брат, Сильванус Кеттлберн был из тех авантюристов, которые готовы залезть в пасть к монстру, чтобы собственноручно пересчитать ему все клыки. Причем, в случае с Кеттлберном, буквально. Наверное, будь в их время такая профессия как магозоолог, Антиох не остановился бы ни перед чем, чтобы стать в ней мастером. Работа с опасными полу-разумными существами, с одной стороны понимающими твои намерения, а с другой могущими тебя съесть, если ты наденешь не ту футболку для знакомства с ними, явно пришлась бы брату по душе. Как и Антиох, Сильванус был готов любить весь мир и не только радушно принял четверых первокурсников, но и охотно ответил на все интересующие их вопросы. — Хм, огненная саламандра. Говорите она родилась у вас на глазах? — Да, профессор, мы развели костер, чтобы… — Драко замялся, не зная, стоит ли говорить кому-нибудь о ритуале на Самайн. — Два дня назад, — кивнул своим мыслям Кеттлберн, делая вид, что не заметил заминки: — Просто прекрасно. Привязку сделали тогда же? — Да, сэр, — ответил Драко: — Может посоветуете что-нибудь? Я совсем не знаю, как ухаживать за такими питомцами. — О, это очень просто, молодой человек. Ваш фамильяр прежде всего живое воплощение стихии огня. Ему достаточно находится в огне хотя бы пару часов в неделю. Лучше, конечно же каждый день, но после привязки это не так критично. Что же касается пищи, можете давать ему то же самое, что и питомцу вашего друга, — Кеттлберн кивнул на Тревора, которого Невилл взял с собой для консультации: — Рацион жаб и большинства ящериц довольно похож. Единственное, я бы советовал вам строго следить за тем количеством еды, которую съест ваша саламандра. Некоторые особи склонны к перееданию. — А что насчет Тревора, профессор? — спросил Невилл: — Я привязал его к себе всего пару месяцев назад и… — Не волнуйтесь так, юноша. Ваш Тревор еще очень молодая жаба. По моим подсчетам, он окончательно перестанет расти только к концу этого учебного года. Так что с привязкой вы успели вовремя. Это никак не повлияет на его продолжительность жизни. А кто у вас, молодой человек? — обратился он к Гарри. Вместо ответа он просто попросил Шарисс показаться. Гермиона, которая до этого не видела змею, восторженно ахнула, глядя на переливающиеся чешуйки: — Ну надо же, лучистая змея. Подросток, почти ребенок. Давно она у вас? — С июня. Я нашел Шарисс когда она была совсем маленькой. — А как давно сделали привязку? Должен вас предупредить, что змеи считаются одними из самых умных фамильяров и как правило воздействуют на восприятие своего хозяина. — У нас нет проблем с общением, профессор. Мне повезло с предками, — многозначительно улыбнулся Гарри. — Вы змееуст? Неожиданно, — обрадовался Кеттлберн: — У меня есть несколько любопытных экземпляров в коллекции. Думаю, вам будет интересно взглянуть. Ну, а вы, юная леди, уже выбрали себе фамильяра? — Н-нет, сэр. Мои родители были против животных. Сказали, что я смогу завести себе кого-нибудь только тогда, когда повзрослею достаточно, чтобы самой о нем заботится. — Ну, насколько я вижу, вы уже достаточно взрослая, — ободряюще улыбнулся Кеттлберн: — К тому же фамильяр это не просто питомец. Со временем между ним и хозяином возникает крепкая духовная связь в результате которой оба начинают понимать друг друга без слов. Если хотите, можете пройтись по классу вдруг вам кто-нибудь приглянется. — И часто ученики находят себе фамильяров таким способом? — спросил Гарри, пока Гермиона послушно пошла вдоль одной из стен с любопытством рассматривая животных. — Нечасто, — признал профессор: — За всю мою практику такое было от силы пять раз. Но зато многие понимают, к какому именно виду относится их спутник. Тогда они уже целенаправленно ищут своего фамильяра в питомниках и зоомагазинах и как правило находят. — Ой, профессор, а что у вас делает котик? Он же не волшебный? — Гермиона кивнула на клетку, напротив которой остановилась. К удивлению Гарри, там действительно сидел самый обыкновенный кот, с четырьмя лапами, одним хвостом, двумя пушистыми ушами с кисточкой и двумя зеленющими глазами, которыми так жалобно смотрел на Гарри, что тому захотелось дать коту сливок. В общем, кот был точь в точь как Пират, только живым и пушистым. — Ах, это не совсем кот, это книзл. Одно из самых разумных существ, если хотите знать мое мнение. Они просто превосходные фамильяры. — Эм, профессор, — осторожно начал Гарри: — А чисто теоретически, у книзла могут появляться огромные клыки, когда он чем-то недоволен? — Ну, вообще-то я с таким не сталкивался. Как-то не доводилось злить книзлов. Вы точно уверены, что это был именно книзл? — Ну, до этого дня я вообще не знал о существовании книзлов и думал, что Пират просто обычный кот. Но сейчас я почти уверен в обратном. — Может быть расскажете поподробнее? — Только перед этим, с вашего позволения, я наложу на кабинет чары конфиденциальности, — согласился Гарри.       Он рассказал профессору и остальным о том, как поднял Пирата и наделил его псевдо-разумом. И как связь хозяин-защитник между котом и Дадли стала на порядок сложнее и превратилась в некое подобие связи с фамильяром. С поправкой на то, что кузен все так же не владел магией и потому некоторые аспекты связи были ему недоступны. Драко и Невилл, хоть и знали о Пирате, в который раз впечатлились его мастерством и загорелись желанием поскорее нагнать друга в изучении своих стихий.       Гермиона вначале испугалась того, что он владеет такой сильной и темной магией, но потом вспомнила вчерашнюю лекцию и успокоилась. Любой волшебник, в совершенстве овладевший магией своей стихии может причинить не меньший вред, чем некромант. К тому же, девушка признала, что от своей силы отказываться глупо, а в сочетании некромантии и магии разума Гарри использует оба своих дара наиболее гуманно. Он не воздействовал на окружающих, заставляя их выполнять его капризы и не тревожил души умерших.       Кеттлберн от его способностей пришел в восторг. Профессор сказал, что у него есть все задатки для того, чтобы стать химерологом. В прошлой жизни Гарри было не до изучения различных видов магических существ, а вот на эту планов пока не было. Для себя он решил взять на третьем курсе для изучения УЗМС и, если волшебные существа его действительно заинтересуют, всерьез подумать над предложением профессора. У Невилла с его талантами к магии земли и магии жизни тоже были все шансы освоить эту профессию. С поправкой на то, что он мог вывести новые виды растений. А вот если они с Гарри объединят свои усилия, могло получится что-то действительно интересное. У Драко подобных склонностей не было, но профессор утешил его тем, что это нисколько не помешает ему взять тот же курс, что и друзья. Гермиона пока не нашедшая свою стихию, но решившая не отставать от друзей, тоже пообещала взять этот предмет на третьем курсе, и сетовала на то, что нельзя приступить к учебе прямо сейчас.       Кеттлберн на такой энтузиазм только улыбнулся и предложил друзьям приходить к нему в свободное время. Профессор заверил их, что ответит на любые интересующие их вопросы и с удовольствием порекомендует парочку книг для легкого чтения. Гарри такому отношению обрадовался и подумал, что кажется знает, кто станет у него любимым учителем. Все-таки Снейп был немного категоричен к тем, кто ничего не понимал в его корешках. Увы, Гарри, как ни старался, так и не смог постичь красоту тонкой науки зельеварения.

***

      Время до рождественских каникул пролетело совершенно незаметно. Казалось, вот они впервые выходят из кабинета Кеттлберна, а в следующую минуту уже сдают промежуточные экзамены по всем предметам. С наступлением холодов Гермиона неожиданно для всех обнаружила в себе дар к магии огня. На сегодняшний день вершиной ее мастерства был небольшой огонек, который отлично согревал и при этом совершенно не обжигал того, кто его держит. Его совершенно спокойно можно было держать в руках, не боясь получить ожог. Игнис, саламандра Драко, полюбила Гермиону всем своим крошечным сердечком и не упускала возможности полакомиться огоньком. Малфой ругался на питомицу и обещал лишить ее вкусностей, если та не прекратит. Маленькая обжора беспрекословно слушалась хозяина до следующего удачного момента улизнуть с его рук. Благо поглощение огня никак не сказывалось на фигуре ящерки.       Драко и Невилл тоже значительно продвинулись в изучении своих стихий. Воздушный вихрь, который создавал Драко уже был в состоянии сдвинуть с места небольшой камень диаметром с галеон. А зеленые монстры, с которыми Невилл практиковался в общении на уроках гербологии, научились его узнавать и при его приближении приветливо махали листочками. Не говоря уже о том, что теперь они сами начинали жаловаться своему другу на недостаток удобрений или нехватку воды.       Гарри подозревал, что после зимних каникул какое-нибудь любвеобильное растение просто возьмет и выкопает свой корень в надежде переселиться поближе к Лонгботтому. Единственная надежда на мадам Спраут, у которой тоже были зачатки магии земли. Не хотелось бы превращать их спальню в оранжерею.       На каникулы у друзей были грандиозные планы. Все хотели поскорее оказаться дома, чтобы продемонстрировать своим близким то, чему они успели научиться. Благо все стихийные заклинания выполнялись без палочки и потому не отслеживались Министерством. Помимо этого, всех их ждали обязательные ритуалы, которые проводят на Йоль. И хотя главную ночь они проведут еще в школе, остальные тринадцать дней так же важны. Поскольку все промежуточные экзамены уже были сданы, все мысли друзей вращались вокруг предстоящего праздника. Гарри даже представить себе не мог, что директор сделает свой следующий ход сейчас.       Они просто шли в гостиную факультета после ужина, как вдруг лестница опять повернулась и привела их в очередной коридор. На этот раз там не было троллей, церберов и прочей живности. Обычный коридор с обычными классами, если не брать во внимание тот факт, что ни один из них давно не использовали. По законам жанра, одна из дверей была гостеприимно приоткрыта. — Невилл, напомни мне пожалуйста, в этом мире существуют карликовые драконы? — шепотом спросил Гарри с подозрением посматривая на дверь. — Вроде нет, а что? — Прикидываю кого мы на этот раз встретим в нашей «безопасносной» школе. — У, тогда мы здесь надолго застрянем, — авторитетно заявил Драко: — Видели, какой толщины бестиарий у Кеттлберна? И это только первый том. — Слишком больших животных вроде дромарога можно отбросить, — предложила Гермиона. — И всех безобидных тоже, — кивнул Гарри: — Я очень сомневаюсь, что там пикси. — Ну, не зайдем, не узнаем, — неожиданно храбро ответил Невилл, а потом добавил: — Не знаю как вы, а я узнавать не хочу. — Боюсь, у нас нет другого выхода, — Гарри первым подошел к двери и повернулся к друзьям: — Неизвестность пугает куда сильнее самых страшных монстров. Так что прошу за мной.       Друзья неохотно, но согласились. Гермиона зажгла в каждой руке по огоньку и вошла второй. Драко следом за ней, готовый в любой момент сотворить воздушный поток, чтобы хоть немного задержать предполагаемого монстра. Невилл, которому в их четверке отводилась роль целителя, замыкал.       Как ни странно, на этот раз никакого монстра не было. Более того, в классе не было ничего кроме огромного зеркала в старинной раме. Гарри с опаской подошел ближе и замер. Из отражения на него смотрели все его близкие. По центру были тетя Петуния и дядя Вернон, они обнимали малышку Иоланту, рядом с ними стояли Кадмус с Салазаром. Чуть поодаль Антиох показывал карту сокровищ Дадли. Справа от семьи стояли его школьные друзья. Драко и Невилл почему-то целовались, а счастливая Гермиона любовалась старинным браслетом, который вампир дарил на помолвку своему истоку. Больше удивило Гарри присутствие тех, кого он не считал важной частью своей жизни. С другой стороны от его семьи стоял крестный в обнимку с черным человеком. А рядом с ними по какой-то причине затесалась тетушка Мардж и профессор Кеттлберн. На переднем плане стоял сам Гарри вместе с незнакомым ему человеком. Его лицо невозможно было рассмотреть, но в глубине души Гарри знал, что это и есть его судьба. Единственное, что он мог сказать наверняка, это то, что его вторая половинка мужчина.       Наконец, Гарри оторвался от созерцания картинки и догадался посмотреть вверх на раму. Древние символы ему ни о чем не говорили, а вот надпись была знакомой. Даже слишком знакомой. Он быстро отступил на шаг назад, чтобы видеть в отражении только то, что существует на самом деле. — Ну что там, Гарри? — Подожди, — Гарри наколдовал заклинание, позволяющее определить есть ли в комнате посторонний. Чары никого не выявили, как и сканирование на предмет других заклинаний. Слабая сигналка была только на двери. — В общем так, это зеркало довольно мощный ментальный паразит. Оно показывает заветное желание, а взамен питается вашей магией. При этом можно почувствовать непреодолимое желание смотреть в него снова и снова. Если хотите, можете ненадолго взглянуть, но потом мне придется слегка воздействовать на ваш разум, чтобы убрать закладку. — А ты сам? — спросила Гермиона: — Тебе нужна помощь? — Мне нет. У меня есть врожденная защита от подобного рода вещей. Но я все же не рискну без необходимости смотреть туда. Хотите глянуть? Обещаю вытащить если что. — Я не буду, — первым ответил Невилл: — Я и так знаю, что мое заветное желание вылечить родителей. — Не переживай, вылечим, — заверил его Гарри. — А я, наверное, гляну, — решился Драко: — Хоть буду знать, чего хочу от жизни. Ух ты! Я здесь артефактор! Освоил свою стихию и теперь создаю разного рода артефакты вроде портключей. Кажется, я еще над чем-то экспериментирую. — Теперь я, — решилась Гермиона и подошла к зеркалу: — Ого, какая я здесь взрослая. У меня в руках огонь. Он постоянно меняет форму и ластиться ко мне как домашний питомец. Наверное это от того, что я все еще без фамильяра. Так и знала, что ничего интересного не будет. — Ничего страшного. Главное, вы оба хотите изучить магию своей стихии и не собираетесь отказываться от нее в будущем. Такие желания благоприятно влияют на процесс обучения. А теперь идите сюда, я проверю ваш разум на закладки. Обещаю далеко не лезть. — Эм, Гарри, не пойми меня неправильно, — осторожно начал Невилл: — Но ты единственный из нас, кто не рассказал, что видел в зеркале. — Ответ одновременно сложен и прост, — улыбнулся Гарри, давая понять, что не обижен: — Я видел всех, кто мне дорог. И да, вы трое тоже там были. — О, прости Гарри, — первой догадалась Гермиона: — Твои родители, да? — Там были не только мертвые, Мио, — ободряюще улыбнулся Гарри: — Более того, живых там было больше, чем мертвецов. Примерно в два раза. Так что все не так уж и плохо. Предлагаю забыть об этом зеркале и идти в гостиную. Думаю, на сегодня больше никаких испытаний не запланировано.

***

      Гарри оказался прав. Похоже, все свои сюрпризы Дамблдор выдавал небольшими порциями в строго определенные промежутки времени. То ли сюрпризов было мало, а у волшебника на старости лет отказала фантазия, то ли просто недооценивал своего врага и щадил хрупкую детскую психику. В любом случае, ситуация Гарри более чем устраивала и потому на следующий день после нахождения зеркала он полностью сосредоточил свое внимание на подготовке к Йолю.       Радовало то, что зимние каникулы начинались на следующий день после самой длинной ночи в году. Студенты будут собирать вещи в последний момент и лягут спать пораньше, чтобы успеть на поезд. А значит никому не будет дела до четырех первокурсников, которые устроят себе небольшой традиционный праздник.       Взять на кухне еды не проблема, проблема принести в гостиную факультета то, что домовики посчитали достойным праздничным ужином на четверых. Еды было так много, что даже с чарами маскировки, уменьшения и облегчения веса они едва смогли незаметно принести еду в гостиную. Нарушать правила во время праздничной ночи было чревато наказанием, а это означало потерянное время. Ночь Йоля слишком важна, чтобы просто так тратить драгоценное время. Поэтому подготовились они заранее.       Наконец, последний ученик покинул гостиную факультета и Гарри вместе с друзьями принялись доделывать последние приготовления. На столик в их любимом уголке у камина поставили тарелки с едой. Места было мало, поэтому вместо праздничного ужина был праздничный фуршет. Что не помешало им наложить себе полные тарелки еды и хорошенько поесть. Богатый праздничный ужин был очень важной частью праздника. Считалось, что чем больше еды на праздничном столе, тем богаче будет грядущий год.       В полночь, повинуясь желанию Драко, все свечи и огонь в камине погасли, чтобы загореться вновь уже по желанию Гермионы. Рождение нового солнца произошло. Гарри и Невилл приготовили йольское полено, чтобы сжечь его. Стоило полену оказаться в огне, как атмосфера в комнате неуловимо изменилась. Сейчас даже изначально скептически настроенная Гермиона ощутила присутствие чего-то потустороннего. — Мрау, — на стол вдруг запрыгнул огромный пушистый кот и стал есть свиные ребрышки прямо из тарелки. Его шерсть была будто соткана из тысячи теней, а глаза горели самым настоящим огнем. — Ты об этом не говорил, — растерянно произнесла Гермиона, которая находилась ближе всех к коту. — Это Йольский кот. Обычно он приходит только тогда, когда кто-то не празднует. Надеюсь, ему понравится ужин. Потому что в противном случае, он может съесть кого-то из детей. — Ч-что значит детей? — не на шутку испугался Невилл. — Ну, это вроде как страшилка такая, — пожал плечами Гарри: — Если ты непослушный и не хочешь праздновать Йоль к тебе в дом придет Йольский кот. Будет ли он есть детей я не знаю, но думаю это преувеличение. До этого я ни разу его не видел, мы всегда хорошо праздновали. — Да, вот только сейчас во всем Хогвартсе Йоль отмечаем только мы, — заметила Гермиона: — В то время как остальные просто спокойно спят. — Ужин хороший, так что думаю остальным ничего не грозит, — попытался подбодрить друзей Малфой: — Но если вдруг что, пусть лучше ест Уизли их много и их не жалко. — Я не думаю, что до этого дойдет. Но в любом случае, нам можно ни о чем не переживать. Тех, кто следует традициям Йольский кот может одарить дарами. — Мне вот интересно, как он может есть? — спросила уже немного отошедшая от шока Гермиона: — Ну, в смысле, он же вроде духа, разве нет? — Ну, как видишь, он вполне материален. Можешь даже попытаться его погладить, но я за последствия не ручаюсь. — Знаешь, я пожалуй воздержусь от экспериментов, — осторожно ответила девушка и кот едва заметно вздохнул. — А что нам с ним делать? — спросил Невилл. — Не знаю. Говорю же, я его впервые в жизни вижу. Я даже не знаю, понимает он нас или нет. — Мне кажется, понимает, — подал голос Драко: — он ведь как-то пришел сюда, значит понял, что тут не все празднуют. — Может ты и прав. В таком случае, предлагаю каждому вслух загадать желание. Вдруг исполнит? — Тогда надо что-то, что ему под силу, — предложил Невилл: — А что ему вообще под силу? Ну, кроме поедания детей. — Благословение? — предположил Гарри: — Йоль вообще немного не мой праздник, обычно он проходит без сюрпризов. — Что ж, тогда я попробую первым, — решился Лонгботтом: — Уважаемый Кот, если вас не затруднит, я бы хотел попросить исцеления для родителей. Думаю, ваше благословение в этом деле будет не лишним. — А я хотел бы братика или сестричку, — робко признался Драко: — в нашей семье уже долгое время рождается единственный наследник. — Твоя очередь, Мио, — тихо напомнил Гарри. — Я хочу встретить своего фамильяра. Грустно жить без родственной души рядом. — Теперь я. Уважаемый Кот, я не знаю за какие заслуги ты решил почтить своим присутствием именно нашу компанию, но спасибо тебе. Если вдруг ты захочешь сделать для нас что-нибудь приятное, я хочу чтобы ты благословил все мечты моих друзей на выполнение и посетил наши дома, чтобы благословить на здоровье и долгие годы жизни наших близких. Ты всегда будешь для нас желанным гостем в самую длинную ночь года. — Мрау, — кот наконец-то оторвался от тарелки с ребрышками, уже пустой, кстати, и внимательно посмотрел на всех четверых, словно запоминая их лица. После этого он соскочил со стола на пол и прошелся по гостиной, описав идеальный круг вокруг замерших друзей. В какой-то момент он просто растворился в воздухе, словно его и не было, но что-то в глубине души подсказывало каждому из четверки друзей, что эта встреча им не приснилась.

***

      Нарцисса Малфой проснулась от ощущения, что кто-то тяжелый сидит у нее на груди и пристально смотрит ей в лицо. Сиятельная леди открыла глаза, но не увидела в темноте своей спальни ничего подозрительного. Давящее чувство пропало так же неожиданно, как и появилось. С мыслью о том, что ей привиделось, аристократка снова закрыла глаза и перевернулась на бок, в надежде снова уснуть. Не прошло и минуты, как она схватилась за низ живота чувствуя странное покалывание. Ощущение не было острым и потому леди решила подождать с выяснением обстоятельств до утра. Ей очень не хотелось тревожить любимого мужа по пустякам. Люциус в последнее время сильно уставал, стремясь закончить работу до наступления рождественских каникул. Леди Малфой тепло улыбнулась, предвкушая приезд сына из школы и грядущий семейный отдых во Франции. Она даже не подозревала, что в скором времени их маленькая семья может увеличится на одного человека. У изножья кровати на миг довольно засияли огненные глаза.

***

      Леди Лонгботтом не привыкла жаловаться на жизнь. Стоически перенеся болезнь сына и невестки, она рано похоронила мужа и уже долгие годы в одиночку воспитывала внука. Ради Невилла, ее единственной отрады, она была готова терпеть все удары судьбы достойно, чтобы у мальчика был пример для подражания. Хотя видит Мерлин, как же хотелось хоть разочек пожаловаться кому-то на беспокойные сны и ноющую на смену погоды поясницу. Этой ночью Августа впервые за долгие годы спала сном младенца. Ей снилось морское побережье, на котором они с отцом Фрэнка провели свой медовый месяц. Во сне кричали чайки, а возле самой воды строили огромный песчаный замок ее мальчики. Алиса стояла чуть в стороне, с колдокамерой в руках и счастливо улыбалась как в тот день, когда впервые взяла сына на руки. Вместо привычной горечи Августа чувствовала только светлую радость. Кот, сидящий на ее животе довольно урчал, подсматривая сон и залечивая мелкие недуги вроде больной спины. Завтра леди Лонгботтом проснется абсолютно здоровой.

***

      Эмма и Питер Грейнджеры крепко спали. Они были врачами, пусть и стоматологами, и потому всегда очень тщательно следили за своим здоровьем. Йольский кот не знал, как же ему выполнить просьбу и чем благословить этих замечательных не-волшебников. Немного подумав, он довольно оскалил клыки и немного потоптался по супружеской постели. Проснувшись завтра утром, чета Грейнджеров не без удивления поймет, что отныне способна видеть магию.

***

      Приехавшая погостить в дом брата, Марджори Дурсль в который раз перевернулась на другой бок и взбила подушку. Ей было неловко каждый раз навязывать свое присутствие Вернону и Петунье, но встречать Рождество в компании одних бульдогов не хотелось. Благо и сам Вернон, и его жена, и мальчики ничуть не возражали против ее присутствия. Мардж снова перевернулась на другой бок и закрыла глаза. Больше всего на свете она хотела наконец найти приличного мужчину, который не будет возражать против ее собачек и которому будет нужна она сама, а не ее кошелек. Кот обреченно вздохнул. Собак он недолюбливал, но Марджори была достойна его благословения. Мисс Дурсль наконец крепко уснула, не подозревая, что уже через пару дней встретит столь желанного мужчину. Кот довольно кивнул сам себе и пошел дальше.

***

      Мистера и миссис Дурсль кот тоже решил осчастливить оптом. Благо мечтали они практически об одном и том же. Вернон грезил о финансовой стабильности рынка дрелей и выгодном контракте, который позволит ему наконец вывезти всю семью отдыхать на Майорку, а Петуния хотела, чтобы ее муж перестал так много нервничать и наконец взял отпуск. Ей было безразлично, где они его проведут, лишь бы у Вернона было хорошее настроение. Она предвкушала как приготовит вкусный рождественский ужин, ничуть не хуже йольского, они откроют бутылочку вина, а потом Вернон закружит ее в танце прямо как на их третьем свидании, когда они впервые поцеловались. Кот довольно фыркнул и сверкнул огненными глазами. Стивен Мейсон даже не подозревал, что завтра захочет заключить с фирмой Граннис выгодный контракт.

***

      Пират недовольно оскалился, когда увидел Кота на пороге спальни хозяина. Он был большим собственником и потому с первого же дня своей жизни пообещал себе, что других котов в жизни Дадли никогда не будет. У Йольского кота на этот счет было свое мнение. Одарить всех, о ком попросил любимчик Хель и забыть о его любимом брате он никак не мог. Потому Кот решил проигнорировать Пирата и подошел ближе к кровати спящего мальчика. В отличии от взрослых, Дадли Дурсль еще не знал, чего хочет от жизни. Были мечты, вроде новой компьютерной игры или поездки с кузеном в Египет, но все эти мечты казались Коту слишком мелкими. Напоследок захотелось сделать что-нибудь особенное.       Игнорируя предостережение Пирата, Кот с разбегу прыгает на кровать младшего Дурсля. Быстро, пока ему не успели помешать, он делает все необходимые манипуляции. Теперь остается только самодовольно лизнуть Пирата туда, где когда-то у него был нос. Той искры магии, что он разбудил в Дадли, как раз хватит на закрепление полноценной связи с фамильяром. Кстати о птичках, в милях отсюда вечный обитатель Волшебного зверинца Живоглот услышал долгожданное обещание. В скором времени у него наконец появится хозяйка.       Выполнивший за одну ночь все свои дела, Йольский кот с первым лучом восходящего солнца отправился обратно в свое царство. О, это давно позабытое чувство, когда снисходишь до смертных и даришь им капельку чуда. Впервые за долгое время Кот искренне радовался своему празднику. Ему понравились смертные, которых он благословил этой ночью. А что же касается одной наглой костлявой морды, Кот довольно оскалился: он еще убедит Пирата в своей исключительности. В конце концов у него на это будет три сотни попыток. Радует то, что все эти годы Пират не будет смотреть на других котов иначе чем как на потенциальную угрозу. Йольский кот тоже собственник и воскрешенному книзлу предстоит почувствовать это на собственной шкуре.