Угрюмый

Лёгкое платье изумрудного цвета и заколка с белым цветком, чтобы убрать спадающие на лицо волосы — сегодня Дженни выглядит по-осебенному мило, и Тэхён уже в который раз сомневается в существовании этой нимфы, которая пленит с каждым днём всё сильнее. И на секунду ему даже кажется, будто бы вся усталость из-за трудного, рабочего дня ушла, как только Дженни появилась на пороге их дома. — Йеджи готова? — из-за разницы в росте смотрит Дженни на него снизу вверх, а потом бросает взгляд на внутрь дома за его спиной, в надежде увидеть там свою подругу, но увы, безрезультатно. — Нет. Ты же знаешь, как долго она готовится, — закатывает глаза Тэхён, вспоминая, что его сестра просто мастер опаздывать куда-то в связи со своей нерешительностью в одежде. Да, Тэхён понимает, что почти со всеми девушками так, но вот Йеджи — это нечто.  — Ну… заходи что ли? — неуверенно произносит он в следующую секунду, нервничает и не знает, как себя вести. Это в последнее время часто с ним творится. Он буквально перестаёт здраво мыслить, его словарный запас на замок закрывается, стоит Дженни появиться в поле его зрения, что очень странно, ведь в детстве он никогда не упускал возможность подколоть её и обозвать разными словечками. — Эм… да, — тоже теряется Дженни, но в отличие от Тэхёна, вовсе не из-за смущения или особых чувств. Ей не комфортно с ним, он вызывает в ней отталкивающие эмоции, сама его аура отталкивает. Он выглядит чересчур строгим, взрослым, и ей кажется, будто бы он всегда смотрит на людей сверху. Особенно на неё — такую никчемную неудачницу. Раньше, много лет назад, он всегда задирал её, и тогда он казался ей… более весёлым, близким, как бы странно это ни звучало. Но повзрослев, он с головой окунулся в работу, продолжил бизнес своего отца, и само собой, отдалился. Так что да, ей пиздецки не комфортно рядом с этим мрачным типом. А этот «мрачный тип» же, утопает в наслаждении, когда она проходит мимо него в особняк. Аромат её лиловых духов тут же заполняет лёгкие и дурманит голову Тэхёну, и он, кашлянув, чтобы придти в себя, закрывает дверь и проходит за ней. В особняке основателей этого городка Дженни много раз бывала, и честно признаться, это место уже почти стало её вторым домом. Конечно, тут её не многие жаловали: к примеру госпожа Миен, которая думала, что Йеджи из-за дружбы с ней сбивается с пути, ну или же Тэхён, который опять-таки отталкивает холодной аурой, но все равно Дженни любила этот дом, потому что каждый уголок напоминает ей о их детстве с Йеджи, ибо когда Йеджи ребёнком была, её не отпускали в дом подруг, так что Дженни приходилось самой её навещать, чтобы устраивать пижамные вечеринки всякие за просмотрами девичьих мультсериалов. Дженни нервно перебирает руками края своего платья, когда оседает на диван в гостиной, а прямо перед ней, на кресле — Тэхён. Из-за его взгляда, лезущего прямо в душу, Дженни то и дело смотрит на лестницу, мысленно моля, чтобы Йеджи поскорее спустилась. Тэхён будто всегда, при каждой их встрече ищет в ней минусы прямо как Госпожа Миен, и вообще тоже считает, что его сестра не должна дружить с такой неудачницей из небогатой семьи, как она, ведь она просто навсего не вписывается в их стандарты. Ну или же Дженни себе накручивает все эти глупые мысли и слишком сильно возносит Ким Тэхёна. Но блять, как тут не возносить, если он в прямом смысле этого слова мэр города? Ну и пусть, что они общались. Когда-то. Много-много лет назад. — Надеюсь, вы не натворите глупостей на этой вечеринке, — после нескольких минут тишины, говорит Тэхён нахмурившись, на что Дженни шумно сглатывает и сильнее теряется. — И не перепутаете сок и алкоголь, — коротко намекает он, чтобы они пили только, и только сок, а не что-нибудь покрепче, а Дженни же поджимает губы, мысленно закатив глаза занудности этого человека, который всегда разрушает всё веселье. Как он вообще так живёт? — Ну, мы же взрослые… — мямлит Дженни, пытаясь высказать своё возмущение по поводу этого запрета, но из-за некого страха и нервности перед Ким Тэхёном, не очень-то получается. — Йеджи семнадцать, — хмурится Тэхён, а потом, кашлянув, неуверенно добавляет: — И ты тоже ещё мала, — в глубине души Тэхён понимает, что это не так, и что Дженни имеет полное право пить, просто не хочет этого. Хочет контролировать её, чтобы она не натворила глупостей. — С Йеджи-то понятно, но думаю, я уже могу сама решать, что мне стоит сделать, — он хочет контролировать её, но не имеет право, и Дженни в очередной раз напоминает ему об этом, что и злит Тэхёна. Цокнув, Тэхён отводит взгляд в сторону и проговаривает тихое: — Конечно. Но не перебарщивай. Всё-таки, я свою сестру тебе доверяю, — глупая отговорка в течении многих лет, которая всегда помогала ему скрыть своё переживание и желание контролировать жизнь Ким Дженни. А сама девушка-то не в курсе в том, что за этими словами кроется что-то ещё — она думает, что Тэхён реально против дружбы Йеджи с ней, что он тоже считает Дженни проблемой, сбивающей младшую сестру с верной дороги, раз уж бросается такими недоверчивыми словами прямо как Госпожа Миен. Дженни скрипит зубами от раздражения, но решает промолчать, чтобы не зарыться в яму разочарования в глазах Тэхёна ещё глубже, и слава богу, ситуацию потом спасает Йеджи, спустившись с лестницы. — Блин, Дженни, как ты думаешь, это платье полнит меня? — заметив подругу, сразу спрашивает она недовольной мимикой без всяких банальных приветствий, на что Тэхён закатывает глаза, а Дженни же приподнимает уголки губ, поднявшись с дивана. — Всё нормально. Давай уйдём поскорее, — говорит она, потому что слишком не по себе находиться в присутствии Тэхёна больше, чем на пять минут.

***

— Я бы из дома сбежала, будь у меня такой занудливый брат, — морщится Дженни, паркуя свою потрепанную машину, купленную родителями на восемнадцатилетие у дома Рюджин, из которого уже доносится громкая музыка. — Да ну тебя. В глубине души он весёлый, — оправдывает Йеджи своего брата в который раз перед Дженни, которая в течении нескольких лет всегда высказывает своё недовольство им. Просто Дженни плохо знает Тэхёна. Йеджи всегда считала брата самым добрым, весёлым и искренним человеком в мире: он был её главной опорой в том доме. И возможно, лишь один его статус мэра города так отпугивает Дженни, а может, с ней он действительно холоден — Йеджи не знает. Она всего лишь надеется, что эти двое поладят наконец. — Ахуеть, у него душа есть? — иронично спрашивает Дженни, за что получает игривый удар по плечу от Йеджи, сопровождающий смехом девушек. — Хватит гнать на моего брата. Лучше зайдем в дом наконец, Рюджин, наверное, заждалась. В связи с тем, что они опоздали на целый час, вечеринка уже была в полном разгаре. Рюджин улыбается, увидев своих подруг, и жестом руки зовёт их к себе. Её дом всегда был просторным и пригодным для всяких собраний, ибо отец был правой рукой Тэхёна и периодически звал к себе разных особых гостей и иностранных партнёров. Но он также любил свою дочь и полностью доверял ей, раз уж на ночь позволил ей распоряжаться домом на день рождения, когда он сам в отъезде из-за срочного совещания в Канаде. И видимо зря доверил, ибо Рюджин, обещавшая позвать не больше тридцати друзей и только на первый этаж, конкретно так целую тусовку замутила: со второго этажа, и явно из спальных комнат, спускаются пьяные парочки, кто-то что-то разбивает, кто-то портит дорогие ковры разными сортами вина, которые, между прочим, были взяты из личной коллекции отца, и Рюджин даже поддерживает всё это весьма в нетрезвом состоянии. Она определённо будет жалеть завтра, а если не будет — отец заставит, но кому какое дело? Дженни с Йеджи тоже решают не заострять во всем этом своё внимание и не переживать насчёт последствий такой масштабной вечеринки. Они пробираются через толпу танцующих и просто разговаривающих людей к Рюджин, которая сидела на диване в гостиной и смеясь, болтала с несколькими ребятами. — Вы опоздали, — выпучивает она губы, отвлекаясь от болтовни, когда замечает, что Дженни с Йеджи наконец подошли. Она принимает обидчивый вид, но потом всё же улыбается и поднявшись с дивана, обнимает своих подруг. Не то, чтобы Дженни с Йеджи были с ней ахуеть как подругами, просто в этом городке все друг друга знали, и большинство людей имели хорошие отношения между собой. Плюхнувшись на соседний диван, Дженни здоровается с Розэ — своей однокурсницей, которая тоже в хороших отношениях с именинницей, с Юной, которая в принципе тут быть не должна ибо ей всего пятнадцать, а потом лишь кивает в знак приветствия Хосоку с Чимином — они учатся на третьем курсе, и хрен знает, зачем Рюджин пригласила всех-всех своих знакомых, ведь эти двое уж точно на последнем списке дорогих ей людей. Если она конечно же знает их вообще. — О, я хочу познакомить с вами кое-кого, — вдруг вспоминает Рюджин, обращаясь к Йеджи и Дженни, а потом ищет в толпе кого-то. Видимо, замечает, судя по тому, как Рюджин улыбаясь, зовёт сюда этого человека жестом руки. Незнакомый брюнет с красивыми чертами лица, кажется, вышедший из какой-то сказки, стильно одетый и высокий — Дженни хмурится, ибо этот тип вообще не в её вкусе. Слишком смазливый. А Йеджи же, наоборот, шумно сглатывает и оценивающе смотрит на него. — Зачем позвала? — обращается он к Рюджин, параллельно скользя взглядом по Дженни и Йеджи — девушек, которые ещё несколько минут назад тут не было. Йеджи готова поклясться, что может слушать этот его голос целую вечность — уж слишком он сладок для ушей. Да ещё и взгляд, успевший проникнуть под кожу и вызвать мурашки по всему телу за несколько секунд. Он слишком привлекательный. Слишком сильно в её вкусе. — Хенджин, познакомься, это мои подруги: Дженни и Йеджи, — кивает Рюджин на подруг, при этом мило улыбаясь, а потом продолжает: — А Хёнджин мой кузен. Вы, наверное, не знаете его, он с детства жил за границей, — объясняет она ничего не понимающим подругам, которые задавались вопросом, кто этот парень вообще. Ибо опять-таки, городок у них маленький и все друг друга хотя бы раз в жизни видели. А Хенджина они не видели, по крайней мере, Йеджи точно бы запомнила. — У тебя много подруг, или мне кажется? — как бы в шутку интересуется Хенджин, но за этой шуткой есть доля правды — кузина заебала знакомить его чуть ли не с каждой девушкой на этой вечеринке. Он плюхается на диван рядом с Рюджин, и вновь разглядывает этих двоих девушек. Приподнимает уголки губ, когда задерживает взгляд на этой… Йеджи (?) у которой красуется румянец на щеке и некий азарт, заинтересованность в глазах. А она довольно милая. Только слишком мелкая. Сколько ей лет вообще? — Приятно познакомиться, — обращается он к ним, на несколько секунд посмотрев на Дженни, ну так, ради приличия. А потом вновь на Йеджи — уж слишком сильно она взгляд притягивает. Хотя эта Дженни тоже ничего такая. — И нам, — хмурится Дженни, заметив его оценивающие взгляды. Факт, к которому Дженни пришла исходя из личного опыта: если парень смазливый, то 80% вероятность того, что он бегает за каждой юбкой. Но это нисколько не тревожит Дженни, а скорее её сейчас тревожит горе-подруга Йеджи ака девушка которая любит плохих парней. Да и вообще, всех-всех парней — Йеджи с детства была слишком сильно влюбчивой, и из-за любого внимания вообще левого чувака могла растаять в лужицу и построить миллион теорий. И конечно же этот Хенджин тоже не обошел наивное сердце Йеджи стороной. Она сейчас сидит и буквально пожирает его взглядом, закидывает ногу на ногу, чтобы уж наверняка, и ухмыляется соблазняюще. И судя по ответной реакции Хёнджина, у неё отлично получается привлечь его внимание. — Ты снова за своё? — шепчет Дженни ей на ухо, закатив глаза легкомысленности подруги. Она же только два дня назад говорила о том, что сходит с ума от милого официанта кафе, где они часто бывают! И так всегда. — Нет, ну ты вообще видишь его? — так же тихо отвечает Йеджи, восторженно продолжая глазеть на этого парня. Дженни шумно вздыхает, поняв, что эта девчонка неисправима, и качнув головой, мол, бог с тобой, легко улыбается. Просто временами её веселит характер подруги. — Как насчет того, чтобы выпить что-нибудь покрепче? — воодушевленно хлопает в ладоши Рюджин, и все поддерживают её гулом. Налив на стаканы соджу из кофейной стойки перед собой, именинница притягивает их всем по-очереди, и когда дело доходит до Йеджи, то та теряется. Хёнджин ухмыляется шире, заметив неуверенность этой девушки, и склонив голову вбок, издевательски спрашивает: — Мама отругает? — Йеджи готова зарыться в землю от такого вопроса из уст парня, которого она, вообще-то, охмурить планировала. И сейчас он даже не взглянет на неё, если узнает, что по сути она очередная пай-девочка, семья которой контролирует каждый её шаг, и которая вообще еле-как получила разрешение придти сюда. — Да, а ещё строгий бра… — за неё хочет бы ответить Дженни, чтобы этот тип оставил все свои планы на Йеджи, но подруга затыкает её, легко толкнув вбок, и прерывает: — Очень смешно, — нервно отвечает она, а потом берёт стакан со спиртным с рук Рюджин и залпом опустошает её под довольный взгляд Хёнджина и злой Дженни. Вкус спиртного ей кажется отвратительным, но она всё равно продолжает улыбаться, а Дженни наклоняется к её уху и шипит тихое «совсем крышу потеряла?». Тэхён же ясно приказал даже капельку не пить. Видимо, Йеджи жить надоело. — Пожалуйста, не разрушай всё, — чуть ли не молит она, переводит взгляд на Дженни и жалостно смотрит. — Мне доверили тебя, — хмурится Дженни, не уступая, хотя теряется на мгновение от её мольбы. Просто Йеджи хочет свободы. Хотя бы на день. Точнее, на ночь. — Ты с каждым днём становишься такой же занудой, как мой брат, — бурчит тихо Йеджи и надувает свои щёки, прекрасно понимает, куда наступает. Наступает на гордость Дженни. Её только что сравнили с угрюмым Ким Тэхёном? Вот ведь… чертова Йеджи. Умеет прекрасно манипулировать. — Сначала Миен, потом Тэхён, а теперь и ты относишься ко мне, как к декоративному цветку, которого ни в коем случае нельзя выпускать из до… — Блять, да твори, что душе угодно, — прерывает её Дженни, больше не выдержав этих сравнений, идя на поводу у подруги и жалея её. — Но перед своей семьёй отчитываться будешь сама, — добавляет брюнетка, ну так, на всякий случай, чтобы с неё шкуру не спустили, а Йеджи же широко улыбается, почти пищит, и снова обращает всё своё внимание на Хёнджина. — И я вовсе не зануда, — обидчиво проговаривает Дженни под свой нос и уже громче просит Рюджин налить ей тоже.