Иногда приходиться врать

One Direction – Night Changes One Direction – 18 — Гарри, да послушай меня, черт возьми! — заорала я парню, который наматывал круги по гостиной, держа в руках стакан с выпивкой, а другой, проводя по голове, оттягивая волосы. — Что я должен слушать? Обратно вранье? — обратил на меня внимание, поместив пустой стакан на тумбе. — Я и так изучил много неизвестной ранее информации о моей девушке, — безразлично взглянул, пожав плечами. — Ты действительно этому поверил? — усмехнулась я. — Да, это же смешно, — подошла к нему, коснувшись рукой его щеки. — Я не отрицаю, что в этом присутствует и моя вина, ведь дала повод, но... — Да как ты не понимаешь, — заорал, делая расстояние между нами, — здесь совсем не играет роли, что они написали. Главное лишь то, что для начала должен был узнать я, — тембр его голоса резко снизился. — Когда я скучал, ты прекрасно проводила время со своими друзьями, и узнаю я это, лишь спустя какое-то время, к тому же из прессы. Сердце нервно выбивалось из груди, воздуха не хватало, а жгучие слезы подступали к глазам. Между нами настала напряженная пауза, когда было слышно лишь тяжелые вздохи. — Что же, — обошел диван, поместив руки в карманы, — это лучшие отношения. Строившиеся на доверие и понимании, да, Лера? — заглянул в мои глаза. Мое тело онемело и застыло. Мне было до безумия стыдно и ни слова не вышло в знак оправдания. Я понимала, что виновата, вновь совершила такую глупую ошибку. — Отлично, — нервно засмеялся. — Гарри, прости, — прошептала, глотая комок в горле и подавливая слезы. Прекрасно осознавая, что он рядом и наблюдает за мной, я опустила глаза. — Этого недостаточно, — заорал он, сбросив лампу на столике. Я испугалась и от страха закрыла глаза. Нет, я не боялась физической боли, ведь прекрасно знала, что он не способен на это, меня пугали последствия и душевное опустошение. — Ты должна осознавать собственные действия и последствия. Теперь это все на другом уровне, как это не понятно?! Они следят за каждым шагом, и надеяться, на твою ошибку. А Лера рада помочь, — размахивал руками, пытаясь донести все слова. — Не перегибай, — прошипела я. — Это всего лишь... — А последствия?! — вновь заорал, срывая голос. Я видела гнев в его глазах, которые потемнели, все мускулы его лица нервно напрягались, а пальцы сжаты до побеления. Взглянув на пустую бутылку виски, Гарри недовольно прищурился. Переведя мимолетный взгляд на меня, нервно вздохнул, направляясь к двери. — Не уходи, — прошептала хриплым голосом. Открыв дверь, на миг замер, прислушиваясь к моему не ровному дыханию и тихому плачу. Но потом покинул помещение, громко хлопнув дверью. Вместе с ним ушла жизнь с этих стен, они превратились в пустой мрак и отвращение. — Не оставляй меня! — закричала в пустоту, опускаясь на колени и взрываясь диким плачем. Вот, и закончилась моя сказка, в которую я так не верила и началась жизнь, точнее Город Ангелов открыл для меня свою темную сторону. Боль пронзала низ моего живота, и судорога свела левую ногу от болезненных ощущений. Придерживая руку в нижней части живота, с трудом встала на ноги. Собрав все силы в кулак, я дошла к ванной, придерживаясь за окружающие предметы, и взяв флакон с обезболивающим, направилась в спальню. Сев на белоснежную кровать, дрожащей рукой достала таблетки и, взяв стакан с тумбы, запила лекарство. Пытаясь подавливать в себе звериные крики от боли, которая огненными стрелами вонзалась в мое тело, закусила нижнюю губу и, нервно качаясь в стороны, руками массировала голову и оттягивала волосы. Мой взгляд упал на дерьмо, которое вмиг разрушило мою жизнь. Вспоминая слова Гарри, недовольно пискнула, скривив лицо. Взяв в руки омерзительные глянцы, дрожащими пальцами начала водить по фальшивым строкам. "Не все так идеально, как кажется!" — гласил заголовок одной из газет известного издательства. На обложке красовались некоторые кадры из моей жизни. Одно фото — мы с Гарри, гуляющее вчера по парку, а все остальные — развратного характера с вечеринок, на которые меня затаскивала Кара в Лондоне. Вторая газета кишела мерзкими высказываниями в мой адрес и насмешками в сторону парня. Третья затронула тему моей семьи, что привело меня в бешенство. Я перечитала все статьи, которые были обо мне и стыд за собственную глупость охватил меня. Так же меня поражали ложные факты и огромное количество неприятных комментариев в мой адрес и родных людей. Возможно, я слишком близко это принимаю, но ничего не стоящая критика — завлекает читателя и убивает жизни знаменитостей, обычных людей, которые просто попали под прицел журналистов. — Да, пошло все! — срываясь на крик, кинула газеты в стенку. Упала на мягкую подушку, подогнув ноги, и тихо зарыдала. До сегодняшнего дня я не задумывалась, насколько твою жизнь могут перевернуть необдуманные решения, нелепые поступки и мимолетные высказывания... Меня не интересовало, сколько времени прошло, я лежала в пустом и холодном номере в одиночестве и тишине, которая давила на нервы. Меня совершенно не волновало, как сильно посинели мои губы от холода, как убого я сейчас выгляжу, как сильно я устала и наконец, что обо мне будут думать другие люди. В моей голове лишь был мир под названием — Гарри Стайлс. Мне хотелось, чтобы он выслушал и простил меня, поддержал и просто был рядом. В моей голове крутилась уйма вопросов, но ответы — пропасть. Все же больше всего меня волновало — где сейчас Гарри и что с ним. — Гарри, в такие моменты ты должен понимать меня, как никто иной, но почему все не так? — вопрос эхом раздался в пустом помещении. Ответа, конечно же, не последовало, и я отчаянно вздохнула, повернувшись на другую сторону, лицом к окну. Такой прекрасен и спокоен Лос-Анджелес, который живет своей жизнью, поглощая боль и радуясь счастью своих обитателей. Я лежала, молча, всматриваясь в звезды на небе, в отдаленные пейзажи и, наблюдая за восходом солнца. Все же под утро мне удалось уснуть, таблетки дали собственные побочные эффекты. Проснулась от противного звука входящего вызова, раздирающего пустоту. Когда я попыталась открыть глаза, резкая боль ударила в голову и недовольно выкрикнула. Нащупав рукой мобильное устройство, ответила на звонок: — Алло, — это было больше похоже на писк, поэтому прокашляла, восстанавливая голос. — Здравствуй, Валерия, — родной и такой нежный голос на линии. — Бабушка, как я счастлива тебя слышать, — прошептала, вмиг принимая сидячее положение. — Малышка, мы скучаем, — чувствовалась улыбка, даже сквозь аппарат. — Как вы там? Тяжело вздохнула, скрестив пальцы: — Все прекрасно. — Не умеешь врать. Ко мне сегодня дошла газета с не очень приятной информацией. Я молчала, нервно потирая переносицу. Вчерашние событии — именно то, о чем мне бы не хотелось сейчас вспоминать — Бабушка, — прошептала, закусив губу и подавливая эмоции. — Просто знай, что я всегда тебя поддержу, даже, когда ты — не права буду рядом. — Спасибо, — подняла глаза, смотря в потолок. Резкая боль в животе пронзила меня, и я соскочила с кровати, мимолетно прощаясь: — Прости, мне пора, — поспешно сбросила вызов, стремясь в ванную комнату. Как только мои ноги коснулись прохладного кафеля, упала на колени, лицом в унитаз, опустошая желудок. — Да, что обратно не так?! Когда мне стало лучше, прошла в гостиную, осматриваясь. Во мне до последнего горела искра надежды, но вмиг ее потушил холод одиночества. Растерянно ходя по номеру, направилась в кухонную зону. Открыв холодильник, у меня появилась мысль о приготовлении завтрака, но как только я почувствовала запах еды, в моем животе вновь состоялся ураган и в животе все сжалось. Отказавшись от еды, я решила приготовить свежевыжатый апельсиновый сок. Как только с этим было покончено, я устало поплелась на балкон. Попивая сок, наслаждалась ароматом свежести. — Новый день — новая история и возможность начать что-то новое, иное, — произнесла сама себе. Прикрыв глаза, я поглощалась в легкий утренний ветерок, пришедший из Запада. Мои волосы разбрасывало в стороны, принося некое ощущение свободы. Еле заметная улыбка осенила лицо от столь приятных ощущений. Неожиданный крик внизу, перебил мое наслаждение, и я заметно напряглась. Подойдя ближе к перилам, взглянула на толпу визжащих девиц и ожидающих сенсации журналистов. Я с интересом наблюдала за эмоциями этих особ и прекрасно осознавала, что для них увидеть своего кумира, сделать фото — это уже смысл существования. На этом построен наш мир и ничего не властно изменить. Кто-то получает все, но не в силах оценить это, а кому-то ничего не остается. Я не поняла, в какой момент это произошло, но они увидели меня, начали пищать, фотографировать, взмахивать руками. Замок в двери открылся, и это заставило содрогнуться от неожиданности. Я обернулась, забывая о возгласах девушек, и увидела, как дверь медленно открывается. Мое сердце забилось быстрее, пульс потерялся, а в голове уже выстраивались все возможные развития событий, ведь я прекрасно знала, кто это. Ноги подкашивались, но я все же прошла в гостиную, наблюдая, как парень осторожно заходит, боясь сделать резкие движения. — Гарри, — произнесла, тяжело вздохнув. Ключи выпали с его рук, и он озарил меня своим взглядом. Вот, тот самый момент, когда ничего не стоит говорить, а нужно лишь чувствовать и видеть. Казалось бы, мы готовы испепелить друг друга. Его глаза были изумрудного оттенка, беспокойство и забота читались в глубине, но так же ярость все же кипела наяву, он пытался сдерживать себя. Я не понимала, как можно содержать такие разные понятия в одном лишь взгляде. Гарри не отводил глаза, лишь при этом отрывисто дышал, изучая мое состояние. От столь пристального внимания, мурашки пошли по телу, внутри все сгорало от неизвестности. У двери раздался тихий голос, последовал стук, который разорвал нашу единственную цепь соединения. Парень подавил в себе все грубые высказывания и отвел взгляд, давая мне возможность вздохнуть полной грудью. — Простите, что так рано, — у входа показался Пол. — Я вам, наверное, помешал, за что прошу... — Все нормально, — произнесла я, натягивая улыбку и становясь позади Гарри. — Что случилось? — поспешил он. — У меня к вам убедительная просьба. В целях собственной безопасности не покидать номера. "О, сегодня явно что-то произойдет! Я, Гарри, день в номере", — подумала я. — В особенности Лера. Будь осторожна, — сказал напоследок. — Хорошо. До встречи, — проговорила в ответ. Гарри закрыл дверь, недовольно шмыгая носом. Кинув на меня безразличный взгляд, прошел мимо, направляясь сквозь светлую гостиную. Все внутри оборвалось, и некая искра надежды испарилась. Разочарованно вздохнув, я последовала за ним, но дверь ванной комнаты разделила нас. Я закусила губу, пытаясь не заплакать. Только не сейчас и не при таких обстоятельствах. Меня не покидала мысль о том, что я слабая, если дело касается эмоций, а за эти дни это проявилось более чем. Не подымая достаточно ступни от паркета, поплелась к кухонной части. Села на стул, сложив руки на стол и опуская голову вниз. Я счастлива, что с ним все хорошо и он снова здесь. Даже, на большое удивление, его внешнее состояние, лучше моего. Только вот, где он провел всю ночь — остается для меня загадкой. Дверь ванной со скрипом открылась и, повернув голову, я увидела прекрасное оголенное телосложение парня, обмотанного внизу махровым полотенцем. "Он — прекрасен", — пронеслось в голове. Капли воды спадали с его влажных волос, медленно и мучительно скользя по торсу. В горле пересохло, и я прокашлялась. Гарри заметил мой взгляд, и некая ухмылка осенила его лицо. Я поспешила отвести глаза, краснея от неловкого момента. Когда двери спальни закрылись, глубоко вдохнула. Продолжая сидеть за столом, обдумывала сегодняшний день. Мою голову посетили разнообразные мысли. Я в заблуждениях, чего можно ожидать от Гарри. Он игнорирует каких-либо разговоров со мной и это видно. Переодевшись в темные джинсы и белую футболку, парень прошел на кухню. Достав чашку, заварил себе чай и сел напротив меня. Включив телевизор, начал выбирать программу, нервно пропуская каналы. Остановив свой выбор на новостях мира, он внимательно смотрел мимо меня на яркий экран. Мое сердце учащенно билось, а дыхание было прерывистое. Меня волновала напряженная обстановка и такой дурацкий момент. Гарри аккуратно и медленно распивал свой теплый напиток, когда меня мучила жажда объяснений. — Гарри, — произнесла я, пытаясь привлечь его внимание.