Медсестра Пинки

"Апчхи! Апчхи!" - Брейн шмыгнул носом, несмотря на то, что ничего не чувствовал, схватил салфетку и громко высморкался в нее. Затем он вернулся к работе над своим последним планом, который точно должен получится, если только он сможет вычислить недостающую переменную. Тем временем Пинки тоже занимался чем-то невероятно важным. Его черты застыли в сосредоточенности, зная, что именно в этот раз ему это удастся. "Эй, Брейн! Куда ты положил моего удава?" - спросил он, с трудом удерживая равновесие на маленьком резиновом мячике, который оставил позади один из ученых. Брейн махнул рукой в сторону Пинки. "Он на полке, Пинки." - ответил он (хотя от того, как сильно он был перегружен, это прозвучало так, как будто: "Он на болге, Бинги.") не отказываясь от своего гениального плана. Пинки ухмыльнулся. "Понял Брейн! Зорт!" - Пинки попытался перекатиться к полке, но тут же упал ничком. Это, как ни странно, вызвало новый виток истерического смеха. Брейн вздохнул и ущипнул себя за переносицу, отчасти из-за глупости Пинки, но главным по большей части для того, чтобы посмотреть, не поможет ли тут его заторможенность. Уже позабыв про удава, Пинки подошел к Брейну. "Ну и ну, Брейн," - сказал он, заглядывая через плечо своего друга, - "Твой голос действительно звучит смешно! Нарф!" "Ну, твой голос тоже звучит не очень серьезно, Пинки." - возразил он, прежде чем шмыгнуть и вернуться к своим делам. - "А теперь прекрати, Пинки. Я должен сосредоточиться на сегодняшнем плане." - Пинки нахмурился, услышав ответ своего друга. "Брейн, ты уверен, что не болен?" - спросил он с озабоченным выражением лица. Низкая мышь повернулась к своему напарнику. "Пинки, я что, выгляжу больным?" - спросил он, постукивая ногой. Пинки моргнул, а затем посмотрел на своего друга долгим, тяжелым взглядом. У Брейна были темные круги под глазами, его нос был красным (ну, краснее, чем обычно), а мех был немного грязным (конечно, он часто был грязным, но это было очень странно) Другой тип грязи. Лицо Пинки сморщилось в замешательстве. "Эээ... Ну довольно таки." - пробормотал он. Брейн закатил глаза. Почему он ожидал от своего товарища иного ответа? "Но я ведь не болен! И вообще, даже если бы я заболел, это бы меня не остановило. Многие стремящиеся мировые лидеры не позволили бы болезни остановить их от выполнения своих задач, и знаешь что с ними стало?" - Спросил он. Более высокая мышь снова поморщилась. "Они все умерли?" - ответил он, Брейн моргнул. Он не совсем ожидал такого ответа. "Ну да, я имею в виду, в конце концов, это не то, что я имел в виду, и ты это знаешь!" - ему удалось выдавить из себя только одно слово. Взволнованный и рассерженный, он схватил Пинки за нос. "Пинки, позволь мне сказать так: если ты еще раз заявишь, что я болен, больным тут будешь только ты! Ты меня понял?" - Пинки бы кивнул,если бы Брейн не держал его за нос. "Понял Брейн! Зорт!" - ответил он. Выше упомянутая мышь отпустила нос Пинки. "Хорошо, а теперь прекрати дурачится, Пинки. Я должен вернуться к плану!" - сказал Брейн ему, возвращаясь к записанным схемам. На мгновение воцарилась тишина, Пинки тихонько напевал и покачивал ногой. "Эй, Брейн, чаю не хочешь?" - внезапно спросила более высокая мышь. Брейн моргнул и повернулся к Пинки. С чего бы Пинки спрашивать про чай? Он едва знал, как его заваривать! "Чай? А почему ты спрашиваешь?" - спросил он, приподняв одну бровь. Пинки ухмыльнулся "Ну, разве чай не полезен для больныхКХМ Я имел в виду, не для больных людей?" - спросил он, понимая, что забыл скрыть свои истинные намерения. Однако ущерб уже был нанесен. С гневным выражением на лице, Брейн подошел к своему товарищу и замахнулся кулаком, чтобы ударить того по голове. Он промахнулся и даже не на один - два дюйма! Вы могли бы поместить еще одну голову пинки в пространство, которое было между головой Пинки и тем местом, где покачивался Брейн. Пинки удивленно посмотрел на своего товарища. "Ты промахнулся Брейн! Ты никогда не промахиваешься!" - ошеломленно сказал он. Брейн моргнул,затем потер глаза. На данный момент перед ним стояли три Пинки. И все они вращались... Глаза Брейна резко закрылись. Когда он снова осмелился открыть их, там был только один Пинки. Пытаясь прийти в себя, Брейн фыркнул. "Хм. Тебе повезло, что на этот раз я пошел против своей воли, Пинки." - и с этими словами Брейн вернулся к обдумыванию своего плана. Пинки нахмурился. "Но Брейн, ты выглядишь так, будто у тебя голова идет кругом!" - обеспокоенно ответил он. Брейн, который уже начал уставать от этих постоянных отвлеканий, повернулся к более высокой мыши. "Пинки, могу тебя заверить, в какой бы форме я ни был-" - начал он, прежде чем его глаза расширились. - "Головокружение! Погоди минутку!" - Брейн вернулся к своей схеме, что-то записал, а потом вернулся с широкой ухмылкой. "Конечно!" - воскликнул он, повернувшись к Пинки, - "Пинки! Ты думаешь о том же о чём и я?" "Да, Брейн, но разве Микки-Маус не должен быть назван Мокки-Маус?" - ответил он, почесывая затылок. Брейн закатил глаза. "Как бы мне ни хотелось проследить ход твоих мыслей, приведших к такому выводу, сегодня вечером у нас есть более важные дела!" - ответил он, схватив свои планы и побежав к двери клетки... Но тут же был остановлен рукой, схватившей его сзади! Брейн моргнул, затем обернулся. Рука Пинки лежала у него на плече, а на лице напарника застыло редкое серьезное выражение. "-О нет, не надо." - спокойно сказал он. - "Ты остаёшься тут со мной."- Брейн попытался отстраниться. "Но... Но Пинки! План!"- запротестовал он, пытаясь вырваться из хватки Пинки. "То, что ты заболел, гораздо важнее, чем твой план." - ответил Пинки. Брейн пристально посмотрел на своего напарника. "Пинки, в последний раз повторяю, я не болен!"- закричал он. И тут же, словно его тело хотело предать его, он начал чихать. Закончив, он поднял глаза и увидел, что Пинки выглядит таким же решительным, как и раньше. Пинки усадил больную (и отрицающую это) мышь на губку, которую они в настоящее время использовали в качестве кровати. "А теперь подожди здесь! Медсестра скоро вас примет."-сказал он певучим голосом, уходя. Брейн моргнул. "Медсестра? Что он имеет в виду под этим словом?" - задумался он. Прежде чем успеть сформулировать правильную гипотезу, вернулся Пинки, и у Брейна отвисла челюсть. "Приветствую, я сестра Пинки! Нарф! Ваше обследование начнется через минуту!" - Пинки стоял перед ним, одетый в костюм медсестры, который он, вероятно, взял с одной из своих кукол. Рот Брейна все еще был открыт, но он закрыл его, когда к нему подошел Пинки. "Пинки! Что, во имя Стивена Хокинга, на тебе надето?!" - он наполовину спрашивал и наполовину кричал. Пинки улыбнулся. "Тебе нравится, Брейн? Это просто было кое что, что я взял. Зорт!" - ответил он и затем наклонился к Брейну. - "А теперь скажи 'ААА'." "Пинки, тебе нужен депрессор для языка, чтобы сделать это." - ответила низкорослая мышь. Пинки в замешательстве нахмурился. -"Большие металлические палочки от эскимо." Глаза пинки расширились от понимания, и он кивнул. "Всё понял Брейн! Бряк!" - И с этими словами Пинки начал свои поиски депрессора для языка... Они закончились быстро, так как они были прямо за пределами клетки. Он отломил достаточно, чтобы поместиться во рту Брейна, а затем положил его рядом с ним же. "А теперь скажи 'ААА' Брейн." - Брейн покачал головой. Пинки нахмурился, потом попытался засунуть его в рот. А с каждой его попыткой Брейн просто двигал головой, чтобы избежать этого. Наконец, после долгой борьбы, Пинки наконец-то удалось открыть рот Брейна, и он заглянуть внутрь. "Фу, там все влажное и красное!" - сказал он, сморщив лицо. Брейн закатил глаза. "Пинги, он и должен быть влажным и грасным." - с трудном объяснил он через депрессор языка. Конечно, красный цвет был немного тревожным, но это могло быть из-за его аллергии, несмотря на то, что дождь только что прошёл. "Ну, хорошо, если ты так говоришь.Нарф!" - ответил он. Пинки вынул изо рта кусочек депрессора для языка и принес маленький термометр. -"Ладно, а теперь ещё раз скажи 'ААА'." Брейн хотел было покачать головой, но увидел, что Пинки решительно прищурился. - Он вздохнул. "А-а." - протянул тот, открывая рот. Пинки вставил термометр в рот Брейна. Прошло несколько минут. "Пинки, ты хотя бы знаешь..." - начал он, прежде чем Пинки шикнул на него. "Брейн, ты же знаешь, что нельзя говорить с ним во рту!" - поучал он. Брейн вздохнул про себя, подперев рукой подбородок. Наконец термометр остановился, и Пинки достал его. Он скривил свое лицо. "Эмм, Брейн, что тут написано?"- спросил он, повернувшись к своему более умному напарнику. Брейн просто выхватил его и посмотрел на цифры. Как только он это сделал, его глаза расширились от шока. "101,5 градуса?! Этого не может быть!"- воскликнул он и позже нахмурился. -"Должно быть, показатель сбился когда я начал говорить. Нам нужно сделать это снова, Пинки." - И с этими словами Брейн снова сунул термометр в рот. Еще несколько минут, и все было сделано заново. Брейн достал термометр и снова его прочитал. 101,5. Точно так же, как и раньше. Брейн уставился на термометр в полном шоке. Позади себя он услышал, как Пинки прищелкнул языком. "У меня такое ощущение, что ты больная мышь, Брейн." - сказал он, погрозив пальцем. Тот в свою очередь закатил глаза. "Ладно, я заболел. Но я не настолько болен, чтобы не выполнить сегодняшний план, так что прошу меня извинить." - ответил он, направляясь к двери клетки. Но он был быстро остановлен Пинки, схватившим его сзади. "О нет, не надо!" - возразил Пинки, обнимая Брейна, - "Ты болен, а это значит, что тебе нужен отдых и забота." - Увидев испуганное выражение лица своего друга, Пинки погладил Брейна по голове. "Не волнуйся, Брейн. Как твоя медсестра Пинки, я буду хорошо заботиться о тебе! Бряк!" В ответ на это радостное заявление Брейн вздохнул и уныло подпер рукой подбородок.