I want your love. // Я хочу твоей любви.

Тэхен совершенно не знает, что его родителям пришло в голову. Вроде, нормальные люди, а в голову пришла такая идея, которую тэ одобрить не может. Ведь, его родители хотят взять ребенка из детдома, а в итоге с этим ребенком будет нянчиться Тэхен, ведь его родители вечно на работе. Разве Киму плохо одному? Совсем нет. Он учится прекрасно, а в свободное время гуляет с друзьями или смотрит сериалы, что ему еще для счастья надо? Тэхена они тоже хотят взять с собой, ведь нужно учитывать и мнение своего сыночка тоже. Хотя, если учитывать его мнение, то никакие братья или сестры ему не нужны, но ладно, придется потерпеть и такую проблему. — Не нужно только брать малыша какого-нибудь, мне через год в последний класс переходить, а он тут рыдать будет, а мне потом еще придется за подгузниками ходить, фу. — сразу же говорит русоволосый, недовольно фыркая. Такое поведение сына заставляет родителей лишь улыбнуться. Естественно, они не будут брать какого-нибудь годовалого малыша, они уже не в том возрасте, чтобы за таким ухаживать. Слишком много хлопот даже для них, возились с Тэхеном и уже знают, что это такое и каких нервов стоит. Тэхен вырос мальчиком красивым и умным, но своенравным-то каким. На самом деле, он очень добрый и милый мальчик, но не для всех. Иногда, даже улыбаясь учителям, Тэхен выдавливает эту улыбку из себя, а вот для родителей и улыбаться не жалко хоть целый день. Его русые волосы, длинные пальцы и стройное телосложение делали его похожим на ангела какого-то. Над своим телом он долго работал, но даже неприязнь к физическим упражнениям быстро пропала, когда он стал добиваться заветной цели. Кто бы мог подумать, что Тэхен раньше был пухлым мальчиком, который только и зависел от шоколадок? Уж точно не его окружение. Они едут в машине, а Тэхен вырисовывает на стекле какие-то причудливые узоры, натянув шапку чуть ли не до глаз. Ему скучно стало рассматривать виды за окном, ведь он всё это видел не раз. Не год живет в этом городе и кажется знает каждый уголок, и каждое красивое место в частности. Они выходят из машины и направляются к какому-то огромному зданию, которое именуется как «детдом». С виду оно приличное, вполне приличное, похоже на какой-либо частный дом. Тэхен прячет руки в карманы куртки и оглядывается по сторонам. Рядом с детдомом какой-то парк, видимо, так гуляют воспитанники… Или как правильно? Детского дома. А вот изнутри… Пахнет бензином и чем-то еще, и только холл выглядит нормально. Пару стульев никак не скрашивают холл, но добавляют уютности. В холле сидит какая-то женщина, на вид очень противная, и она вовсе не похожа на директора всего этого. Да и по рассказам родителей, тут директор мужик, который появляется довольно редко. А в самом холле людей нет совсем. Семья Кима единственная за целый день, кто пришел сюда. Женщина наконец-то отрывает взгляд от какого-то журнала о моде, недорогого, примерно такие продают за несколько сотен в любых киосках. Она встала с насиженного места и, небрежным жестом поправив волосы, обратилась к родителям Кима. — Вы взять ребенка пришли или… Этого сдать? — она показала пальцем на Тэхена, а он покраснел, недовольно топнув ногой. Госпожа Ким лишь рассмеялась, взяв своего сына за руку, словно прося тем самым успокоится. — Взять, конечно же. — отвечает мать Тэхена, а после добавляет. — Так же, мы хотим взять ребенка-подростка. — Поняла. Пройдите за мной. — женщина неторопливым шагом пошла к единственной двери в этой комнате, кроме входа, естественно. Когда они шли по коридору, то слышали различные крики и смех. Дети же, что удивительного? Все дети разные, но многие крикливые. Когда они пришли туда, куда им было нужно, женщина лишь сказала «вот, заходите, смотрите». Перед ними была огромная дверь, за которой так же слышался хохот и разговоры. Тэхен с гордым видом выпустил руку матери, ведь, мало ли, какие дети там за дверью? Вдруг они сейчас увидят такого Тэхена и начнут смеятся? Или пуще прежнего, разревутся, завидуя Тэхену, ведь у него есть родители, Тэхен и сам не знает. Первым дверь решился открыть отец семейства, а последним в эту комнату вошла та самая женщина, словно решаясь проследить за тем, что делают её подопечные. Они все так же болтали, пока внутрь не вошла семья Тэхена. В этой комнате было детей тридцать и все они были совершенно разные. Некоторые девочки казались мышками, среди девочек, что обсуждали косметику и парней, стоя в конце комнате. «Вроде, живут в таком месте, а могут все еще обсуждать такие вещи. Словно у них есть на это деньги и типо того», думает Тэхен, закатывая глаза. — Не хочу себе сестру, это точно, — прошептал он на ухо отцу, сняв шапку. Его голова уже потеть начала, из-за того, что тут тепло, а он всё еще был в шапке до этого момента. Он вновь оглянулся по сторонам, словно пытаясь найти удачного кондидата на роль его брата. Его внимание привлек милый мальчишка, которому лет по виду было семнадцать, он сидел на кровати, читая книгу. Тэхен показал пальцем на него. — Он кажется нормальным. — произнес русоволосый, пожимая плечами. В прочем, тот мальчишка слишком спокоен и точно не будет мешать ему делать уроки и прочее. Может, даже с уроками помогать будет, кто его знает? Семейство Ким подошло к тому мальчику, а юноша лишь удивленно посмотрел на них, отложив книгу подальше. Госпожа Ким улыбнулась ему, спросив. — Как тебя зовут? — её голос звучал заботливо, как и всегда. Тэхен лишь изучал черты лица своего, возможно, будущего брата. — Чонгук. Чон Чонгук. — ответил юноша, наконец-то заметив возле себя и Тэхена. И на секунду залипнув, он вновь повернулся к госпоже Ким, чуть покраснев. Тэхен заметил эту странность, но не придал значения, все-таки отметив про себя, что Чонгук красив по-своему. Каштанового цвета волосы и кроличьи зубки смотрелись со стороны идеально. Ким даже подумад над тем, что они с Чонгуком могли вполне соперничать в красоте. — Сколько тебе лет, Гуки? — от такого обращения к себе он вздрогнул, а после, взяв себя в руки, произнес. — Пятнадцать. — а тут Тэхен удивился. Ему казалось, что Чонгук окажется его одногодкой, но нет, Тэ был на два года его старше. — Мы… Хотим усыновить тебя. — начал отец семейства Ким, тоже не забывая улыбаться, лишь один Тэхен продолжал разглядывать Чонгука, ища в нём изъяны. — Я только с радостью! — произнес даже как-то чересчур громко Чонгук, а после, смутившись, он добавил, — Я буду рад, если вы усыновите меня. Пока родители Тэхена договаривались с той противной женщиной об усыновлении Чонгука, Тэхен стоял около Чонгука, нервно почесывая затылок. Чонгук лишь взял в свои руки книгу, не открывая её вновь, он посмотрел на Тэхена. Ему тоже было неловко первым начать диалог, а его руки немного дрожали. — Приятно познакомиться, Чонгук. Я Тэхен. Твой будущий брат, если быть точнее, — Тэхен улыбнулся своей фирменной квадратной улыбкой, а Чонгук, кажется расстаял. Он лишь улыбнулся в ответ, а после уже подошли родители Тэхена, сказав Чонгуку, чтобы тот собирал свои вещи. Чонгук быстро их собрал, хотя и вещей то особо у него не было, и после всего этого они направились к выходу из детдома. Взрослые шли впереди, а юноши сзади. Чонгук был вне себя от счастья, а Тэхен тоже почему-то улыбался. — Тэхен, ты же не против, если какое-то время Чонгук будет спать у тебя в комнате? — спросил Ким старший, заводя машину. Тэхен пожал плечами, глядя на Чонгука, что сидел рядом. Гук смущенно смотрел на свои ноги, а Тэхен на Гука. Когда они сталкивались взглядами, они оба краснели и отворачивалась., а Тэхену уже стало скучно рисовать пальцем что-нибудь на замерзшем стекле. Его интересует только то, как чонгук еще не продрог в этой легкой осенней курточке в такую суровую зиму. Гуку интересно абсолютно всё. Он слишком давно томился в этаком заточении и всё было для него так ново. Когда они приехали домой, Чонгук все еще в полном восторге. Ему редко удавалось видеть такие дома, как дом семьи Тэхена. Хотя… Уже и его семьи тоже. Чонгуку было в тоже время и очень неловко. Его ноги от радости его не слушались и он чуть было пару раз не упал, пока выходил из машины и шел к дому, поэтому Тэхен взял его за руку, чтобы он точно не упал. А в Чонгуке все в этот момент перевернулось, и каково было удивление Тэ, когда Чонгук сжал ладонь Тэхена сильнее. Вроде, и на два года младше, а сильнее.   Да и сам Тэхен хрупкий и такого защищать хочется, ведь кажется, его неаккуратно толкнешь, и всё, разобьется. Так же и с душой Тэхена, ведь какого-то черта он привязывается к людям настолько быстро, что и на сердце пластырь клеить уже не получается, все израненно. Все шрамы не заживают, а остаются навеки, иногда заставляя плакать по ночам. При входе в дом тэхен хотел отпустить руку брата, но Чонгук лишь сжал руку того крепче. И Тэхен решил не противостоять, а просто смириться. Хотя, и самому чужую руку отпускать не хотелось. — Уже поздно, идите спать. Завтра новый день. — произнесла госпожа Ким, глядя на наручные часы. И в правду, часы показывали ровно десять часов, но разве это время можно считать поздним? Гук привык ложиться рано, поэтому лишь кивнул. А Тэхен недовольно фыркнул, и повел Гука в его комнату. Им придется спать в одной комнате некоторое время, и пусть русоволосый не очень любит, когда его личное пространство кто-то разрушает, он готов сделать ему исключение. — Я… Где я буду спать? — произнес Чонгук, оглядывая комнату хёна. По всей комнате висели различные плакаты и вся комната была предпочтительно в фиолетовых и синих тонах. В основном плакаты были с изображениями любимых групп Тэхена, таких как Blackpink или Stray kids, но у него так же висели плакаты с любимыми актерами. Это удивляет Чонгука еще больше, ведь у него никогда не было плакатов в комнате и это казалось словно роскошью. Тэхен пожал плечами, а после приняв задумчивый вид, сказал. — Я посплю на полу, можешь располагаться на моей кровати. — это единственное, что пришло ему на ум. Ему не хватает дерзости, чтобы отправить Чонгука спать на полу, уж слишком хорошо воспитали его. Но эта воспитанность проявляется так редко, что Тэ можно за хулигана принять. Гук все еще не желал выпускать руку старшего из своей. — Н-нет, на полу спать не нужно, может, мы поспим на одной кровати? Места хватит, я уверен! — сказал чуть выше на тон юноша, прикусив щеку изнутри. Такое предложение ошеломило старшего, но он лишь кивнул, а после почесал затылок свободной рукой. — Нужно найти то, в чем ты будешь спать… — У меня есть кое-какие вещи, но пижамы нет. — Чонгук смущенно пожимает плечами, а после лишь опускает взгляд вниз, на пол. Стыдно становится за то, что у него ничего нету в свои пятнадцать лет. Даже телефона нормального не имеет, что уж говорить о телефоне, когда одежда того уже стара и измята? У Тэхена, кажется, есть все, о чём мечтают подростки, а одежды красивой навалом. Хотя, к чему тэхену красивая одежда? Одеть бы его даже в одежду с мусорки, она будет смотреться на нём, как будто эта одежда с последней коллекции любого из модных брендов. — Я сейчас поищу тебе что-нибудь. — Чонгук на этих словах выпускает руку хёна, наблюдая за тем, как Тэ ищет одежду для него. действительно, юноша не прогадал, у старшего много одежды. Даже слишком. — Вот, примерь это, — он достает свою черную домашнюю футболку и такого же цвета свободные пижамные штаны, протягивая Гуку. Эта одежда на него немного большевата, но на Чонгука, кажется, будет в самый раз. Чонгук стоит с одеждой в руках, как вкопанный, а после Тэхен выходит из комнату, крикнув Чонгуку, чтобы тот сообщил ему, когда переоденется, чтобы не смущать Гука еще сильнее. Он мгновенно переодевается, чтобы не заставлять старшего ждать и громко произносит: «я переоделся!» Тэхен входит в комнату, сразу же смотря на Чонгука. Чонгуку, оказывается, безумно идут темные цвета в одежде, и с размером Тэхен не прогадал, ведь действительно эта одежда была младшему по размеру. — Вау, тебе идет. Ты красивый. — сам не понимая того, озвучивает свои мысли Тэхен, а после краснеет и отворачивается. — Спасибо, ты тоже очень красивый. — от слов Чонгука Тэхен краснеет еще больше, а сам Чонгук лишь довольно улыбается и его смущение выдают краснеющие изредка кончики ушей. Тэхен выключает свет и аккуратно идет к кровати, сразу же ложась на самый край кровати. Чонгук тоже ложиться на кровать, а после смотрит в потолок. После такого дня и уснуть сложно. Да и Тэхену что-то не спится и он поворачивается лицом к Чонгуку, улыбаясь. — Давай поговорим. — предлагает он, а Чонгук лишь переводит взгляд на хёна, после радостно кивая. Давно Гук не с кем не разговаривал. Обычно, единственное, что он делал в детдоме, это читал книги, которые выпрашивал у старших или у той противной женщины, которая редко соглашалась давать ему книги. Но когда он говорил, что перемоет всю посуду, то отказаться было сложно. Разговаривать с кем-либо он не очень любил, но Тэхен будет исключением. — Давай. Расскажи о себе. Мне интересно знать все о тебе. — произнес Чонгук, рассматривая лицо старшего. Он ловил взглядом все родинки и лишь шире улыбался. Тэхен задумался на пару секунд, ведь он даже не знал, что можно о себе рассказать. Он такой же парень, как все, но есть пару вещей, которые отличают его ото всех. — Как ты уже знаешь, я Тэхен. Мне семнадцать лет… Так… Учусь я очень даже хорошо, но я немного недолюбливаю точные науки… Из хобби я могу выделить свою любовь к музыке. Я учусь петь, но пока делаю это не достаточно хорошо… Что ж, на этом можно закончить рассказ обо мне. — Тэхен улыбается, а после даже понимает, что идея родителей была действительно хорошей. Когда он в последний раз так долго улыбался совершенно чужому человеку? Хотя, уже и не такому чужому. — Теперь, ты расскажи о себе. — Моя жизнь очень скучная и однообразная. Я гуманитарий, и я предпочитаю читать много книг, чем играть на улице. Так же, я склонен к рисованию, так как все мои родственники умели хорошо рисовать. И да… Я тоже люблю музыку. — Чонгук уже даже и не знает, что о себе рассказывать. Он долгое время жил в детском доме и уже отвык от привычной жизни. Неловкая тишина была нарушена одним вопросом. — Как ты попал в детский дом? Если это личное, можешь не говорить, я пойму. — Чонгук ожидал такой вопрос. Обычно, этот вопрос можно услышать от любого человека, который живет с родителями и не понимает, насколько это плохо жить в месте, в котором нет того, кто полюбит или поймет, и каждый сам за себя. Но Тэхен не такой. — Мои родители были прекрасными людьми, пока не дошли до точки, убрав все запятые. Они развелись из-за какой-то глупой причины, просто матери надоели выходки отца. Они долго решали, с кем я буду жить, и в итоге я остался с матерью. Не знаю про жизнь отца ничего. Да и не интересовался я, как-то… Гнева матери боялся, наверное. Я тогда маленьким был. Мне лет семь было, я только в школу ходить начал. Два года всё было хорошо. Моя мать делала вид, что справляется со всем, но потом и её терпению пришел конец. Мне было девять лет, когда я впервые увидел у неё в руках алкоголь, — Чонгук тяжело вздохнул, а тэхен внимательно слушал, взяв Чонгука за руку. Так Чонгуку стало чуть легче и он продолжил говорить. — она была, так скажем, «навеселе» и ей было абсолютно плевать на меня. Благо, я умел готовить яичницу и был в состоянии делать себе бутерброды, иначе бы просто голодал продолжительное время. Сначала, она просто пила и то громко включала музыку, то рано ложилась спать, а наутро была уже трезвая. А после… Она стала бить меня. На родительские собрания не ходила от слова совсем, и била меня даже тогда, когда я не провинился. Я и не знал о существовании новых игрушек или прочего, а когда одноклассники хвастались чем-то новым, я лишь грустил от того, что у меня нет такого. Всё было хуже, когда моя мать стала приводить каких-то посторонних людей в наш дом. Они не только пили, были дела и похуже. Я прятался всегда, ведь я всегда боялся таких людей. Все люди в пьяном состоянии могут натворить такого, что потом и жить на свете тяжко. Ко мне лезли какие-то женщины, дергая меня за волосы и щеки, а моя мать, смеясь, на их глазах, била меня. Я просил её остановится, просил тех женщин помочь мне, но безрезультатно. Однажды, она просто не вытерпела. Мне исполнилось тогда десять лет. Она одела меня в легкую курточку и повела в тот самый детдом, в котором я жил уже пять лет. Почти пять лет, если быть точнее. — закончил свой рассказ Чонгук, вновь тяжело вздохнув. А у Тэхена уже слезы на глазах, и он лишь крепко обнял Гука, шмыгая носом. Рассказ младшего довел его до такого состояния, в котором он прибывал меньшую часть своей жизни. Юноша лишь удивленно обнял его в ответ. — Мне жаль что всё так случилось, — произнес Тэхен, уткнувшись Гуку лицом в плече. Чонгуку уже не больно вспоминать ту историю, но почему же сердце так болезненно бьется об ребра? Может, от осознания того, что Тэ плачет? — Не думай об этом. У меня теперь есть прекрасная семья, так что мне не о чем волноваться. И тебе тоже, — Чонгук позволил себе хихикнуть сейчас. Так они и заснули, в обнимку. Сон нагрянул максимально неожиданно.