Часть 1
6 января 2020 г., 10:50
***
Юнги смотрит в спину Чимина, который с нежной улыбкой тащит его за собой из университетского кампуса. Младший поторапливает его, сетуя о том, что он как можно скорее хочет свои поцелуи, и Юнги для этого может лишь начать идти чуть быстрее, равняясь с его темпом, пока они идут в направлении маленькой квартиры Чимина и Тэхёна, его лучшего друга и однокурсника. Он немного озадачен тем, что они идут к Чимину. Обычно, чтобы провести какое-то время наедине и целоваться после пар, они приходят к Юнги, по большей части потому, что Тэхён не понимает, что такое личное пространство, а для того, чтобы наслаждаться их поцелуями, Юнги нужно именно это. Соседи Юнги — Намджун и Сокджин, более уважительно относятся к этому, и плюс он вообще может закрыть свою дверь на замок, если не хочет нежелательных гостей. А с Тэхёном в соседней комнате они не были в безопасности. Вероятность того, что Тэхён ворвётся к ним, была слишком большой, чтобы наслаждаться моментом, и после каждого шороха из коридора они практически отпрыгивали друг от друга. Юнги очень неудобно целоваться, если вокруг находятся другие люди, и долгое время он боялся даже флиртовать с Чимином, опасаясь того, что младший не понял бы его чувств или подумал, что он странный и сразу же ушел от него. Чимин, поступивший как ангел, которым он и является, понял его чувства и всегда удостоверяется, что они одни, если хочет чего-то более близкого, чем объятие. — У тебя сегодня есть ещё пары? — спрашивает Юнги. Обычно они идут к Чимину, если у них ещё остаются занятия, так как его квартира гораздо ближе к кампусу. Но насколько помнит старший, в это время недели они запираются в его комнате и просто целуются до тех пор, пока не становятся голодными. — Нет, — Чимин улыбается Юнги, замечая явную озадаченность на его лице. — Просто я не мог перестать думать о том, чтобы поцеловать тебя, и хочу сделать это как можно скорее, — легко говорит он с мягкой улыбкой на лице. — Но Тэхён, — начинает Юнги, чьи глаза наполняются паникой. Они уже приближаются к зданию квартиры, и Юнги задается вопросом, не забыл ли Чимин, что ему не нравится, когда рядом люди. — У него занятия до позднего вечера, — успокаивает его Чимин, сжимая его руку в своей. — Так получилось, что он записался на занятия и забыл внести это в свое расписание, поэтому сейчас у него проблемы. Мозг Юнги тормозит, пытаясь понять, что только что сказал Чимин. — Уже почти конец семестра, — указывает он на очевидное. Чимин взбегает вверх по лестнице, оставляя Юнги сзади: — Да, — он хихикает, перепрыгивая через ступеньку. — Поэтому мы сегодня одни. Юнги торопится за ним, и, когда они достигают квартиры, на его губах такая же улыбка, как и у его парня. Чимин сразу тянет его в свою комнату, не заморачиваясь с тем, чтобы закрыть в неё дверь, раз они одни. Комната Юнги гораздо удобнее, потому что он может закрыть дверь на замок. Юнги решает игнорировать широко открытую дверь, когда Чимин целует его, обнимая за шею. Он любит целоваться с Чимином, это похоже на сон, и благодаря этому его день сразу же становится лучше. Если бы Юнги не стеснялся целоваться при людях, то он уверен, что они бы целовались так же, как эти отвратительные парочки на автобусных остановках. Поцелуй с большой скоростью становится жарче, и Чимин тянет его к своей кровати. Он продолжает мычать в открытый рот старшего, засасывая его язык так, что у того кружится голова. Вскоре они уже лежат на кровати, полностью погружённые в их собственный маленький мир. Юнги нависает над Чимином, и его рука нежно водит вверх и вниз по бокам младшего, посылая ему в живот бабочек. — Юнги, — Чимин шепчет между поцелуями, кусая нижнюю губу старшего. Даже с закрытыми глазами Юнги знает, насколько горячо сейчас выглядит младший. Юнги вопросительно гудит, опять втягивая его в поцелуй, прежде чем он может что-нибудь сказать. Чимин улыбается в поцелуй, двигая бёдрами, чтобы прощупать почву. Юнги немедленно отвечает, целуя младшего глубже и тоже качая бёдрами, заставляя Чимина тихо застонать. Неожиданно Юнги слышит впечатлённый свист и давится своим стоном, отпрыгивая от младшего. Он чуть не падает с кровати, пока старается слезть с Чимина как можно быстрее. Тэхён стоит в дверном проёме чиминовой комнаты, кивая им с лицом критика, оценивающего картину. — Тэхён! — в ужасе кричит Чимин. — Сколько ты уже здесь? — он смотрит на Юнги, чьё лицо полностью красное. Юнги натягивает одеяло на свою голову, и его дыхание всё ещё неровное от поцелуев и сильного возбуждения. Чимин садится перед ним, закрывая его явно растущий орган. Тэхён пожимает плечами: — Некоторое время, — он улыбается с дразнящими искорками в глазах. — Я не ожидал, что вы будете тут, поэтому ничего не сказал, когда пришёл. — Разве у тебя нет занятий? — спрашивает Чимин пассивно-агрессивным тоном. Тэхён заходит внутрь — противоположное действие тому, которое он должен сделать в этой ситуации. — Там было скучно. Преподаватель читал с листа, и презентация была такой ужасной, что я не мог даже смотреть на неё, — говорит он и присоединяется к Чимину и Юнги на кровати. Чимин слышит раздражённый звук от старшего, когда тот чувствует, как кровать прогибается под весом другого тела; Тэхён игнорирует это. — Я просто ушёл, и ему вообще было плевать, — легко говорит Тэхён. — Кто бы мог подумать, что в Университете будет так просто? — Это не так, — фыркает Чимин в тот же момент, когда Юнги ворчит из-под одеяла: — Теперь сделай это ещё раз. Тэхён громко смеётся и хлопает в ладоши, как будто Юнги только что сказал самую смешную шутку: — Ты имеешь в виду, оставить вас? — Чимин кивает на это, с раздражением смотря на Тэхёна. — Если честно, я ожидал, что проведу с вами более приятное время. — Ты специально это делаешь, — невозмутимо говорит Чимин. — Вы видели сегодня остальных? — продолжает Тэхён, нагло игнорируя реплику Чимина. — Остальных? — Чимин хмурится. — Нет, а что? Тэхён встаёт, активно печатая что-то в своём телефоне: — Тогда хорошо, что вы здесь, Чимини, — говорит он тоном волнующейся матери. — Скоро они придут сюда. — Всё из-за того, что я потерял твою зарядку?! — Чимин кричит вслед за Тэхёном, который поспешно покидает комнату с широкой улыбкой на лице. Чимин ещё никогда не видел, чтобы его друзья собирались так быстро. Когда подходят Намджун и Хосок, они с Юнги до сих пор находятся в комнате и пытаются успокоить друг друга. Сложно не услышать тех двоих, когда они заходят в квартиру с криками. Вообще, они всегда рады встречам со своими друзьями, но сейчас им бы просто хотелось остаться одним. Юнги был очень счастлив провести какое-то время наедине с Чимином, потому что вопреки тому, что думают их друзья, они не бывают одни так часто. Если они находятся у Юнги, то приходят Сокджин или Намджун, отвлекая их. Если же они у Чимина, то Тэхён постоянно хочет с ними разговаривать. Очень часто, когда Юнги хочет взять Чимина в кино или позвать вечером выпить, Хосок и Чонгук оказываются точно в том же месте. Они правда любят своих друзей, однако иногда Юнги кажется, что никто из них не воспринимает их отношения всерьёз. Из-за того, что все они друзья, они не видят никаких проблем в том, чтобы проводить время так, будто ничего не изменилось. Однако кое-что изменилось, и иногда Чимину и Юнги просто хочется поговорить наедине, обниматься и да, целоваться. Но, видимо, сегодня они этого не получат. Их настроение скоро улучшается, и это здорово. Они хотят находиться с друзьями в приятной обстановке, даже если Тэхён начнет рассказывать всем о том, что он увидел. Юнги просто надеется, что тот не будет затрагивать это. Ему не особо хочется, чтобы его сейчас дразнили. Большую часть вечера всё идет отлично, они веселятся и едят хорошую пиццу за счет Хосока. Чимин всегда находится рядом с Юнги, его голова лежит на его плече. Они смотрят фильм, не представляющий никакого интереса для старшего, и, судя по тому, что Чимин продолжает просто играться с его пальцами, он тоже не заинтересован. Юнги иногда бросает на него взгляды, ощущение их поцелуя всё ещё свежо в нём. Он очень хочет ещё, но он не может целовать Чимина перед своими друзьями. Стеснительность поцелуев на публике не была вызвана чем-то глубоким. Просто раньше он видел людей, целующихся при других, и он ненавидел, как они выглядели и как эти люди заставляли чувствовать себя всех остальных вокруг, включая его. Он не хочет, чтобы люди вокруг него чувствовали себя неудобно, если он может дожить и до времени наедине. Людям не нужно видеть или слышать, как он целует Чимина. В его прошлых отношениях это было проблемой, и он удивлен тем, как просто к этому относится Чимин. Чимин ловит его взгляд и улыбается, вжимаясь в Юнги сильнее, и его взгляд перемещается к губам старшего. Юнги хочет поцеловать Чимина невероятно сильно, и взгляд младшего, брошенный украдкой по комнате, говорит ему о том, что он хочет того же. Однажды, когда Юнги спросил у него, почему он нормально относится к его стеснительности, Чимин сказал, что ему нравится невозможность сделать что-то, каким-то образом делающая весь опыт даже интереснее. Возникает ощущение, что Юнги дразнит его. Чимин говорил об этом горячо, благодаря чему для Юнги их взгляды украдкой предстали совсем в другом свете. Иногда, когда Юнги полностью уверен, что никто не увидит и не услышит их, они целуются и при людях. Это обычно быстрый и сухой чмок, но даже он делает Чимина счастливым. Он кусает свою нижнюю губу, подбадривая старшего наклониться к нему, однако Юнги не делает этого. Он продолжает оглядываться по сторонам, неуверенный, и гадает, не слишком ли тих звук от телевизора, чтобы никто их не заметил. — Так, — громко говорит Чимин, привлекая всеобщее внимание. Он хлопает по бедру Юнги и встаёт. — Я пойду найду себе что-нибудь выпить, — он кивает, улыбаясь Юнги, и надеется, что тот поймёт. На кухне Чимин открывает холодильник, с надеждой ожидая скорого прихода старшего. — В ванную собрался? — Чимин слышит дразнящий тон Сокджина. Юнги заходит на кухню, пока их друзья всё ещё хихикают над ним, хорошо осведомленные о том, почему Юнги пошел за Чимином. Но нахождения вне поля их зрения для него достаточно. Чимин улыбается ему, закрывая холодильник с немного преувеличенной силой. Юнги отражает его улыбку, подходя к нему ближе и притягивая младшего за руку для поцелуя. Чимин хихикает, когда их губы встречаются слишком громко в пустой кухне. — Думаешь, они услышали это? — спрашивает Юнги, пряча лицо в его шее. Чимин не может не засмеяться над своим парнем, целуя его в голову. — Ты знаешь, что они знают, что мы здесь делаем? — Не смейся надо мной, — бормочет Юнги, тыкая в ребра Чимина пальцем. — Поцелуй меня. Он немедленно исполняет просьбу, целуя щеки Юнги, его нос, лоб, прежде чем он наконец-то соединяет их губы и оставляет там сладкие-сладкие поцелуйчики. Юнги пытается захватить его губы своими, чтобы углубить поцелуй, но каждый раз Чимин ускользает от него, мило посмеиваясь. — Кажется, я хочу пить, — слышат они громкий и ненатуральный голос Хосока. Юнги выдавливает смешок, оставляя последний поцелуй в уголке чиминового рта: — Он такой плохой актер. Хосок заходит на кухню с широкой улыбкой на лице, неловко передвигаясь вокруг Чимина и Юнги. — Хён, мы не ядовиты, — посмеивается младший. Юнги отрывается от него и начинает двигаться в сторону гостиной, но Чимин держится за его рукав, пытаясь остановить его в надежде на ещё один поцелуй после того, как Хосок уйдет. Юнги тянет его за собой, неловко прочищая горло, пока они идут в гостиную. Их друзья сидят так же как раньше, краем глаза смотря фильм и перебивая друг друга в спорах о его логике. Тэхён отрывает свое внимание от Чонгука, пытающегося доказать свою точку зрения и параллельно засовывающего попкорн себе в рот. — Нашли там себе хороший напиток? Чонгук давится с другой стороны дивана, внезапно становясь очень бледным. — Они пили друг у друга слюну, — бормочет он себе в руку, когда ужасающая мысль появляется у него в голове. Хосок стонет из дверного проема кухни, стоя там с едва откусанной печенькой во рту. Он морщит свое лицо в отвращении, пока все остальные кричат. — Я собирался съесть её, — хнычет он, выплевывая печеньку в мусорное ведро, стоящее рядом с ним. — Не описывай так поцелуй! — Тебе так не нравится это? — Тэхёну, по-видимому, более противен Хосок, выплевывающий печеньку, но он трясет головой, и затем на его лице появляется злая ухмылка. — Это же вообще ни о чем! — говорит он, выпрямляясь на своем месте и привлекая всеобщее внимание. Чимин бросает на него холодный взгляд, чувствуя, что на уме его лучшего друга. Но Тэхён не обращает на него внимания, широко улыбаясь друзьям, нетерпеливо смотрящим на него. Все готовы внимательно слушать, даже Намджун, чьи глаза все еще на экране. — Если бы я не прогулял занятие, они бы пили друг у друга сперму с членов, — говорит он, явно гордясь своим сравнением. — Ты прогулял занятие?! — в ужасе спрашивает Намджун и поворачивается в сторону Тэхёна в тот же момент, как Сокджин кричит: — Зачем ты это говоришь?! Чонгуку это явно неприятно, но также ему смешно, и он себе под нос повторяет сказанные Тэхёном слова. Хосок стоит всё там же, рядом с кухней, онемевший. Чимин просто смеётся, изо всех сил держась за Юнги, потому что это немного забавно. — Я до сих пор не отошел от поцелуя, я не могу обработать и это, — говорит Юнги, глядя на младшего, который плачет и смеётся в одно и то же время. Юнги привык к странным шуткам своих друзей, и у него похожее чувство юмора, но в этот раз он просто шокирован. Он видит логику в первом утверждении, однако он не хочет даже думать о втором. Юнги лишь благодарен Тэхёну за то, что странным сравнением он перевел внимание от того, что их поймали целующимися. Юнги был рад тому, что их друзья забыли комментарий Тэхёна довольно скоро. Однако он помнит о странной привычке Намджуна неожиданно вспоминать информацию, которую он где-то слышал. Сокджин часто шутит, что его система отстает от событий на целую неделю, и только потом он что-то осознает. Это объяснило бы многое. — У меня есть к тебе вопрос, — объявляет Намджун, появляясь на пороге его комнаты. Юнги отрывает взгляд от ноутбука; во рту у него зажата завязка от толстовки в попытке сосредоточиться. — Хорошо? — бормочет он, ожидая, когда Намджун задаст вопрос, чтобы он мог ответить и вернуться к своей работе. Он сильно отстает от своих партнеров по проекту, поэтому теперь старается догнать их. Они работают над проектом уже месяц, а он просто не думал о количестве информации, которую ему придется найти, из-за чего теперь весь зарыт в PDF файлах и книгах, пока ему не сделали ещё одно замечание. Юнги делает всё на своей кровати, чтобы можно было время от времени дремать, когда ему становится сложно смотреть на экран. — Я только что вспомнил, как Тэхён сказал о том, что ты пьёшь спе- — Что ты нес… — простонал Юнги, держась за свой нос и сморщивая лицо, и ноутбук на его коленях опасно закачался, когда он подвинулся, пытаясь принять сидячую позицию. — Ты сейчас серьёзно? — А что? — спрашивает Намджун и немного приоткрывает рот в ожидании ответа. Юнги захлопывает ноутбук и откладывает его в сторону, осознавая, что ему потребуются силы, чтобы объяснить Намджуну, что он запомнил кое-что неправильно: — Он не видел, чтобы мы делали что-то такое. В полном непонимании Намджун хмурит брови и наклоняет голову, из-за чего у него появляется второй подбородок: — Я слышал, как он сказал это. — Нет, — холодно говорит Юнги. — Он смеялся, потому что поймал нас за поцелуем. — И всё? — спрашивает он в недоверии, озадачиваясь ещё больше, когда Юнги кивает. — Мы до сих пор смеёмся из-за того, что вы прячетесь, как младшеклассники? Юнги открывает рот, чтобы ещё раз отчаянно объяснить, что они не прячутся, а ему просто нравится делать это наедине, однако Намджун прерывает его: — А питьё спермы? — Никто не пил сперму той ночью. Намджун показывает пальцем на Юнги: — Значит, всё-таки сперму пили! Юнги встает с кровати, торопясь избавиться от него и вернуться к работе: — Почему вы все ведёте себя так по-детски? — спрашивает он у Намджуна, который начинает смеяться над ним, держась за дверь, чтобы не дать Юнги вытолкнуть его. — Сказал тот, кто не может поцеловать своего парня перед нами, — говорит Намджун, после чего отпускает дверь и уходит, оставляя Юнги стоять там озадаченным. То, что сказал Намджун тем днём, прилипло к нему, как репейник, и продолжало беспокоить его. Конечно, Намджун не был таким уж серьёзным и не хотел навести беспорядок в его голове, но именно это и случилось. Юнги разговаривал об этом с Чимином множество раз, и он знает, как раздражается младший, когда бы Юнги ни спросил у него, почему он не против такого отсутствия выражения чувств на публике. Но после того как Намджун буквально указал на то, что он ведёт себя, как ребенок, он не может избавиться от этих мыслей. Он начал видеть парочки везде, целующиеся, обнимающиеся, находящиеся в своем маленьком мире, не беспокоящиеся о людях вокруг них, и это подтолкнуло его к размышлениям — зачем он так сосредоточен на внешнем мире, если у него в руках есть Чимин? Почему для него так странно поцеловать Чимина на автобусной остановке в дождливый день, если он хочет этого? Юнги не может поспорить с ним: есть что-то волнующее в том, что они прячутся, в тайных поцелуях, и он благодарен младшему за то, что ему это нравится, даже если они делают это только потому, что Юнги стесняется. Он всегда был застенчивым, предпочитал стоять сзади и просто тихо наслаждаться своей жизнью. Но ему также нравится давать людям знать, что Чимин его парень, что они обсуждали в начале своих отношений. Он никогда не забудет то ужасное чувство, которое пробудили в нем друзья, заставившие его слушать их долгую лекцию о том, что он не должен стыдиться или бояться того, что он гей. Юнги был рад только отсутствию там Чимина, но, всё равно, разве Чимин думал, что Юнги стыдился его? Он явно так не думал. Чимин так не считал, он злился на его друзей за то, что они посадили такую мысль в голове Юнги. Та проблема быстро разрешилась, и они вернулись к теплым обнимашкам под одеялом старшего, однако в этот раз проблема почему-то беспокоит его больше, и он знает, что никакие убеждения Чимина не успокоят его. Юнги думает о будущем, о свадьбе, которую он хотел бы сыграть с Чимином, о предложении, которое он хотел бы сделать романтично и точно не в его комнате с закрытой дверью. Как он нежно поцелует Чимина после обмена клятвами, если он даже не может поцеловать его в щеку, когда знает, что кто-то смотрит? Он напуган.***
Чимин всё ещё не может поверить в то, что он может держать большую, жилистую руку Мин Юнги, когда они идут по улице. У него был краш на старшего с самого начала образования чертовой вселенной (это серьёзное преувеличение, прошло всего два года, может чуть больше) и сейчас он здесь, имеет право открыто выражать свои чувства. Если бы кто-нибудь сказал ему, что тот милый парень, на которого он пялился в первый день поступления в Университет, будет его парнем, он бы засмеялся. Более того, он не думал, что они вообще когда-нибудь бы познакомились, но каким-то образом это случилось. Чимин не понял, как это произошло; в один момент он встречает Тэхёна, и в следующий он уже стоит в круге в коридоре, а красивый темноволосый парень прямо напротив него. Он не игнорировал Чимина, но и не сильно обращал на него внимание: они лишь быстро обменялись именами. Чимин не ожидал многого от этого знакомства, но вскоре у него появилась целая группа друзей, хотя вначале он надеялся найти в Университете хотя бы одного. Юнги был крутым, но в нем было не только это. У него была эта теплая энергия, мягкие движения и милые привычки, которые заставляли Чимина влюбляться в него ещё больше. Он правда надеялся, что никто не мог увидеть, насколько сильно ему нравился один из его друзей. Со временем Юнги открывался все больше и больше, он проводил время с Чимином наедине, и да, каждый раз у Чимина потели ладони. Что-то в глубине него надеялось, что он тоже мог нравиться старшему. В итоге, он решил взять себя в руки и признаться ему в ночь на свой девятнадцатый день рождения. Остальные его друзья были довольно прямолинейны, говоря Чимину о его краше на Юнги. В течение некоторого времени они советовали ему признаться, и Чимин всё-таки согласился с ними. Правда должна быть высказана вне зависимости от её последствий. Юнги выглядел шокированным и как будто даже застенчивым, слушая признание Чимина; его глаза всё увеличивались и увеличивались. У Чимина тряслись и потели руки, и чем глубже он объяснял свои чувства, тем сильнее он боялся ответа. Слова Юнги о том, что он тоже ему нравился, были настолько удивительными, что его мозг осознал это не сразу: он просто развернулся и уже готов был бежать обратно к бару запивать свою грусть и смущение. Но это случилось: Юнги на самом деле сказал, что тоже имеет к Чимину чувства, и с того момента жизнь стала восхитительной. Вообще, прошло уже довольно много времени с тех пор, как это случилось, двести пятьдесят четыре дня, если быть точными. И Чимин до сих пор не может привыкнуть к некоторым вещам, которые он обнаружил в Юнги после того, как они сошлись. Например, насколько Юнги стеснительный. Да, Мин Юнги, которому Чимин боялся признаться в своих чувствах, оказался ещё застенчивее, чем он сам. Это мило, и Чимин любит приводить в волнение своего парня простейшими вещами. Юнги может быть уверенным, когда хочет, но он также с легкостью становится застенчивым, особенно от таких вещей, как физический контакт в людных местах. Это не обязательно должен быть центр города, это могут быть лишь они и их друзья, но уже этого достаточно, чтобы смутить Юнги даже касанием младшего. Не то чтобы Чимин был против, правда. Вообще-то, Чимин любит близость и влечение, но, когда они с друзьями, он вполне может выжить, не обнимая Юнги. Однако иногда у них нет времени увидеться друг с другом, и они встречаются только в конце недели на посиделках с друзьями. В таких случаях Чимину сложно сдерживать себя от касаний, потому что, если бы вы спросили Чимина, что ему нравится в Юнги больше всего, он немедленно ответил бы, что это то, как Юнги целует его. А когда он скучает по своему парню, он хочет целоваться ещё больше. Целуя, Юнги заставляет его чувствовать себя драгоценным, любимым, а ещё это сжигает его. Руки Юнги на его теле показывают ему, как много тот имеет в виду, говоря, что любит Чимина, что он думает, что Чимин прекрасен. Каждый раз, когда Юнги просто чмокает его в губы, Чимину кажется, что он взлетает. Но они не целуются перед своими друзьями, так как Юнги слишком неудобно и он стесняется делать это, особенно после того, как однажды они увидели Чимина, чмокающего Юнги, и все сошли с ума, несколько дней дразня его из-за этого. С того раза Чимин стал более осторожен: он всегда смотрит вокруг, рассчитывая возможность поцеловать его. Таким образом, поцелуи при людях для них не вариант, потому что Юнги стесняется, но объятия — это нормально, бывают даже дни, когда именно Юнги не хочет отпускать Чимина. Держание за руки — это более чем хорошо, поэтому их руки почти всегда склеены. Тогда как они целуются, если долго не виделись? Они прячутся, чтобы целоваться. Чимину девятнадцать, а его парню — двадцать, и они прячутся, как дети на перемене. Сейчас они в Университете. Никогда раньше Чимину не приходилось прятаться, чтобы поцеловаться, но он не против. На самом деле, в этом что-то есть, хотя бы прилив адреналина. Они учатся на разных факультетах, Чимин учится на юриста (ежедневно он гадает о том, почему он думал, что это было хорошее решение), а Юнги на архитектора. То, что они учатся в разных зданиях, не имеет для Чимина значения, он хочет свой утренний поцелуй. И он его получает. Это глупо, но он каждый раз хихикает, когда заворачивает в угол заброшенного коридора, где Юнги уже ждёт его, кусая губы и пытаясь сдержать улыбку. — Иди сюда, — говорит старший, явно стараясь выглядеть раздраженно. Чимин подбегает к нему и забрасывает руки на его шею, всё ещё хихикая: — Привет, хён. Юнги притягивает его ближе к себе за талию, кладет руку на щеку Чимина и быстро, но громко чмокает его в губы. На лице Чимина расцветает улыбка, а в его животе начинают трепетать бабочки. Он любит чувствовать Юнги, он любит его запах, его мягкий голос и нежные глаза. — Утро, — шепчет он в губы Чимина, прижимаясь к нему ближе для поцелуя с открытым ртом, который заставляет ноги младшего задрожать. — Сейчас уже час дня, — дразнит Чимин, когда Юнги смотрит за его спину, убеждаясь, что никто не идет. — Я не виноват в том, что во вторник моё занятие начинается поздно, — дуется Юнги, наклоняясь для ещё одного поцелуя. Чимин умиляется над своим парнем и крепко обнимает его. — Завтра мы встретимся в восемь утра, не грусти, хён-и. Юнги гудит в ответ и продолжает покачивать их из стороны в сторону, пока Чимин купается в его внимании, как кот на солнце, улыбаясь в изгиб шеи Юнги. — Эй, — говорит он через некоторое время. Юнги вопросительно гудит. — Хочешь целоваться? Юнги стонет, отрываясь от него и поправляя рюкзак с красным лицом. — Ты — маленький демон. Несмотря на то, что он говорит такие вещи, Чимин видит его покрасневшие щеки и то, как он смотрит в коридор, проверяя, что никто не увидит, как они будут целоваться. Он знает, что Юнги любит целоваться так же сильно, как Чимин, но это почти никогда не происходит в людном месте. Сегодня Юнги смотрит на него с целеустремленностью в глазах и кивает. Чимин не ожидал такого ответа. — Это что-то новенькое, — говорит он с немного открытым ртом и округленными глазами. Юнги фыркает и притягивает Чимина ближе, выглядя сконцентрированным и решительным. Через секунду Чимин оказывается прижатым к стене, затем он смеётся и притягивает Юнги к себе. У него начинает громко биться сердце, когда Юнги целует его, и его язык дразнит нижнюю губу младшего. Он выдыхает в поцелуй, пытаясь как-нибудь стать ещё ближе к старшему. Кулаками Чимин держится за его кофту, чья молния врезается в его ладони. Он знает, что коридор — это не лучшее место, чтобы засовывать руки под его одежду, но это то, что ему всегда нравится делать — просто ощущать кожу Юнги под своими пальцами. Юнги улыбается в поцелуй, когда рука младшего достигает его груди. И у Чимина сбивается дыхание, когда Юнги замедляет поцелуй, исследуя его рот. — Это слишком? — спрашивает Юнги, опять целуя его, блуждая своими губами по чиминовым, в то время как его руки находятся на его талии, дразня самый край рубашки. Чимин выдает звук отрицания, не желая прекращать целовать своего парня даже на секунду, чтобы насладиться моментом. Его сердце громко стучит, и уверенность, с которой Юнги переплетает их языки, сводит его с ума. Это очень быстро становится слишком, и Чимин начинает думать, что пропустить занятие ради поцелуев — это отличная идея, когда они слышат голоса. Юнги замирает, немного отстраняясь, и смотрит в сторону, проверяя, видит ли кто-нибудь их. Чимин не может подавить смешок, когда он осознает, насколько покраснел Юнги. Это наполняет его теплом. — Кто-то идет, — сообщает Юнги. В течение долгого мгновения они стоят в тишине, но им не слышно ни звука, указывающего, что кто-то идет в их сторону. Чимин бросает на него дразнящий взгляд, усмехаясь, когда тот пожимает плечами и делает шаг назад. — Мне показалось, я слышал кого-то, — говорит Юнги, почесывая шею. Чимин трясет головой, беря руку Юнги в свою и переплетая их пальцы: — Вечно такой нервный, — он тянет Юнги за руку. — Ты испортил момент. В маленькой руке Чимина рука старшего ощущается приятно, это наполняет его теплом и уютом. Это единственная вещь, которая не сильно смущает Юнги, и, кажется, он наслаждается ей даже больше, чем сам Чимин. Младший быстро сообразил, что Юнги нравится держаться за руки. Он знает, что Юнги хочет показывать ему, что нуждается в нем рядом с собой, а остальным людям, что они являются большим, чем друзья. Это очень мило. Чимину нравится наблюдать за Юнги, когда тот явно пытается невозмутимо показать кому-то их соединенные руки. Чимин идет немного впереди, покачивая их руки, пока они уходят из этой части здания. — Разве это не я должен провожать тебя до класса? — спрашивает Юнги. Чимин улыбается, прекрасно зная, что Юнги любит, когда его провожают до класса, любит держать его руку, целовать его щеки и гладить живот. В ответ он лишь трясет головой, сжимая руку старшего и слегка толкая его плечом. Они расстаются перед лекционной аудиторией Юнги, мягко улыбаясь друг другу и обещая встретиться позже. Весь путь назад к своему корпусу Чимин бежит с большой улыбкой на лице. Тэхён закатывает глаза, как только Чимин заходит в кабинет с широкой улыбкой. — Где вы целовались сегодня? — спрашивает он со скучающим видом. Чимин бросает ему раздраженный взгляд, садясь рядом и вытаскивая свою тетрадь. Друзья обожают дразнить их, в основном из-за Юнги, но с Чимином это не работает. Может, его парень и стесняется, желая оставлять их физический контакт лишь между ними, но Чимину без разницы. — Почему тебе всегда так интересно? — спрашивает он. Тэхён смотрит на него так, как будто Чимин задал ему самый очевидный вопрос. И, по большей части, так и есть. После того как он встретил Тэхёна, он привык делиться абсолютно всем со своим соседом и лучшим другом. — Он прижал меня к стене, и я уже готов был затвердеть, когда кто-то громко заговорил, и всё закончилось, — произнес он очень быстро. Тэхён бросает ему неверящий взгляд: — Да, это похоже на него. Чимин кусает губу. — Нет, — говорит он, больше для себя. Тэхён кивает ему. — Но он сделал это, — Чимин уверяет его, однако тот лишь поднимает бровь. Чимин отключается от реальности, не осознавая даже, когда преподаватель входит в аудиторию или какая тема сегодняшней лекции. Его глаза остаются приклеенными к доске, не следя за тем, что на ней пишут. Он пытается понять, что только что произошло в коридоре. Юнги не становится таким решительным в своих действиях, пока не уверен, что все возможные входы закрыты. Конечно, они часто целовались в этом коридоре, но так — никогда, их слишком просто поймать там. Чимин имеет в виду именно это, когда говорит, что ему все равно, насколько Юнги стесняется физического контакта. Да, когда они впервые встретились, Юнги казался ему плохим парнем, но чем больше времени он проводил с ним, тем явнее он видел, как далеко от правды было его первое впечатление. Юнги не говорит о своих чувствах со многими людьми, но если тебе достаточно повезет, он откроется тебе. И ты должен слушать, так как он говорит умные вещи. То, насколько сильно Юнги может открыться, когда хочет этого, как правильно он подбирает слова, выражающие точно его чувства — всё это очень впечатляет. Юнги осознает ценность слов, поэтому неудивительно, что он выбирает их с такой осторожностью. Именно таким был их первый поцелуй — осторожным. Он произошел не в ночь признания Чимина, на самом деле, это заняло время. Поначалу Чимин был очень озадачен, он не знал о застенчивости Юнги при открытом выражении чувств. Они проводили время друг с другом около трех недель, только они вдвоем. Они делали это и раньше, но сейчас к этому добавлялась какая-то значимость, и Чимин думал, что это были свидания. Он боялся называть их встречи свиданиями вслух, потому что, несмотря на то, что Юнги сказал, что он тоже ему нравился, между ними особо ничего не происходило. В основном, они просто встречались у Юнги в комнате и проводили время за разговорами. Иногда они выходили куда-нибудь поесть, ничего особенного, но этого уже было достаточно для Чимина, чтобы часами после этого улыбаться у себя в комнате. Он был доволен этим, потому что тем, что действительно имело значение, был только Юнги, находящийся рядом с ним, и то, что между ними не было никакой неловкой тишины. Какое-то время они обычно просто держались за руки, идя по улице, а Юнги не видел или игнорировал чиминовы попытки сделать первый шаг перед его входной дверью, и, в итоге, это стало беспокоить Чимина. Он волновался, что старший изменил свое мнение о них, что он был по-тихому зафрендзонен, и, чтобы ему не было грустно, Юнги разрешал держать свою руку. У него было два варианта: он мог спросить у Юнги, всё ли было в порядке, или он мог просто пытаться снова и снова, надеясь на лучшее. И так как Чимин был рациональным человеком, он решил просто спросить у Юнги, не изменилось ли что-нибудь между ними. Чего Чимин не ожидал, затрагивая эту тему с ним, была полная озадаченность и чистое смущение на лице Юнги. Они находились в комнате старшего, Чимин лежал на ковре, разговаривая и иногда бросая на Юнги взгляды, но, в основном, смотря в потолок, так как он был слишком робким, чтобы смотреть тому в глаза. — Я сделал что-то не так? — осторожно спросил Чимин, когда увидел, каким бледным внезапно стал Юнги. — Ох! — его сердце тревожно забилось. — Я что-то понял неправильно, да? — тишина Юнги убеждала его, что он действительно понял что-то неправильно. — Прости, я просто- Я не думал, что ты тот, кто будет держать мою руку платонически. — Дело не в этом, — Юнги прервал его речь. Несколько моментов они в тишине смотрели друг на друга, оба ожидая, когда другой заговорит. — О, боже, — простонал Юнги, пряча свое лицо в подушке. — Что? — спросил Чимин, принимая сидячее положение, чтобы лучше видеть Юнги. — В чем дело? — Просто… Хорошо, — пробормотал Юнги, тоже садясь. — Не смейся надо мной. Чимин кивнул, не отрывая глаз от лица старшего, которое внезапно очень покраснело. — Когда мы прощаемся, — медленно начал он, потирая шею, — мы делаем это в людном месте. — Чимин кивнул ему и нахмурился. — И я просто не люблю, когда люди видят меня, ну, ты знаешь, типа, очень близко- — Ты не любишь, когда люди видят, как ты целуешься? — спросил Чимин, чтобы узнать, правильно ли он понимает его. Юнги кивнул, избегая его взгляда. — Ты стесняешься? — мягко спросил младший, желая закричать от такого милого нервничающего Юнги. Он никогда еще не видел, чтобы тот так себя вел. — Наверное? Чимин прогудел и сощурил на него глаза. — Значит, это не из-за того, что ты френдзонил меня? — Юнги отрицательно потряс головой. — Или того, что ты никого раньше не целовал, — Юнги закатил глаза. — Я целовался раньше, — сказал он в свою защиту. Чимин с усмешкой посмотрел на него. — Итак, — он подвинулся на заднице ближе к кровати, — сейчас мы одни. Юнги лег на живот, смотря на Чимина с чистым смирением. — Ты — негодник. — Хён, я хочу поцелуй! Я думал, мы нравимся друг другу, — захныкал Чимин, очаровательно дуясь, чтобы достичь цели. Юнги подвинулся так, чтобы его голова и плечи оказались ближе к Чимину, и подозвал его рукой. Чимин увидел отблеск нервозности в его глазах, двигаясь ближе к нему, и нежно положил руку на его щеку. Он пробежал пальцем по её округлости, заставляя старшего улыбнуться. — Мы не должны, если ты не хочешь, — уверил его Чимин, прикрывая глаза, когда Юнги наклонился ближе. — Я не тороплюсь. Чимин почувствовал слова Юнги на своей коже, когда он прошептал: — Но я очень хочу. Чимин никогда не забудет тихий вздох, покинувший его рот, когда их с Юнги губы соприкоснулись. Поцелуй протекал медленно, они привыкали к вкусу друг друга. Чимин был потрясен в самом лучшем смысле. Это определенно ощущалось лучше, чем любой поцелуй, который был у Чимина, и в нем не было даже намека на язык. Но он был особенным. Юнги не спешил, и Чимин был не против этого. — Отлично, — сказал старший, последний раз целуя его. — Пока достаточно? Чимин не был уверен, что ему было достаточно, но всё равно кивнул, заставляя Юнги засмеяться. — Не хочу избаловать моего парня. Чиминово сердце чуть не выпрыгнуло из груди. Парень. Они были официально парой. Чимина настолько одурманил поцелуй, что он не ответил, а лишь кивнул с ленивой улыбкой. Пока Чимин грезил о своем парне, вновь переживая их первый поцелуй, занятие закончилось, и преподаватель вышел, прежде чем кто-либо успел задать вопрос. Чимин стер глупую улыбку со своего лица, удивленно осматриваясь вокруг. Он не записал не единого слова, а ему нужны были эти записи. — Тэ, — сладко говорит он, собирая свои вещи. Тэхён закатывет глаза: — Да, я поделюсь с тобой конспектом. — Ты мой спаситель, — проговаривает Чимин, разворачиваясь обратно, чтобы воссоединиться с Юнги как можно скорее. Чимин обычно бросал косые взгляды на парочки, которые после одной пары липли друг к другу так, как будто не виделись сто лет. Но теперь он сам стал одним из таких людей, и Юнги, даже если он не показывает этого физически, с ним в одной лодке. Он часто отправляет ему нетерпеливые сообщения, когда Чимин слишком долго идет в комнату отдыха или маленький сквер между зданиями, если погода хорошая. — За твоей спиной стена, — говорит ему Тэхён безразличным голосом, надевая рюкзак. Чимин отпрыгивает назад, когда ударяется об стену: — Извините! — он почти выкрикивает, оборачиваясь. — О, стена. Тэхён тянет его к двери. — Я предупредил тебя, но единственная вещь, которую ты видишь и слышишь, это Юнги-хён. — Неправда! Я рад видеть тебя! — говорит Чимин, глядя по сторонам в поисках Юнги, как только они выходят в холл. Тэхён разворачивает его в направлении места, где стоит Юнги, смотрящий на Чимина, как влюбленный дурак. Он закатывает глаза. — Да, видимо был рад, когда мы не были соседями. — Я самый счастливый, если при пробуждении ты рядом со мной! — замечает Чимин, хватая Тэхёна за руку. — Ты мой соулмейт, и я люблю тебя всем своим сердцем. — Ты всегда говоришь это, когда ешь мои хлопья, — Тэхён бросает ему подозрительный взгляд, скрещивая руки на груди. — Привет, хён, — он поворачивается к Юнги, и затем обратно к Чимину. — Я смотрю за тобой, Пак Чимин. Чимин и Юнги смотрят, как Тэхён уходит от них, время от времени бросая ему через плечо пронзительные взгляды, пока он не заворачивает за угол по пути на его следующее занятие. — Ты опять сделал что-то плохое? — спрашивает Юнги, смотря на Тэхёна, в то время как его рука проскальзывает на талию младшего. Чимин надувается, опираясь на него: — Хён! Я не делал ничего! Чимин остается тихим, пока они идут обратно к Юнги, чтобы провести немного времени наедине. Необычное поведение старшего действительно беспокоит его, и он боится, что кто-то из друзей опять имел с Юнги странный разговор, подталкивающий его к чему-то, с чем ему некомфортно. Юнги вроде бы не отличается от обычного себя, болтая и смеясь над своими собственными шутками, пока они идут по улице. Но Чимин не может отвязаться от чувства, как будто что-то не так. Предполагать, что что-то не так, только потому, что твой парень поцеловал тебя, может быть преувеличением, но Чимин начинает волноваться. С течением времени это становится всё более и более подозрительным. Юнги может быть обычным собой, краснеющим и не целующим Чимина, пока не убедится, что они одни, но затем в один момент он становится терпим к поцелуям в местах более открытых, по крайней мере, для них. Чимин привык просто дразнить его и получать робкое нет, и он знает, что получит нет. Просто ему нравится это делать, и Юнги правда не против. Однако время от времени, когда Чимин просто пошутит о поцелуе, Юнги действительно притянет его и поцелует. Как сейчас. Они гуляют с друзьями, ходя по старым железнодорожным путям и наслаждаясь теплым днем. Юнги выглядит сейчас очень хорошо, когда он весь такой мягкий, и солнце придает его темным волосам теплый красноватый оттенок. Чимин не может оторвать от него глаз, пока они балансируют на рельсах, держась за руки. Обычная сентиментальная вещь, которую делают парочки. — Юни, — говорит Чимин, волнуя свою нижнюю губу. Юнги вопросительно гудит с закрытыми глазами, и легкий ветерок ерошит его волосы. — Я хочу поцелуй, — он почти шепчет. Уголки губ старшего немного поднимаются, когда он открывает свои глаза, тепло улыбаясь Чимину. Он тянет его за руку, помогая соскользнуть с ржавых рельс. Затем Юнги смотрит вперед них, на друзей, которые идут на несколько шагов перед ними, громко разговаривая и подшучивая друг над другом. — Ты хочешь поцелуй? — спрашивает Юнги, и его тон гораздо более дразнящий, чем ожидал младший. Чимин не понимает, почему его лицу внезапно стало так жарко. Он кивает, заставляя Юнги мягко захихикать. Юнги делает три шага назад, осторожно обходя большие камни и пристально следя за их друзьями. Чимин следует за ним, пытаясь издавать как можно меньше звуков и надеясь, что их не поймают. Они уже почти достигают большого вагона, когда Чонгук осознает, что их нет там, где они были всего мгновение назад. — Чимин? — зовет он их, привлекая к этому всеобщее внимание. Юнги немедленно замирает, и его хватка на чиминовой ладони ослабляется. Младший сдувается, понимая, что сейчас они пойдут назад и ему не подарят поцелуи. И затем он чувствует резкий рывок своей ладони, приводящий всё его тело в движение. — Юнги! — вскрикивает он и смеется, когда они бегут вдоль старых вагонов. Они резко заворачивают, когда вагон заканчивается, и прячутся за ним. Чимин опирается спиной на металлическую поверхность, пытаясь восстановить дыхание. Он не может прекратить смеяться, когда ловит взгляд Юнги, и улыбается ему, стараясь выровнять свои вдохи. Его дыхание прерывается, когда Юнги наклоняется и целует его, руками обнимая за талию. Всё беспорядочно, они тяжело дышат в поцелуй, и иногда прерываются на смешки. Пальцы Юнги врезаются в кожу его бёдер, наполняя его внутренности желанием. Поцелуй становится всё более горячим, а смешки перерастают в низкое мычание и вздохи. Чимин пробегается пальцами по груди старшего, чувствуя его теплую кожу и бьющееся сердце. Его ритм ускоряется, когда Чимин прикусывает нижнюю губу Юнги. — Не останавливайся, — бормочет он, следуя за чужими губами, когда Юнги разрывает поцелуй. Чимин открывает глаза, только когда Юнги откашливается. Он смотрит на него с такой любовью во взгляде, что Чимину хочется закричать от счастья. — Что? — спрашивает он, поднимая бровь. Юнги пожимает плечами, аккуратно убирая волосы с чиминового лба. — Ничего, просто любуюсь своим парнем. Чимин падает спиной обратно на поверхность вагона, выпуская маленький стон: — Юни. Юнги смеётся, наклоняясь для нежного поцелуя, который кружит Чимину голову. Как только Чимин опять притягивает его для ещё одного, они слышат шаги по камням, явно приближающиеся к ним. Юнги не отрывается от Чимина, дразня его губы кончиком языка, даже когда шаги становятся громче. — Кто-то идет, — Чимин едва способен прошептать, чувствуя чужой язык на своих губах, даже пока он говорит. Намджун стучит по стенке вагона, прежде чем заворачивает за его угол, неловко улыбаясь им, когда видит руку Юнги на талии младшего. — Эй, мы хотим идти есть, — он неопределенно указывает туда, где должны быть их друзья. — Вы присоединитесь к нам или? — он стоит, потирая шею. Юнги закатывает глаза: — Вы не могли просто покричать нам? — он улыбается Чимину. — Мы тут немного заняты. Чимин округляет глаза, так же как и Намджун. Он шлепает Юнги по плечу: — Юнги! — А, простите? — говорит Намджун, медленно отступая. — Мы придем, — говорит Юнги, отходя от стенки с Чимином. — Всё равно ты испортил момент. Юнги игриво улыбается, следуя за Намджуном. А Чимин остается стоять там, потеряв дар речи. Он приходит в себя и быстро догоняет старшего. Юнги разворачивается, когда слышит за собой Чимина, и сейчас он выглядит таким самодовольным, положив руки в передние карманы, широко улыбаясь и зубами кусая нижнюю губу. Чимин очень озадачен его действиями, но он не может лгать: прятаться меньше — это приятно, даже если только время от времени. Он не имеет понятия, почему Юнги так себя ведет, и он знает, что им, наверное, нужно поговорить об этом. Вещи развиваются всё дальше и дальше, и Чимин не может найти достаточно хорошую возможность, или же он только так говорит себе, поговорить со старшим. Он волнуется, что разговор об этом может толкнуть Юнги обратно в свою скорлупу. Это очень эгоистично с его стороны, но ему нравится, когда Юнги заставляет быстрее биться его сердце не только, когда они закрыты в своих четырех стенах. Всё меняется в ночь, когда они все вместе решают выйти в клуб. Нечасто бывает, чтобы все они могли позволить себе и имели время на это, поэтому, естественно, они взволнованы. Разогрев начинается в квартире Юнги, Намджуна и Сокджина, но после пары бутылок они перемещаются на крышу этого здания. Это неплохое место, там есть кресло, пара старых стульев, маленький стол и милый садик. Чимин сидит на холодном бетоне, не особо заботясь о своей одежде, которую он очень тщательно выбирал сегодня вечером. Они всё больше пьют и болтают, веселясь и играя на маленьком, видавшем лучшие времена, столике в карточную игру, которую понимает один Намджун. Юнги держит свою руку на чиминовой, постоянно ища её тепло. Это наполняет младшего теплотой и уютом, хотя возможно, это эффект алкоголя. Чимин следует за рукой старшего, когда тот перемещает её на его бедро, водя по нему вверх и вниз. Юнги ловит руку Чимина, сплетая вместе их пальцы. Чимин изо всех сил старается подавить улыбку. Но чего он точно не ожидает, так это того, что Юнги подносит их соединенные руки к своим губам и нежно целует обратную сторону чиминовой ладони, заставляя всех вокруг них закричать. — Юнги! — выкрикивает Сокджин, хлопая. — О-о! — смеются Тэхён с Чонгуком, пританцовывая. Красный Хосок тоже смеётся, по-странному смущаясь того, что он только что увидел, а Намджун просто улыбается, тряся головой. Это всё наполняет Чимина теплом, смущением и сильным счастьем, и в этот раз он не сомневается, что это из-за Юнги. — Ребята! — хнычет Чимин, плашмя падая на бетон, чувствуя непонятную робость от такого маленького жеста. Он смотрит на Юнги, чьё лицо покраснело, но на котором находится широкая улыбка. Юнги сжимает руку младшего, смущенно смеясь. — Юнги! — говорит Хосок пораженным голосом. — Что с тобой в последнее время? — он наклоняет голову в сторону, опять заставляя всех захохотать. У Юнги трясутся плечи, когда он смеётся с большой улыбкой с деснами: — Я не знаю, — говорит он вполголоса. Чимин успокаивается и сосредотачивает на нём взгляд, а его сердце бьется немного сильнее из-за остаточного ощущения губ старшего на своей коже. Хосок прав, и все это видят: что-то изменилось. Чимин садится обратно, даря Юнги нежный поцелуй, и осматривается вокруг, волнуя нижнюю губу зубами. Он гадает, есть ли кто-нибудь в этом круге, кто знает, что подтолкнуло Юнги к смене поведения. Он беспокоится, что это не его собственное решение, а кто-то сыграл роль в том, чтобы он почувствовал вину и изменился. Вскоре эти волнения растворяются в дешевом вине, громком разговоре и попытках сосредоточиться на том, чтобы идти ровно. Юнги постоянно находится возле него, спотыкаясь точно так же, как и он, громко смеясь и поя, а его щеки самым очаровательным образом краснеют. Громила на входе не обращает на них внимания, уже привыкший к людям и в худшем состоянии, чем их, пытающимся попасть в клуб. Внутри играет громкая музыка, и бас сотрясает пол, отправляя вибрации по телу Чимина. По привычке он берет руку Юнги в свою, не желая потеряться в толпе. Столики полны девушек, смотрящих, как ястребы, на танцпол, и пытающихся найти кого-нибудь, кто присоединится к ним, скорее всего, только чтобы они могли бесплатно выпить. Бар полностью заполнен, и со всех сторон парни и девушки стараются завладеть вниманием бармена. В самом конце они находят свободный столик с пустыми стаканами, ещё стоящими на нём. Сокджин сдвигает всё в сторону, действуя так, как будто это его собственность, однако никто не удивлен. Они начинают спорить, какой лучше взять напиток, или даже бутылку, но Чимин не слушает их. Он сидит, положив щеку на свою ладонь, а локоть — на стол, и целиком сосредоточен на Юнги. Он выглядит очень хорошо, когда разноцветные огни падают на его лицо, а его легкая коричневатая рубашка с одной расстегнутой пуговицей красиво выделяет его плечи. Чимин не может устоять перед желанием расстегнуть ещё одну, поэтому он тянется к Юнги и делает это, наслаждаясь его видом с намеком на грудь, и это наполняет его вены жаром. Юнги полностью погружен в разговор, происходящий за столом, и не отрывает глаз от Сокджина, который отстаивает свою точку зрения, маша руками. Его же рука проскальзывает на чиминово колено, сжимает его, и Чимин принимает это как разрешение. Он мягко следует пальцами по ключицам Юнги, и его рука исчезает под материалом его рубашки. Чимин выдыхает из-за касания. Это не много, но с Юнги это необязательно должно быть много. За то время, что он был с ним, он научился ценить возможность касаться Юнги, такого замечательного и красивого. Юнги наклоняется к нему, всё ещё слушая жаркую дискуссию об алкоголе: — Тебе скучно? — интересуется он, бросая ему быстрый взгляд. Чимин пожимает плечами, надутыми губами улыбаясь ему: — Не очень, — говорит он, слегка царапая грудь старшего. Юнги мягко смеётся и кладёт свою руку на руку Чимина, оставляя её лежать под своей рубашкой. — О чём ты думаешь? — О тебе, — улыбается Чимин. Юнги кивает, гудя с самоуверенной улыбкой на лице: — Хорошо, — и двигает своё лицо ближе, отчего их носы соприкасаются. — Мне нравится, когда ты думаешь обо мне. У Чимина не остается времени ответить, потому что Юнги быстро целует его, так легко, что Чимин даже не уверен, соприкоснулись ли вообще их губы. Юнги полностью краснеет и осматривает стол, проверяя, не заметил ли их кто-нибудь. — Юнги, — говорит Чимин, затаив дыхание. Юнги подмигивает ему, отстраняясь, но оставляя свою руку на задней части его шеи, массируя её так, как любит Чимин. Алкоголь уже выветрился из младшего, а его друзья до сих пор спорят, покупать ли шоты или целую бутылку, высчитывая на телефонах, что для их кошелька лучше. Музыка становится громче; Чимин чувствует, что со временем она стала громче, и он хочет пойти на танцпол. Он никогда не был тем, кому нравилось просто сидеть за столом и пить. Чимину нравится пить быстро и веселиться, пока алкоголь медленно берет над ним контроль. Он приходит в клуб не для того, чтобы просто сидеть и говорить. Он ловит взгляд Тэхёна и кивает в сторону танцпола. В течение одного момента Тэхён думает об этом, после подталкивая Чонгука. Вскоре они выходят из-за стола, оставляя остальных думать, что они будут пить. Чимину нужно пройти через Юнги, а пространства между столом и сиденьями мало. Юнги позволяет ему пройти, задерживая руки на его бедрах и сжимая их немного крепче, притягивая Чимина немного ближе. Секунду Чимин стоит там, его колени по обе стороны от сиденья, и держится за плечи Юнги. Это небольшая вещь, но она заполняет Чимина желанием. Музыка, которую играет диджей, не совсем во вкусе Чимина, поэтому он фокусируется только на ритме, на быстром бите, который волнует его. Они не думают о движениях, позволяя своим телам самим двигаться по своему желанию. Скоро и остальные друзья присоединяются к ним, Намджун хмуро проходит возле них и встает в куче людей сзади. Хосок с легкостью присоединяется к их ритму, в то время как Сокджин и Юнги по-обычному дурачатся и заставляют всех смеяться. Чимин знает, что Юнги умеет танцевать; он хорошо помнит, как Юнги впервые пригласил его на медленный танец. Младший уже был готов влюбиться в то, как Юнги будет наступать ему на ноги, но тот удивил его, выдерживая ритм и правильно делая каждый шаг. Чимин был так же счастлив тогда, медленно раскачиваясь из стороны в сторону в объятиях Юнги, как и сейчас, глядя на него с широкой улыбкой на лице. Юнги плавно скользит руками к его талии, притягивая его ближе и говоря: — Часто здесь бываешь? Чимин смаргивает слёзы в глазах, изо всех сил стараясь успокоиться: — Нет. Стоит начать? — небрежно спрашивает он в ответ, забрасывая руки на шею старшему. Юнги трясет головой, прижимаясь своим лбом к его: — Да нет, тут немного скучно. — Со мной не будет, — нежно улыбается Чимин, и на мгновение его взгляд падает к губам Юнги. Он чувствует искры между ними, а это случается не так часто. Такое флиртующее настроение, жар касаний Юнги, делающий всё это гораздо более волнующим. Не то чтобы это не волнует его обычно, или Чимин не чувствует пламени между ними. Просто обычно Юнги не такой, и всё сексуальное между ними — спокойное и нежное, оно продвигается естественным образом. Он никогда особо не флиртовал с Юнги, и тот с ним тоже. Прежде чем он узнал, что нравится Юнги, он был просто напуган, а позже, когда всё развивалось, старший не очень понимал намёки, когда Чимин пытался что-то сделать. Сегодня вечером Юнги кажется совершенно другим. Он держит Чимина, сжимает и притягивает так, что это предполагает лишь одну вещь. Старший смотрит на него и улыбается ему так, что у Чимина кружится голова, а у его гормонов едет крыша. Юнги улыбается ему, притягивая ещё ближе: — Моя спальня тоже довольно скучная. Чимин закидывает голову назад, громко смеясь: — Ты сумасшедший. Даже это не убирает напряжение между ними. Чиминово сердце постоянно ускоряет свой ритм, и когда Юнги становится чуть ближе, его дыхание постоянно прерывается. Видимо, их друзья замечают странную смену настроения и немного смущают Юнги своими дразнилками, после чего предоставляют их самим себе. Напряжение начинает беспокоить Чимина, выливаясь в отчаяние. Он никогда не любил, чтобы его дразнили, но особенно ему не нравится это с Юнги. Он знает, что середина клуба — не лучшее место даже для поцелуя, даже если учитывать новую уверенность Юнги. Он чувствует это, потому что губы старшего в миллиметрах от его, но так и не прикасаются. Юнги вопросительно смотрит на него, явно замечая, что у Чимина что-то на уме. Момент Чимин борется с самим собой. Он очень хочет, чтобы Юнги забрал его обратно к себе домой, но у него есть очень важный вопрос, который он должен был уже давно спросить у него. Он знает, что, скорее всего, это испортит момент, но это важно. Комфорт Юнги ему важнее, чем его собственные сексуальные желания. Он играется с воротником его рубашки, расширяя вырез, чтобы больше открыть грудь Юнги. Своими руками на его талии старший держит его близко к себе. Чимин не имеет понятия, как спросить об этом и как дать другому понять, что это волнует его. — Тогда мы можем пойти к тебе? — спрашивает он, решая отложить эту тему до того момента, пока они не останутся одни. Юнги выглядит немного удивленным, но кивает, сразу покидая с Чимином танцпол и направляясь прямиком к выходу. Чимин останавливает его, посмеиваясь над такой спешкой. — Мы должны сказать остальным, — он перекрикивает музыку, когда Юнги вопросительно смотрит на него. Юнги явно не рад этому, но всё равно следует за младшим, грустно надув губы. Их друзья разбрелись кто куда, но, к счастью, Намджун вернулся к столику и, полностью отключенный от мира, смотрит на бутылку водки. — Джуни-хён! — кричит Чимин, маша ему, чтобы обратить на себя внимание, что, в итоге, не срабатывает. Тогда им приходится подойти к столу, и только после этого Намджун возвращается на землю: — Хотите выпить со мной? Чимин трясет головой: — Мы лишь хотели дать знать, что уже уходим, — говорит он, соединяя свою руку с рукой Юнги и показывая их Намджуну. — Хорошо? Намджун нахмуривается: — Мы же только недавно пришли, — хнычет он. Чимин наклоняется ближе, надеясь, что Юнги не услышит его из-за музыки: — Я хочу поговорить с Юнги. Мне кажется, что-то не так. Намджун кажется озадаченным, смотря между ними. — Удачи? Чимин натянуто улыбается ему: — Передай другим. Намджун кивает, на прощание маша им, когда они идут к выходу. Юнги явно торопится уйти отсюда. Они быстро ловят такси, потому что ещё ранняя ночь. Чимин изо всех сил старается не потеряться в маленьких, дразнящих касаниях Юнги и его тихих комплиментах, заставляющих его краснеть. Весь путь до квартиры старшего он ведет с собой внутренний монолог, стараясь остановить себя от того, чтобы запрыгнуть на Юнги, как только они останутся наедине. Чимин знает, что если откладывать это и дальше, сказать об этом станет труднее. Как только они заходят в темную квартиру, Юнги весь на нём. Чимин сразу же теряет всё желание говорить, он лишь хочет его ближе, так близко, как возможно. Юнги целует его так, что всё вокруг него кружится. Чимину требуется вся его воля, чтобы отстраниться от старшего и сделать шаг назад. — Стой, стой, — быстро бормочет он, делая глубокий вдох. Юнги кивает, рукой взъерошивает свои волосы и громко сглатывает. — Что? Чимин обмахивает себя обеими руками, ожидая, когда его мозг снова нормально заработает. — Я просто… Я хотел поговорить с тобой кое о чём. Юнги напрягается, и Чимин не удивлен этому, потому что он тоже напрягся бы, если бы старший сказал ему что-то такое. Они спокойно идут в комнату Юнги. Чимин включает светильник на тумбочке, чтобы не разрушать спокойную атмосферу резким и холодным светом лампочки. — О чём ты хочешь поговорить? — спрашивает Юнги, заметно пытаясь выглядеть как можно более расслабленным, лежа на своем боку. Чимин садится к нему лицом. Он всё ещё не знает, как сформулировать свой вопрос, так что он лишь надеется, что Юнги не поймет его неправильно. — Юнги, — Юнги гудит, улыбаясь Чимину. — Почему в последнее время ты так себя ведешь? — спрашивает он с чистым отчаянием в своем голосе. Юнги сдвигает брови. — Что ты имеешь в виду? Чимин громко вздыхает. — Я не знаю… Нет, — он трясет головой. — Я знаю. Боже, это так непонятно. Юнги продолжает озадаченно смотреть на него. — Чимин, успокойся, — мягко говорит он. — Просто скажи, из-за чего ты так себя чувствуешь. Чимин кивает, кусая нижнюю губу. — Ты стал больше касаться? Вроде, даже сегодня! — он трёт свои глаза, расстроенный тем, что не может построить внятное предложение. — Ты поцеловал меня перед всеми. — Это беспокоит тебя? — спрашивает Юнги, приглашающе раскрывая свою ладонь, после чего Чимин немедленно хватается за неё, кладя их сплетенные руки на кровать. Чимин фыркает: — Нет? Просто… Ты не такой обычно. — Если это не беспокоит тебя, то в чем проблема? Чимин открывает и закрывает рот, пытаясь придумать, как сложить свои волнения в предложение. — Я не хочу, чтобы ты заставлял себя делать что-то из-за меня. Юнги просто смотрит на него в течение долгого момента, мягко рисуя узоры на задней стороне чиминовой руки. — Я правда не хочу, чтобы ты понял меня неправильно, — говорит младший, гулко сглатывая. В его горле нарастает гул, мешающий говорить и звенящий так, что он едва не плачет. — Просто я волнуюсь, что это не твое решение, что ты заставляешь себя делать вещи, которые ты не хочешь. — Ты слишком много волнуешься, — бормочет Юнги. — Да, инициатором был не я, стоящий в раздумьях под душем, но это заставило меня увидеть всё в другом свете. Чимин яростно смотрит на него, уже готовый сразиться с чем угодно, что заставило Юнги чувствовать себя неудобно в любом отношении: — Кто это, и что они тебе сказали? Юнги фыркает и закатывает глаза: — Не веди себя так, будто мне восемь, и кто-то сказал, что моя обувь уродливая, — Чимин хихикает. — Это было не так, как в прошлый раз. Намджун просто сказал, что это я тот, кто ведет себя по-детски, когда я обвинил его в этом. Чимин ждёт, давая старшему время, чтобы закончить говорить. — Это просто подтолкнуло меня к мыслям о том, что я немного незрело отношусь ко всему этому, и, возможно, мне стоило бы привыкать к этому вместо того, чтобы избегать. — Юни, — хнычет Чимин. — Ты не обязан делать это. — Но я хочу, — он успокаивает младшего. — Это гораздо глубже, понимаешь? Я думаю о нас в будущем, и надеюсь, что ты тоже, — Чимин с жаром кивает, заставляя старшего выпустить смешок. — Отлично. Потому что я думал о таких вещах, как наша свадьба. Глаза Чимина резко открываются, его сердце начинает биться быстрее, а в животе появляются бабочки. — Свадьба? Юнги слегка ударяет его ногу: -Не смотри так на меня, я не делаю тебе предложение. Младший смеётся, и его лицо становится красным. — Я знаю! — говорит он, и в конце его голос повышается. — Я просто хочу наслаждаться нами, — тихо говорит Юнги, смотря на их сплетенные руки. — Мне очень понравилось сегодняшнее напряжение, а этот поцелуй за столом? Я думал, моё сердце взорвётся. Чимин мягко улыбается ему, дотрагиваясь рукой до его щеки: — Ну почему ты такой милый? — Эй! Не называй меня милым, когда я говорю о сексуальном напряжении, — надувается он. Чимин опять смеётся и забрасывает своё тело на Юнги, прижимая его к себе: — Прости, мой сексуальный зверь. Они лежат в тишине, просто наслаждаясь присутствием друг друга. Чимин не знал, что выйдет из этого разговора, но он рад, что спросил. Если Юнги хочет этого, то он сделает всё возможное, чтобы помочь ему привыкнуть. — Я очень хотел поцеловать тебя в клубе, — бормочет старший, и под своей щекой Чимин чувствует вибрацию в его груди. Чимин мычит: — Я видел. — В следующий раз я сделаю это, — с уверенностью говорит Юнги, сильнее обнимая младшего. Чимин приподнимается, чтобы быть с ним лицом к лицу: — Почему бы тебе не поцеловать меня сейчас? Юнги громко смеётся, но потом сразу же целует младшего, стирая обиженность с его лица. Теперь, зная, что Юнги делает всё возможное, чтобы выйти из своей зоны комфорта, Чимин стал более внимателен к маленьким жестам, которых не было раньше, он старается ценить их и давать Юнги знать, что они нравятся ему. Иногда Юнги выглядит неуверенным, будто он не знает, можно ли ему поцеловать Чимина. Иногда Юнги снова становится совсем робким, но на следующий день он возвращается с новой решительностью. Видно, что ему очень важно это, поэтому Чимин прикладывает все усилия, чтобы поддерживать его. Смешки со стороны друзей прекращаются, как только это становится более обычным, и, возможно, после нескольких жестких разговоров от Чимина. Вскоре Юнги становится более храбрым, особенно, когда друзей начинают раздражать их активные действия. Юнги заметно наслаждается, надоедая им, и часто смеётся говоря, что нужно платить за то, что они дразнили их. — Йа! — громко говорит Сокджин, хлопая в ладоши. — Прекращайте это! Я не слышу фильм, — он почти кричит, а затем издает звуки поцелуя. — Достаточно! Юнги закатывает глаза. Они сидят на полу, спинами опираясь на диван. Рука Юнги закинута на плечи Чимина. В течение всего фильма они обмениваются маленькими поцелуями, некоторые из которых задерживаются чуть дольше, и их губы со звуком рассоединяются. Каждый раз Чимин хихикает, пряча голову в плече старшего, что, наверное, отвлекает ещё больше, чем сам поцелуй. — Ты стал таким бесстыдным, Мин Юнги, — говорит Чонгук, изо всех сил пытаясь звучать неодобряюще. — Даже здесь мне нет покоя, — шепчет Тэхён достаточно громко, чтобы услышал каждый. — Куда бы я ни пошёл, они там. Чимин закатывает глаза: — Не делай вид, что тогда ты врывался в мою комнату, не чертовски прекрасно зная, что мы были там. — Но это было весело! А сейчас что? — Тэхён трясет головой с грустью в глазах. — Никакого веселья. Боюсь, что однажды ты попросишь меня смотреть, как ты вылизываешь его яйца. Намджун встаёт. — Да, на сегодня мне хватит! Пойду спрячусь к себе в комнату. Сокджин смотрит на него щенячьими глазками: — Можно я присоединюсь? Хосок почти что давится своим попкорном, наконец-то отрывая взгляд от телевизора. Тэхён сурово хлопает его по спине пару раз. — Видите, Хоби чуть не умер. — Я ненавижу вас всех, — стонет Юнги, тянясь за своим пивом. — Я просто пытаюсь насладиться вечером со своим парнем. — А мы тут что? — спрашивает Сокджин пискливо. — Коты, наблюдающие за тем, как вы трахаетесь, потому что вы не закрыли за собой дверь? Чимин морщится: — Слишком образно. — Чимин, — он показывает на него пальцем, а затем его внимание резко возвращается к Намджуну, покидающему гостиную. — Подожди! Я не хочу оставаться. Все сидят тихо, пока не слышат, как дверь в комнату Намджуна закрывается. Хлопок, и они смотрят друг на друга. — Можешь отмотать назад? — спрашивает Чонгук. — Думаю, я пропустил что-то. — Они собираются потрахаться, да? — спрашивает Тэхён с взволнованной улыбкой на лице. — Почему спрашиваешь? — интересуется Юнги. — Хочешь зайти без стука? — Окей, Хён! Это было совершенно необязательно, — говорит Тэхён, явно оскорбленный. Чонгук громко смеётся, в то время как Хосок пытается объяснить ему, где именно он перестал смотреть. Чимин просто тает от счастья на диване, глядя на самодовольную улыбку Юнги. Он действительно счастлив, что у него есть старший. Он рад и горд видеть, что ему так комфортно, что вместо того, чтобы сбегать, Юнги наносит ответный удар друзьям. Он очень счастлив, что Юнги захотел измениться ради себя, и что он позволил Чимину быть рядом с ним всё это время. Он всё ещё должен большую благодарность их друзьям за то, что они заставили его признаться, даже если их отношения могли начаться немного более плавно. Юнги ловит пристальный взгляд Чимина и улыбается ему, мягко нажимая указательным пальцем на нос младшего: — Чему ты улыбаешься? — Я люблю тебя, — нежно говорит Чимин, улыбаясь так широко, что он едва видит Юнги.
