Хороший выбор

***

       Вокруг ломящегося стола собрались слегка поддатые работники столичного ателье. Громоздкая женщина в вельветовом пиджаке прочистила горло, от чего нить крупного жемчуга сильно натянулась, норовя сорваться с шеи новой руководительницы.  — Дорогие друзья, коллеги, так сказать, — низкий и медленный голос изредка перебивался кряхтением и покашливанием, — Хочу поздравить нас с тем, что наконец-то избавились от назойливой букашки, и теперь сможем спокойно развиваться! Ура, товарищи, ура!       После тоста, все дружно чокнулись и пригубили алкоголь. Пожалуй, среди однообразных лиц выделялась только суховатая высокая женщина, так и не приблизившись к столу с яствами, а тихонько сидев в бархатном кресле, попивая что-то из фляги. Августина Евдокимовна, или же просто мадам Августа, была ключевой фигурой в данном предприятии. Опыт ее исчислялся десятками лет. В свою молодость работала «манекенщицей», а после и дизайнером. Всей своей душой она презирала новую начальницу — Алену Вячеславовну, жену одного из крупных авторитетов Москвы. «Ох уж эта перестройка» — пронеслось в мыслях Августины.       Ни при советской власти, ни при нынешней, она никогда не была за чертой бедности. Во времена расцвета СССР, жила на западе, то и дело участвуя на показах и снимаясь для обложки. А теперь проживает старость. Августа никогда не понимала советскую моду для «золотого» поколения — с чего это ей сразу облачаться в платок и халат? Всегда в шикарной форме и в строгом элегантном костюме от известных дизайнеров, с сильным флером от парфюма — вот как проходила старость Августины. Поднявшись с кресла, она молча вышла из помещения на улицу. Москва все так же напоминала муравейник, но теперь тут проскальзывали щебечущие вульгарные девушки. Тихо фыркнув, Августина степенно подошла к «ласточке» и отправилась домой. Уже в родной квартире, ее не покидало странное чувство опасности.

***

Открыв глаза и прокашлявшись, чувствуя во рту затхлость и сырость Августа проснулась. Приподнявшись на локтях, она неверяще оглядывала скучную, серую обстановку. Августа лежала на таком тонком матраце, что могла спиной ощутить каждую пружину, прикрываясь куцым пледом. Откинув его, она обратила внимание на худые ноги в серых пижамных штанах. Резво вскочив и подходя к окну, так и не найдя глазами зеркала в комнате. В тусклом отражении была точно не она…а он. Он!  — Ох****! — воскликнула Августина юношеским высоким голосом.  — Эй, Август, че ты разорался с утра пораньше? — сонно проговорил мальчик на соседней койке.  — Да так, паука увидел, — мадам Августа осознала, что говорит на английском, — Спи дальше, Тони. Что-то пробормотав, паренек отвернулся к стенке, дальше засыпая. Сев на кровать, отчего та скрипнула, она начала думать. Кто она? Где? Что вообще произошло? Только эта вереница вопросов пробежала в голове, тут же сознание подкинуло воспоминания «Августа». Парень 13-ти лет отроду был необычным, он отличался от сверстников из приюта своими способностями. Первое воспоминание было о лопнувшем стекле в карцере, а после наказании розгами от воспитательницы. Через некоторое время пришел рыжеволосый мужчина спокойно объяснил, что теперь он — волшебник, и будет обучаться в закрытой школе для таких же, как он. Поступление на факультет Слизерин и два курса, полных презрения и безразличия. Август ничем не выделялся, однако зелья хоть как-то увлекли юношу, заставляя его забываться в библиотеке в поисках интересных зелий и в заброшенных классах, варя зелья. Предметом восхищения и зависти стал мальчишка из того же приюта — Том Реддл. Он был всего на год старше Августа, но старался угодить всем, и у него это получалось. Милый мальчик, сирота, так еще и способный — идеальный предмет для зависти и жалости. Все также сидя на кровати, мысли Августы лихорадочно крутились от информации.       Первое — она теперь он, но это была еще малая доля всех ее проблем. Второе — теперь она в теле волшебника, так еще и переходящего на третий курс. Третья, самая глобальная проблема была в том, что теперь она в Лондоне и на дворе 20 век. У Августины не было времени на истерию, самое важное сейчас — это полное отсутствие знаний о школьной программе. В голове сразу показалась картинка сундука под кроватью. Наклонившись, а после встав на колени, Августа потянула громоздкий ящик. Откинув застежку, она открыла крышку этого гроба без колесиков. Тут аккуратно лежали балахоны и рубашки, то есть, форма, и книги ровной стопкой. Достав первую книгу, весьма потрепанную, где слегка виднелась надпись: «Магические зелья и отвары». Отложив в сторону громоздкий талмуд, она порылась дальше, и нашла календарик на 1940 год и 31 июня. Значит, у нее осталось только 2 месяца на изучение всех этих «сокровищ». Только успев закрыть сундук, в комнату зашла сухопарая женщина в длинном сером платье, из-за чего она была схожа с монахиней.  — Так ты не спишь, отлично. Собирай вещи, Август, тебя переселят на третий этаж, — монотонно сообщила миссис Беркинс, как подсказывала память, — И поживее!  — Так точно, мэм, — пробормотав себе под нос, Августа подошла к шкафу. В нем висело всего 4 костюма, пара которых отличалась только размером. Взяв два самых больших костюма, и прихватив сундук, на который воспитательница только поджала губы, они отправились в коридор. Поднявшись на один этаж, воспитательница подвела к самой дальней комнате, тут же отвернулась и ушла вниз. Тихо открыв дверь, она сразу заметила довольно симпатичного парня, читавшего на кровати. «Том Реддл» — пронеслось в ее голове. Тот самый Том, только сильно вытянувшийся и похорошевший. Августа расправила плечи и медленно прошла до соседней кровати и поставила сундук на пол перед кроватью. Подойдя к шкафу, она заметила неотрывный взгляд.  — Ну и что ты смотришь? Впервые парня увидел? — насмешливо вырвалось у Августы.        В ответ подросток только уткнулся в книгу, промолчав. Хмыкнув, и все же смирившись со своим полом, но не смирившись сознанием, она повесила костюм с длинными брюками в шкаф, оставив летний вариант. Рядом с пустой кроватью стоял умывальник с зеркалом, к которому подошла Августа. Бросив одежду на кровать, она облокотилась на умывальник и вперила взгляд на свое новое лицо. Обычный мальчик, с еще детской припухлостью, смотрел в ответ серыми глазами. Короткие волосы казались светлыми, но такими грязными, что оттенок не был видел. Умывшись холодной водой, и проведя мокрыми ладонями по волосам, Августина взяла кусок мыла, и с остервенением принялась втирать в волосы.       Смыв едкую пену, Августа подошла к сундуку, достала оттуда книгу по зельям, углубляясь в чтение. Это не составило большого труда в чтении, но с пониманием возникли проблемы не только с зельями. Пыхтя, она принялась выписывать на форзац неизвестные понятия и растения, то и дело капая на пожелтевшие ветхие листы. Это заметил и наблюдавший сосед по комнате.  — Что, все мозги после маггловской болезни растерял? — кинув на Августа взгляд, полный превосходства, протянул Том.  — Ну мозги на месте, а память отшибло, — у нее не было никакого желания спорить. Ответ поставил Реддла в ступор, он ожидал чего угодно, но не правды. Тот закрыл книгу и подошел к кровати Августа.  — Ну что, готов просить о помощи? — насмешливо спросил парень.  — Спасибо, но справлюсь сам, — отстранено ответил блондин, ставя небольшую палочку на полях.

***

 — Август, ты хотя бы сегодня мне ответишь? — не унимался Том, сидя на своей кровати.  — Отстань, я думаю, как достать иглу с нитками, — медленно проговорила Августа. Реддл недоуменно взглянул на мальчика, не отрывавшегося уже месяц от книг.  — Сегодня 15 августа, и я планировал отправиться на Косую Аллею за формой и учебниками, а после я отправлюсь к Розье до конца месяца, — насмешливо декларировал свои планы брюнет.  — Здорово, а мне-то что? — фыркнула на это Августа, пытаясь уже битый час понять трансфигурацию за второй курс.  — У тебя ведь память отшибло, неужто помнишь, где вход на Аллею, Рейн? — подняв бровь, протянул Реддл.  — Ладно, я пойду с тобой, — со вздохом отложила книгу Августа.  — Ты можешь пойти со мной, — утвердительно произнес Том. Внутренне хмыкнув, Августа все же понимала, что это еще ребенок, хоть и очень умный и хитрый. Возможно, это может быть последний год, когда Реддл не осознал свои сильные стороны, и им можно было манипулировать.

***

Том сразу пропал из поля зрения, подойдя к парню с крупными завитками темных волос. Но это нисколечки не огорчило Августу. Однажды, пока она путешествовала в роли дизайнера, она успела побывать на Камдене, и поторговаться в этом районе. Здесь была похожая атмосфера. Она начала идти довольно быстро, сливаясь с темпом волшебного мира. Здесь нельзя было выдавать свое незнание и глазеть на магические вывески и товары. Пройдя вглубь улицы, где точно не находились дорогие лавки, да и поток магов значительно меньше, Августа смотрела на выцветшие вывески, ища заветное название. Встав напротив серого дома с коричневой черепицей, Августа подошла к двери, вывеска на которой гласила: «Мантии Мадам Тюфетт». Вот к чему ее нутро вело, именно к этой лавке. Отворив дверь, Августина оказалась в уютном ателье. Осмотрев все стеллажи, она подошла к мужскому отделу, поглядывая на женский.  — А, пришли за формой? — донесся голос из-за прилавка.  — Конечно, — тихо ответила Августа.  — А что не у Малкина? Он же теперь всех школьников обшивает, — протянула скрипуче старушка. — Денег на его ширпотреб нет, — насмешливо протянула Августа, оценивая качество материала. Увидев свои мантии, купленные у него за бешеные деньги, и осталась в полном разочаровании и злилась на этого недоучку.  — О, так ты у нас еще разбираешься в одежде, да? — подойдя поближе спросила мадам Тюфетт.  — Не обязательно быть швеей, чтобы понять то, что у Малкина отвратительный шлак, — ухватив мантию из невесомого бирюзового шармеза, прошептала Августа.  — Приятно осознавать, что хоть кто-то из молодежи имеет вкус, — посмотрев на выбор юноши, улыбнулась мадам, — Самый прекрасный китайский атлас, даже без чар имеет все функции обычной мантии, жаль, что сейчас уже в моде шерсть.  — Какой же это атлас! Это точно шармез! — воскликнула Августина.  — Ха! Какой же шармез, ты посмотри, какое плетение, какой блеск! На, сравни! — с блеском и азартом в глазах, подала Августе платье глубокого синего оттенка с соседней стойки.  — Но мадам, это же очевидно, что это сатин, причем среднего качества! — с возмущением прошептала Августа рассматривая ткань.  — Вот каков наглец! — ехидно улыбаясь, воскликнула владелица ателье, помолодев вмиг лет на тридцать.  — А вот так, вы только посмотрите, какой плотный! Ну точно не шармез! — прямо в глаза произнесла мадам Августа.

***

      Спор был прерван тихим звоном колокольчика на двери.  — З-здравствуйте, а можно…? — низкая худощавая девчушка неловко заглянула в зал.  — О, конечно, проходи, дорогая! Что ищем: мантию, форму, может, платье? — сразу отвлеклась от Августа мадам Тюфетт, пытаясь скрыть разгоревшийся румянец от спора. Августа неспешно перебирала вещи, присматривая себе одежду, пытаясь как можно незаметнее перевести дыхание. Минут десять прошло практически тихо, прерываясь только короткими фразами вошедшей девушки. Мадам Тюфетт подошла к Августе сразу после того, как продала то самое платье из сатина.  — Как тебя звать-то? — спокойно пронеслось над головой Августы, изрядно напугав.  — Август Рейн, мадам, — голос Августины немного дрожал.  — Хм, Рейн значит… никогда не слышала такой фамилии! Мать-то как звали, может даже девичью фамилию знаешь? — с интересом спросила Люсия Тюфетт.  — Увы, мадам, но я сирота, живу в обычном мире, — голос Августы стал стальным.  — О, тогда все еще легче, — с облегчением выдохнула швея, — У меня к тебе одно предложение.  — Эм, и какое же? — недоуменно посмотрела Августа на владелицу магазина.  — Знаешь, я, чай, уже не молодая козочка, а место я это люблю. Я сама-то из рода Тюфетт из Франции, но осела тут. Эх, жаль, что единственная ученица сгинула при родах — слабенькая была… Жаль, но талант был! Какой талант! — старушка все вспоминала.  — Я не совсем понимаю, что от меня вам нужно. От меня же никакой выгоды не поимеешь. — протянула Августа.  — Да молчи уж, не перебивай. Так вот, о чем я… Ах, точно! Я хочу тебе предложить подработку здесь. Плачу 3 галлеона в неделю и можешь даже пожить на втором этаже, раз уж ты сирота. Будешь пока уборкой заниматься и ткань потаскаешь.  — Как это? Прямо можно жить здесь?! — Августа воскликнула. Внутри все горело от радости — теперь она может наконец-то сбежать из приюта.  — Конечно. — мягко улыбнулась старушка. — Даю тебе день на сбор вещей, и завтра жду тебя здесь. А теперь брысь отсюда, комендантский час близок. Августа замотала головой как китайский болванчик и выскочила на улицу, побежав на выход из квартала. Уже в последний раз засыпая на продавленном матраце, Августа закрыла глаза, предвкушая новую жизнь.