boy meets evil

━━━━━━━━━ ･❪ ☪ ❫ ･━━━━━━━━━

Дом Деку очень интересный. Здесь так много крестов и свечей, что это немного угнетает. Слишком много божественной энергии здесь заставляет даже Бакуго чувствовать, что за ним наблюдают. Если это так, то он готов поспорить, что Бог хмурится на него прямо сейчас. Возможно, ненавидит его за то, что он пытается увести еще одного из своих детей со священного пути. Ну, неважно. Может быть, ему следует приложить усилия, чтобы действительно защитить дерьмо, которым он владеет, вместо того, чтобы пытаться убедить людей быть хорошими через страх. - Я хотел сьесть печенье, - говорит Бакуго, начиная рыться в кухонных шкафах. - А у вас есть? Деку снова отстраняется, и Бакуго закатывает глаза. На самом деле ему все равно что делает священник, но это как-то неприемлемо. Сама школа уже достаточно скучна, так что превращение Деку в овощ через хрен знает какие наркотики на самом деле не облегчит его пребывание здесь на Земле. Тем не менее, ему удается найти коробку Орео, которые, как он полагает, являются печеньем. По крайней мере, он на это надеется, поэтому достает его из шкафа и садится за стол. Деку чуть не подпрыгивает, когда колено Бакуго задевает его. - П-Прости. Ты о чем-то просил? - Только печенье, но я его уже нашел. Деку слегка кивает и поворачивается к своему рюкзаку, расстегивая его, когда он вытаскивает свой ноутбук из него, чтобы поставить на стол. Он также берет блокнот и карандаш, чтобы писать, хотя его руки так сильно дрожат, что Бакуго сомневается, что он сможет им воспользоваться. - Ну и как ты относишься к идее аборта? - спрашивает Бакуго, откусывая от печенья. Они такие сладкие, что у него болят десны, но он думает, что могло быть и хуже. - Мы не можем сделать презентация об абортах, - бормочет Деку. - Мы получим двойку. - А что, если мы будем возражать? - Я действительно думаю, что нам следует выбрать менее спорную тему. Бакуго небрежно пододвигается ближе к Деку, чтобы взглянуть на экран, пытаясь обдумать все возможные варианты проекта. - Это ведь спорное эссе, верно? - Да... мы можем поиграть в Адвоката дьявола, но я бы не хотел занимать слишком экстремальную позицию. - А как насчет прав геев? - Не произноси это слово здесь, - шипит Деку, замолкая, когда он смотрит мимо Бакуго. Когда он оборачивается, чтобы посмотреть, на что смотрит Деку, Это просто картина Иисуса Христа, молящегося небесам. - Какое слово? - Ты знаешь, какое слово. Бакуго бросает на него совершенно фальшивый, озадаченный взгляд. Деку разочарованно вздыхает, слегка стискивая зубы и понижая голос до шепота. - Гей. - Извините, я тебя не расслышал. - Гей. - Еще разок? Деку сглатывает и грызет внутреннюю часть щеки. - Я знаю, что ты делаешь. - Неужели? - говорит Бакуго, изображая удивление. - В любом случае, мой ответ - нет. Мы не можем сделать этого для нашей темы проекта. - А почему бы и нет? - Потому что это неправильно, Бакуго. - Мы можем быть против, - настаивает он, лукаво улыбаясь. - Никто не играет адвоката дьявола лучше, чем сам дьявол, и разве ты не согласишься, что я довольно близок к нему? Деку все еще кажется немного взволнованным из-за необходимости повторять это "греховное" слово так много раз, нервно барабаня пальцами по столешнице. - Наверное. Но если ты играешь роль адвоката дьявола, это означает, что ты технически веришь в эти... права. Ухмылка Бакуго становится шире, и Деку отводит глаза, внезапно осознав это. Его взгляд возвращается к картине позади Бакуго, вероятно, думая о последствиях. Он слишком, слишком нервничает для такого разговора, и, по крайней мере, это означает, что наркотики, которыми он был накачан, начинают действовать. Это значит, что пришло время повеселиться. - Только не говори мне, что ты это поддерживаешь, - наконец бормочет Деку. - Конечно, поддерживаю, - говорит Бакуго, и хотя он пытается вернуть себе хладнокровие, он не может сдержать своего удивления. - Любовь есть любовь, верно? - Это не любовь. Это просто неправильно. - Они действительно взаимоисключающие? Деку моргает, выглядя немного неуверенно. - Что ты имеешь в виду? - Что ж, любовь может быть неправильной, не так ли? - Бакуго наклоняется немного ближе, когда говорит это, и он чувствует холод, который ползет под кожей Деку. - То, что это неправильно, еще не значит, что это не любовь. - Но если это неправильно, то ты не должен этого делать, - бормочет Деку. - Если бы все было так просто, в аду не было бы нужды. Люди ничего не могут поделать с тем, что они чувствуют, поэтому они действуют в соответствии с этими чувствами. - Почему бы просто не признаться и не попытаться все исправить? Бакуго слегка наклоняет голову. - Потому что иногда это доходит до того, что люди больше не могут сопротивляться этому. Они убегают и прячутся, но понимают, что не могут сделать ни того, ни другого. Деку подпрыгивает, когда Бакуго толкается вперед, приближаясь все ближе и ближе. Но, в отличие от прошлого раза, он не отталкивает его. Может быть, это остатки наркотиков, или, может быть, он больше боится одиночества, чем кого-то столь опасного, как Бакуго. В любом случае, он застыл, как олень, пойманный фарами, когда рука Бакуго скользит по его шее сзади. Он открывает рот, чтобы заговорить, но на мгновение замолкает, несколько раз моргнув, пока пальцы Бакуго лениво перебирают его кудри. Как будто он хочет что-то сказать, но его взгляд переместился на вызывающий чувство вины портрет за спиной Бакуго. - Не смотри на это, - бормочет Бакуго, подходя все ближе и ближе, когда у Деку перехватывает дыхание. - Посмотри на меня. Деку снова сглатывает, и его взгляд возвращается к Бакуго. Он нервничает, и Бакуго это чувствует: его грудь напряжена, плечи напряжены, колени плотно сжаты, как будто он боится, что Бакуго их раздвинет. Вместо этого Бакуго направляет руку Деку к своему колену, позволяя ей оставаться там для поддержки, когда он медленно двигается под подбородком. И довольно скоро губы Бакуго мягко прижимаются к его шее. Деку издает мягкий, неохотный звук. Эта рука быстро нашла свой путь к груди Бакуго, и теперь он пытается оттолкнуть его, но это слабый жест. В лучшем случае сомнительный. - Я... - начинает Деку, но его слова быстро тают, когда Бакуго покусывает нежное местечко ближе к уху. Теперь его руки дрожат, и с губ срывается тонкий звук. - Подожди секунду- В этот момент Бакуго проводит языком по шее Деку. Он задыхается и сильно вздрагивает от этого ощущения, почти отстраняясь, если бы не Бакуго, удерживающий его на месте за волосы. Но все же он, должно быть, немного изголодался, потому что ему, кажется, это не нравится. Он просто дрожит, как будто боится. Это имеет смысл, учитывая, сколько святых реликвий находится в этом доме. Деку, вероятно, не позволил бы ему сделать это, если бы он не был все еще немного одурманен наркотиками, но это не похоже на то, что Бакуго использует его в своих интересах. Это просто толчок в правильном направлении, так как он очень отчаялся и явно гей. То, что дает ему больше внутреннего конфликта, определенно будет развлекать его позже. Другая рука Бакуго покоится на бедре Деку, большой палец медленно и нежно потирает кожу, оставляя на ней как можно больше отметин. Ему потребовалось некоторое время, чтобы удалить остатки отвратительных синяков этого священника его слюна имеет свои собственные целебные свойства - но теперь он может, наконец, заменить их своими собственными укусами и засосами. - Я вижу, как ты смотришь на меня, - бормочет Бакуго, касаясь кончиком носа шеи Деку. - Ты боишься меня, потому что я заставляю тебя чувствовать то, чему трудно сопротивляться. Деку вздрагивает и пытается покачать головой. - Нет, я просто... - Просто что? - Это неправильно, Катсуки. - Но ты же ничего не делаешь, чтобы остановить это, - шепчет он ему под кожу, прежде чем быстро лизнуть ее. Теперь Деку плачет, и Бакуго чувствует его запах. Соленые слезы катятся по его щекам, и он дрожит еще сильнее, чем раньше. Может быть, у него случится срыв, который, безусловно, будет интересно посмотреть после того, как он соберет все вещи, потому что Бог знает, как долго. - Ты заставляешь меня ненавидеть себя, тихо говорит Деку, голос его срывается. - Я ненавижу себя, я ненавижу себя, я просто хочу умереть- - Но это не твоя вина, что ты испорчен, - бормочет Бакуго, играя с кудрями Деку. - Тебе полагается грешить. У вас нет выбора, кроме как грешить, потому что ты был помещён на эту землю именно для этой цели. Деку удалось сдержать себя, чтобы не расплакаться по дороге домой, но, похоже, он просто сдерживался слишком долго. Он шмыгает носом и икает, слезы катятся по его подбородку, даже тянутся к шее, чтобы попробовать Бакуго. Это даже лучше, чем сигареты, думает он. - Ш-ш-ш, все в порядке, - успокаивает его Бакуго, позволяя своей руке соскользнуть с бедер Деку. Его колени сжаты крепче железа, но он все еще втискивает пальцы в щель между бедрами Деку. - Это нормально - быть одиноким и хотеть, чтобы к тебе прикасались. Даже если это будут мальчики. - Не говори так.- Едва слышно шепчет Деку. - Это неправда, потому что это ненормально. - Тогда оттолкни меня. Забавно, как он все еще может оказывать на него такое воздействие, даже когда Деку балансирует на грани срыва, но, наконец, Деку дает внезапный, тяжелый толчок в грудь Бакуго, чтобы вырваться. Это потребовало больших усилий, тем более что он дрожит так же сильно, как и он. Его лицо раскраснелось, а на шее осталось совсем немного слюны. Деку не произносит ни слова. На самом деле, он даже не может смотреть ему в глаза, когда быстро соскальзывает со стула и направляется прямо в ванную. За спиной у него щелкает замок, но Бакуго не обращает на это особого внимания: он просто достает из коробки печенье и откусывает кусочек. Неуклюжие девственники действительно его любимые.

━━━━━━━━━ ･❪ ☪ ❫ ･━━━━━━━━━