Я облажался

      Утро понедельника — это самое отвратительная вещь на планете. Многие ненавидит это из-за учебы или работы, но даже для Тэхена и Чонгука, которым нужно прямо сейчас побыстрее встать, умыться, одеться, поесть и идти на учебу, всё равно и спокойно нежатся в кровати около 10 минут.       Чонгук просто любит трогать слегка кудрявые черные волосы Кима, любит поглаживать бархатистую спинку своей широкой ладонью, любит рассматривать прекрасное лицо и тело своего парня, любит ощущать его дыхание на своей коже и просто любит его. Вот что означает быть счастливым. Когда ты чувствуешь себя на своем месте, чувствуешь себя поистине настоящим и искренним с кем-то, чувствуешь полноценность и нужность кому-то.       Тэхен чувствует тоже самое. Это заполненность в груди кем-то особенным. Они забрали сердца друг друга; не могут дышать друг без друга. До сих пор не верится в происходящее. Они вместе всего лишь пару недель, а свыкнуться с этим сложно. Ким помнит, как Чонгук налетел на него с обнимашками после свидания, помнит какие он нежности шептал ему на ушко, помнит теплые руки поглаживающие талию и щеки, помнит слова Чона «Я всегда буду рядом, малыш. Я люблю тебя», помнит, что эти слова были проговорены с уверенностью, которая заряжала его самого. И сейчас, в данное утро, в данное время, в данный момент они счастливы. Просто страшно. От друзей к влюбленным. Неожиданно, правда? Вот и они такого же мнения; просто не привыкли. Главное любят друг друга до потери пульса и пройдут все невзгоды вместе, за руку и с улыбкой.

***

      Они долго думали, раскрывать отношения или нет, но сейчас решено — да. Они заходят в универ за руку, крепко сжимая ладони. Они чувствуют пристальные взгляды на себе, слышат шептание студентов, пищание девушек, при виде милой парочки, несколько обзываний, но плевать. Им абсолютно плевать на это. Их большинство поддержали и одарили теплыми улыбками, что неимоверно радует.       Тэхен, при виде Чимина и Юнги в конце коридора, подбежал и запрыгнул на первого, вися как коала, пока парень Пака с счастливой улыбкой направлялся к Чонгуку. — Я так понимаю, ты всё-таки признался, — Мин закинул руку на плечо друга, прижимая ближе к себе, — И как я понимаю, чувства оказались взаимными, — Они смотрели на двух парней, один из которых улыбается до ушей, а второй стоит с притупленным выражением лица, показывая своё непонимание.       Чонгук решает снять своего парня с Чимина и притягивает за талию ближе к себе. Добивает Пака поцелуй Тэхена в щечку Чона. — Мне кто-нибудь объяснит, что происходит? — с капелькой злостью обращается Чимин к парням, — Почему вы ходите за ручку? Почему ты, — указывая пальцем на Кима, — поцеловал его только что?! , — Юнги мягко приобнимает юношу, сдерживая его порыв злости.       Тэхен чувствует себя провинившимся котенком, слыша злой тон друга, пока Чонгук нагло ухмыляется и опускает свою руку на бедро парня, поглаживая. Реакция Тэ была весьма удивительной для Пака: Он ничего не сделал, кроме жалких попыток убрать ладонь. Да он даже не старался и не приложил усилий, чтобы её скинуть.       Картина была весьма странной: Чонгук сжимал бедро Тэхена и прижимал к себе, ухмыляясь; Чимин ахуевал, мягко говоря, от таких действий; Юнги понимал, что скоро помрёт от рук своего парня, потому что скрывал от него всю историю этой парочки. Прервал эту «идиллию» звонок на пару, чему КимТэ безумно рад. — Ну, мы на пару, — Юноша схватил Чона за руку и побыстрее убежал в кабинет. — Чимин-и, пошли, милый, — Юнги улыбнулся своей фирменной улыбкой, оголяя десна и переплел свои пальцы и парнем, пытаясь успокоить. Но не помогло, — Ладно, так уж и быть я тебе всё объясню, но на паре. — Стоп. То есть ты в курсе всех событий, а мне не рассказывал? — Вот сейчас стало по-настоящему страшно. Мин чувствует, как Чимин со всей силы сжимает его пальцы своими, видит злой взгляд, направленный на себя и чувствует запах смерти. Кто бы мог подумать, что милашка Пак очень страшен в гневе, чего боится даже Юнги. — Малыш, прости. Давай мы с тобой сейчас пойдем в аудиторию, и я тебе всё объясню. Пожалуйста, Чими. — Юнги хён, скажи спасибо, что мы сейчас в университете, — Чимин криво улыбается, отчего становится жутковато и страшно. И от этого «хён» прошёлся холодок по коже. Он звучал не так нежно, как всегда, а со скрежетом в зубах.       Они уже сидят на паре, в конце кабинета, чтобы не мозолить преподавателю глаза. Чимин ненавидит быть не в курсе событий, но выслушав все объяснения от Юнги, смягчился. Он сам знает, что не вытерпел и рассказал бы Тэхену о чувствах Гука. И Паку от этого становится еще стыднее; даже секрет друга не может сдержать. Нужно извиниться. — Юнги, прости меня, — шепотом обращается к парню Чимин и ластится ближе, — Я разозлился на пустом месте, прости, — Он смотрел на него щенячьими глазками, а после чмокнул в щечку, предварительно посмотрев на учителя, чтобы не заметил. — Дурачок ты, Чимин. За что ты извиняешься? Ты ничего плохого же не сделал, — Мин ласково улыбнулся и взял руку Чимина в свою, поглаживая большим пальцем тыльную сторону ладони, — Хотя ты меня немножечко обидел, — Притворно обиделся Юн. — Ну, Юнги, прости, — начал хныкать Чимин, но всё также тихо, — Как я могу загладить свою вину? Я сделаю всё, что ты хочешь, — Ну…почти всё. Немного приврал Чим. — Ну тогда, — Мин положил ладонь на внутреннюю часть бедра парня и игриво шептал на ухо, — Пойдём выйдем в туалет, малыш.       Сколько бы они не встречались, но Чимин всё ещё краснеет от таких действий хёна. Каждый раз, когда он это делает, сердце уходит в пятки, а ноги подкашиваются от сексуального шёпота и длинных грубоватых пальцах на бедре, которые с каждой секунды поднимаются всё выше по ноге. Что происходит и сейчас: Чимин плавится от такого Юнги. Щёки горят от смущения и от накатывающегося возбуждения, а голова кивает в знак согласия, хотя Мин даже не задавал вопроса.       Чимин отпросился и вышел в туалет, дожидаясь парня. Он успел 3 раза умыть лицо, 5 раз подправить одежду и 10 волосы, пока не услышал шаги в свою сторону. Юнги плавной походкой зашёл в туалет и стоял в трёх метрах от Пака. Они смотрели друг на друга около 10 секунд, и непонятно кто первый сорвался с места, но уже спустя мгновение, они сомкнули свои губы в страстном поцелуе. Младший сразу же запрыгнул на парня, обвивая шею руками, пока тот сжимал в руках его крепкие бедра. Немедля он сразу же зашёл в кабинку, всё также держа Чимина на руках и прижал того к стенке, опуская на ноги. Мин слепо закрыл дверь на защёлку и одновременно залезал руками под футболку возбужденного парня. Чимин тоже не отставал и дрожащими руками расстегивал черную рубашку хёна, которая так красиво обтягивала накаченную грудь и плоский живот; но он решил её не снимать, а лишь расстегнуть, и, оторвавшись от чужих губ с характерным громким звуком, Пак посмотрел на тело Юнги и обомлел. Он никогда… НИКОГДА не занимался сексом с парнем, когда тот в рубашке, и это было страшной ошибкой. Черная ткань так сексуально весела на бледных плечах, открывая вид на острые ключицы и подтянутое слегка накаченное тело. Мин заметил на себе этот жадный взгляд и ухмыльнулся, решая полностью выбить из колеи юношу тем, что прямо сейчас резко и достаточно сильно сжимает его, упирающейся в ширинку джинс, член. Чимин на такое действие резко схватил плечи другого и согнулся от наслаждения и боли, выпуская жалобный стон в ответ. — Развернись, — грубым и властным голосом приказал Мин. Они оба любили такое. Чимин любил слушаться и подчиняться, а Юнги любил приказывать и подчинять. Они идеально подходят друг другу, даже в плане секса.       Парень сразу же развернулся, упираясь руками и лбом в стенку, выпячивая задницу. Юнги прижимается ближе, давая почувствовать насколько он возбуждён, наклоняется к уху и оставляет поцелуи-бабочки, спускаясь вниз по шее, поднимая одновременно футболку, оставляя засосы; нежно давит своей холодной ладонью на поясницу, заставляя Чимина прогнуться, сильнее выпячивая попу. — Хён, сними джинсы, б-больно, — хныкает парень, чувствуя сильное возбуждение, но обтягивающие джинсы причиняют неприятную боль от давки, — Прошу, — хотелось умолять.       Юнги, не долго думая, растягивает, а после и спускает ненужную в данный момент одежду с нижним бельём и слышит тихий стон наслаждения спереди. Он максимально сильно упирается своим вставшим членом, который до сих пор находится под брюками, имитируя толчки. Мин видит, как красивый член Чимина дергается при каждом движении, требуя большего. — Ю-юнги, пожалуйста, в-войди в меня, — Пак не просил, он умолял. Хотелось почувствовать заполненность внутри, хотелось почувствовать Юнги внутри. — Малыш, попроси правильно, — оба прекрасно понимают, как Чимин должен попросить его войти. И обоим это чертовски нравится. — П-папочка, трахни меня, — от этого просто сносило голову. От это высокого нежного голоса, просящий отыметь его. От аппетитной задницы, которая толкается в ответ, показывая свою готовность. От всего Пак ёбаного Чимина, который уже украл его сердце при первой встречи. Ну…как встречи, скорее столкновении и ругательства в свою сторону. Сейчас плевать, что они в туалете университета, куда может зайти любой. Плевать. Сейчас есть только они и больше никого. Не их проблемы, что кто-то застукает. Сами виноваты, что не во время зашли.       Юнги быстрее расстёгивает и приспускает свои идеально выглаженные классические брюки, вытаскивая вставший член. И только сейчас вспоминает, что у них нет даже смазки, а делать своему парню больно не хотелось от слова совсем. Хоть у них и был секс относительно недавно (вчера вечером), всё равно, просто со слюной он заниматься сексом не будет. Его мальчику будет больно. — Чимин-и, у нас же нет смазки, — грустным голосом сказал Мин, — Сразу говорю, слюной не буду, будет больно. — Юн-и, посмотри в моём заднем кармане брюк, — вильнув пятой точкой, с улыбкой ответил Пак. Его умиляло то, что его парень так заботится о нём, и несмотря насколько возбуждён, он всё равно в первую очередь думал о комфорте младшего.       И слава Чимину, и тому, что он любит ухаживать за собой, в кармане Юнги нащупал небольшую упаковку вазелина, которой обычно парень увлажняет свои губы. Вообще Пак обожает уход и всё, что связанно с ним: маникюр, педикюр, разные маски для лица, маски для пяток (Юнги уже смирился с тем, что практически везде лежат маски Чимина, да и сам использует. Его заставляют использовать). Также он обожает депиляцию. Ему не нравится ходить с волосами на ногах, руках, подмышках и в зоне бикини, так сказать и из-за этого ходит на депиляции. Ну не один конечно, а с Тэхеном. Тот тоже не очень любит волосы на теле.       Юнги набирает большое количество вазелина на два пальца и смазывает задний проход, одновременно вводя внутрь указательный. — Ах, — Чимин громко выдохнул от приятных ощущений, который ему доставлял палец Мина, проникая глубже и двигая им внутри. После добавляя второй палец, а потом и третий, сгибая и раздвигая на манере ножниц, растягивая, — Папочка, пожалуйста…мх дай мне почувствовать тебя внутри.       Это было последней каплей для Юнги, и он резко вытащив пальцы из ануса парня, услышав в ответ несдержанный стон, намазал побольше вазелина на ствол и приставил между двумя половинками — дразня. Он то вводил только головку, то до середины очень медленно, чем бесил Чимина, и тот сам резко насадился на член, закатывая глаза и громко выстанывая имя парня от удовольствия и небольшого дискомфорта. Мину не очень понравилась такая самодеятельность, и его ладонь с громким шлепком приземлилась на правую половинку. — Малыш, будь потише. Вдруг нас услышат, — Юнги шепнул Паку и прикусил мочку уха. Ему не нравилась эта поза, ведь парню наверняка больно упираться лбом к стенке, и с этими мыслями он обхватил живот и грудь Чимина, поднимая и прижимая его спину к своей груди. Второй же расслабился в руках своего хёна, отдаваясь ему полностью, позволяя управлять собой, будто марионеткой. Он откинул шею на чужое плечо, схватился руками за свои бёдра и прижимался ближе, чувствуя, как член парня входит еще глубже. Юнги начал двигаться спокойно и нежно, а после ускоряясь, входя резко и грубо. Как любят оба. В ответ же он получал громкие стоны, которые Чимин даже и не старался сдержать. И когда в очередной раз Мин попал прямо по чувствительному комочку нервов, пришлось зажать рот, чтобы хоть как-то сдержать громкий поток красивейших стонов.       Он знает, как доставить удовольствие парню, и поэтому очередной раз толкаясь в нутро, Юнги, не выходя, давит членом прямо по простате всё сильнее и сильнее, чувствуя дрожь младшего, ноги которого становятся ватными и абсолютно не держат его. Если бы не хён, который всё глубже и грубее входит, попадая прямо по чувствительной точке и одновременно надрачивает своему малышу, и который держит его, прижимая ближе, он бы точно упал и валялся на холодной плитке туалета, дрожа от удовольствия. — Ю-юнги, я…ах…я сейчас…мхха, — Чимин не успевает договорить и первый бурно кончает прямиком на стенку кабинки и руку Мина с громким стоном, а другой еще несколько раз толкается внутрь и выходит в последний момент, кончая на спину парня.       Пак обмяк в руках Юнги и ластится ещё ближе, получая в ответ поцелуи в щечки и в шею. Недолго отходя от оргазма, Мин вышел из кабинки, вымыл ладонь, а после протёр ею поясницу парня от остатков семени. Одевшись и умывшись, они за руку с весёлой улыбкой покинули туалет и пришли обратно на пары, продолжая не слушать преподавателя, а просто улыбаться и дурачиться друг с другом.

***

      Пара закончилась спустя мучительный час, и парочки быстро выбежали из своих кабинетов: Тэхён, чтобы объяснить всё Чимину; Юнги, чтобы похвастаться сногсшибательным сексом в кабинке Чонгуку. В итоге встретились они в том месте, где Чона и Кима встретили друзья, когда те зашли в университет. — Чимин-а, прости, что ничего не рассказывал, — Тэ сразу же обнял друга, кладя голову на его плечо. — Не извиняйся, ТэТэ. Я понимаю, мне Юнги уже всё рассказал, — Чимин ободряюще улыбнулся парню и погладил по голове. — Юнги? Стоп, хён знал, что творится между нами с Гуком? — Теперь пришла очередь Тэхёна ничего не понимать. — Я знал, что Чонгук испытывает к тебе далеко недружеские чувства. Только это я знал, — в своё оправдание заявил Мин. На самом деле ему уже похуй на этих двоих. Главное он свёл их таких тупых, и теперь они счастливы, ну, а дальше сами. Считай, свою задачу выполнил, теперь можно спокойно жить со своими Чимин-и.       Всё. Душа Тэхёна спокойна. Он наконец-то рассказал друзьям, что встречается с Чонгуком. Осталось только как-то поднести это своим родителям. Мама вот скорее всего примет, а вот отец… Тэ на самом деле не знает, как родители относятся к геям. Всё-таки они люди старого времени, да и корейцы вообще, очень консервативный народ. Но в данный момент Ким так рад, что есть Чонгук. Именно тот, кто его поддерживает и не даёт унывать по этому поводу. Именно тот, который сам предложил на выходных съездить в Тэгу и рассказать о их отношениях. Именно тот, который любит его