Оборотни и татуировки

Скотт кричал, сжимал челюсти до скрежета клыков, а когда не мог сдерживать себя, переходил на крик раненного зверя. Кажется, значение слов «открытая рана» приобретет для подростка совершенно новое значение. Как же удачно, что они делали это в разрушенном доме Хейлов у черта на рогах в лесу, иначе на крики МакКолла уже бы вызвали копов по подозрению на насилие в семье, скорую на случай тяжких увечий и ветеринаров за издевательство над домашними животными. — Черт, мне его не удержать, — Стайлз навалился всем телом на плечи друга, но тот продолжал ерзать. Шестьдесят семь килограммов против суперсилы оборотня? Да вы, наверное, шутите! — Ему нужен физический контакт, чтобы оставаться в сознании, — Дерек только начал. Скотт уже тысячу раз пожалел о том, что попросил об одолжении. Самое сложное — это первое ощущение вывернутой наизнанку кожи и нервов, превратившихся в высоковольтные провода, готовые сварить мозги в жидкий бульон. Теперь осталась только непрекращающаяся агонизирующая боль. — А кожа должна покрываться пузырями, лопаться и кровить? О мой бог, кажется, я видел кость… — Стилински комментировал все происходящее. Скотт был в порядке, если у него еще оставались силы на то, чтобы продолжать орать. Стайлз бы закрыл уши руками, да вот только они были заняты, пытаясь удержать Скотта на месте. — Заткнись и держи его! — оставалась еще где-то половина. С МакКолла полотенца можно было отжимать. — Это единственное, что не дает мне упасть в обморок! — пока рот Стайлза не унимался, парень оставался в сознании. Одно бессознательное тело на полу прибавило бы Дереку забот помимо тех, что уже имелись. — Тогда отвернись! — болтовня Стилински отвлекала Дерека от и так непростого занятия. Пытаться ровно держать горелку, чтобы провести ровную линию, и одновременно болтать было не лучшей идеей. — Знаешь, а от него должно в этот момент вонять паленой псиной? — Стайлз послушно отвел взгляд, но никто не отнимал у него обоняния. Ноздри заполнял запах пригоревшего мяса, оставленного на раскаленной плите. — Стайлз! — Дерек повернул руку МакКолла, чтобы доделать часть с тыльной стороны. К его счастью, мозг МакКолла не мог больше выдерживать нечеловеческую боль, задрал лапки вверх и отключился. Тату доделали в два счета, когда Скотт перестал вырываться. Стайлзу стоило в самом начале приложить друга монтировкой для его же блага. — Только не говори мне, что был другой способ гораздо проще и легче, но ты решил использовать этот чтобы просто выпендриться, — Стилински не мог сдержать вопрос, когда горелка была благополучно выключена. — Стайлз, а ты не хочешь себе татуировку? — многозначительно спросил Дерек, продолжая держать в руке горелку. Альфа подошел к неподвижно стоявшему Стайлзу, завел руку за спину и когтем, едва касаясь кожи, очертил трискель на шее подростка. Глаза Дерека загорелись красным. — Например, вот тут. — Спасибо за предложение, чувак, но я как-нибудь традиционным способом ее себе наколю, — смущаясь, пробормотал подросток. Если он сделает татуировку, то первым делом получит нагоняй от отца. Может даже сводить придется. — Что за фигню ты там порол про «оставить след»? — ладонь Дерека переместилась с шеи на затылок, приятно зарываясь в отросшую шевелюру Стайлза. Хейлу она нравилась гораздо больше короткого ежика, словно у несовершеннолетнего зека. Длинные волосы представляли кучу возможностей, чтобы гладить, перебирать пряди и заставлять запрокинуть голову, несильно потянув за них. Что Дерек и сделал. — Тебе прекрасно известно, как оборотни оставляют свои метки. Горелка была отброшена в сторону, освободив вторую руку, которой Дерек притянул к себе Стайлза за поясницу, и поцеловал его в шею, оставляя свой след — алый засос у ключицы. Медленно и не торопясь, Хейл дорожкой поцелуев прошелся вверх, уделяя особое внимание каждой родинке, и заглянул в глаза подростка. Красные и карие встретились вместе. Стайлз, чтобы не свалиться на внезапно подкосившихся ногах, вцепился в черную футболку Дерека, и они собирались поцеловаться, когда сбоку послышался шум. — Ах, черт, — Скотт проснулся в самый неподходящий момент. Он посмотрел на левое плечо, где красовалась полностью зажившая татуировка, а затем на друзей, которые резко отскочили друг от друга. МакКолл не до конца пришел в сознание, поэтому не заметил растрепанных волос и одежды, что находилась в беспорядке. Для него имела значение лишь одна вещь: — Это сработало! Татуировка осталась! — Да, да, мы все очень счастливы за тебя, — Стайлз закатил глаза, стараясь подавить в себе желание все-таки приложить друга монтировкой.