Жизнь за секс...

      

***

— Мне надо вернуться, — тихо проговорил Чимин и папа понял его. Он отодвинулся и младший омежка исчез. И какого было удивление Чимина, когда он открыл глаза и увидел ширинку, да ещё прям под носом. Омега резко дёрнул головой назад,  и замечая движение сверху, робко поднял взор. Чимин вздрогнул и понял, что только что смотрело на него, да ещё и чьё это имение. — Юнги, ты спишь? — тихо спросил омега и убедился в этом. Он медленно приподнялся и взглянул в лицо Юнги, а не в пах. Глаза закрыты, ровное дыхание. У Чимина проснулась смелость и омега, пока спит Юнги, решил как следует осмотреть альфу. Не боясь, что его могут застукать, омега протянул слегка подкаченные ручки и остановившись в ожидании, пристально рассмотрел личико его истинного. Миловидная моська и мятные волосы вроде никак не сочетаются, но Чимину нравится это. Лисьи прикрытые глазки, тёмные находящиеся под углом бровки и пухлые губки, нравятся Чимину особенно. «Юркий язычок.» — подумал омега и покраснел. Цвет кожи- не здорово бледный. Длинная, фарфоровая шея и острые ключицы. Чимин не сдержался и чмокнул одну из них и тут же стыдливо посмотрел на альфу. Медленно выдохнул и вернулся к ключицам. Две пуговки расстегнуты, а остальное под рубашкой, Чимин надул губы и сложил их в форме уточек. Направляя руки к пуговкам, омега мысленно поддерживает себя: «Чимин, ты сможешь.», «Это твой истинный, не чего страшного не будет, если разденешь его)) Он такой просыпается, а сам голый и омега ещё сидит пялится на его тело и облизывается» — усмехнулся Чимин и расстегнул первую пуговку. Движения нет, продолжаем! Вторая пуговка и вскоре альфа сидел с полностью обнажёнными грудью и животом. Чимин закусил губу, адреналин просто зашкаливает и омега, глотая вязкую слюну, стремится коснуться молочной кожи. «Гладкая» — улыбнулся омега и провёл рукой от шеи до пупка. Смущающая обстановка, но Чимину нравится это. В какой-то момент Юнги застонал и Чимин, резко убрав руку, попытался слезть с бёдер альфы, но его настойчиво придвинул назад. — Куда собрался? — прозвучало над ухом и Чимин поднял голову. Глаза закрыты, правда дыхание подвело, сбитое. Чимин засомневался в том, что Юнги спит и помахал перед лицом альфы. — Я не сплю, — глаза резко открываются и Юнги смотрит на омегу. Чимин ойкает и обнимает за шею Мина, тем самым пытаясь скрыть смущение. В голове проплывают действия самого Чимина и омега ещё сильнее краснеет. — И…давно ты…не спишь? — шепчет омега и утыкается в изгиб на шее у Юнги. Альфа ухмыляется, ведь только, что омега так смело рассматривал ЕГО тело. — Давненько. А точнее с того момента когда ты сел на меня верхом, — улыбнулся Юнги и положив руку на бедро Чимина, стал слегка поглаживать. Чимин закусывает губу и елозит на пахе альфы. Мин чувствует, что он начинает возбуждаться и решил поцеловать омежку. Развернув головку к себе, альфа припадает к губам Чимина, тот мычит, но быстро сдаётся под напором Юнги и отвечая на поцелуй, приоткрывает губы позволяя альфе в который раз пройтись языком по ротику Чимина. Юнги, не щадя чиминовские губки, засасывает их и покусывает, оттягивая нижнюю губу, Мин снова лезет за поцелуем. Нежно целоваться не получается и как назло, Юнги заводится ещё пуще прежнего. Он цепляется за край майки и тянет её к верху, заставляя Чимина поднять руки и оголиться перед возбуждённым альфой. Но есть одно НО для Чимина: альфа- это смысл жизни, а без Юнги, омега не видит ни смысла, ни жизни. Чимин стонет в не детский чмок и стремится прижаться к альфе ещё плотнее. Мин поднимает омегу за бёдра и укладывает его на прогнувшийся от их тел, диван. Чимин обвивает шею истинного и медленно стягивает рубашку. Юнги позволяет скинуть мешающую вещь и снова наваливается на сексуального омегу. Альфа быстро справляется с ремнём и стягивает джинсы с Чимина. Пак блаженно прикрывает глаза и выгибается под ласки, Юнги целует шею, водит руками по гибкому и раскрепощённому телу. Снова целует в губы, слегка покусывая, и замирает. Чимин понимает, что от него ждут и сам поднимает язык альфы, переплетая. Юнги усмехается в поцелуй и слизывает выступившую общую слюну. Впускает её в горячий ротик омеги, а Чимин, принимая её, просит ещё, только другое, более сладкое и тёплое. Обведя контур губ языком, Юнги переходит на грудь омеги, попутно целуя метку. И вот долгожданные соски, и снова они стоят. Сначала альфа пробует на вкус один сосок, потом другой, как бы играя с ним языком. Вдоволь наигравшись, Юнги ведёт мокрую дорожку от груди, до резинки боксеров. Приспускает матерю и видит маленький, аккуратненький, возбуждённый член. Улыбается и, наклоняясь, сразу берёт его в рот. С громким стоном Чимин кончает и выгибается до хруста позвоночника. В голову омеги врезаются слова папы, «…закрепляется слиянием тел». Чимин подскакивает и отодвигает Юнги. — Что случилось? — улыбается альфа, пытаясь не смотреть на полуобнажённого омегу. Пак косит на плоть Юнги и быстро отводит взгляд. — Ты боишься? — омега виновато смотрит на альфу и мотает головой. — Тебе нельзя? — кивает головой. Юнги садится ближе и обнимает омегу. Чимин в ответ. Все сопливые и липкие, но по разному счастливы. Чимин: Юнги понял его и не принуждает делать это, а Юнги: что его Чимин не собирается отдавать ему девственность так рано. Омега натягивает  боксеры обратно и садясь в позу лотоса, ищет майку. Под носом появляется белая рубашка и Чимин, улыбаясь, берёт её и накидывает на плечи. — Я тебя люблю, — шепчет Юнги, не слыша собственных слов. Чимин удивлённо смотрит на альфу. — Что? — А? Я что-то сказал? — всполошился Юнги, а Чимин обиженно отвернулся и подняв джинсы, пошёл в ту комнату, в которой он очнулся. — Чимин? Пак зашёл в комнату и плюхнулся на кровать. «Я тебя люблю», — криво усмехнулся Чимин и сжал зубы. Не хватало ещё и соленых слёз омеги. И всё равно не выдержав, Чимин разревелся, кусая подушку и губы. «Зачем я это ляпнул?» — думал альфа, слыша всхлипы Чимина. Хорошо развалившись на диване, Юнги под затихающие, то снова набирающие обороты всхлипы, стал засыпать.