Nothing To Lose But You

За окном было холодно, пасмурно и, начиная со вчерашнего вечера, продолжал лить дождь. Довольно мрачная обстановка снаружи, но, с другой стороны, вполне уютная, если не находиться на улице. Время уже давно перевалило за двенадцать, но парни так и не вылезали из кровати. Придя вчера домой, промокшие и смеющиеся, они завалились в комнату Исака. Подросток добродушно предложил Эвену свою сухую одежду, а также остаться у него на ночь. Конечно, тот не смог отказаться. Поэтому сейчас они лежали на кровати, разговаривая обо всём и ни о чём. Они проснулись около часа назад, но не спешили покидать эту комнату, которая стала укрытием и от проблем, и от дождя. Старший лежал на спине, в то время как Вальтерсен расположил свою голову на его плече. Он всё ещё был поражён тем, что вчера произошло, и продолжает происходить, всё кажется чем-то нереальным. Его чувства взаимны? Такому человеку, как Эвен, мог понравиться такой человек, как он? Исак серьёзно, чёрт возьми, целовался со своим, фактически, кумиром?! Но нежные поцелуи Найшейма, его смех, его поглаживания по спине, прикосновения к лицу — всё это ощущалось довольно остро, что говорило подростку о том, что это реальность. Он сейчас лежит в кровати с тем, по кому сохнет почти вся Норвегия, да и не только она. А самое главное — он сам этого хочет. Он сам выбрал находиться сейчас здесь, у Вальтерсена в комнате, болтать непонятно о чём, обниматься и целоваться. И, что немаловажно, им обоим комфортно и уютно друг с другом, всё ещё. Исак, определённо, был в шоке, но он не хотел выглядеть таковым. Он старался сохранять спокойствие, и, вроде, получалось. — Кстати, — начал он после недолгого молчания, поднимая голову и смотря на старшего, который перевёл свой взгляд на него, — Почему ты не на машине? — Скажем так, я могу пользоваться ей только когда отец в хорошем расположении духа и не злится на меня, — просто ответил он, поглаживая его по щеке. Такие нежные прикосновения дарили младшему некое умиротворение, на душе было так легко и спокойно. — Так и не расскажешь мне, что произошло? — с тех пор, как они пришли к нему, они так и не говорили об Эвене и его отце. Видимо, тот сказал всё, что хотел, ещё на улице. — Нечего тут рассказывать, — отмахнулся он, — Тебе уж точно не обязательно знать все подробности, — Исак на это цокнул и закатил глаза, пытаясь показать обиду, и слегка переместил голову с плеча, но на это актёр лишь ярко улыбнулся, притягивая подростка ближе к себе и целуя в нос. Ни о какой обиде и речи идти не может. Он приподнял подбородок и тут же старший ответил на его немую просьбу, нежно целуя. Оторвавшись от поцелуя, Исак, не открывая глаз, положил одну руку ему на шею, и Эвен прижался своими губами к его носу. То, как нежно Найшейм с ним обращался, заставляло бабочек в животе Вальтерсена сходить с ума, а сердце биться намного быстрее. — Подожди-ка, — он открыл глаза, чуть отклоняя голову, — Ты же мог снова пойти в отель, — осенило его. — Ммм, мог, — Эвен облизнул губы, начиная улыбаться, и поднял брови, — Но, знаешь, появилось предложение получше. — Вот как, — Исак тоже улыбался. Старший опять потянулся за поцелуем, и тот ответил. Их поцелуи не переходили в более страстные, за что младший крайне благодарен, такого его сердце не выдержало бы. — Знаешь… — он прикоснулся к его щеке, заглядывая в глаза, — Я бы остался здесь с тобой навсегда, — тихо сказал Найшейм. — А я бы разрешил, — прошептал в ответ тот, мягко улыбаясь. — Исак, а… — к ним в комнату резко зашёл Эскиль, не постучавшись, и это застало Вальтерсена врасплох. Он резко оторвался от Эвена и оперся на локти, выглядя так, будто его спалили за чем-то незаконным. Эскиля такая картина удивила, и он уставился на парней. Поняв, что их застукали, подросток со стоном уронил голову обратно на подушку, прикрывая лицо рукой. — Блять, — протянул он. Эвен же лежал, как ни в чём не бывало, переместив свою руку на плечо младшего, — Тебя стучаться не учили?! — огрызнулся он, — Ты что, не закрыл дверь?! — обратился он к старшему. Найшейм начал улыбаться. — Упс, — проговорил он, немного виновато смотря на Исака, и тот снова выругался. — Кхм-кхм, — подал голос Тригвассон, — Вас, молодые люди, ждёт очень серьёзный разговор, — невозмутимо сказал он, наблюдая за парнями, — Жду вас на кухне, — с этими словами он вышел из комнаты. — Эскиииль, — проныл парень. — На кухне, — донеслось из коридора. Исак цокнул и вздохнул. Эвен начал посмеиваться. — Прости, — сказал он, ни капли не сожалея, и Вальтерсен тут же запустил ему подушку в лицо, от которой тот увернулся, громко смеясь. Он встал с кровати, подавая руку подростку, — Пошли. — Иди туда один, — буркнул он переворачиваясь на бок, спиной к Эвену. — Давай же, — снова посмеялся он, — У тебя голодный гость. А ещё, я не против познакомиться с твоими соседями, — он положил руку ему на плечо, поглаживая, — Исак, — мягко позвал он. Тот повернул к нему голову, недоверчиво посмотрев, и Найшейм коротко его поцеловал. Исак снова вздохнул и наконец поднялся с кровати. — Так сложно было закрыть за собой двери на ключ? — начал он причитать. На это старший только улыбнулся, идя на кухню. За кухонным столом сидела Линн в своей пижаме и что-то читала в телефоне, Нура готовила себе обед, а из радио доносилась тихая музыка. Эскиль зашёл на кухню с яркой улыбкой, вставая к девушке у раковины. Линн недоверчиво посмотрела на него. — Чего ты так улыбаешься? — спросила она, на что Тригвассон пожал плечами, также улыбаясь и указывая взглядом на дверь, в которую в этот момент зашёл актёр, неловко стоя в проёме. Она перевела свой взгляд на вошедшего человека, и, когда она осознала, кто перед ней стоит, её глаза расширились в удивлении и неверии, — Нура, — позвала она, не сводя глаз, — Скажи, что я не сошла с ума. — Что? — та посмотрела на соседку, потом за спину. Нож в её руке, которым она нарезала овощи, остановился в воздухе, а рот непроизвольно открылся. Она несколько раз моргнула, не зная, что сказать, — Эскиль, — позвала она, также пялясь на Найшейма, — Ты всё-таки похитил его? — удивлённо спросила она, на что Эвен начал улыбаться. — А это не я похитил, — он поиграл бровями, своровав с доски для нарезки кусочек огурца, и Нура перевела на него ещё более удивлённый взгляд. В этот момент на кухню зашёл Исак и вышел вперёд Эвена, не понимая, почему все в таком ступоре, — Это не мой гость, — Эскиль указал на Вальтерсена, и девушки разом посмотрели на него, на что тот закатил глаза, плюхаясь на стул напротив Линн. Актёр решил, что ему надоело просто стоять здесь как столб. — Эвен, — он с улыбкой протянул Нуре руку для пожатия, и та тоже улыбнулась, но шок никуда не ушёл. — Нура, — сказала она, пожимая руку. Так же Найшейм представился Линн, и та с таким же удивлённым лицом ответила ему. Тригвассон на это всё удовлетворённо улыбнулся. — Ну вот, когда вы, наконец-то, познакомились, предлагаю Эвену пообедать с нами, — предложил он, хлопнув в ладоши. — Не могу отказаться, — с вежливой улыбкой согласился актёр, — Только схожу до ванны, — он посмотрел на Исака и улыбнулся ему, удаляясь из кухни. Девушки снова вернули взгляд Вальтерсену, явно ожидая объяснения. — Что? — спросил он, пожимая плечами. Ему неудобно и неловко, но он скрывает всё за раздражением, он понятия не имеет, что должен говорить. Он вообще не хотел знакомить Эвена с соседями, если честно… Но у него не осталось выбора. Эскиль бы и мёртвого достал. — Так… Вы знакомы? — наконец, спросила Нура. — Ну… Да, — просто ответил он, — С недавнего времени, — добавил, почёсывая затылок. Эскиль усмехнулся. — Я так понимаю… — Не знаю, Эскиль, — перебил он его, догадываясь, о чём тот хочет спросить. Об этом Вальтерсен хочет думать в последнюю очередь, — Я ничего не знаю, ладно? Не спрашивайте, — просто отмахнулся он, понимая, что не сможет дать ответы на все вопросы. Как познакомились? Ладно. Как начали общаться? Без проблем. Но вот что между ними… Сложно сказать. Исак и сам не знает, поэтому хочет просто игнорировать это сейчас, — И… Можно вас попросить… — неловко отозвался он, смотря в пол, — Можете… Не распространяться об этом? — Линн кивнула. — Конечно, — ответила Нура, улыбаясь. — Я – могила, — отозвался Эскиль. — Тебя это в первую очередь касается, — посмотрел он на него с упрёком, на что Тригвассон возмущённо открыл рот, собираясь что-то сказать, но просто вздохнул. — Да я понял. — Спасибо, — искренне поблагодарил парень, смотря на соседей.

*****

Всё прошло вполне хорошо. Исак зря переживал. На удивление, они все общались спокойно, без какой-то неловкости и без лишних вопросов. Даже Эскиль держал себя в руках. Эвен, видимо, со всеми может найти общий язык, чему Вальтерсен мог бы позавидовать. И всё-таки, его соседи одни из самых замечательных людей на свете. Найшейм остался у Исака ещё на одну ночь, но в воскресенье ему надо было уходить. Младший это понимал. Он вообще был рад и удивлён, что Эвен остался у него. Они так хорошо провели время вместе, с ним было так легко и спокойно. Всё это казалось странным, но от этого не менее приятным. Попрощавшись с ним вечером, подросток ещё некоторое время обдумывал произошедшее. А на следующий день у него началась школа. Каникулы закончились, и парень со своими друзьями вернулся в эту школьную рутину. Но он ни капельки не жалуется. Школа для него не тюрьма, и он правда ценит время, проведённое в ней. Для него это место встречи с друзьями, веселье и смех. Просто иногда здесь заставляют думать. Даже сама учёба нравилась Вальтерсену, он был парнем неглупым и получал вполне хорошие оценки. Первые несколько дней в школе прошли нормально. Привыкание к режиму, старания не заснуть на уроках и всё в этом роде. Но кое-что всё-таки его беспокоило. Ему хотелось поговорить с Юнасом. Ему хотелось рассказать про Эвена, поделиться с этим. Но в то же время, он боялся. Васкес его лучший друг, но кто знает, как он отреагирует на то, что Исак, вроде как, гей? Никто не знает, и подросток в том числе, но на подкорках сознания понимает, что тот не отвернётся от него, никогда и не под каким предлогом. Поэтому, держась за эту мысль, парень решительно был настроен поделиться с другом такой важной информацией. А ещё… Его кое-что беспокоило. Насчёт Эвена. Пару дней после ухода актёра из его квартиры они переписывались, и даже один раз созванивались. Но сейчас Найшейм перестал писать ему и последнее его ответы были весьма холодны. Исак, правда, не знает, что с этим и делать, возможно, он просто загоняется, но, в любом случае, Юнас немного опытнее его в этой теме. Он думает, что ему нужно сказать обо всём кому-то. Тем более его лучшему другу. Сейчас они сидели в кабинете истории, готовились к уроку. Этот предмет у них общий, и они сидят за одной партой, что, кстати, очень часто мешает учебному процессу. Васкес заговорил первый. — Папа больше не писал тебе? — Нет… — ответил Исак, убирая рюкзак куда-то на пол. — Хм. В любом случае, хорошо, что он не давит на тебя, — просто сказал он. Вальтерсен подумал, что вот он. Подходящий момент. — Ага… Слушай… — раз уж Юнас сам завёл эту тему, подростку будет чуть полегче, однако всё ещё страшно, но он решился, — Мне надо тебе кое-что рассказать. — Что? — тот приготовился слушать. — Когда… Когда я говорил, что всё навалилось… — начал парень, не смотря другу в глаза. Он кивнул, — Я имел в виду не только ситуацию с отцом. — Что ещё? — Я познакомился с одним человеком. И… И он мне, типа, нравится, — выдавил он из себя. Его сердце бешено колотилось, а это только часть того, что он хочет рассказать. — Ууу, — с улыбкой протянул Юнас, — Я её знаю? — Не лично, но ты его знаешь, — сделал он акцент на местоимении, и будто перестал дышать, ожидая реакции. — Его? — переспросил парень. — Да… — Вальтерсен заметно сжался, он всё ещё не смотрел на него. — Окей, — спокойно и невозмутимо отреагировал тот. Он хотел показать Исаку, что всё в норме, — А… Ты ему нравишься? — Наверное? — слегка опешил тот и наконец посмотрел на друга, — Между нами кое-что было… — признался он — Кое-что? — Да… — тихо повторил он, не очень понимая эмоции Юнаса. — Окей, — также спокойно ответил тот, — Конечно, можешь и без подробностей, — саркастично проговорил он, закатывая глаза и улыбаясь, отчего Исаку стало в разы легче, он тоже улыбнулся, — Так кто это? — Ну… Как бы это сказать… — вновь замялся парень. Осталась вторая часть его каминг-аута. — Как есть. Или мне самому догадаться? — Ты не догадаешься, — усмехнулся Вальтерсен, — В общем… Его зовут Эвен. — Так, — Юнас нахмурился, — Но я не знаю никакого Эвена… — Найшейм, — добавил он, смотря с небольшой улыбкой. Тот прищурился. Ну конечно, мало кто поверит в это. — Ты прикалываешься, — даже не спрашивая, а утверждая, ответил он. — Нет. Я серьёзно, — Исак старался выглядеть серьёзным, но не уверен, что получается. Ну правда, как можно оставаться серьёзным, наблюдая за тем, как его друг отказывается в это верить. Он несколько долгих секунд смотрел на него с подозрением. — Блять… Не верю… — продолжал тот, на что Исак пожал плечами. У него нет доказательств, как таковых, максимум номер Эвена. Но ему и не нужны доказательства. Он знает, что друг ему поверит в любом случае. Даже если они и могли шутить и разыгрывать друг друга, в такие вещи он точно должен поверить, — Ладно, — сдался он, выглядя слегка шокировано, — Теперь мне точно нужны подробности… — ошарашенно проговорил он, на что Вальтерсен улыбнулся, — Как так вышло? — Мы с ним пару раз зависали вместе, — пожал он плечами. — И что между вами? — Не знаю, — честно ответил подросток, — Но… Он меня поцеловал. И мы все выходные провели вместе… — Охренеть, — Васкес всё ещё был удивлён, но улыбался, — Как вы начали общаться? — Нуу… — Так, я попрошу всех сесть по одному, — донёсся до них голос преподавателя. Вроде, уже звенел звонок. — Нееет, — протянул Юнас, явно планируя весь урок слушать не учителя. — Да, — услышал мужчина, — Вас с Исаком это касается в первую очередь. Исак слегка посмеялся, но остался сидеть на месте. Юнас выжидающе посмотрел на него, говоря этим, что не собирается пересаживаться со своего места. Вальтерсен невозмутимо открыл тетрадь и даже подписал число, полностью игнорируя друга, который продолжал прожигать его взглядом. Но он проиграл, когда учитель повторил его имя. Васкес цокнул и всё-таки встал с места, пересаживаясь на две парты вперёд. Когда он повернулся, Исак победно улыбался. Тогда Юнас закатил глаза, отворачиваясь, а учитель стал раздавать тесты под недовольные стоны и высказывания учеников. На самом деле, Вальтерсен улыбался не только потому, что отвоевал место на последней парте, но и потому, что он, вроде как, совершил каминг-аут, причём весьма удачный.

*****

Позже он, конечно же, рассказал другу обо всём, о чём тот хотел знать. Юнас слушал так, будто ему пересказывают сюжет какого-нибудь сопливого фильма про любовь для подростков, а он главный фанат. Исака это позабавило. Он также попросил его никому об этом не говорить, на что Васкес с пониманием согласился. И ещё Вальтерсен всё-таки рассказал о своих переживаниях по поводу очередного игнора со стороны старшего. Юнас подбодрил его, сказав, что, возможно, он слишком занят своей работой, но не смог не добавить, что «несмотря на то, что по нему тащится Норвегия, может, даже и я немного, я всё равно врежу ему, если он как-то обидит тебя». Исак на это только закатил глаза, улыбаясь. После разговора с лучшим другом у него будто упал камень с души. Они никогда не скрывали друг от друга ничего, тем более такие важные вещи. Исак думает, что это действительно важно. По крайней мере, для него так точно. Он впервые испытывает такие сильные чувства по отношению к кому-то, и Юнас должен был об этом знать. Однако, Эвен его всё ещё игнорирует. Парню уже начинает надоедать эта привычка у старшего. Игнор сам по себе не очень-то приятная вещь. А для Исака, который любит загоняться по разным поводам и без повода так это вообще кошмар. Ну и кто, блин, они теперь друг другу? Хороший вопрос. Вальтерсену тоже очень хочется знать на него ответ. Но он считает, что спрашивать это напрямую… Не очень. А что если для Эвена это вообще ничего не значит? Может, он каждые выходные с кем-нибудь так проводит. Но тогда он бы явно захотел чего-то большего… А может, он и хотел? Чтобы хоть как-то отвлечься от своих тупых, как ему казалось, переживаний, он решил залезть в телефон, зайти в инстаграм. Время было позднее, поэтому долго сидеть у него не получится, очень хотелось спать. Но мысли в голове мешали. Радовало, что завтра, наконец-то, выходной. Листание ленты соцсетей больше похоже на привычку, рефлекс. Нечем заняться — самое время бездумно листать ленту, не важно чего: инстаграм, фейсбук и прочие сети. В последнее время Исак занимается этим довольно часто. Всё же, он решил ещё раз написать Найшейму, вдруг повезёт. Он и так уже два дня ему ничего не писал. Исак (00:56): Привет Спишь? Подростку слабо верилось, что тот вообще прочитает его, но он попробовал ещё раз. Попытка не пытка. Хотя, в его случае, ещё какая пытка. Он вернулся к своему занятию, лайкая всё подряд. Но тут ему попался один пост, которому он тоже рефлекторно хотел поставить лайк, но, рассмотрев его, Исак так и замер с зависшим в воздухе пальцем. На фотографии был Эвен, который шёл за руку с Соней. На нём было худи (то самое, чёрт возьми, серое худи, в котором он его целовал) и поверх накинута джинсовка. Эвен не был бы Эвеном, если бы на каждой фотке не выглядел как модель. С его улыбкой, глазами и причёской. Улыбка. Он так ярко улыбался. Как и Соня. Они о чём-то мило разговаривали, видимо, не замечая, что их сфоткали. Фото было сделано в одном из парков, и подпись: «Эвен со своей девушкой сегодня». Спустя, наверное, минуту рассматривания фотографии, Вальтерсен заметил, как сильно он сжал челюсть, и как крепко зажал телефон. Он заблокировал телефон, какое-то время смотря на чёрный экран и тяжело дыша. Но он тут же разблокировал его обратно, заходя в диалог и удаляя своё сообщение. «Пошёл ты» осталось неотправленным.