Мой любимый доктор

      «Вот я влип», — всплыло в голове Георгия, когда он стоял у порога в квартиру Дока. Парень нервно сглотнул, затем дрожащими руками позвонил в дверной звонок. Гоша не верил, что придётся провести сеанс у Дмитрия — он ведь только недавно пообещал себе, что ни за что не попадёт к нему в дом! Дверь открылась и раздался басистый голос: — Здравствуй, Георгий. Ты пришёл раньше, но ничего, заходи, — сказал мужчина, и встал в плотную к двери, пропуская парня. Гоша неподвижно стоял, смотря на Дока, который был одет не как обычно, на нём были: тёмно-синяя кофта с рукавом ¾ и V-образным вырезом, что особенно подчёркивала его руки, на которых отчетливо проглядывались вены, синие джинсы, облегавшие сильные ноги, коричневые тапочки с собачьей мордочкой, что никак не должны были вписываться в этот наряд, но вписались. — Тебя смущает мой вид? — подметил Док, улыбнувшись, прерывая мысли Георгия. — Нет, просто необычно, — торопливо ответил парень, немного смутившись. Он поспешил зайти. «Роскошно», — подметил Гоша, осматривая квартиру Дмитрия и попутно разуваясь. — «Аж бесит». Входная дверь благополучно закрылась на замок, после чего Док прошёл мимо парня. Георгий посмотрел вслед мужчине — всё в этой фигуре казалось ему красивым. — Ты будешь чай или кофе? — спросил Дмитрий. — Кофе, пожалуй, — ответил парень, снимая и вешая куртку. Только он хотел двинуться с места, как его остановил Док. — Тапочки обуй, они стоят около шкафа, — указал мужчина. Георгий послушно обул тапочки, что были ему явно велики: «Ну и корабли», — сказал про себя он. Сердце парня начало биться чаще, щёки всё больше горели, а мысли путались, но он знал наверняка, что его раздражает вся эта ситуация. — Георгий, проходи, не стесняйся, — спокойно произнёс Дмитрий. Гоша пошёл на его голос. Дойдя до кухни, парень встал в дверном проёме. «Такие плечи иметь вообще законно? Бесит», — буркнул он, смотря на спину Дока, что легко управлялся с несколькими делами одновременно: следил за кофе, который варился на плите, что-то записывал в свой ежедневник, грел себе чай. Дмитрий почувствовал на себе пристальный взгляд, из-за чего обернулся. Глаза мужчин встретились — некоторое время они просто смотрели друг на друга. — Док, кофе! — крикнул Георгий, видевший, что напиток хочет совершить побег из горячей турки. Мужчина быстро среагировал и потушил огонь, не дав кофе совершить свой план. — Было близко, — потёр лоб Док и начал переливать горячую жидкость в презентабельную чашку тёмно-бирюзового цвета. — Пройдём в зал, а то наше время уже началось, — предложил Дмитрий, взяв прозрачную кружку с чаем, в котором плавала солнечная долька лимона, и чашку с кофе, поглядывая на часы, что холодно твердили начало седьмого часа вечера. Георгий кивнул и последовал за Доком.       Дмитрий, удобно устроившийся в собственном кресле недалеко от греющего камина, и Георгий, не менее комфортно лежавший на мягком диване, начали сеанс. Всё было, как и на прошлым сеансах: Гоша очень сильно кричал, поясняя, что его так бесит, а Док внимательно слушал или делал вид, что-то записывая в свой блокнот. Но всё же кое-что было новое в поведении парня. Он старался особо не шевелиться, видимо, боясь что-то разбить; отводил почему-то взгляд, если встреча с ясно-голубыми глазами мужчины, ласково смотревших на парня, длилась больше десяти секунд, без промедлений немного краснел. Также на протяжении всего сеанса Георгий слишком ярко на всё реагировал: на неожиданные прикосновения Дока, который после был обруган, на слишком чёткий аромат хвои, пропитавший весь дом, вероятно из-за когда-то стоявшей живой ёлки, что была богато украшена разноцветной мишурой и мигающими гирляндами, но теперь отсутствовавшей. Время невыносимо тянулось, каждая минута длилась столько же, сколько бы длился час, — Георгию не повезло вдвойне, ведь сеанс сегодня должен длиться не менее двух часов.       Гоша уже не знал из-за чего злиться, ведь он не привык так долго говорить, поэтому он некоторое время молчал, делая вид, что пытается отдышаться. Получив нужный объём кислорода, Георгий, нашедший новую цель, сказал: — А ещё, Док, меня бесят красивые или подтянутые люди! — он сделал то же серьёзное и, якобы, раздражённое лицо. — Почему? — удивлённо спросил Док, откладывая свой блокнот, и делая новый глоток остывшего чая. — Потому что они всем своим видом показывают: «О-о, смотрите, я такой крутой, у меня есть кубики, ля-ля-ля», — кричал Георгий, кривляясь и намеренно делая противный голос. Док всё также удивлённо следил за движениями и мимикой парня. — Тебя раздражают только мужчины, имеющие такую характеристику? — наконец произнёс он, вводя в ступор Гошу. — Наверное, да, — уже не так уверенно ответил тот. — А разве у тебя есть знакомые, подходящие под эти критерии? — мужчина продолжал расспрашивать Георгия, что-то записывая в свой блокнот и иногда поглядывая на парня. — Только Вы, Док, — без промедлений ответил Гоша, моментально вжавшись в диван. Парень в ту же минуту пожалел, что имеет такой длинный язык, поэтому быстро прикрыл рот одной рукой. Глаза Дмитрия и Георгия вновь столкнулись, но, словно приклеенные, они не могли отвести взгляд друг от друга: Гоша из-за испуга, Док из-за чего-то другого. Молчание продлилось недолго, лицо мужчины приняло хитрое выражение: небесные глаза заблестели каким-то слабым демоническим огоньком, а бледно-розовые губы расплылись в доброй, но лукавой ухмылке. — Значит, ты считаешь меня красивым или подтянутым? — спросил бархатным голосом Дмитрий. Гоша продолжал смотреть на мужчину, в то время как его глаза становились всё больше и больше. «Вот это я влип», — эхом раздалось в голове парня, сметая все всплывающие мысли, создавая абсолютную пустоту. Дмитрий скрестил ноги и пристально рассматривал молчавшего Георгия. Наступила гробовая тишина. Док всё так же ехидно наблюдал за Гошей, а Гоша судорожно пытался придумать ответ, что, увы, никак не лез в голову.